Зина-4. Шарфик

Ожидание затянулось. Каору сидел за столиком и нервно стучал кончиками пальцев по меню. Никакого сообщения, предупреждения, весточки, а звонки сбрасываются. Его динамили самым наихудшим образом. — Приветики, — напротив приземлилась черноволосая девушка и как бы невзначай поправила волосы, обнажая шею с замысловатым рисунком. — Не меня ждешь? Каору покачал головой и уставился в телефон, игнорируя подкат и демонстрацию метки. Если каждому вот так под нос совать рисунок, то его скопируют и используют в своих целях. Метка служила своеобразным паспортом, удостоверяющим личность, и пропуском в счастливую жизнь. У каждого человека она появлялась на первом году жизни в виде точки и с каждым прожитым годом распускалась. Найдешь такую же — везет на всю жизнь. В детстве Каору мечтал встретить свою половинку, представлял и фантазировал как будет счастлив. Но реальность обломала аварией, исчезновением метки, лишением семьи, переездом в другой город, забвением среди друзей и непониманием приемной семьи. Выпустившись из университета, Каору плюнул на всё и всех и пошел в модельный бизнес. Вполне отличная работа, помогает забыться и не закопаться в себе при должном ухаживании. Так что Каору жил на самообеспечении, чем бесил сводных братьев и приемных родителей. Они пытались угрожать, что испортят карьеру, рассказав об уродстве Каору. Ха, потеря и отсутствие метки приравнивалось к инвалидности и порождало косые взгляды и ненужную жалость. И Каору на одном из шоу на всю страну заявил, что у него нет метки и рассказал историю столь печальную, что сам чуть не разрыдался в студии. А родственники? Что ж, они перестали донимать, изредка появляясь на Новый год за красным конвертом и скудными пожеланиями счастья. — Ты к нему пыталась клеиться? — громкий шепот ударил по ушам и Каору заставил себя не смотреть в ту сторону. — Он же звезда! — Любая звезда хочет любви. Каору тоже хотел. Всегда хотел. И думал, что не найдет, пока однажды зимой не встретил самого лучшего человека в музыкальном магазине. В черной маске на лице, с взлохмаченными волосами и голой шеей. Каору настолько холодно стало при виде парня, что не удержался и протянул ему свой синий шарф с салатовыми и оранжевыми полосками и цифрой 01 из чьей-то там коллекции осень-зима. Парень сперва не понял жеста, а потом посмотрел красными от недосыпа глазами, шмыгнул носом и на предложение “Возьми, согрейся” испугался и помотал головой. Он выглядел тогда таким милым взлохмаченным воробушком, что Каору проявил чуть больше настойчивости, желая его утеплить и согреть. Они долго смотрели друг на друга, Каору бы стоял так еще 100 лет, но пришлось замотать шарф вокруг шеи парня и как можно скорее скрыться из-за наступавших фанаток, замеченных в окне. И после несколько недель встреча не выходила из головы. Каору потом возвращался в магазин, и конечно парня там уже не нашел, поэтому Каору купил тот же диск, на который смотрел парень, и ушел ни с чем. — Извини за опоздание, — запыхавшийся Синдзи наклонился и клюнул в щеку. — Сегодня все против меня. Каору улыбнулся, как всегда бывало в присутствии Синдзи с самой первой встречи. Синдзи стянул куртку и повесил на вешалку, сел рядом и заглянул ему в лицо. — Я всегда на твоей стороне, — все внутри тянулось к Синдзи, жаждало в нем обернуться и заснуть. — И я безумно рад, что ты до сих пор носишь мой шарф. — Твой самый первый подарок. — Синдзи покраснел и невольно зажал кончик бахромы шарфа пальцами. Он всегда так делал, когда нервничал. А уж на первом свидании шарфику так досталось, что пришлось дизайнеру относить и просить залатать. — И мне он нравится. Чувствую твою поддержку на расстоянии. Каору коснулся рукой ладони Синдзи и сжал ее, переплетая пальцы. — А вот ты мой подарок не носишь. — Я не хочу, чтобы его украли, пока я работаю. — Если украдут, я тебе еще одни наушники куплю. Каору помотал головой: — Нет, это уже не то. Ты отдал мне наушники взамен шарфа. Это почти как обменяться кольцами. Синдзи закашлялся, а Каору ухмыльнулся и сильнее сжал его пальцы. — Боюсь, отец выставит меня вон, а мама переедет к нам жить после того, как бросит отца. — Синдзи вздрогнул от неприятной картины. — Не надо. — Можем тогда браслеты или цепочки. — Каору только сейчас подумал, что можно как-нибудь их отношения перевести на новый уровень. Они сперва ночевали друг у друга, потом съехались, когда Синдзи пошел работать, но с родней никто не хотел знакомиться и заявлять о планах на будущее. Все будущее Каору вертелось вокруг Синдзи. — Я что-нибудь подберу. — А потом мне опять перед Аской отчитываться откуда такие огромные деньги на брендовые вещи? Спасибо, мне хватило истории с шарфом. До сих пор покоя не дает. И Аска тоже не дает прохода. — Хочешь, я ей что-нибудь принесу? Синдзи хмуро покосился на Каору, чем развеселил. — Вот еще, будешь ты девушкам дарить что-то при мне. Синдзи редко ревновал, но в такие моменты походил на котика, которому не дали утреннюю ласку и вкусняшку. — Ну, одно я точно им не смогу подарить ни при каких обстоятельствах, даже если заставят, — хитро улыбнулся Каору. — Это что же? Каору наклонился и прошептал пару своих фантазий, от которых Синдзи мгновенно покраснел, только что пар из ушей не шел. “Я тебя обожаю”, — билось внутри Каору с каждым ударом сердца при взгляде на Синдзи. — Мы в кафе, — сипло сказал Синдзи, вцепившись свободной рукой в шарф и сжимая с такой силой, что Каору невольно продумал как завтра подойти к дизайнеру и еще раз попросить подлатать шарф. — Ты меня смущаешь. — Соблазняю, — поправил шепотом Каору, наклонившись к Синдзи и едва касаясь губами его уха. — Ты, я и твой шарф. Я думаю это отличная идея. — Каору, я тебя люблю, но иногда ты такой эгоист. — Почему же, Синдзи? Я не отпущу тебя, пока не удостоверюсь в твоем удовольствии. Синдзи пихнул его плечом и Каору рассмеялся: — Обожаю тебя дразнить. — И я тебя обожаю, Каору. — Синдзи повернулся к нему и посмотрел одним из тех тоскливых одиноких взглядов, от которых щемило сердце и грызла тоска. — Не представляешь, как я был счастлив встретить тебя в том магазинчике. О реакции метки Каору узнал потом, когда они пересеклись во второй раз. Это было на встрече фанатов. Каору проводили через офисное здание, в котором Синдзи подрабатывал уборщиком. Ладно, Синдзи Каору не сразу узнал, в глаза бросился знакомый шарф. И не теряя времени, Каору на всех парах понесся к нему, схватил за руку, развернул к себе и утащил в ближайшую комнатку. И вот там, при всех своих возможностях и умениях не смог сказать ни слова, потому что растерянный Синдзи лишил дара речи настолько, что хотелось его лишь целовать и ничего больше. И пока Каору тупо пялился и пытался отдышаться, запечатлевая образ, Синдзи так ярко улыбнулся, что взял инициативу на себя и первым начал знакомство. А потом, когда они начали встречаться и проводить больше времени вместе, на тело Каору вернулась метка, дублируя ту, что была у Синдзи. Подтверждение, что они соулмейты. Не будь этой метки, Каору бы все равно продолжал встречаться и любить Синдзи. — А еще в той подсобке ты был очень милым и галантным, — припомнил Синдзи. — И не стал со мной обжиматься. — Ну да, я хотел тебя закинуть себе на плечо и утащить к себе домой. — Накормить и напоить? — Не без этого. — Так куда идем сегодня? В нашу годовщину? — Куда пожелаешь. Синдзи сжал ладонь, поднялся, взял куртку и повел за собой на улицу. Каору ничего не спрашивал, молча следуя и наслаждаясь его нечастой инициативой. Какая разница куда? Главное — вместе.