Смерть моего единственного Солнца.

Шприц медленно заполняется мутной жидкостью неизвестного происхождения. Жгут быстро сжимает мою руку, так сильно, что я не чувствую своих пальцев, но мне все равно, сейчас для меня это не важно. Мои руки дрожат, слишком сильно для такого человека как я, слишком слабо трясутся в сравнении с руками моего Солнца, когда оно потухало у меня на коленях. К слову, тряслись тогда не только руки моего Солнышка, все части её тела пробивала резкая дрожь. Игла не может попасть в вену, такое случается довольно часто, поэтому мои руки покрыты маленькими отвратительными фиолетово-бурыми пятнышками, они - признак моей слабости, признак моего бессилия. Она всегда была сильной, и считала что мы в этом похожи. Прости, прости меня!, но я слишком неудачлив и слишком болен. Прости!, прости меня Солнышко, ты не желала мне такой жизни, но я все ещё слишком слаб. Мутная жидкость попадет ко мне в кровь, не с первого раза, но это не важно, главное, что ,мое спасение уже течет по венам. Теперь все хорошо?. Я мог бы соврать и сказать, что счастлив, но это снова, снова не так! Это мнимое спокойствие убивает меня, оно пожирает мою и так искалеченную душу. Слезы стекают по моим белым щекам, никакой наркотик в мире не вернёт им прежнего румянца. Да и к жизни меня уже тоже ничего не вернёт. Ничего. Ничего, кроме одного, даже самого блеклого лучика твоей улыбки, который всегда рассеивал темноту моих мыслей. В моем сломанном мире, больше никогда не засияет солнце, никогда не разгонит своим светом темные тучи мои переживаний. В моей антиутопии больше не будет даже мнимого счастья. Мне плохо, но я не могу жаловаться, ведь это не я сейчас лежу в двух метрах под землёй. Ведь не меня отпевала церковь, вероисповедание которой я ненавижу. Ведь не на моих похоронах сейчас рыдают друзья и родственники. Я не хочу верить в твою смерть, поэтому меня нет на последнем прощании с тобой, поэтому я никогда не принесу лаванду на твою могилу. Я снова слишком, слишком слаб. В моей маленькой, старой хрущевке все стены увешаны твоими рисунками, наши совместные фотографии стоят в рамках на каждом квадратном метре. Твоя разноцветная одежда все ещё висит в нашем шкафу, зубная щётка лежит рядом с моей, даже твой большой плюшевый хомяк лежит на том же месте. Но даже со всем этим, моя маленькая квартирка умирает. Запах наркотиков въелся в стены, но он слишком легкий по сравнению с твоими горькими сигаретами. И к сожалению ничего из этого никогда не сравнится с ароматом, который навсегда останется здесь, в моей маленькой старой хрущевка, с ароматом смерти