Заключи сделку, чтобы исправить ошибки

Истина уже аплодирует ему, когда Эд появляется с другой стороны Ворот. Что, честно говоря, даже не удивляет Эда в этот момент. Однако, что его действительно удивляет, так это то, что отец там, с ними. Стоя на коленях между Эдом и Истиной, спиной к Эду. В течение нескольких секунд Эд не может не задаться вопросом, какую форму принимает Истина для него. Видит ли он, как Истина принимает его собственную форму или Эда. Как будто они знают, о чем думает Эд, что не так уж сильно шокировало бы Эда, он все еще наполовину верит, что может. — Он видит то же самое, что и ты, Золотое солнце. Услышав, что Истина обращается к кому-то еще, отец оборачивается и видит Эда. Он смотрит на Эда несколько секунд, прежде чем снова повернуться к Истине. — Это должны быть мои ворота. Здесь не должно быть никого другого. Эд не смог удержаться и фыркнул на это. — У тебя нет Врат, ты абсолютный идиот. Ты что, даже не понимаешь, кто ты такой? Я привел тебя к Истине через свои собственные Врата, — Истина просто улыбается Эду, когда он объясняет кому-то тонкости сферы Истины, вместо того, чтобы позволить Истине самой ответить на вопрос. Истина не позволил бы никому другому, кроме Эда, уйти от ответа. Но они также знают, что если Эд, человек, объяснит ему область Истины, а не саму Истину, это шокирует отца. Это означает, что Эд непреднамеренно говорит отцу, что он ближе к Истине, чем отец когда-либо был бы, и Истина находит это невероятно забавным. Отец просто молча переводит взгляд с Истины на Эда. Как будто ждет, что Истина ударит Эда за то, что тот ответил за него. Но Истина не сделает ничего подобного. До Эда, похоже, дошло, потому что он смотрит на Истину снизу вверх. — Тебе это нравится, не так ли? Истина кивает Эду, и их улыбки становятся еще шире, чем раньше. — Ты хорошо меня знаешь, Алхимик, — они бросают быстрый взгляд на отца, чтобы убедиться, что он может чувствовать их взгляд даже без глаз. — Должен признать, я нахожу забавным, что ты ставишь его на место вместо меня. Это, конечно, избавляет меня от лишних усилий. — Его ухмылка становится дикой, когда они снова смотрят на Эда, давая ему понять, что он пошутил. — Что ж, я уверен, ты мог бы занять мое место здесь. Даже присоединиться ко мне. Ты, конечно, достаточно знаешь об этом мире. На это уходит секунда, но Истина понимает, что в ту же секунду Эд улавливает, о чем говорит Истина. Момент, когда шестеренки в его голове встают на свои места, и он понимает, к чему клонит Истина. Когда он, наконец, понимает, что он был бы ближе к Истине, чем когда-либо мог быть Отец. Что он уже близок к тому, чтобы стать тем, кем хотел быть отец. — Так вот почему я всегда тебя так забавлял, осмелюсь сказать, что я тебе нравился? — Истина кивает и Эд снова переводит взгляд на отца. — Какой бы поучительной ни была эта поездка, если не сказать немного нервирующей, я полагаю, ты привел его сюда не просто так. Всех остальных гомункулов здесь с нами не было. Проходит секунда, пока Истина наблюдает за Эдом. Наблюдает, как осознание того, что он любимый человек Истины, проникает в его душу. Придает ему некую уверенность по эту сторону Врат, которую многие другие пытались и не смогли подделать. И все же это не самоуверенность. Он не хочет занимать эту должность, в отличие от того, кто так упорно пытался завоевать расположение Истины. А потом решил сожрать его, когда ему это не удалось. Что делает еще более очевидным, почему Эд — любимец Истины. — Ты хорошо выполнила свою часть нашей сделки, Золотое Солнце. Я подумал, что ты хотел бы довести дело до конца. Снова взглянув на отца, Эд видит, как тот поворачивает голову, переводя взгляд с одного на другого. Когда он смотрит на Истину, в его глазах загорается что-то похожее на желание, то ли привлечь их внимание, то ли поглотить, Эд не уверен. Но каждый раз, когда его взгляд возвращается к Эду, его глаза горят ненавистью, которой Эд не испытывал уже долгое время. — Моя роль еще не завершена, пока не будут возвращены Души Хоэнхайма и Аместриса. Но да, я бы хотел, чтобы о нем позаботились. Приняв это решение, Эд зачарованно наблюдает за тем, как отец становится все тоньше и тоньше, все меньше и меньше. Его фигура меняется, когда Души, которые он украл много лет назад, возвращаются к нему. После пяти минут наблюдения и ожидания Отец больше не стоит перед ними на коленях. Он снова превратился в Гнома во Фляжке, но без фляжки. Просто черная плавучая капля, зависшая между Истиной и Эдом. Истина дико улыбается Отцу, парящему между ними. Он протягивает руку к Гному, и первый Гомункул оказывается в воздухе и приземляется на его протянутую руку. — Достойный трофей после стольких лет. — Значит, с ним разобрались? — Эд просто наблюдает, как Гном исчезает. Истина кивает, и их руки опускаются на место. — Да, — его улыбка снова становятся такой же дикой и самодовольными, как и при разговоре с Эдом. — Я знаю, что увижу вас здесь еще дважды, прежде чем наша сделка будет заключена. Но я вижу, что у вас есть ко мне вопрос. Поколебавшись секунду, Эд решает, что ответ на его вопрос стоит того, чтобы Истина посмеялась над ним, поэтому он кивает. — Ты действительно оказываешь мне услугу, не так ли? Ты говоришь это не только для того, чтобы поднять мое самолюбие, пока я возвращаю тебе эти души, — уверенность, которая была в нем раньше, слегка пошатнулась. Ожидая, что Бог опровергнет это. Но Истина не делает ничего подобного, на самом деле Истина начинает широко улыбаться Эду, когда открываются Врата. — Ты ближе всего ко мне, чем кто-либо из людей. Есть причина, по которой я выбрал тебя для этой миссии. В будущем будут и другие, которые могли бы мне пригодиться. Все больше людей, которые открывают Врата, думают, что они знают лучше, чем те, кто пытался, что они будут теми, кто сделает все правильно. Но никто из них не будет тобой, Золотое Солнце. Они не будут возвращаться ко мне снова и снова, чтобы торговаться, как ты. Они не будут такими интересными, — с этими словами Эда вытаскивают за Врата и выводят из владений Истины. Когда Эд снова возвращается от ворот, он обнаруживает, что за время пребывания в воротах весь его адреналин выветрился. Это означает, что все его порезы, синяки и раны дают о себе знать в разной степени. Однако Эд сразу же понимает, что рана в живот, которую он получил от Брэдли, снова открылась. Конечно, Эд обладает невероятной терпимостью к боли, но такое количество различных типов травм в самых разных местах — это определенно немного больше, чем то, к чему Эд привык. Вот почему его не удивляет, когда он чувствует, что начинает покачиваться на ногах, одурманенный потерей крови и болью. Эд чувствует, что начинает терять сознание, в то время как все остальные все еще пытаются переварить все, что они только что увидели. Его тело обмякает и падает на пол, но, к счастью, Рой оказывается рядом, чтобы подхватить его, прежде чем он упадет. Что, вероятно, к лучшему. Удар о бетон, вероятно, не пошел бы на пользу его ранам. Рой садится на пол, все еще держа Эда на руках, его голова покоится на ногах Роя. — Я держу тебя, Эд. Но ты должен оставаться в сознании, хорошо? Проходит несколько секунд, и Эд почти чувствует, как кто-то давит на его рану на животе, и, бросив быстрый взгляд вниз, видит Хоукай, стоящего на коленях рядом с ним. — Не здорово, правда? Рой слегка смеется над ним, прежде чем покачать головой, осматривая порезы на лице и шее, когда один из солдат кричит другому, чтобы тот вызвал врача. — Нет, нет, это не так. Но с тобой все будет в порядке, — он поворачивает голову Эда то в одну, то в другую сторону, бережно относясь к порезам и синякам на подбородке (опять же, из-за постоянных падений на пол). - Хуже всего у тебя с животом. Твоей шее понадобится чистка, чтобы убедиться, что на ней нет грязи, но это все, а твой глаз нужно будет почистить и прикрыть. - Эд медленно кивает, пока Рой продолжает описывать свои травмы, несмотря на то, что уже знает, что это за травмы, потому что он знает, что Рой делает это, чтобы ему было на чем сосредоточиться. Потому что Рой прав, ему действительно не следовало бы сейчас засыпать. Кажется, прошла целая вечность, пока кто-то не объявил о прибытии медика, но Эд знает, что прошло, вероятно, всего десять минут. Когда медики пытаются увести его, Рой отходит в сторону, чтобы позволить им перенести его в машину, чтобы отвезти в больницу, но Ал отказывается отпускать брата. Эд наклоняет голову, чтобы посмотреть на Ала. - Привет, Ал. Чем быстрее ты позволишь им позаботиться обо мне, тем быстрее сможешь увидеть снова. Я уверен, Рой или Хоукай отвезут тебя в больницу, если ты попросишь. При этих словах Рой кладет руку на плечо Ала. - Он прав, Ал. Давай дадим им немного времени поработать, и мы сможем проследить за их машиной до больницы, хорошо? - похоже, это действительно срабатывает, так что Ал, наконец, уступает и встает рядом с братьями. Эд одаривает Ала и Роя усталой, но победоносной улыбкой, прежде чем медики выносят его со двора.