last (our) summer

пять утра, а енджун уже бодрствовал. если точнее, то сидел на перилах крыльца бабушкиного дома в селе, куда он приезжал раньше только на месяц, в августе, но в последние два года пребывал тут целое лето. рассвет был необычайной красоты. лучи солнца ложились на землю, деревья, дома — в общем, все вокруг, под идеальным углом, и парень сполна был удовлетворен атмосферой, представшей сейчас ему. он часто так выбирался из дома, чтобы встретить рассвет, потому что, удивительно, но он просыпался прямо тогда, когда солнце только-только показывалось на горизонте. вокруг было поразительно тихо. обычно как минимум половина сельчан уже шла к колодцу за водой или к животным, часто поднимающим шум. а сейчас даже петухов не было слышно. может, оно и к счастью. енджун болтал ногами с серыми конверсами на них и слегка щурил глаза, потому что солнце было прямо перед ним, однако сейчас это не то чтобы сильно беспокоило. внезапно юноша заприметил, наконец, какое-то движение далеко впереди. но, несмотря на приличное расстояние, он по одной только ярко-желто-черной шапке мог узнать, кто это был. спустя несколько минут неотрывного взгляда на приближающуюся фигуру, она все же достигает пункта назначения и падает на изумрудную траву, стараясь отдышаться. — гю, необязательно же тебе было так бежать, - енджун смеется тихо и тепло наблюдает за пареньком, поднимающегося на ноги и пробегающего по лестнице к перилам, примостившись на них рядом с ним. — я хотел хоть немного встретить рассвет с тобой. кажется, успел, - бомгю зевает и кладет голову на плечо енджуна, который, в свою очередь, сначала легко целует его в макушку, а потом кладет на нее ладонь, уткнувшись носом в черные мелированные волосы. — ты меня так комфортишь, - младший усмехается, - ты давно таким не был. енджун ничего не отвечает, только лишь горько улыбается, сдерживая слезы страха, ведь он боится. он обнимает свободной рукой бомгю за плечи, прижимая его к себе. он боится, что это его последнее лето здесь, рядом с этим мальчиком, подарившим ему буквально второе дыхание. — я ведь завтра уезжаю. врачи говорят, что енджун может умереть в любой момент, особенно сейчас, когда его анализы заметно ухудшились, и как только могут оттягивают этот момент, назначая очень серьезные и, соответственно, дорогие лекарства. — уже.... лето с тобой пролетает как один миг, - бомгю дует губы и обнимает старшего в ответ, тяжело вздыхая. а сил рассказать другу совсем нет. мало ли еще, что он подумает? и хоть енджун уверен, что бомгю его не кинет, нотки неуверенности и тревожности все же не позволяют идти на риски. *** весь год енджун думал только лишь о том, чтобы он дожил до лета, чтобы он вновь увидел эти блестящие глаза и бесценную улыбку младшего. у них не было возможности связаться, потому что у бомгю телефона не было, ибо в их захолустье не проведена даже связь, поэтому он всегда боялся, что бомгю его давно не ждет. в этот раз.... можно сказать, так и получилось. енджун едет счастливый в машине с отцом за рулем, смотря в окно. уже через минут десять он увидится с его мальчиком спустя целый год. сердце колотится как бешеное, даже побаливает. так происходит каждый раз. парень подбегает к калитке дома бомгю и без труда ее пересекает, так как она почти всегда открыта, в нетерпении подбегая к входной двери и деликатно стучась, после дергая за ручку и заглядывая внутрь дома. — здравствуйте! это енджун! миловидная женщина спустя пару секунд, ошарашенная, осторожно подходит в прихожую, прикрыв рот ладонью, резко и испуганно вдохнув, как увидела гостя. — у вас все в порядке? мне чем-нибудь помочь? - енджун непонимающе и взволнованно смотрит на мать бомгю, которая уже не могла сдерживать слезы. — извини... просто, понимаешь... бомгю не стало. прямо на следующее утро, как ты уехал тогда... - женщина говорит с небольшими паузами, все же стараясь держать себя в руках, пока енджуна уже трясет, будто от мороза, - у него давно прогрессировала смертельная болезнь, да еще и неизлечимая, еще до того, как вы с ним познакомились.... но он умер безболезненно и быстро, во сне. так врачи сказали, да и мы ничего не слышали.. енджун пребывал в кошмарном ужасе. с распахнутыми глазами он смотрел в одну точку в полу. честно, хотелось блевать, но он подумал, что это не самое подходящее время. сердце колотило уже так, что кроме него он больше ничего не слышал. — мне очень жаль... извините..... - парень с трудом сглатывает, на несколько секунд жмурясь, а потом поднимает красные глаза на миссис чхве, - у вас случайно не будет бутылки соджу? енджун бежит в лес, в самую его глубь, как можно дальше, чтобы его точно никто не побеспокоил. бомгю умер от того же, от чего суждено енджуну. бомгю болел тем же, чем и енджун. это заставляло задыхаться. упав на колени на берегу мелкой речушки, енджун дрожащими руками достал две упаковки прописанных ему таблеток, высыпая их в кучку на свою сумку. когда все тридцать восемь таблеток были освобождены от оков блистеров, юноша со слезами на глазах отвинтил крышку щедро отданного ему миссис чхве соджу — второго его мгновенного убийцы. его дуэт с семикратным передозом таблеток не заставит парня долго страдать. енджун ненавидел вмешиваться в порядки вселенной и всем сердцем верил в судьбу, и в его "идеальную" кончину — от блолезни, преследующей его уже как два года. но из-за неожиданного для него стечения обстоятельств, он вынужден уйти, так как он посчитал, что ему нечего делать тут без бомгю. он и так прожил намного дольше, чем было ему предначертано, он верил и в это. наконец, он закидывает горсть — столько, сколько удалось схватить — таблеток в рот, моментально запивая их алкоголем. енджун хотел сейчас же добрать остальные, но перед ним все начало плыть, бутылка вываливаться их рук, и пена изо рта стекать по подбородку, в то время как тело, по которому снова и снова проходила волна судорог, стало необычайно тяжелым, и парень упал на землю. ударился головой о камень и только после этого остался неподвижным. навсегда. а ведь ему таким образом и было суждено умереть.