Вкус человеческой души

Тихая ночь. Лондонский Тауэр был построен как надежная крепость и символ королевской власти. Здесь же находилась главная тюрьма Англии, где жили заключенные. Где приводились в исполнения казни. А также проводились ужасные пытки. Так называемая главная башня использовалась для содержания людей, которые представляли собой серьезную угрозу. Небольшая группа людей в лице Мэтта Аддамса, Ким Джонхёна, пары полицейских, и высокого крепкого мужчины. Который был одет в длинный темный балахон, спускались молча вниз. Под башней находилась темница в которой и проводились пытки. На стенах были расставлены железные факелы в которых горел огонь. Застоявшийся воздух пах сыростью, плесенью и гнилым деревом. Джонхён спускался вниз с абсолютно каменным лицом. Пройдя через длинный коридор они вошли в какое-то сырое еле освещенное помещение. Сразу что бросилось в глаза это камелёк в углу комнаты, в котором находился стальной котел, где кипятилась вода. В противоположном угле стояла Железная дева, представляющая собой большой саркофаг с шипами внутри. С потолков свисали разные по размеру железные клетки. Посредине комнаты стоял «Стул ведьмы» — металлический стул, покрытый сотнями острых шипов, а под ним имелось место, где разводили огонь, чтобы медленно поджарить на нем жертву. Рядом стоял деревянный стол на котором лежали самые разные орудия пыток. Под стеной стояло деревянное ложе с валиками и четырьмя веревками, двумя для рук и двумя для ног. Дыба медленно растягивала руки и ноги, в результате чего выворачивались суставы, ломались кости, а иногда и полностью отрывались конечности. Также в помещении имелась Дыба с подвешиванием. На стене были прикреплены разных размеров пилы и другие орудия смерти. Один только вид этой комнаты наводил ужас. Дворецкого подвели к стене и приковали его кандалами по рукам и ногам. Выбраться из этих стальных оков было невозможно. К Джонхёну подошел палач и разорвал на нем его пиджак, жилетку и рубашку. Оголяя прекрасное тело. — Какой же ты красивый! — с наслаждением произнес палач. Давненько он не пытал таких красивых мужчин. — Если желаешь что-нибудь сказать, то лучше сделать это сейчас, — прокомментировал Мэтт Аддамс. Ведь он знал, какая боль ждет дворецкого впереди. — Ну если вы так просите… — усмехнулся Джонг. — Тогда я вам поведаю, — брюнет смотрел прямо в глаза комиссара. — Честно говоря, я тот, кто распространил «Черную смерть» по всей Европе. И я же ее остановил по желанию Филиппа VI де Валуа, — демон наклонил голову в бок, издевательски смотря на людишек. — Что за ахинею ты несешь?! — возмутился Мэтт Аддамс. — Это же было 500 лет назад! — больше он не стал терпеть выходки дворецкого. — Отхлестайте его как можно сильнее! — отдал приказ Мэтт Аддамс и поспешил покинуть комнату-пыток. — Будет сделано, комиссар, — отозвался палач и принялся за дело. — Что ж, раз ты признался в таком страшном грехе, — мужчина решил подыграть дворецкому. — Позволь мне хорошенько повеселиться, — каратель заглянул в глаза Джонга. Тот смотрел на него спокойным взглядом. В отражении глаз можно было увидеть огонек, который исходил от камелька. — Ох, какие у тебя красивые глаза. Может их вырвать или прижечь железом? — палач бился в экстазе, его фантазия вырисовывала разные манипуляции, которые он хотел проделать с брюнетом. — Нет-нет, лучше оставлю это на потом. Позволь сначала мне услышать твой прекрасный голосок, господин красавчик. Каратель взял в руки кожаный кнут и стал хлестать ним дворецкого. Плетеный узелок на конце проходился по всему телу Джонхёна. Оставляя на теле брюнета красные следы. В человеческом теле демон испытывал боль, но эмоционально он никак не выказывал этого. На его теле проявлялась рана за раной: кровоподтеки, ссадины рассыпались повсюду. Так продолжалось некоторое время. — Ты знаешь, что пытками очищают человека от грехов, — начал говорить каратель. Он решил немного передохнуть, чтобы продолжить дальше. — Пытки придумали для того, чтобы выбивать из преступников признание в содеянном. Суть в том, чтобы причинить как можно больше боли, не убивая. Многие кого я пытал в итоге кончали жизнь самоубийством. Знаешь, почему? — спрашивал палач. Джонхён на него смотрел ровным взглядом. — Они предпочитали умереть быстро. Я измучу тебя всеми видами пыток. Медленно отрежу пальцы на руках и ногах, сниму твою кожу, а затем отрежу твои уши, — палач впервые встретил человека, который спокойно реагировал на пытки. Это было удивительно для него. — Может ты хочешь в чем-то признаться? — Да, хочу, — проговорил Джонг. — Скоро ты умрешь, — демон не сводил пристального взгляда с мужчины. — Правда? — посмеялся с этого палач. Он предположил, что бедняга начал бредить. — И от чего же? — От того, что я разорву тебя на куски, — просто ответил Джонхён. — А ты очень забавный, — рассмеялся каратель. — Что ж, тогда ты побудь здесь. Отдохни немного, а я схожу за выпивкой и после мы с тобой продолжим веселье, — во время пыток разрешалось выпивать. К тому же палачу было немного жарковато. Поэтому он решил устроить себе настоящий пир. Вскоре мужчина оставил Джонхёна одного. Дворецкий смотрел в пол, он ждал, когда же его позовет Ки. Тело затекло находясь в одном положении. Неожиданно в темнице появился Тэмин. Он с восхищением смотрел на Джонхёна. Блондин подошел к столу и взял в руки кнут. — Как же ты прекрасно выглядишь, — проговорил Тэ. Джонг поднял голову. — Даже попав в такую ситуацию ты остаешься предан своему хозяину. — Всё из-за контракта между мной и моим господином. Ты ведь знаешь, какого это, — ответил дворецкий. Они оба знали, что Джонхён не нападет на Тэмина будучи в роли «жертвы» до тех пор, пока Кибом сам не призовет к себе демона и не отдаст свой приказ. Тэмин подошел ближе к Джонхёну. Он подцепил его подбородок рукояткой кнута. — Ты так предан своему желанию заполучить эту душу, что терпишь всю эту боль. Тебе правда не больно? — поинтересовался Тэмин, хотя знал, что дворецкий испытывает боль. — Ты давно не питался душами людей, поэтому ты испытываешь человеческую боль. Должно быть ты настолько голоден, что не можешь больше терпеть. Я предлагаю тебе сделку. Совсем скоро я заполучу множество человеческих жизней, и ради спасения они захотят мне отдать свои души. Поэтому оставь этого мальчишку и отдай его мне. Одна душа в обмен на больше восьми миллионов душ. Что скажешь? — Отказываюсь, — ответил Джонхён. Демон в последний раз поглощал человеческую душу в 1350 году, а также он прекрасно помнил, как пожирал души людей целыми городами. И он действительно был очень «голодный», но только за эти века демон сумел найти ту самую душу. И это стало для него смыслом. — Я устал от своей прежней жизни в которой только и знал, что пожирать. Мне нужен только мой хозяин и никто другой. — Вот как, — сухо ответил Тэмин. — Что ж, сделка не удалась. И после он резко ударил Джонхёна кнутом, а потом еще и еще. Он жестоко избивал его раз за разом задевая свежие раны. Из которых начала струиться кровь. Тэмин смеялся с удовольствием избивая Джонхёна. «Да, это боль лучшая специя, а кровь отличный соус. Вот в чем варится душа моего господина. Одинокая и оскверненная душа должна быть поглощена мной», — думал про себя Джонг. Он пребывал в экстазе. Тэмин намного лучше управлялся кнутом чем сам палач. Оставляя на теле глубокие раны. Блондин в полную силу размахивал хлыстом направо и налево.

***

Было уже утро, Кибом сидел в тюремной камере, он смотрел через окно на главную башню Лондонского Тауэра. Именно там находился Джонхён. Парень беспокоился за него хоть и знал, что тот демон. Сердце ускорено билось, дрожь в руках и коленках не покидала его. Хотелось поскорее позвать демона к себе, но было слишком рано. Юноша должен был разобраться в сложившейся ситуации мирным путем. Ки прокручивал в голове события в церкви. Их подставил Тэмин, но зачем? Также стало известно, что личный советник Ее Величества является демоном, а значит между ними был контракт. Но какой? И зачем Тэмин вообще всё это затеял? Тут за ним пришли два полицейских, они надели на него наручники и повели в кабинет главного комиссара. Кибом сидел напротив Аддамса, наручники с него так и не сняли. Мужчина изучал документы по вскрытию тела Оливии Хоббс. Девушка умерла не от насильственной смерти, а от передозировки наркотиков. То есть над ее телом поглумились уже после смерти. А также учитывая время смерти оно расходилось со временем, когда арестовали Кибома и его дворецкого. На момент смерти Оливии, Кибом в это время находился в кафе «Florian» о чем подтвердила владелица заведения Анна Картер, а также много других свидетелей, которые в тот момент были в кафе. Но вопрос оставался открытым: что же делали на месте преступления господин и дворецкий? И нельзя было отменить тот факт, что из центра конфисковали крупную партию наркотиков. Что-то здесь было не то. — Послушайте, сэр Аддамс, я не причастен к торговле наркотиков, пусть даже вы и нашли их в подвале моего центра. Я к этому никакого отношения не имею. Меня подставили. Также, как и в убийстве той девушки. — Ну и кто же тебя подставил? — тут же поинтересовался Мэтт Аддамс. Если над телом девушки поиздевался не Кибом, то кто? И почему именно сейчас его решили подставить в деле наркотиков и повесить на него «убийство»? Одни только вопросы. Парень выдохнул, он не мог сказать комиссару, что их подставил советник королевы. Кибом посмотрел на портрет Виктории. Ясное дело, что портрет монарха страны висел в кабинете главного комиссара всего Скотланд-Ярда. Картина была нарисована преимущественно в красно-золотых тонах. Королева в пышных одеяниях сидела на троне у окна. Глаза Ки зацепились за ее шею от увиденного он не поверил своим глазам. На шее королевы покоился белый шелковый платок с изображением золотой лилии. Такой же платок был на убийцах в ту ночь. Кибома охватили мысли, он начал сопоставлять события. Одиннадцать лет назад убили его семью, в том же году умер супруг Альберт Саксен-Кобург-Готский. Четыре года назад, когда Ки заключил контракт с демоном, и он по ускоренной программе изучал историю Англии. Парень также изучал историю королевской семьи и было известно, что любимый цветок Альберта была именно лилия. Виктория очень любила супруга и тяжко переживала его уход. Поэтому его привычки, вкусы и предпочтения присвоила вскоре себе. Теперь еще и этот наркотик под названием «Золотая лилия». Уж слишком много совпадений. Неужели сама королева Виктория была замешана в смерти родителей Кибома? И причина тому было — кольцо? Ведь по рассказам старших семьи Ким, то нефритовое кольцо могло вернуть к жизни умершего человека. Осознав это Кибом не выдержал и начал истерически смеяться, а затем просто рыдать как не в себе. Было больно такое осознавать. Ему казалось, что сама Судьба издевается над ним. Все эти годы он думал, что его семью убила какая-то криминальная организация или тайное сообщество. Но он даже предположить себе не мог, что в смерти семьи замешана сама королева. Парень много раз представлял, как убивает главного «злодея» в своей жизни, а по факту это оказалась женщина средних лет. И она постоянно была на виду. — Эй, что с тобой? — Мэтт Аддамс не ожидал такой реакции от парня. — Королева! Королева Виктория! — Кибом накинулся на Мэтта Аддамса и схватил его за грудки, он в этот момент не контролировал себя. Сердце колотилось как сумасшедшее. В глазах стояли слезы. — Она во всем виновата! Королева! Королева! Она! — кричал Кибом. — Да как ты смеешь нести эту чушь?! — прокричал в ответ Мэтт Аддамс. Сначала дворецкий, теперь его господин. Это разозлило мужчину. Как эти двое могли вообще себя так вести? На крики в кабинет забежали полицейские и схватили Кибома. — В камеру его! — твердо скомандовал Аддамс. Полицейские немедленно исполнили приказ и увели азиата прочь из кабинета. Кибом всю дорогу кричал, что во всем виновата королева Виктория. Оказавшись в камере, парень начал переворачивать всё вверх дном: опрокинул стол, растрощил стул об стену, скинул постельное белье на пол, колотился в стену, в припадке. Ярость поглотила его. Спустя некоторое время Кибом отключился от полного бессилия. Юноша осознал себя лежащим на полу. Ки метнул взгляд в сторону окна на улице было темно. После он смотрел в потолок. Вскоре парень услышал приближающие шаги. К решетке подошел Мэтт Аддамс, мужчина оценил весь бардак в камере. Впрочем, он не впервые наблюдал подобную картину. В руках он держал приказ. — Уже пришел в себя? — поинтересовался комиссар. Кибом на это никак не отреагировал. Не услышав ответа, Мэтт Аддамс продолжил. — По приказу Ее Величества, ты вместе со своим дворецким будешь депортирован на родину без права въезда в нашу страну. Вся твоя общественная деятельность немедленно должна прекратиться. А твой фонд и центр перейдут в руки государства. Завтра утром ты отправишься к себе в поместье под домашний арест, а уже через три дня тебя депортируют, — не услышав никаких слов, Мэтт Аддамс развернулся и пошел к себе в кабинет. Наконец-то с азиатом было покончено. — Три дня… — проговорил Ки. У него всего три дня, чтобы добраться до королевы и убить ее собственными руками. Больше у него не было причин оставаться в этом месте. Кибом встал, подошел к окну. Он смотрел на башню, а после решительно произнес. — Я приказываю тебе, явись и забери меня, Джонхён, — Кибом стал ждать.

***

На теле Джонхёна не было живого места. Палач удивлялся, как этот человек еще не умер? Его лицо было в сплошных гематомах, само тело избито, порезанное, несколько пальцев на ногах было отрезано. Палач в это время, как раз раскалял кочергу, чтобы ней выжечь глаза жертве. Дворецкий обессилено висел на этих кандалах. Это игра уж слишком затянулась, его терпение было уже на исходе. И тут демон услышал приказ. — Ну, наконец-то, — проговорил Джонг, он начал злорадно смеяться, поднимая свою голову, его глаза обрели истинный цвет. Натянув цепи на себя, демон беспроблемно стал срывать их со стен. Перепуганный палач увидев эту картину не поверил своим глазам. Раскаленная кочерга выпала из его рук. Тем временем демон полностью освободившись из оков, стал идти прямо на «мучителя». На ходу раны на теле сами по себе стали затягиваться. Палач стал отходить назад, ему было страшно. Джонхён щелкнул пальцами и того палача разорвало на части. Комната окрасилась в красный, кровь стекала по стенам, она была повсюду. Внутренние органы на пару с конечностями, также, были разбросаны по всей комнате-пыток. Сам Джонхён стоял весь обрызганный кровью, словно он искупался в ней. — Я же говорил, что разорву на куски, — спокойно ответил демон, смотря в глаза оторванной головы. А после исчез из этого пыточного места. Кибом спокойно себе стоял, и слышал, как доносились крики полицейских. Он находился на втором этаже. Постепенно крики стихли и к камере стали приближаться спокойные и уверенные шаги. Демон оказался возле решетки. — Боже-боже, какой беспорядок вы устроили, мой господин, — спокойно проговорил дворецкий. Он стоял перед Кибомом целым и невредимым. Джонхён указательным пальцем заставил железные прутья развестись в разные стороны. Демон вошел в камеру. Они поравнялись, смотря друг другу в глаза. — Я уж заждался вас. Это было вовсе не весело. — Джонхён подошел ближе и обнял Кибома. Он чувствовал исходящую от него нервозность. — Прости, что заставил так долго ждать, — ответил Кибом, обнимая своего демона. — Полагаю, вы что-то узнали? — улыбаясь ответил Джонхён. Оценив бардак в камере, дворецкий оторвался от парня. И после Кибом всё рассказал Джонгу, а также тот факт, что у них осталось всего три дня. — Джонхён, немедленно найди королеву и доставь меня к ней, — решительно произнес Ки. — Вы уверенны, мой господин? — с подозрением смотрел Джонг на Кибома, ведь демон уловил в нем нотки сомнения. — Вы не сможете отменить этот приказ. И тут неожиданно Скотланд-Ярд погрузился во тьму. Весь полицейский участок был оплетен черной паутиной. Джонхён и шагу не сумел сделать, он был опутан черными нитями, словно кокон. Демон слишком много сил растратил в темнице, сохраняя свой человеческий облик. Сзади Кибома появился Тэмин, он схватил господина. Блондин ликовал ему удалось не только рассоединить их, а и еще изрядно истощить Джонхёна. Ки вскрикнул. В стене образовался черный танцующий вихрь, именно в ту темноту поспешил Тэ вместе с Кибомом. — Господин! — выкрикнул Джонг, но уже было поздно, он остался один.

***

Кибом оказался в родном поселении Кудам. Это была та самая ночь. Парень стоял во дворе своего дома, всё вокруг полыхало огнем. Он чувствовал жар на своей коже, слышал свистящий звук пламени вместе с трескающим деревом, вдыхал запах гари и копоти. Всё это было по-настоящему. Ки стал снова переживать те чувства и эмоции одиннадцатилетней давности. Во дворе в надежде спасения пыталась сбежать прислуга семьи Ким, но их безжалостно убивали разбойники. Крики людей стояли повсюду. Даже лошади и другая живность были зарезаны, они валялись по всей территории двора. Госпожа Ким выбежала из детской комнаты держа на руках свою дочь, женщина в ужасе побежала в другой конец дома. За ней бежало двое мужчин. — Мама! — словно очнувшись парень побежал за матерью, чтобы спасти ее. Оказавшись в доме, Кибом увидел, как женщина вбежала в кабинет отца. Сорвавшись с места он побежал туда. Но ворвавшись в кабинет, Кибом резко остановился. Вся комната полыхала огнем, за столом склонив голову сидел глава семьи Ким. Рядом с ним стоял Тэмин. Блондин был в той самой одежде, как и разбойники, на его шее находился шелковый белый платок с вышитой «золотой лилией». Его рука полностью была окровавлена с пальцев стекала свежая кровь. — Неужели ты… — проговорил Ки. Парень допустил мысль, что именно Тэмин убил родителей в ту ночь. Блондин молча стоял, пока не склонился над телом отца и не поднял его голову. Половина лица матери было пришито к лицу отца. Родители стали одним целым. На сына смотрело непонятное существо, которое когда-то называлось «отцом и матерью». Смотря на это уродство желудок Кибома не выдержал, он согнулся вдвое и его стошнило прямо на пол, а после от пережитого шока, он потерял сознание.

***

Джонхён стоял неподвижно в полицейском участке. Дворецкий не чувствовал господина в этом мире. А значит он был спрятан в прослойке между мирами, как в прошлый раз. — Юи, Наын ко мне, — проговорил демон. И тут же перед ним появились его слуги. — Вытащите из меня эти нити, — скомандовал он. — Но ваше тело… — ответила одна из Наын. Демоны видели, что всё тело Джонхёна было пробито этими нитями. И вытащить их из тела будет проблематично. Ведь в этот момент Джонг будет испытывать колоссальную боль. Эти нити не были для него смертельными, но они вполне наносили демону свой определенный урон. — Я сказал освободить меня! — твердо повторил Джонхён. Глаза горели красным огнем. Вся это ситуация выводила его из себя. Чего бы это не стоило, но он должен освободиться от временной ловушки. И последовать за господином. — Слушаюсь, Владыка, — ответили девушки. Чертовки прекрасно чувствовали злость Темного князя. Поэтому Юи и Наын начали действовать. Они одну нить за другую вытаскивали с тела Джонхёна. Брюнет не сдерживал себя в криках, ведь это была для него очень болезненная процедура.

***

Кибом медленно открыл глаза. Он находился в той самой пещере на берегу моря. Парень приподнялся, голова немного побаливала. Ки осмотрелся как же давно это было. Словно в прошлой жизни. — Пришел в себя? — раздался неожиданно голос Тэмина. Кибом тут же поднялся с земли. Недалеко от него сидел Тэмин и улыбался ему. Он уже был в своем белоснежном костюме. Теперь блондин понимал о каком, говорил месте Кибом. Здесь действительно было красиво. Парень смотря на демона разозлился в его голове пронеслись события той ночи. — Это ты убил моих родителей? — спросил Ки. Он был вражески настроен против Тэмина. — Почему?! Почему ты убил их?! Что ты получил убив их! — Убил… Убил… Что ты заладил одно и то же? Неужели ты думаешь, что я виноват в смерти твоих родителей? — посмеялся блондин. — Ты наконец-то прикоснулся к своему прошлому и узнал, кто истинный убийца твоей семьи. Ты настолько далеко зашел, что заключил сделку с демоном, — Тэмин пристально смотрел на Кибома. — Но сможешь ли ты убить королеву? — Что? — услышав эти слова Кибом растерялся. — Убив королеву для тебя это будет означать конец сделки. Готов ли ты совершить свою месть отказавшись от своей любви? — Тэмин поднялся с земли и подошел ближе к Кибому. Он подцепил подбородок парня двумя пальцами. — Признайся, что ты влюбился в него. Ты влюбился в демона с которым заключил сделку. Как бы ты не хотел отомстить за смерть своей семьи, но твое сердце наполнено любовью. Ки закусил нижнюю губу, он отвел взгляд в сторону. Сердце его колотилось как сумасшедшее, ведь это была правда. Блондин вытягивал на поверхность самые потаенные чувства. Сначала Кибом жил ради мести. Но со временем связь с Джонгом привела к тому, что он влюбился в него. Ки не мог признаться в этом ни самому себе, ни демону. Поэтому и хранил эти чувства глубоко в своем сердце. — Вот только ты ошибся, — продолжил Тэмин. — У нас демонов нет понятия о любви. У нас нет чувства преданности или вины за содеянное. Мы следуем своим принципам. И в конце забираем то, что принадлежит нам. Он заберет твою душу даже не думая. Ты вовсе не желал мести, — Тэмин вернул взгляд Кибома к себе, он внушал ему совершенно другие эмоции. — У тебя ранимая душа, которая хотела навсегда забыть свое прошлое. Но прошлое всегда преследовало тебя, как бы ты не желал от него избавиться. Несмотря на свою израненную душу ты не способен убить другого человека. Твои родители этого не желают… — слушая эти слова, глаза Кибома стали стеклянными. Яд демона проник под его кожу. Сознание провалилось в пучину забвения. Кибом резко оказался в родительском доме. Солнце ярко светило. Было так хорошо и спокойно. Родители стояли на крыльце дома, они улыбались своему сыну. Как же давно Ки не видел их такими счастливыми. Это его поразило. — Всё в порядке, сынок, — проговорила мама. Женщина радостно улыбалась. — Не стоит печалиться о наших смертях, — говорил уже отец. — Мы не хотим видеть, как ты страдаешь, Бомми. Сейчас нам хорошо и спокойно. После смерти мы с твоей мамой стали единым целым. — Верно, — подхватила женщина. Она протянула свои руки к сыну, чтобы обнять его. — Бомми, сынок мой. Я хочу обнять тебя. Иди к нам. Мы так соскучились по тебе. Бомми, мы любим тебя. — Отец… Мама… — проговорил Ки. Он пошел на их зов. Больше всего на свете, он хотел снова почувствовать объятия своих родителей. Тут появился Джонхён наконец-то он нашел господина. На самом же деле Джонг, Тэмин и Кибом находились в пустоте. Вокруг них абсолютно ничего не было. Темное пространство обволакивало всё вокруг не впуская и не пропуская ничего из себя. Блондин сидел на коленях, на его ногах лежал Ки. Тэмин смотрел на Кибома поглаживая его по лицу. Дворецкий попытался приблизиться к господину и вырвать из лап другого демона. — Как легкомысленно, — тут же произнес Тэмин. Блондин поднял взгляд на Джонхёна. — Ты же знаешь, что сейчас я нахожусь в его голове и внушаю ему ложные воспоминания. Если ты вмешаешься и вырвешь его из моих рук, то прошлое этого ребенка никогда не станет прежним. Оно просто перестанет существовать. И тогда ты станешь заложником, ведь контракт потеряет свой смысл, и ты навсегда останешься в роли дворецкого. Его так интересно переделывать. Мне нравиться разрушать то, что ты создавал не один год, — улыбнулся Тэмин и опустил свой взгляд вниз. Он знал, что после этого Джонхён не посмеет напасть на него. — Моего господина пытаются переделать, — проговорил Джонг. Брюнет сдвинул брови вместе. Такой расклад ему не нравился. Он стал пристально наблюдать за хозяином. Ведь то, что он сделал на Мадагаскарском острове, когда вдыхал в него свою часть энергии, должно было сработать и вернуть Кибома назад. Тем временем Ки продолжал идти к родителям, шаг за шагом. Внутри себя парень чувствовал умиротворение, желание мстить постепенно у него пропадало. — Мой мальчик, иди к нам, — говорил отец, стоя с распростертыми объятиями. — Мы ни к кому не испытываем ненависть. Не дай злу проникнуть в твою душу и сбить тебя столку. Забудь о ненависти и желании отомстить, — до родителей оставалось всего пару шагов. — Бомми, очнись… — произнес неожиданно голос Джонхёна. Кибом увидел призрачный силуэт дворецкого. Сердце пропустило сильнейший удар. Словно обухом по голове. Парень резко остановился перед родителями. Воспоминания прошлого пронеслись в голове с новой силой. Чувства и эмоции захлестнули его. После смерти родителей, Ки попал в сексуальное рабство, где его унижали и издевались над ним каждый божий день. Как такое вообще можно забыть? — Ну же, сынок, иди сюда, — проговорила мама. — Позволь коснуться тебя. — Поторопись, сынок, — подхватил папа. — Мы ждем тебя. — Не… — как же тяжело это было произнести вслух. — Нет… Это ложь… Неправда… Вы ненастоящие… — О чем ты говоришь, сынок? — обеспокоенно проговорила мама. — Даже если вы ни к кому не испытываете ненависть, — Кибому очень тяжело давались эти слова. Всё его тело было в напряжении. — Я ничего не могу поделать с желанием отомстить… — Что ты такое говоришь, Бомми? — спросил изумленно отец. — Ты нас разве не любишь? — Я люблю тебя, папа, — Кибом больше не выдержал. На его глазах выступили слезы. — Потому и страдаю. Мне больно. Во мне живет ненависть и желание отомстить. — Так забудь о ней, — просто проговорила женщина. — Нет! — тут же крикнул Кибом. — Как только я забуду обо всем. Я перестану существовать. И это буду уже не я! — Ки смотрел на родителей с ясным умом. — Вы умерли. Я не забуду… Я не забуду… Не забуду этого! — выкрикнул Кибом. Услышав эти слова и почувствовав сопротивление сына. Родители закричали и начали гореть на глазах своего ребенка. Они мучительно кричали ведь им было больно находиться в огне. Всё вокруг стало гореть. Именно это было настоящим воспоминанием Ки. Яркая вспышка света выкинула Кибома из этого места. Тэмин резко отпрянул от тела Кибома. Блондин был в шоке. — Что? Он сам выкинул меня из головы? — Тэ не понимал этого. Никогда еще человек не освобождался самостоятельно от ловушки демона. Блондин также понимал, что если он задержится здесь то, Джонхён нападет на него. Вмиг Тэмин исчез из пустоты. — Господин, — Джонхён тут же оказался возле Кибома. Безопасность парня была прежде всего. Поэтому брюнет позволил уйти Тэмину, их битва будет еще впереди. И блондина ждет смерть не иначе. Дворецкий нежно подхватил тело Ки. — Я знал, что вы вернетесь, — прошептал демон. Кибом открыл глаза. И первое, что он увидел — лицо своего любимого. — Джонхён… Я… — тихо проговорил он. Тело ослабло, ведь много сил ушло на то, чтобы вернуться назад. — Вы всегда делаете то, чего я ожидаю от вас меньше всего. Вы способны удивлять меня каждый раз, — говорил Джонг. Оказавшись в теплых объятиях демона, парень провалился в сон. Он не боялся, ведь знал, что Джонхён позаботиться о нем. — Чего и стоит ожидать от моей души… Вернее, чего и стоит ожидать от моего господина, — закончил Джонхён и поднявшись на ноги, он отправился в человеческий мир. Крепко к себе прижимая тело Кибома. To be continued…