Потеряй меня из вида

Джиу проснулась утром от звука клавиш ноутбука, по которым стучал Юнги. Сонно потянувшись, Пак посмотрела на время. Было далеко за полдень. — Выспалась? — улыбнулся ей Мин, оторвав взгляд от экрана ноутбука. — Угу, — довольно протянула соседка, потирая заспанные глаза. В их комнате царили уют и спокойствие. Идеальное соседство. Умывшись, Джиу надела джинсы, широкую футболку, взяла в автомате на первом этаже кофе и ушла в библиотеку. Ей нужно было подготовиться к семинару по праву господина Вона. Он задавал много домашнего задания, но оно помогало вникать в профессию и действительно было интересным. Сев к уже излюбленной стене в конце библиотеки на подушку, Пак открыла книгу, свою тетрадь и принялась конспектировать. Джиу не замечала времени, занимаясь. От тетрадей ее оторвал голос Хенджина. — Ты весь день здесь проторчала? — вздохнул он, сев напротив нее на корточки. — Угу. У меня семинар во вторник — не хочу просрать ту сумму, которую я отвалила за курс господина Вона. А сколько время? — Уже семь. Пойдем ужинать. — Да, идем. А как ты меня нашел? — Юнги сказал, что ты можешь прятаться тут от нас. — Предатель, — вздохнула Пак, держа в руках блокнот, книгу и ручку. — Библиотека… столько воспоминаний навевает, — усмехнулся Хван, закусывая нижнюю губу. — Ну тебя. Лучше расскажи, как свидание прошло. — Все было очень мило. Малыш Феликс много смущался, но мы целовались на колесе обозрения и в кино… — Я рада. Ты его не обижал? — Не переживай, мелкая. Ли остался доволен. — А ты? — И я, — вздохнул он, обняв девушку за талию, — ты ужасная. Если мы влюбимся, то нас отчислят. — Тебе недолго осталось учиться, а Ликси справится с этим. К тому же должны же быть хоть какие-то привилегии у лучших студентов академии. Хван с Пак дошли до столовой, где взяли себе ужин и сели за разные столы. Джиу не терпелось расспросить Феликса о впечатлениях. — Рассказывай! — села перед одногруппником девушка. Ли Енбок смущенно улыбнулся и начал рассказывать. Оказывается, Хенджин зашел за ним прямо в комнату. Первым делом они пошли в кино, потом в кафе, а после просто гуляли по парку, много разговаривая. Феликс также обмолвился, что они целовались и были очень близки к дальнейшему телоприкладству, но Ли испугался в последний момент, а Хван, почувствовав это, не стал настаивать. — Я рада, что ты остался доволен. А у меня вчера был первый поцелуй, — усмехнулась неопределенной улыбкой Пак. — Ого! С кем из твоих обожателей? — Никогда бы не подумала, но это был мой куратор. Я вчера чувствовала себя просто куклой какой-то, которую таскают по желанию. Джиу грустно вздохнула и отпила чай из стакана. — Как ты сегодня день провела? — Весь день в библиотеке проторчала. Я бы и ужин пропустила — Джинни нашел меня и привел поужинать. Если бы не он, жевала бы чипсы или сладости. Феликс улыбнулся, и одногруппники ужинали в тишине. Когда чай был допит, Джиу потянулась и почувствовала на своем плече чью-то руку. Повернув голову, увидела Сан. — Привет, малыши, — улыбалась девушка. — Приветик, Санни. Я постираю и верну твою пижаму. — Оставь себе — дарю, — отмахнулась она, — какие планы завтра после пар? — Я готовлюсь к семинару все вечера, — пожала плечами Джиу, — есть предложения? — Наши забились играть в баскетбол. Пойдем смотреть? — Наши — это КингФайв против АМРА? — засмеялась Пак. — Ага. Забавные мальчишки. Пойдешь? — Да погнали. Если будет скучно, на трибуне позанимаюсь. Сан засмеялась, назвала девушку стервой и ушла, попрощавшись с Джиу до завтра. — Ты дружишь со всей моей семьей, — усмехнулся Феликс, — словно ты их сестра. Пак пожала плечами и улыбнулась.

***

Шло время. Джиу примерно училась, старалась и неплохо себя проявляла на курсах господина Вона. Настолько хорошо, что только ее допустили до практики в суде спустя два месяца обучения. Джиу была заявлена как помощница господина Вона. Переживая, Пак Джиу ждала начала заседания. Ее одногруппников допустили только до посещения мероприятия как наблюдателей. — Мисс Пак, не переживайте. Вы хорошо потрудились, — подбадривал ее адвокат. — Спасибо, господин Вон. Чтобы его студентов допускали до участия в заседаниях, господин Вон согласился брать клиентов по социальной программе и не получать за это деньги. Он считал, что практика — лучший метод обучения, поэтому был готов на такие жертвы ради студентов. Их клиентом был женатый мужчина, который, судя по линии обвинения, облил жену кипятком, будучи пьяным, и ушел из дома на всю ночь. Сорок минут заседания завершались не в пользу Ответчика. — Есть идеи? — наклонился к Джиу преподаватель. — Да. — Тогда дерзай. Джиу улыбнулась и кивнула. — Ваша честь, от лица защиты выступит моя студентка Пак Джиу. — Господин Вон, вы уверены? — сжал челюсть судья, чувствуя себя оскорбленным. За два года адвокат не прибегал к подобным мерам. — Да, Ваша честь. Договоренность была в том, что мои студенты участвуют в судебном процессе. Мисс Пак готова отстаивать интересы нашего клиента. Разрешите ей начать? — Прошу. Пак Джиу кивнула. — Господин Сунь, подскажите пожалуйста, насколько хорошо вы умеете пользоваться техникой? Телефоном, компьютером? — Не знаю к чему этот вопрос, — замялся обвиняемый, — но, если честно, то очень плохо. Все вопросы решала всегда жена — с интернетом, с телевизором. Да даже с микроволновкой. — Хорошо. Камеру видеонаблюдения в дом кто покупал? Ту, что висит в коридоре и захватывает часть кухни? — Я. Продавец сказал, что ей очень просто пользоваться, но я так и не смог разобраться. Джиу кивнула, поблагодарив клиента своего преподавателя. — Мисс Пак, можно ближе к делу? — начинал злиться судья. — Извините, но это было важно. Дело в том, что камера, запись с которой представлена как доказательство преступления, совершенного господином Сунь, может быть сфальсифицирована. — Протестую! Нет доказательств! — вскочил адвокат обвинения. — Мисс Пак, — вздыхал судья устало-снисходительно, — как вы можете это доказать? — Очень просто, господин судья. На камерах подобного типа запись можно вырезать и переместить в другую часть видео словно на пленке. Это делается двумя нажатиями. Если вы мне разрешите, я продемонстрирую. Судья скептически посмотрел на студентку и разрешил ей провести махинации. Спустя десять минут Пак Джиу под насмешливо-горделивый взгляд господина Вона показывала только что снятый ролик, в котором — прямо с помощью кнопок на камере — смогла заменить один фрагмент другим. — Но это еще не доказывает, что госпожа Сунь так поступила, — вновь возразил адвокат. — Вы правы, — кивнула Джиу, — только госпожа Сунь, в отличии от меня, не знала, что если на камере, даже после съемки, выставить время, оно будет показывать именно те часы, когда было записано. Прошу обратить внимание на экран. Джиу поставила на камере отметку «показывать дату и время», и включила видео-доказательство. Как и говорила Пак — кадры были заменены. — Благодарим, мисс Пак. Присаживайтесь, — кивнул судья, — госпожа Сунь. Вы поклялись говорить правду. Так ответьте на мой вопрос. Вы заменили кадры в записи? — Да, — расплакалась женщина, — я больше не могла терпеть этого алкоголика! Он мне всю жизнь испортил! Я хотела, чтобы он страдал, как я! Женщина плакала, а ее мужа оправдывали под восхищенно-удивленный шепот присутствующих. — Ты хорошо поработала, Джиу, — похвалил ее преподаватель, — уверен, у тебя получится стать хорошим адвокатом. — Спасибо, господин Вон, — улыбалась Джиу. Заседание закончилось, и все стали выходить из зала. — Мисс Пак! — догнал девушку их клиент. Джиу остановилась и посмотрела на мужчину средних лет с сильно запитым лицом. — Спасибо Вам большое. Я уже думал, что меня посадят за то, что я не совершал. — Это моя работа, господин Сунь. Возьмите себя в руки — еще не все потеряно. Джиу ему улыбнулась, и ее увел преподаватель, ссылаясь на обсуждение учебных вопросов. Студенты с преподавателем зашли в одну из комнат для переговоров. Ученики расселись на стулья, а Вон Чан оперся на стол. — Кто что думает касательно выступления Джиу? — спросил преподаватель. — Джиу была очень уверенной и обладала фактами, — произнес парень. — Но при этом настойчивость с первой секунды была воспринята как оскорбление суда, — поддержала девушка. В группе Джиу была самой младшей. Всем было больше двадцати одного, и только ей — шестнадцать. Господин Вон обычно принимал студентов юридического колледжа или вовсе института, но в этот раз он сделал исключение. — Все так, — кивнул Чан, — настойчивость и уверенность — важные составляющие хорошего адвоката. А еще — непоколебимость. Мисс Пак выбрала верную стратегию ведения диалога: уверенное псевдо-раскаяние и почтение. Это подкупит кого угодно. Только нельзя переигрывать и нервничать, иначе не сработает. Мисс Пак, поделитесь с группой — как удалось победить? — На самом деле, я догадывалась, но не была уверенна в своей теории. Дело в том, что даже на видео, предоставленном в уликах, видно разницу света из окна. Я предположила, что кадры были заменены. Мне повезло. Если бы господин Сунь не был бы честен с нами, мы бы проиграли с позором. — Все так, Джиу. Хорошо, что ты это понимаешь. Встречаемся теперь во вторник на семинаре. Не забудьте домашнее задание. Студенты попрощались с преподавателем и друг другом, разойдясь по разным сторонам. Джиу надела наушники и отправилась неспешно гулять. Она была довольна своей работой и первым выигранным делом. Гордость и радость переполняли малышку-Пак. Через три дня должен быть Хеллоуин. Как рассказывала Пятерка — ректорат устраивал «вечеринку на выбывание». Студентам, которых выбрали мафией, раздавалось оружие со снотворным, а остальные должны были не «умереть» от рук мафии. Никто не знал, кто именно убийца, а кто — мирный житель. Джиу почему-то была уверена, что КингФайв и АМРА будут мафией. Также, помимо основной задачи для убийц, жертвы должны были выполнить ряд заданий, чтобы нейтрализовать угрозу. Эти задания писались на специальный пейджер. Участвовала вся академия, поэтому отказаться возможности не было. За это время Пак Джиу стала гораздо сильнее физически. Сказывались тренировки от Хвана и Чона. Эти двое ей вообще не давали спуску. Но и заботились они о ней постоянно: то из библиотеки вытащат поесть, то просто погулять, чтобы она не засиживалась в комнате. Чимин уже две недели был на задании. Его часто отправляли одного как лучшего подготовленного бойца. К вечеру Пак вернулась в академию — как раз к ужину успела. Феликс расспрашивал о ее первом заседании. Конечно же, Джиу похвасталась, что ее самоуверенность помогла ей победить. Феликс восхищался подругой и ее умением не следовать правилам, делая это естественно и не вызывая подозрений. — Детишки, пойдем в бар? — улыбнулся Хван, сев рядом с Ли и по-хозяйски положив на его бедро руку. — Я за, — улыбнулась Джиу, потянувшись, — последний раз я отдыхала после нашей победы на тренировке. — Потому что ты зубрилка. Ты как? — посмотрел в глаза Енбока Хенджин. — Хорошо. Это прекрасная идея. Хван усмехнулся и сказал, что к девяти ждет их в баре. Джиу с Феликсом разошлись по комнатам. С момента крайней вечеринки Чонгук лишь иногда позволял себе обнять подопечную, но ни разу так и не поцеловал и не сделал ничего, что намекнуло бы на его сексуальное желание в сторону первокурсницы. Пару раз она его замечала в компании других девушек. С одной стороны, Пак радовалась, что куратор ее не трогает, а с другой стороны было обидно — он украл ее первый поцелуй и практически перестал с ней взаимодействовать после этого. — Что с лицом? — спросил Юнги, видя задумчивую соседку, вошедшую в комнату. — Задумалась. Мы в бар с Джинни. Пойдешь с нами? — Не, мне поработать надо. — Что-то интересное? — Нет. Сам справлюсь. Джиу кивнула и легла на кровать, включив себе любимый мультсериал, который затягивал ее надолго. Однажды она чуть всю ночь не просидела за просмотром. Не замечая времени, Пак с интересом пялилась в экран. — Чем заняты? — вошел в комнату Чон. Юнги сказал, что работает, а Джиу не слышала ничего, потому что была в наушниках. Гуки тепло посмотрел на свою подопечную и грустно вздохнул. — Она с Хваном собиралась в бар, но ее снова затянул сериал, — засмеялся Мин, видя лицо соседки. Чон криво улыбнулся, кивнул и сел на кровать к первокурснице. Она оторвала взгляд от экрана и сняла один наушник. Вопросительно посмотрев на улыбающегося куратора, поставила сериал на паузу. — Ты в бар собиралась. Идем? Джиу кивнула, переоделась в ванной, и они с куратором отправились в сторону бара. Было уже почти десять вечера. Если Джинни ее не прибьет — можно сказать, что удача на стороне Пак. — Мелкая! — недовольно говорил Хенджин. — Отстань. Меня затянул сериал. Осталось еще серий пятьдесят, и он закончится. Хван вздохнул и слишком сильно сжал девушку в своих объятиях. Феликс с Чонгуком с улыбкой смотрели на студентов, в чьей компании были. Хенджин увел студентку танцевать, потому что началась прикольная песня, и ему хотелось под нее подвигаться. Феликс в этом отношении был очень робок, а Чонгук не заберет у него малышку-Пак, потому что не хочет признаваться самому себе, что подопечная ему нравится. Ли с Чоном сидели за столом, пили и болтали, найдя общие темы для разговоров. Чонгук не ожидал, что Ли Енбок окажется интересным собеседником. Феликс с улыбкой смотрел на танцы своего куратора и подруги. — Ревнуешь? — улыбался криво Чонгук. — Нет. А ты? — Я с чего бы? — недоумевал Гуки. — Только слепой не увидит твой теплый взгляд на ней. Мне ревновать не с чего — Джиу сама нас свела. — А я знаю Хвана — и ему девчонки совсем неинтересны — только в качестве игрушек. — И Джиу? — Сомневаюсь. Ему она словно сестра стала. Они даже собачатся как родственники. — Но при этом они вечно друг друга пытаются развратить. — Инцест — дело семейное. Парни звонко засмеялись, стукнулись стаканами с виски и отпили по глотку. — Присоединяйся к нам в столовой. Малышка-Пак без тебя не вернется, а так будет веселее. Феликс улыбнулся и согласился. Гук был интересным. С ним хотелось дружить. Хван с Пак танцевали, отрываясь по полной и выплескивая свою сексуальную неудовлетворенность в танце. — Феликс все еще не решился на близость? — спросила Джиу, обнимая Джинни. — Нет. Малыш еще не готов. Я заебался дрочить. Скоро мозоли на ладонях будут. — О, так ты оказывается верный? — оскалился Джиу. — Не сомневайся во мне, малышка-Пак. Чего не скажешь о твоем? — Чонгук не мой, поэтому может делать все, что захочет. — Не ревнуешь? — Нет. С чего бы? — Он украл твой первый поцелуй, — усмехнулся Хенджин. — А ты увидел первый оргазм, — фыркнула Пак. Хван звонко засмеялся, даже засмущался. Ее искренность и открытость были дики для Кореи — тем более от девушки такого юного возраста. Друзья продолжали танцевать, не замечая времени. Когда они наконец вернулись за столик, чтобы отдохнуть и выпить, на их столах уже стояли их любимые напитки. Друзья с улыбками переглянулись. Это было мило. Сидя за столом, Хенджин касался Феликса, а Чонгук всего лишь сидел рядом с Джиу. Он хотел ее обнимать, но им нельзя быть вместе. Чувства — это слабость. К двум часам ночи, когда бар закрывался, друзьям пришлось уйти из заведения. Пак была без настроения. Она весь вечер, что они просидели за столом, мало говорила, часто уходила в свои мысли и теряла нить диалога. Джинни пошел провожать Феликса, а Гуки взял подопечную за руку и повел в противоположную от общежития сторону. Джиу недоумевала, но не возмущалась. Ночь вступила в свои права уже давно, на территории академии царила тишина, а все студенты сидели по комнатам. Только Пак Джиу и Чон Чонгук оказались около невзрачного одноэтажного строения. Раньше первокурсница его не замечала. — Что с тобой? — спросил Чонгук, прижав Пак к стене здания. — Ничего, — пожала она плечами, — с чего волнуешься? — С того, что я твой куратор. Джиу фыркнула и посмотрела вниз. Чон был слишком близко, поэтому ее взгляд падал в район его грудной клетки. Хотелось положить на нее руки и сжать ногтями, чтобы остались царапины. Это бы выглядело как «метка собственности». Усмехнувшись своим мыслям, Джиу почувствовала объятия Чонгука и его руку на своем подбородке. Чон поднял ее лицо, заставляя посмотреть в его глаза. — Почему ты меня игнорируешь? — Кто кого, — усмехнулась в ответ Джиу, а Гук знал, что она права. — Нам нельзя влюбляться. Любовь — это слабость. — Ну так не влюбляйся. Не разочаровывай семью. — Ты обижаешься? — Нет. С чего бы? Ты мне не принадлежишь, можешь спать, с кем захочешь и целовать, кого хочешь. Чонгук тяжело вздохнул, закрыл глаза и уперся своим лбом в ее, сильнее стягивая объятия на талии первогодки. — Дура ты. Сплела, как паук, свои сети. Теперь не могу отделаться от твоих глаз, губ, голоса… ты мне мерещишься в каждой. Чертова девчонка, — выдыхал он прямо в ее губы, — даже трахая кого-то другого я представляю тебя. Во рту от сказанного пересохло. Джиу глухо простонала, понимая, что это слишком серьезное признание и одновременно слишком губительное. — Нам не быть вместе. Любовь — это слабость, — повторила она его же фразу. На самом деле, это им внушали с самого детства. Их готовили к этой жизни, поэтому они точно знали, что можно, а чего нельзя. Чонгук надеялся, что Джиу отговорит его, но она была такой же. Помедлив, куратор нежно поцеловал подопечную, вжимая в себя. Пак ответила на этот поцелуй — она так давно хотела почувствовать его губы на своих. Это было слишком желанно. Запустив свои руки в волосы парня, почувствовала его глухой стон прямо в ее губы. — С ума сводишь, — на выдохе шептал он. — Замолчи, — глухо простонала Пак и поцеловала Чона. Она не хотела его отпускать — не сейчас. Они только дорвались друг до друга. Не было сил и желания прекращать. Когда к Джиу вернулся рассудок, рука Чонгука была в ее трусиках, и пальцы выводили круги, заставляя первокурсницу стонать в плечо куратора от удовольствия. Гуки смотрел в ее глаза своим сумасшедшим взглядом, мечтая увидеть, как она получает удовольствие только от его касаний. И он это увидел: глаза Джиу почернели, щеки покраснели, а с пухлых губ срывались стоны, пока ее трясло от накатившего удовольствия. Эта картина так сильно произвела впечатление на Чона, что он с глупой улыбкой смотрел в глаза Пак, желая видеть ее такой чаще. Облизав свои губы, Гук вытащил свою руку, застегнул джинсы подопечной и нежно прикоснулся к ее лицу, убирая волосы за ухо. — Ты такая красивая, когда кончаешь, — криво улыбался Чон. — Иди нахер, Чонгук, — на выдохе произнесла Джиу, сжимая ногти на плечах парня. Чон усмехнулся и повел свою подопечную к общежитию. Пак чувствовала, как горели щеки. Это было ярче, чем с Хенджином — может потому что в этот раз она не сама себя трогала? Гребанный куратор. Не попрощавшись, Джиу вошла в комнату и закрыла дверь на ключ. Вздохнув, увидела улыбающегося Юнги. — Вы все-таки переспали? — Легкий петтинг сексом не назовешь, — вздохнула Джиу, — но и этого много, учитывая… все. — Делайте, что хотите. Живем один раз. — Чтобы жить, нужно думать, что делаешь. Словно ты это знаешь хуже, чем я.