Погибель на закате

Гастонский горный хребет, Марбэлия 30-е мая, 521 год эры смешения Плитка под босыми ногами Ринды была невыносимо холодной, словно заледеневшей и сотни иголок при каждом шаге врезались ей в тонкую кожу. Но ей было плевать, казалось, что даже сердце утратило любую чувствительность, что там до ничтожной физической боли. Она целенаправленно кралась в комнату охраны, избегая прямых коридоров, где ее бы засекли камеры или повстречал кто-то из персонала. Но внезапно из-за угла раздались тяжёлые, явно мужские, шаги и Рин была вынуждена прижаться к стене, молясь о том, чтобы ее не заметили. Однако она не была верующей, следовательно никакие молитвы ей бы не помогли. Мать же всегда призывала ее надеяться исключительно на себя, верить лишь в себя, добиваться всего для себя. Ринда не собиралась пренебрегать этими советами в данном случае. Будучи готовой напасть и обезоружить незнакомца, она резко вынырнула из своего укрытия. Но ее опередили — мужчина уже лежал на полу без сознания. Нахмурившись, Рин оглянулась, но в пустынном коридоре она была совершенно одна. Спокойно переступив через отключившегося мужчину, она направилась вперед, не меняя своего курса. Кто бы ни был нападавший, он оказал ей услугу. Прислушиваясь к гробовой тишине, Ринда насторожилась. Не может быть в жилом отсеке прислуги так мертвенно тихо. И она не ошиблась. Приоткрыв дверь, Рин обнаружила в комнате с камерами наблюдения выведенную из строя технику и три человека без сознания. Выхватив у ближайшего из рук рацию, она нажала на кнопку, не настраивая канал. По ту сторону кто-то уже активно пытался докричаться до здешних охранников. А значит пора было уносить ноги — совсем скоро здесь будет вся охрана отеля. Но перед тем как уходить, Ринда позаимствовала у лежащих два пистолета, затем сделала четыре последовательных выстрела — системные блоки многочисленных мониторов с грохотом разлетелись и комнату быстро охватило пламя. Им понадобится время, чтобы всё восстановить, а к тому моменту она управится со всем, что ей необходимо сделать. Наблюдая за снопами искр и разрастающиемся огнем, она усмехнулась. Рин позаботиться, чтобы этот вечер был незабываемым. Она была готова ради Каэтана на многое. Однако ради мести ему и другим Ринда была готова на жертвы куда большие. Первой стала ее человечность. Ладонями, совершенно не потными, потому что она прекрасно осознавала что намеревалась сделать и не испытывала тревоги, Ринда спрятала один пистолет под кожаные подвязки чулков — благодаря порвавшемуся в нескольких местах платью это было сделать легко. Второе оружие Хансон оставила наготове и покрепче сжала в руке. Сняла с предохранителя — ей нечего было терять. Следом Ринда попала в туннель, где заметила крадущуюся тень. По силуэту она сумела понять только то, что это женщина и заинтересовавшись, решила последовать за ней. В любом случае ей требовалось разыскать как минимум три человека, которые проживали в Крыле знаний и мирно посапывали в своих постелях. Про необходимость переодеться она забыла в тот же миг, как представила как будит их и стреляет каждому точно между бровей. Осторожно минуя каменные повороты, Рин соблюдала определенную дистанцию, чтобы даже чистокровный наяд не почувствовал и не услыхал ее присутствия. Но в тоже время старалась не отставать, потому что заблудится здесь, в лабиринтах, явно можно было быстрее, чем сказать «я знаю верную дорогу». Окружающие всегда восторгались ее неукротимым стремлением к поставленной цели, решимостью достичь чего бы то ни было во что бы то ей ни стало. И не зря. Однако никто не знал, что главным ее мотиватором всегда являлся гнев, холодная ярость. Только с помощью этих эмоций Ринда могла полноценно стремится к чему-то, пробуждать в себе стальную волю и мыслить холодно. И да, получается, что она была зла абсолютно всегда, разве что научилась безукоризненно это прятать. Этот час, эта ночь не были исключением. При каждом вдохе ее легкие опаляла жгучая потребность выплеснуть злость, и даже ледяные камни, по которым она ступала, не уменьшали гневливый пожар в ее сердце. Ведь Ринда не умела прощать, забывать, спускать с рук нанесенные обиды. Обдумывая как символично прикончить каждого из насоливших ей Советников, потому что с пустыми руками из Марбэлии, где уже пролилась ее собственная кровь, Ринда уезжать категорически не желала, она приближалась к Башне. Вернее к ее входу. Как удачно что в ее руки угодил сам ключ. В миг когда девушка, а в этом у Рин уже не было сомнений, откинула темные волосы за плечи и притронулась к чему-то висящему у нее на шее, Хансон прижала к ее лопаткам пистолет. Та не дернулась, но тихо выдохнула, силясь понять что ей угрожает. Не впервые находясь в полумраке, Хансон полагалась не на зрение, а на слух и осязание порывистых потоков воздуха, которые подсказывали ей движения стоящей перед ней. Отчетливо было слышно ее гулкое сердцебиение, но дыхание оставалось размеренным — она узнала кого повстречала. — Кажется, мы с тобой еще не встречались. Хоть и знакомы. Лучше, чем мне бы хотелось. — Ринда взвела курок и короткий щелчок наполнил пространство зловещим эхом, разубеждая девушку даже пытаться что-то предпринять. — Мне требуется от тебя маленькая услуга. Ты знаешь какая. Но для начала ты должна медленно положить свое оружие на пол, Леона. Иначе я не могу обещать, что оставлю тебя в живых, забрав кулон.