Крем-Брюле

      Дело близилось к закрытию кафе. Алёнка, еле стоящая на ногах, рухнула за один из столиков и тихонько задремала. Кот бы давно уже отругал её за такое, но девушке было всё равно: она слишком устала, да и, по её мнению, отработала свою норму на все сто процентов! Но в этот раз и Кот решил не обращать внимания на такие выходки своей работницы: он, лишь недовольно хмыкнув, осторожно прикрыл за собой дверь и пошёл по своим делам.       Вдруг сквозь дремоту Алёна услышала знакомый тихий голосок. Такой нежный и убаюкивающий, ещё бы чуть-чуть, и рыжая девушка заснула бы совсем крепко. Однако полностью погрузиться в грёзы ей помешали мягкие прикосновения женских ручек. Алёнка приоткрыла один глаз, затем другой, и наконец её носа достиг лёгкий запах прохладной мяты: девушка начала просыпаться.       - М-м-м, Снежка, пощади-и-и!.. - пробубнила Алёнка в свои сложенные на столе руки.       Теперь, полностью придя в сознание, Алёна Рыжова смогла разглядеть свою подругу: сверху вниз на дремлющую Алёнку глядела голубоглазая блондинка с раскрашенной в бирюзовый цвет чёлкой. Одета Снежка была как обычно – в скромный голубой наряд с юбкой по колено. Снегурочка редко старается выделиться сногсшибательными образами, ей это незачем: как подруги, так и клиенты ценят Снежку совсем за другое. Людей в ней притягивают её пронзительные голубые глаза, наполняющие любого, кто посмотрел в них, расслабляющим чувством нежности и спокойствия.       - Алёночка, не хочу тебя отвлекать, но время уже позднее - прощебетала Снежка и помогла подруге приподняться.       Алёнка же была полной противоположностью Снежки как по своему стилю одеваться, так и по характеру. Рыжая бестия, девочка-катастрофа – удивительно, как её вообще пустили за такую ответственную работу. Её образ — это вряд ли то, что обыватель представляет, когда слышит слово «официантка»: два небрежно завязанных на затылке хвостика со светло-синими бантиками, короткий сарафанчик, открывающий вид на её тонкие обтянутые разноцветными лосинами ножки. Гостям кафе нередко бывало трудно оторвать взгляд от мечущейся между столиками Алёны. Это неудивительно: невозможно отвлечься от молодого женского тела в ярко-красном платьице, стремительно разъезжающего по залу на роликовых коньках.       За те пять минут, пока Алёнка перебарывала себя и пыталась избавиться от сонливости, Снежка уже успела усесться напротив подруги. После этого она, лишь подложив руки под подбородок, со свойственной себе нежностью наблюдала за неловкими движениями просыпающейся Алёнки.       - О, Снежка! А я тут вот… сижу, столы мою – неожиданно воскликнула рыжеволосая девушка и засуетилась: по уставу Алёнке не положено спать на рабочем месте.       Снежка, услышав это нелепое оправдание от своей озорной подруги, лишь негромко хихикнула и, осмотрев рыжую девушку сверху вниз, произнесла:       - Не нужно оправдываться, я всё понимаю.       Алёнка смущённо улыбнулась.       - Слушай, Алёночка - продолжила Снежка - я знаю ты о-о-очень сильно устала, но я весь день мечтала о мороженом. У вас там не осталась случайно хотя бы одна маленькая порция со вкусом крема-брюле? Или две…       Последние слова блондинка проговорила очень тихо: Снежка стеснялась своей любви к холодному десерту, да и много сладкого вредно.       Алёнка менялась в своём настроении ежесекундно. Усталость быстро сменилась заинтересованностью, а потом, как только рыжая девушка вспомнила, что для подружек готова на всё, на её лице стала читаться непоколебимая уверенность. Из ниоткуда у Алёнки вдруг появились новые силы, и наконец она выпалила:       - У нас-то?! Да у нас!.. Сейчас я сбегаю, ой, то есть съезжу. Мне для тебя, Снежка, ничего не жалко!       Последнюю фразу она уже кричала издалека, потому что сразу же рванула от столика на кухню обыскивать холодильники. Снежка с нескрываемым воодушевлением наблюдала за уменьшающимся силуэтом подруги, уже предвкушая сладкий вкус любимого лакомства.       Яркий полумесяц пробивался в окна, освещая погружённое в сумерки помещение. От дневной суеты не осталось и следа; пыль, словно снежинки витала по воздуху, стулья были задвинуты. Казалось, будто две подруги находятся не в кафе, а в далёком спрятанном от людей пространстве, где только они вдвоём.       Атмосфера спокойствия исчезла, как только Алёнка вернулась с мороженым для Снежки. Тишину заполнили звон десертной ложки, легко ударяющейся о фарфоровую посуду, и громкая болтовня Алёны, увлечённо рассказывавшей Снежке о том, как прошёл её рабочий день. Рыжеволосая жаловалась блондинке на своего начальника Кота, который заставляет её, принцессу, каждый день мыть горы посуды и очищать полы от грязи, а это, знаете ли, совсем не то, чем должна заниматься королевская особа, возмущалась замечаниями недовольных клиентов, с которыми сильно ругалась и чуть ли не лезла в драку. Свой бойкий рассказ Алёнка закончила благодарностью Снежке, ведь если бы она не разбудила задремавшую за столом в конце рабочего дня Алёну, то страшно представить, что было бы потом.        Всё время, пока Алёнка говорила, Снежка смотрела в глаза своей подруги и, не отвлекаясь даже на любимый десерт, внимательно слушала. Вдруг Снегурочка заметила, что всё мороженое, которое принесла Алёнка, закончилось, а сама Снежка лишь водит ложкой по испачканному подтаявшим лакомством дну фарфоровой вазочки. На мгновение в кафе вновь воцарилась тишина. Снежка, довольно прикрыв глаза, откинулась на спинку стула. Непонятно почему, но рядом с такой буйной девушкой, как Алёнка, она сама почувствовала непередаваемое спокойствие.       Алёнка на секунду взглянула в лицо своей светловолосой подруге: Снежка настолько увлечённо слушала её рассказ, что не заметила, как испачкала себе всё личико мороженым. От этого Алёна почувствовала себя слегка виноватой за то, что отвлекала Снегурочку от еды. Аккуратно встав со стула, Алёнка подкатилась на роликах к расслабленной подруге, мягко прислонила свою правую ладонь к лицу Снежки и легонько провела большим пальцем от уголка её губ до конца щеки, отчего на подушечке пальца Алёны остался след от растаявшего десерта.       Прикосновения подруги разбудили Снежку, и только она приоткрыла глаза, как увидела Алёнку, осторожно облизывавшую испачканный остатками мороженого палец.       - М-м-м, вкусно... - прошептала рыжая девушка, почувствовав на языке вкус сладкого крема-брюле и прохладной мяты.       Алёнка наклоняется к Снежке и вдруг чувствует, как ей становится тяжело дышать: её пьянит аромат Снегурочки. Прикрыв глаза, Алёна прислоняется губами к правой щеке блондинки, но вдруг что-то заставляет её отстраниться. Рыжеволосая повторяет этот ритуал один раз, потом другой, потом третий, и в конце концов страсть одолевает Алёнку: она влюбляется в этот вкус и холодный запах мяты, который сочится из каждого участка мягкой белой кожи Снегурочки. Рыжая девушка слегка прикусывает щёчку подружки, и в этот момент Снежка ощущает, как к щекам приливает кровь, как они наполняются теплом и будто загораются настоящим пламенем.       Губки Снежки складываются в милую улыбку: ей тоже очень-очень приятно. Алёнка переходит на левую щёку блондинки и проделывает те же самые действия, и в конце концов не замечает, как касается губ Снежки…       Один поцелуй, затем второй - всё происходит плавно и изящно. Наконец ножки Алёны устают стоять на роликовых коньках, она садится Снежке на колени и, обхватывая её голову руками, притягивает к себе. Две девушки снова сливаются в жарком поцелуе. Снегурочка чуть ли не сходит с ума от наслаждения, она тихо постанывает, когда Алёнка обсасывает её нижнюю губу. Снежка зарывается в небрежно уложенные рыжие волосы, распускает хвостики, срывая с них голубые бантики, нежно поглаживает огненно-красные пряди подруги. И вот Алёна запускает язык в рот Снегурочке…       - Мнгх, Алёночка...       Снежка издаёт приглушённый полустон, её дыхание учащается. Теперь Алёнка хозяйничает в ротике Снежки, как у себя дома, испытывая истинное блаженство каждый раз, когда Снегурочка громко вздыхает от счастья, которое ей приносят эти жгучие поцелуи. Руки Алёны уходят всё ниже по телу прекрасной блондинки, медленно проходят путь от её щёк к шее, от шеи к плечам. Рыжеволосая осыпает тысячами поцелуев нежную белоснежную кожу шеи Снегурочки, вслушивается в каждый вздох. В это время ручки рыжей девушки уже добираются до груди Снежки, нащупывают сквозь одежду соски, и вот Алёнка уже массирует их словно в ритм поцелуев.       -Ах-х, Алёнка, н-н-не… А-а-а-х!..       Алёна не даёт Снежке договорить и вновь накрывает её губы своими: слишком хорошо, слишком приятно доставлять тебе удовольствие, Снежечка.       Наконец закончив, Алёнка посмотрела в блестящие голубые глаза Снегурочки: в них читались одновременно и любовь, и нежность. После всего подруги, долгое время храня молчание, сидели на том самом стульчике, за тем самым столиком. Алёна, всё ещё сидевшая на коленях у Снежки, не в силах справляться с усталостью упала на плечо светловолосой подруги. В ответ на это Снежка лишь продолжила гладить рыжую девушку по голове и щекам.       Нарушила тишину Алёнка. Она, приблизившись губами к уху подруги, прошептала:       - Знаешь, Снежечка, твои губы слаще мороженого…       На что блондинка лишь тихо хихикнула.       А в кафе всё ещё царила атмосфера спокойствия и блаженства.