Сонный паралич

Проснулся шатен ближе к вечеру от того, что его кто-то нежно гладит по голове. Открыв глаза, он увидел перед собой маму - такая хрупкая брюнетка невысокого роста, которая почти всегда была на работе, порой забивая вообще на всё. Тем не менее, она была прекрасной, Бочкарёв очень любил её, хоть и часто выводил её на эмоции из-за своего поведения в школе. — Лёшенька, ты чего спишь? Плохо? Мне звонил твой классный руководитель, сказал, что ты в обморок упал прямо в классе. Всё у тебя хорошо? - спрашивает женщина лет сорока, продолжая поглаживать слегка спутавшиеся волосы своего чада. Лёша немного отошёл от сна, а после кивнул. — Всё хорошо, мам, не переживай, - с сонной улыбкой говорит парень, а после принимает сидячее положение. Брюнетка выдохнула, а после кивнула. — Хорошо.. Тогда ты просыпайся и иди на кухню, я там ужин сделала, - с этими словами она вышла, оставляя шатена наедине со своими сонными мыслями. Сообщений на телефоне не было, а потому уже через десять минут он сидел на кухне и трапезничал. Теперь у него были силы, чтобы подумать над поведением учителя. Да что тут думать, Лёш? Он - классный руководитель, и он должен был за тебя поволноваться, ведь в случае чего расхлёбывать всё ему, вот и всё. После ужина усталость вновь взяла вверх, и Лёша вновь ушёл спать, вновь желая отключиться от реальности, но у кое-кого были совершенно другие планы. Противный звук сообщения заставил шатена посмотреть на экран почти севшего мобильника. Юра. — Лёх, здорова. Мы с пацанами нашли ахуенную заброшку, предлагаю сегодня всем вместе пойти туда. - таково было сообщение. Но, к сожалению, Лёша через чур устал, так что просто выключился, даже не напечатав ответ. *** На следующий день Лёша решил пойти ко второму уроку, потому что физра - это не тот урок, ради которого нужно просыпаться в шесть часов утра. Зайдя в кабинет русского языка, шатен сел на свою любимую последнюю парту, где планировал проспать все уроки. Что было странно - вся его компания сидела как можно дальше от Лёши, что очень напрягло его, но подходить к ним пока что не планировал. Посреди урока в кабинет зашёл Мильковский, и его взгляд буквально сразу упал на Бочкарёва, но почти сразу же отвёл его, дабы не смущать ученика. — Так, одиннадцатый класс, важная новость. Я сегодня после этого урока ухожу, поэтому завтра после уроков я жду тех, кто мне должен переписать или написать вчерашнюю контрольную, - после блондин перечислил всех, кто ему нужен, а потом вышел, дабы не мешать учителю вести урок. Конечно же, Лёша оказался в этом списке, как бы это грустно не звучало. — Пацаны, у вас сигареты не найдётся? - шепчет Бочкарёв своей компании, на что те посмотрели на него с ног до головы. — Найдётся, принцесска, но давай после урока за школой? - шепчет в ответ Кирилл, а после отворачивается от него, продолжая вести диалоги с остальными. И что это с ними, почему парни так резко отстранились? Это остаётся загадкой. Плюнув на это, шатен стал нервно ёрзать на стуле, дожидаясь перемены, чтобы как можно быстрее перекурить, и заодно поговорить с парнями по поводу их поведения, и, о Боже, вскоре они все вместе стояли за школой. — Лёша, а, Лёша. Сигарету хочешь? Слушай, чувак, нам вчера скинули очень интересные фотографии.. - издалека начинает Каплан, из-за чего шатен напрягся, пытаясь вспомнить, где он уже успел накосячить. Володя и Юра взяли Лёшу за руки с обоих сторон, дабы тот не рыпался, а вот Кирилл достал красивый, и, наверняка острый нож-бабочку, который в любой момент мог оказаться у Лёши где-то под ребром. — Эй, пацаны, вы чё? Какие нахер фото? Что происходит? - спрашивает шатен и пытается выбраться из крепкой хватки друзей, да только когда к его шее подставили холодное лезвие ножа, тот прекратил попытки, сглотнув давящий ком в горле. — Какие фото, тебе правда интересно, мой хороший? Смотри, - после Бледный протягивает своему другу телефон с открытой фотографией, на которой человек, похожий на Лёшу, целовался с девушкой. Нет, это была не просто девушка, ведь Кирилл бегал за ней с седьмого класса, и был готов убить любого, кто хоть тронет её. — Вы больные?! Это не я, придурок ты поганый! Слепит совсем уже, что ли?! Отпустите меня, сейчас же, - прикрикнул Бочкарёв, чувствуя, как сердце вот-вот выскочит из груди. Только вот никого не волновали эти крики, потому что буквально по щелчку пальцев Кирилла, Володя и Юра, точно псы, преданные своему хозяину, повалили Бочкарёва на землю и стали со всей дури бить его руками и ногами куда попало: по голове, лицу, животу и другим частям тела. Лёша старался кричать и звать на помощь, но вскоре темнота поглотила его разум, поэтому что было дальше - он не знал. *** Вскоре шатен очнулся. Он не знал, сколько точно прошло времени с его отключки, и где он был сейчас - оставалось загадкой. Точно не больница, там не такие мягкие постели. А может быть после отключки Кирилл всё же изрезал его, и Лёша уже умер? Было непонятно. Только открыв глаза Лёша смог осмотреться. Он лежал в просторной комнате. В углу стояла гитара, а рядом - синтезатор. На столе было много пустых банок из под энергетиков, пустые пачки сигарет и всякие рисунки. На стене висела гирлянда, которая сейчас была выключена. Также был большой телевизор, шкаф и тумбочка рядом с двуспальной кроватью, на которой стоял достаточно дорогой ноутбук. Бочкарёв нашёл в себе силы и поднялся, а после пошёл исследовать место, куда он попал: это была двухэтажная квартира, которая была не менее уютной, чем комната, где он очнулся. Обойдя почти всю квартиру, на кухне он увидел Мильковского, который что-то готовил. В ушах были наушники, он подтанцовывал музыке в них, и потому далеко не сразу заметил ученика, который соизволил очнуться. Дома он был совершенно другой, такой… домашний? Смотря на его квартиру, и на него самого сложно было сказать, что в школе его боится даже директор, настолько он был властным и серьёзным при людях. Мужчина удивленно смотрел на вошедшего в кухню Лёшу, а тот лишь усмехнулся от увиденной ранее картины — Здрасьте, Евгений Геннадьевич, а что я тут делаю, - брюнет криво улыбнулся, в его глазах полопались капилляры, растрёпанные, немытые волосы свисали на глаза, руки были покрыты синяками, а в некоторых местах прослеживались кровоподтёки. От этой картины Мильковский немного скривился — Видимо, ты им сильно насолил, - в голове начали прорисовываться картинки со вчерашнего дня. Юноша быстро начал лазить по карманам, в надежде на то, что ключи и телефон будут на месте: так и оказалось, он облегченно выдохнул — Евгений Геннадьевич, я, наверное, пойду уже, - Бочкарёв развернулся, мечтая свалить отсюда как можно быстрее, но мужчина недовольно покосился на подростка — Слушай, я, конечно, понимаю, что отношения у нас не особо складываются, но я не очень хочу, чтобы ты в таком состоянии слонялся по городу, - Женя, выключив плиту, подошёл к парню чуть ли не вплотную, а затем и вовсе взял его за руку и куда-то повёл— ванная комната, которая совершенно отличалась от всей квартиры. Плитка была немного побита, зеркало разбито в некоторых местах. На потолке висела одна лампочка, от которой отходило несколько оголённых проводов. На стиральной машине лежали бритвенные станки, всё казалось серым, очень неприятным. Отсюда будто бы веяло холодом и сыростью, — Тут я ещё не успел ремонт сделать, поэтому за беспорядок извиняй, - и вправду — препод был совершенно другим, сейчас, у себя дома, он говорил совершенно спокойно, не повышая тон. — Обработай синяки, прими душ, я тебе одежду принесу, - но какой бы преподаватель не был спокойный в тот момент, его тон всё равно оставался до невозможности холодным, будто тот вовсе не чувствовал никакой эмпатии, хотя на деле показывалось наоборот. Мужчина вышел, а Лёша сел на бортик ванны, закинул голову наверх, какой же он ничтожный. Бочкарёв не понял, сколько он там просидел, но Женя, который должен был принести сменную одежду, не появлялся, поэтому юноша начал медленно снимать кофту. Сбылось то, чего он не хотел больше всего — порезы открылись, а худи, которая чуть ли не прилипла к плечам парня неприятно оторвалась, заставляя их кровоточить — Бля-я-ять, - мальчик тихо простонал, а паника все нарастала. Он сжал руки в кулаки, стараясь хоть немного успокоиться, но сознание не могло вернуться к реальности. Он даже не заметил, как в ванную зашёл Мильковский, как он тихо матерился и начал обрабатывать раны — Лёша, давай я тебе успокоительного дам, а? — парень уже сидел с забинтованными плечами, совершенно не понимая, что вообще происходит. Снова он выпал — Неплохо бы было, - подросток закрыл глаза руками, стало стыдно до невероятности, чуть позже и страшно, ком в горле мешал дышать, а в глазах двоилось. Он даже вообразить себе не мог, что в первые дни учебы, он настолько опустится в глазах Мильковского. От безвыходности хотелось плакать, но ещё большую слабость он показывать боялся, поэтому пришлось закусить губу и смотреть в пустоту. Брюнет снова погрузился в мысли, понимая, что сейчас он реально выглядит несчастно, ведет себя, как жертва. Блондин бережно потряс его за плечо, в карих глазах не было привычного холода — лишь тихий ужас. Он протянул стакан младшему, сел рядом — Можешь рассказать? - холод в голосе тоже незаметно пропал. Сейчас тут был совершенно другой человек, который реально хотел помочь — Да там, неважно, мелочи, - Лёша опустил взгляд — Евгений Геннадьевич, можно покурить? Я не могу уже, — он ждал выговора, но точно не того, что препод достанет пачку сигарет, накинет на него полотенце и за руку потянет на балкон — Лёша, пойми, я просто хочу тебе помочь. У тебя жизнь не айс, я это вижу поэтому можешь выговориться, я пойму, - мальчик полностью поменял мнение о преподе, отвернулся, не желая смотреть в глаза.