Крылатая Школа

— Есть задание… Ретта подняла взгляд на командира и прищурилась: Златоглазка редко когда позволял себе сообщать о грядущей напасти с такой улыбкой, так и растягивавшей губы. — И какое? — без энтузиазма спросила Драконий Шип. — Проникнуть в замок герцога дер Мариал. Ретта приподняла бровь. Первый герцог, сиречь дядя правящей королевской фамилии, давно был той еще занозой в пятке короля, но чтобы требовалось отправлять боевой отряд работать шпионами? — И как мы туда проникнем? — О, — Златоглазка наставительно воздел палец кверху. — Сейчас объясню… Возможно, будь палец не средним, все выглядело бы на порядок внушительнее. Лен Королевские Ушки настороженно посмотрел на командира. Снежинка фыркнула и демонстративно сложила руки на груди. Златоглазка весело рассмеялся, окидывая взглядом Ретту и Ушки. — Ребята, ребята… Интуиция у вас — хрен пропьешь… Ретта стиснула зубы и процедила: — Поясни. Златоглазка уселся на стул и закинул руки за голову. Поза не предвещала ничего хорошего. Снежинка открыла было рот, чтобы разразиться бранью, но мужчина остановил ее серьезным взглядом. — Дядя нашего короля вот уже какое-то время готовит мятеж. Разумеется, наш владыка его не устраивает, а собственный племянник куда больше нравится в мертвом виде. — В чем подвох? — поинтересовался Ушки. — Герцог любит проверять супружеские пары на прочность… Ну… Помимо того, что ещё он любит отправлять нашему королю его шпионов. Отдельными посылками… Иногда курьерами, а иногда и отрядом… И каждый везёт какую-нибудь часть… Снежинка слегка позеленела. Ретта усилием воли подавила рвотный рефлекс и поинтересовалась: — И как нам удастся избежать подобной участи? Златоглазка тяжело вздохнул и стал серьезным. — Мы вас переоденем. Но, — тут он снова поднял вверх палец, — наоборот. Ретта сойдёт за мужика. — Предположим, — нахмурилась женщина. — А девицу кто сыграет? Златоглазка уверенно посмотрел на Снежинку. Та подскочила так, что стул просто упал от порыва ветра. — И не надейтесь! Ни за какие пирожки! Ретта смерила ту тяжёлым взглядом. — Две женщины легко сойдут за семейную пару… Но, как мне кажется, — задумчиво пробормотал Лен, — мужская сила может потребоваться… Снежинка отлипла от стены, куда вжималась лопатками, и шмыгнула носом. — Пойдет Лен… А я научу вас танцам… Ретта встала и расправила складки на штанах. — Ну, предположим, с танцами у нас и без тебя полный порядок… А вот как мы проникнем в замок, и что нас там ожидает… Златоглазка выпрямился на стуле и сложил руки перед собой. — Скоро герцог даёт бал. В честь осеннего праздника урожая. Вы приедете под видом гостей. А чтобы он не взялся за свою любимую забаву — вы будете постоянно ссориться… Ретта задумчиво окинула взглядом Лена. — Может и сработать… — Сработает, — уверенно ответил Златоглазка, тоже бросив взгляд на Гвиэлена. — Кхм…кхм… — Тот прокашлялся и поинтересовался, — и каким образом вы измените мою внешность? С одеждой, как я понимаю, проблем не возникнет… Но я вполне мужественный… Ретта скептически приподняла бровь и вопросительно посмотрела на командира. Тот хмыкнул и извлёк ниоткуда небольшой свёрток, а затем в такой же манере выложил на стол несколько баночек. — Присядьте-ка на стул, моя прекрасная госпожа, — приглашающим жестом указал на место мужчина. Королевские Ушки покраснел и примостил попу на дерево. — Тут самое главное, это сосредоточение… — начал мурлыкать себе под нос Златоглазка, орудуя кисточками, баночками, что-то растирая подушечкой большого пальца и смахивая ладонью. — Но ещё главнее — вовремя остановиться… Дальше пошла серия лёгких хмыканий, многозначительных «Мммм» и нервных вздохов. Вся команда, включая Ушки, затаила дыхание. Наконец, Златоглазка удовлетворённо вздохнул и отошёл назад, пристально разглядывая свою работу. — Конечно, с волосами надо будет что-то делать… Но по причёскам я не силен… На стуле теперь сидела миловидная девушка, ещё очень молодая, но уже замужняя: это было видно по ее усталым глазам и лёгким морщинкам под ними. Она была бледна, и скулы выделялись у нее на лице, выдавая поклонницу длительного поста и воздержания от потакания плоти. При этом девушка была в одежде Лена, с его осанкой, клерик чуть сутулился, стараясь казаться меньше, и с его распущенными и слегка примятыми волосами слева. Это было вызвано тем, что наклоняясь над плошкой с огнем, где выпаривалось очередное зелье, клерик одной рукой прижимал волосы, чтобы те не попали в огонь. Вторая рука предназначалась для помешивания, и теперь кончики пальцев были слегка зеленоватыми. Златоглазка пристально осмотрел свою работу и удовлетворённо кивнул. — Подложим подушку, и беременность будет налицо… Снежинка скептически осмотрела работу и кивнула. — Верно, в высшем свете модно быть постоянно беременной… Типа ты выполняешь свой женский долг, и не пуста… Ретта задумчиво оглядела сокомандницу и перевела взгляд на девушку-Лена. — Это и объяснит перепады настроения, капризность и ссоры. И заодно убережёт Ушки от притязаний герцога… Королевские Ушки понятливо кивнул и скорчил недовольную мордашку. — Что-то мне захотелось орешков в меду, — капризно протянул он и вопросительно посмотрел на Ретту со стула. При этом он выглядел так умилительно, что у всех невольно дернулись руки дать ему этих самых в меду. Ретта покосилась на кончики пальцев прекрасной предполагаемой супруги и поинтересовалась: — А чего пальцы такие? Мгновенно все поняли, что этого делать не стоило: Королевские Ушки вскочил со стула, заметался по комнате и начал воодушевленно вещать: — Я тут подумал, что было бы замечательно иметь какое-нибудь средство… Ну… Против разной заразы… Конечно, есть свои трудности в его производстве, и мне пока не совсем удается растворить его в воде… — Раствори его в спирте, — задумчиво брякнула Снежинка. Ушки, казалось, ее не услышал, продолжая сосредоточено вещать. — Антисептики это ещё не изученная область, и пока в основном используются те, что сделаны на основе растительных выжимок… Но что делать зимой и осенью, когда доступа к растениям нет? Вот я и подумал, что можно было бы попробовать с минералами… Вириде нитенс… В принципе, это краситель, и он довольно хорошо себя показал с примитивным формами разного рода плесени и грибков… Но вот как заставить его быть менее концентрированным и растворить в воде? Ушки застыл посреди комнаты в глубокой задумчивости. Вся остальная часть отряда впала в глубокий транс только от одного описания. — А в нерастворенном виде он чересчур сильнодействующий и может прожигать кожные покровы мышей… Даже через шерсть… — пробормотал Ушки. — В спирте раствори, — сквозь транс повторила Снежинка. — В спирте? — удивлённо переспросил ее Лен. Ретта помотала головой, приходя в себя. Златоглазка моргнул и поежился… — Будем говорить, что молодая госпожа помешана на медицине… Королевские Ушки ещё пару мгновений задумчиво рассматривал Снежинку, потом ойкнул и умчался. — Никак в лабораторию, растворять, — проводила его взглядом Ретта. — А со мной что делаем? Златоглазка внимательно осмотрел Ретту, что-то прикидывая. — Ты высокая, это хорошо. Грудь можно будет упрятать в обвязки. С лицом немного поработаю, а вот насчет одежды… Ретта фыркнула. — Предоставь это мне. Знаю одно место, где можно будет разжиться роскошным мужским костюмом. Пока последите за Королевскими Ушками, — она привычно связала волосы в узел, накинула сверху капюшон. Для хорошего теневого убийцы созвездить пару тряпок ничего не стоит, особенно у самого герцога дер Мариала. Изначально Ретта рассчитывала на то, что удастся стащить рубаху, штаны и сапоги поприличней, а уж дублет, так и быть, Снежинка ушьет командирский, как получится. Однако удача повернулась, белозубо и обольстительно улыбнулась и изогнулась, предлагая себя: в отдаленной гардеробной сыскался целый ворох одежды аккурат на Ретту. Герцог, видимо, трофеи собирал, никак иначе объяснить было нельзя то, что одежда тут была разных размеров и даже мода различалась. Но выглядела вся куча вполне пристойно, спасибо держащимся на честном слове чарам защиты от мышей, пыли и моли. — Так… Батистовая рубашка с кружевными воланами рукавов, льющимися сразу от плеч; темно-зеленый короткий камзол из звездного бархата, расшитый золотым стрелолистом; элегантные бархатные же штаны ему в тон. Устаревшая на двадцать лет мода далекого королевства Фран. Идеально соответствующая задумке Ретты выдать себя за обедневшего дворянина, приехавшего ради еды и полезных знакомств. Покопавшись в небрежно сваленной одежде, она прихватила еще несколько комплектов той же моды на выбор: черный с серебром и синий с золотом, чуть побольше размером, чем требовалось для носки, но идеально скрывающий фигуру. Затем настала очередь нарядов для Лена. С ними пришлось повозиться чуть дольше, однако в конце концов Ретта выбрала алое закрытое платье в пол, с жесткой от вышивки средней пышности юбкой, не требующее корсета. Радовало, что хотя бы украшения свои есть, пусть и скромные, но будет пара колец и тиара для Лена. Из мужских украшений Ретта решила позаимствовать у командира медальон и перстень. — В крайнем случае, я этого вашего герцога попросту прирежу или отравлю, — пробормотала она, упаковывая в мешок все отобранное. Наставник в Гильдии учил всегда одному: сперва провести разведку на местности, а потом уже сыпать яд. Всегда найдется случайно всплывший из глубины времен семейный артефакт, определяющий яды; ненароком заглянет в гости троюродный братец-наемник, который догонит покушавшегося и крепко наваляет покусителю. В этом месте наставник тер поясницу и чему-то загадочно улыбался. Уже потом повзрослевшая Ретта сообразила, как именно незадачливой Тени мстил троюродный братец и почему наставник то и дело принимает в покоях «прибывшего по государственным делам» главу королевской гвардии. Ретта появилась в той же комнате на утро. Нетерпеливо сбросила узел с одеждой на пол и метнулась к столу. Не глядя схватила какой-то кусок бумаги и быстро нарисовала план. — Вот, — сказала она и протянула план замка Златоглазке. Тот молчал, скрестив руки на груди, и наблюдал за ее действиями. — Ты сошла с ума, Драконий Шип. Только не говори мне, что это план замка герцога Дер Мариала. Ретта пожала плечами и промолчала. Мужчина подошёл и аккуратно приподнял ее за плечо, отвлекая от разбора одежды. — Нет, ты точно рехнулась, — прорычал он, внимательно всматриваясь ей в лицо. — Клерик у нас один, — упрямо насупилась Ретта, — и рисковать им я не намерена. — В ответ Златоглазка фыркнул, а женщина продолжила, — я-то выберусь в любом случае… А Гвиелен… он хрупкий… Златоглазка задумчиво посмотрел ей в лицо. Его ладонь на плече медленно разжалась и повисла вдоль туловища. — Скорее всего, Ретта, ты права. Драконий Шип впервые видела командира таким: задумчивым, ранимым… Поэтому она решила сменить тему. — А где предмет нашего разговора? Златоглазка очнулся и с шикарной улыбкой ответил: — Растворяет этот свой краситель в спирте… Предвидя твой вопрос, спирт подогнала Снежинка. Я немного понаблюдал, как они его нагревают и остужают до нужной температуры… На вид страшно, скажу я тебе… Ретта скептически приподняла бровь. — В самом деле? — Точно тебе говорю, — честно раскрыл глаза Златоглазка, — нечто чёрное с изумрудным отливом… Тут дверь хлопнула об стену, и на пороге появился Королевские Ушки с гордым видом неся пузырек с жидкостью. Очевидно, что он услышал последние слова командира, потому как поднес пузырек к его носу и грозно прошипел: — Новый! Высококачественный! Антисептик! Изумрудный! Вот! Златоглазка хмыкнул и принюхался. — Ничем не пахнет… — Зато сколько мы ценного вещества извели на эту гадость, — отрапортовала появившаяся Снежинка, — не меньше бочонка! Пока нашли ту самую температуру, когда эта гадость, наконец, соизволила раствориться! Да он просто бриллиантовый по затратам! Тут Королевские Ушки издал громкий вопль радости. — Вот! Я назову его Бриллиантовый изумрудный! — клерик с гордостью оглядел сокомандников, и мгновенно его глаза подозрительно заблестели, те попятились, чисто инстинктивная реакция. — На ком бы теперь его испытать? Ретта решительно вынула пузырек из руки Лена. — Это потом… Очень рада, что ты закончил свои важные исследования, победно завершившиеся успехом, но у нас есть дело. Снежинка ответила твердым кивком. — Танцы у вас проверю самолично. Ретта не удостоила девушку взглядом, прошла к узлу и вытащила то самое алое платье. Затем расправила ткань и приложила к груди Гвиелена. Златоглазка внимательно осмотрел получившуюся картину и удовлетворённо кивнул. — Идеально. Ещё прическу забацаем, и будет вообще блеск. А пока, Ваша милость, барон Шиммер-Ретт, прошу вас на стул. Ретта хмыкнула, уселась на предложенное место, Златоглазка потер ладони и приступил к рисованию — иначе и не скажешь — на лице сокомандницы. Кисточка так и порхала, сопровождаемая короткими репликами «Зажмурься» и «Расслабь лицо». Наконец, он отступил на шаг назад и кивнул: — Готово. Королевские Ушки вытаращился на лже-супруга и прижал к груди руки. — Уведут же! Такого красавца! — Неплох, — кивнула и Снежинка. Ретта посмотрела в зеркало. Серьезный, немного печальный мужчина слегка за тридцать взглянул в ответ. Ретта подняла руку, незнакомец проделал ту же манипуляцию. — Волосы свяжем в узел, — Златоглазка выглядел весьма довольным. — И готов милейший барон, малость обедневший. Хорошо, что костюм из моды вышел давно, никто не усомнится, что ты неопасен, провинциал, прибывший получить немного денег. — И в этом будет их главная ошибка, — хмыкнула Ретта. — А для смены голоса рекомендую выпить что-нибудь холодное или всласть наораться, — выдвинула предложение Снежинка. — Могу наложить чары льда, чтобы твои голосовые связки работали как надо. — Давай, — согласилась Ретта. — Потом прическу Лену сделаем. И приступим уже к операции. Финальный, так сказать, прогон сделали на постоялом дворе недалеко от замка герцога дер Мариал. Где они остановились на пару дней, чтобы молодая баронесса пришла в себя «после дальней дороги». Батистовая рубашка, тот самый короткий бархатный камзол с золотыми, потускневшими уже остролистами, в тон бархатные штаны легли на Ретту, как родные. Прическу пришлось немного изменить: низкий хвост, лихо подвязанный черной бархатной лентой, не мешал вращению головой и выглядыванию потенциальных жертв. Лицо медленно стареющего мужчины, в прошлом несомненного красавца, но уже начавшего терять свою красоту, впечатляло. Ретта хотела какой-нибудь приметный шрам, но Златоглазка запретил: барон Шиммер-Ретт, Люсьен, как капризно звала его супруга, получился на славу. На нем огромными буквами было написано: ловелас и пройдоха. И этому немало способствовал каштаново-рыжий естественный тон волос Ретты. Королевские Ушки полностью преобразился в Гвиеленну Шиммер-Ретт, глубоко беременную даму, что переносила свою беременность тяжело: двигалась, медленно переступая ногами, брезгливо все обнюхивая и чуть что, прижимая к носу батистовый платок или нюхательную соль. Волосы Снежинка забрала ему в высокую прическу, потому как головной убор, длинный высокий конус, Лен отказался надевать под угрозой полноценной истерики. Вот такая колоритная пара ранним утром объявилась в замке герцога, предъявив приглашение на осенний бал, до которого оставалось всего дня два. Основная часть гостей уже прибыла, так что сам хозяин дома их не встречал, да и этикет не диктовал герцогу обязательным встречать у ворот лично какого-то южного обедневшего дворянчика с супругой на сносях. Им выделили комнаты в гостевой части замка, не самые удобные и не самые близкие, но ожидания Златоглазки по этому поводу были точны. Гости вели себя не слишком вызывающе, спускаясь вниз ко всем остальным. Барон усаживал свою супругу и мчался окучивать остальных дам, что вызывало жгучую ревность его супруги, и что, неизменно становилось предметом жарких склок тихим злобным шепотом. Остальные гости наблюдали за этим и посмеивались. Между тем Ретта провела рекогносцировку на местности, подслушала парочку разговоров и они с Ушками решили, что готовы участвовать в самом празднике и результирующем пире, сиречь попойке. В своих предположениях она оказалась права: за ними начали наблюдать ещё на постоялом дворе. Судя по всему, людей, участвующих в заговоре, пока было не много, и герцог затеял этот праздник с целью вербовки новых сторонников. И поскольку гостей было много, затеряться в этой толпе двум смельчакам было легко. Пока Ретта с глубокомысленным видом рассуждала о политике с мужчинами, Королевские Ушки привлекал внимание дам: сидеть без дела было не принято, и он таскал с собой корзинку с рукоделием. Вышивка получалась изящная (основную ее часть сделала, как ни странно, Снежинка, пояснив, что так будет меньше странностей и не вызовет подозрений), но внимание Гвиеленна привлекла своими познаниями лекарственных трав. — А не подскажете ли, милочка, — обратилась к ней какая-то виконтесса, — как можно было бы улучшить сон моего дражайшего супруга? Вечером иногда у меня бывают планы, знаете ли… Лен глупо проморгал глазами и выдал: — Пара капель настойки белладонны обеспечит вашему супругу вполне сносный сон… — тут он скорчил печальную мордашку, вызвав вздох умиления у женской части аудитории, — но будьте крайне осторожны с дозировкой, половина пузырька может сделать вас, моя дорогая, в одночасье вдовой. Глаза виконтессы победно заблестели. — А вам не надоедает ваш супруг, моя милая, — поинтересовалась графиня, — он волочится за каждой женской юбкой… Это было сказано мягким вкрадчивым тоном, но смысл… Гвиеленну явно хотели уязвить… Лен пустил слезу, и пока та картинно спускалась по его бледной щечке, ответил: — Разумеется, я не в восторге, но было бы куда печальней, волочись он и за любыми атласными штанами, не правда ли… Дамы сдержанно похихикали. Меж тем мужской разговор набирал обороты и свернул в то самое русло, которое было нужно нашим шпионам.