Перезагрузка

Хьюго разбудил болезненный стон сквозь зубы и слабый удар локтем под ребра. Весь мокрый от пота, Рико беспокойно ворочался во сне под общим одеялом. От его силы воздух спальни потрескивал, будто перед приближением грозы и первым росчерком молнии. В темноте, когда Рико дернул рукой, одна из его книг, судя по шелесту страниц, сорвалась с полки и грохнулась на пол. Хьюго откинул одеяло, перебрался ближе к тумбочке и включил лампу. Быстро перекатился обратно и потормошил Рико за плечо. — Проснись... Эй, слышишь?.. Надо проснуться. Давай, малыш. Рико распахнул глаза. Растерянный, несколько секунд он непонимающе всматривался в лицо нависшего над ним Хьюго, будто пытался отделить реалистичный сон от зыбкой пока и неохотно дающейся сознанию яви. — Это я, — сказал Хьюго хрипло. — Все хорошо. Рико рывком сел в кровати и сгреб Хьюго в крепкие объятия, заглушив тревожный выдох в его плече. Сердце Рико стучало в диком темпе, он вздрагивал, будто его жалили удары тока, что частенько доставались ему в детстве от любимых игрушек-шокеров Алонзо и Карлоса. Хьюго нахмурился и провел ладонью по его виску, смахнув длинную темную прядь, выбившуюся из растрепавшегося хвостика. В мире существовало так мало вещей, которые могли по-настоящему испугать Рикардо Колуччи. — Снова тот кошмар? — спросил Хьюго, когда Рико немного успокоился и перестал дрожать. — Sì, caro. — Рико нехотя отстранился из объятий и потер пальцами в перстнях нахмуренный лоб. Он поднял взгляд к плакатам Хьюго, купленным на блошином рынке. Рико до глубины души ненавидел американский футбол, но стоически терпел лица лучших игроков западного побережья, глазеющие на него со стен. В такие моменты, как сейчас, казалось, Рико даже немного успокаивали их широкие улыбки. Внушали, что все по-прежнему на своих местах. Рико прошептал: — Я снова… потерял тебя. — Ты никогда меня не терял, — убежденно произнес Хьюго то, что повторял не раз и не два: в последний месяц Рико часто навещали кошмары. — Откуда ты знаешь? — хмуро спросил Рико. Хьюго взял его ладонь и прислонил к своему плечу. Потом поднес к губам, коротко поцеловав Рико в запястье. Заставил медленно провести пальцами поверх футболки по своей груди. Поймав недоуменный взгляд и выдержав паузу, опустил ладонь Рико себе на пах. — Все еще твое, — протянул Хьюго, издав звонкий смешок. — Хочешь убедиться, что он настоящий? — Иди ты! — возмутился Рико, вырвав ладонь. — Придурок. — Перестань, — вздохнул Хьюго, подсев к нему ближе. Рико мотнул головой и капризно надул губы, не позволив себя поцеловать. — Ну же, caro. — Хьюго обхватил его лицо ладонями, заставив посмотреть себе в глаза. — Дурацкий сон. Ты бы запомнил, если бы я сдох. Мерфи сохраняет нас при прыжках. — А что если… — Рико поморщился, но Хьюго чувствовал, что продолжал он из чистого упрямства. — Что если… не всегда? — Зачем? — фыркнул Хьюго, опустив руки на колени. — Мы бы забывали целые часы. Может, дни. Ему пришлось бы десятки раз повторять нам одно и то же. Он бы рехнулся. И сам перестрелял бы нас всех к чертовой матери из любимого глока. Рико состроил кислую мину, но, поломавшись, кивнул. — Мерфи в последнее время не всем с нами делится, — задумчиво проговорил он, водя пальцем по тонким венам на предплечье Хьюго. — Как он уломал этого пацана остаться? Что ему сказал? — То же, что и нам однажды? — предположил Хьюго, безразлично дернув плечом. Ему было абсолютно похуй на Тайлера Вебстера. Но если Мерфи сказал, что он нужен, значит, им придется сработаться. — Должно быть, у него есть свои причины ненавидеть Колуччи. По лицу Рико пробежала смутно уловимая тень. — Всех, кроме одного, — добавил Хьюго и мягко подцепил подбородок Рико пальцами, подняв его голову. Хьюго не видел глаз пленительнее и удивительнее. Такие, пожалуй, природа могла подарить только в награду за любовь итальянца и японки. Но Хьюго знал, что эта любовь не дала Рико ничего, кроме красоты. Братья ненавидели его за то, что не был похож на них. Отец, потерявший последнюю жену при родах, видя ее черты в Рико, избегал его со старанием, которое прикладывают к тому, чтобы не касаться лишний раз открытой раны. — Я никому и никогда, — проговорил Хьюго зло и напористо, подстегнутый этими мыслями, — не позволю тебя обидеть. Даже ебаным кошмарам. Рико слабо улыбнулся. Оттаяв, он наклонился ближе, и долгий сладкий поцелуй подсказал, что тревога наконец утихла в его груди. Хьюго выключил лампу. Уложил Рико и лег рядом, тесно обняв его со спины и пристроив голову на его подушке. Накрыл обоих одеялом и пробормотал в теплый затылок Рико: — Спи. Я никуда не денусь. — Хорошо, — ответил Рико, устроив руку Хьюго у себя на животе. Он пробормотал, проваливаясь в сон: — Утром обязательно проверю… настоящий ли он. Хьюго прыснул и сунул ладонь поглубже под его майку.

***

Тайлера разбудили громкие голоса. Дверь комнаты осталась приоткрытой с ночи: Тайлера нервировали замки и замкнутые пространства. Жизнь приучила его к тому, что призрачная безопасность щеколды ничего не стоит перед возможностью выиграть несколько секунд форы, если нагрянут копы. Первые мгновения, распахнув глаза, Тайлер напряженно прислушивался к происходящему внизу. Но громкий смех, кажется, принадлежащий Хьюго, заставил его расслабиться. Никакой облавы. Никакой паники. Тайлер встал из кровати и поморщился, потерев низ живота под жесткой пряжкой ремня, которая больно впивалась в кожу всю ночь. Еще одна из привычек, унесенная с улиц, — спать полностью одетым. Должно быть, попахивало от него после вчерашних гонок по улицам не очень, потому что Мерфи предложил ему принять душ на первом этаже и выделил свежую футболку, джинсы и сменное белье. Судя по размерам, шмотки принадлежали Ящеру: ворот футболки сползал то на одно плечо, то на другое, а джинсы пришлось подпоясать ремнем, чтобы не уронить их вместе с трусами на неосторожном шаге. «Успел забыть, каким тощим ты был», — вздохнул Мерфи, когда вернулся к нему с ремнем. «И долго мы были знакомы?» — уточнил Тайлер, продев ремень в шлевки. «Слишком», — тон Мерфи и выражение, на секунду разбившее непроницаемую маску на его лице, подсказали, что тема глубоко ему неприятна. «Все было хуево? Раз пришлось отмотать назад так далеко?.. — продолжил расспросы Тайлер, попытавшись поймать его взгляд, но Мерфи упорно смотрел в коридор. Тайлера начинала заводить его игра в недосказанность. — Слушай, я еще здесь, а не даю деру, потому что знаю — я бы никогда не рассказал про Пруденс тому, кому не доверяю… Но это не значит, что мне вообще не нужны ответы. Почему я здесь? Что тебе от меня нужно?» «У нас с тобой, — процедил Мерфи нехотя, сунув ладонь в карман кофты на молнии и сжав в нем нечто небольшое и круглое, — была договоренность. Что-то я расскажу тебе сразу. Остальное узнаешь сам. Я совершил прыжок не для того, чтобы пройти той же дорогой. Нам нужна другая. Нужен свежий взгляд. — Мерфи добавил так тихо, что Тайлер не распознал бы, не позволяй его дар читать по губам: — Иначе все было напрасно». «И что же ты можешь сказать мне сразу?» — с нажимом уточнил Тайлер. «Сегодня — ничего, — отрезал Мерфи и, окинув его долгим взглядом, заметил: — Тебя истощили прятки от копов и людей Колуччи. Вернись… то есть приди в нормальную форму. Тогда и поговорим. — Он оттолкнулся от дверного косяка и предупредил напоследок: — Остальные не должны знать, что я не сохранил их в прыжке. Это важно». Мерфи собирался уходить. И Тайлер спросил вдруг, сам до конца не понимая зачем: «Тебе, наверное, очень грустно?» Мерфи застыл. Посмотрел на него не столько с удивлением, сколько с немым ожиданием пояснений в серых холодных глазах. «Те же люди… — предположил Тайлер, смущенный его молчанием и собственным любопытством. — Но никто, кроме тебя, не помнит, что произошло. Ни плохое, ни хорошее. Это все осталось исключительно в твоей голове, и это… тяжело? Я думаю». «Только ты мог задать такой вопрос», — проговорил Мерфи презрительно. Он не захлопнул дверь перед уходом, оставив зазор в несколько дюймов. Сейчас, подтолкнув дверь, Тайлер задумался вновь, сколькое знал Мерфи, если знал о Пруденс. Он знал привычки Тайлера, знал про нелюбовь к замкам. Там, в навсегда закрывшемся будущем, у них был общий план, которому Мерфи теперь следовал. Что их связывало? Были ли они друзьями? Тайлер вышел и подкрался к перилам второго яруса, осторожно выглянув вниз. Шайка Мерфи в полном составе, за исключением его самого, собралась в гостиной за завтраком. Живот мучительно свело, во рту моментально накопилась слюна. Тайлер давно не видел жареного бекона и омлета не за окнами кафе, мимо которых проходил, низко надвинув на голову капюшон. — Неужели нельзя, — ворчливо проговорила Хлои, подцепив вилкой бекон с тарелки зазевавшегося Ящера, — делать это тише? Или хотя бы не в пять утра? У вас что, встает только перед рассветом? Она метнула убийственный взгляд на Хьюго и Рико, устроившихся на диване напротив. Рико, одетый в безразмерный халат, расписанный белыми иероглифами по черному шелку, и бровью не повел в ответ на ее выпад, продолжив ковыряться в своем фруктовом салате. Хьюго, кажется, уже до отвала объевшийся, откинувшись на диванную спинку, лениво посоветовал: — Меньше напрягай слух, сестренка. Сирен, в смешной розовой пижаме с единорогами, с растрепанными со сна пепельными волосами, усмехнулась и, переглянувшись с Хлои, открыла рот. Тайлер чуть не прикусил язык от удивления. Сирен вдруг издала проникновенный громкий стон, ни капли не похожий на женский. Рико поперхнулся кусочком киви, а лицо Хьюго вытянулось. — Прекрати! — вскрикнул он, побагровев. — Хватит! — Прекрати! — ответила Сирен голосом Хьюго. — Хватит! — Стерва! — взревел Хьюго, и бекон на тарелке, которую Сирен едва успела, будто знала заранее, поставить на журнальный столик, вспыхнув, за жалкие секунды превратился в горстку пепла. Тайлер догадался наконец, почему не увидел в Сирен отличительных черт морфа. Ее голосовые связки. Она умела подражать в точности звукам и голосам. Должно быть, стон в ее исполнении принадлежал Рико. Тот как раз, приняв предложенный Хьюго бокал и сделав несколько глотков сока, перестал надсадно кашлять. — Эй, Тайлер, — прозвучал басистый голос, и Тайлер встретился со взглядом желтых глаз Ящера, устремленных вверх. Ящер улыбнулся, и, пусть выглядела его улыбка как хищный оскал, Тайлер предположил, что это самое добродушное выражение лица из всех, которые тот мог изобразить. Ящер приглашающе махнул рукой. — Доброе утро! Спускайся к нам. У нас есть бекон. Скрываться наверху и дальше не было никакого смысла. К тому же, он действительно потерял много сил и не ел так давно, что не побрезговал бы и горсткой пепла на тарелке Сирен. Тайлер спустился по лестнице и сел на единственный стул, стоящий напротив столика. Все уставились на него с откровенным интересом, а Хьюго, не вытерпев и трех секунд, спросил: — Что ты за спец? — Что-то необычное? — поддакнула его вопросу Хлои. Тайлер изобразил вежливое недоумение, понадеявшись, что вышло достаточно убедительно. Он не собирался говорить про свой дар. Никому, кроме Мерфи — потому лишь, что тот наверняка уже был в курсе. — У тебя есть какие-то способности? — разжевал Рико, прищурившись. Тайлер припомнил вчерашние слова Мерфи. «Рико ненавидит Колуччи куда сильнее, чем ты». И все же смотреть на него и сохранять спокойствие после бед, обрушившихся на Тайлера по вине семейки Рико, было тяжеловато. — Зачем-то же Мерфи тебя притащил? Тайлер ответил Рико вызывающим хмурым взглядом, не переварив подколку. «Притащил». Как щенка с улицы. — Ну… Я неплохо ворую, — процедил Тайлер сквозь зубы. — То есть ты обычный человек? — спросил Рико небрежно. Бокал с соком, поднявшись со стола, подплыл по воздуху к его манерно поднятой руке. Рико не упустил случая покрасоваться даром телекинеза, перешедшим к нему по наследству. Как будто последняя собака в городе не знала, кто такие Колуччи. Хлои закатила глаза. Видно, она тоже различила в этом жесте обыкновенное позерство. — Какая разница? Вор — значит, умеет скрываться. Нам не помешают умельцы по части скрытности, а? — Ящер попытался разрядить обстановку жизнерадостным тоном. Он накидал в чистую тарелку гору омлета, украсив ее беконом, и сунул Тайлеру в руки вместе с вилкой. При ближайшем рассмотрении в утреннем свете, наполнившем автомастерскую сквозь узкие окна под самым потолком, Ящер выглядел и вполовину не так угрожающе, как накануне ночью. Он явно неплохо ухаживал за светлыми, выбеленными на концах волосами, остриженными по последней моде и лихо уложенными вверх. В левом ухе, заостренном и длинном, красовался целый десяток сережек. Тайлер сказал бы даже, что чешуя идет Ящеру больше, чем шла бы человеческая кожа. Только он вовремя прикусил язык. Морфы, по опыту общения, ненавидели комплименты подобного толка. Считали, это попахивало показной оскорбительной толерантностью. Среди ребят, с которыми Тайлеру доводилось делить одну ночлежку, ходила присказка: «Если ты видишь флаги с клеймом морфа на каждом углу, отовсюду льется треп про то, что жизни морфов важны и ценны, и тебя целуют в зад всюду, куда бы ты ни шел, значит, Карлос Колуччи снова разворачивает предвыборную кампанию и ждет твоего голоса на избирательном участке». — Я бы не стал идти на дело с обычным человеком, — продолжил Рико, и у Тайлера чуть бекон не встал поперек горла, а ведь он решил, что позавтракает от голода и в одном аквариуме с ядовитыми змеями. Недооценил, разве что, яд на языке Рико Колуччи. Хьюго кинул на него тревожный взгляд. Рико, перехватив его, растерялся, смягчился и произнес совсем другим тоном, пристыженным и лишенным гонора: — Не потому, что я… Черт… — Рико беспомощно посмотрел по сторонам. Теперь и Сирен, и Хлои, и Ящер уставились на него с возмущением. — Да за кого вы меня принимаете? — Рико покраснел, а Тайлер испытал приступ легкого злорадства, продолжив есть с прежней охотой. — Я ничего не имею против людей! Но… мы рискуем собой! Если он теперь часть команды, мы должны быть уверены, что он достаточно силен, чтобы выступать с нами наравне. И что он уйдет с очередного задания живым. Рико облокотился о спинку дивана и, сделав вид, что не заметил растроганную улыбку Хьюго, нервно прикусил тонкий указательный палец. «Может, ты действительно не такой говнюк, каким хочешь казаться?» — пронеслось у Тайлера в голове изумленное. Рико фактически признал, что не собирается принимать его за расходный материал. И Тайлер едва ли за этим обратил внимание на смысл последней фразы, добравшийся до сознания с запозданием. «Живым?..» — Это не твоя забота. Все затихли и обернулись. Тайлер обернулся тоже, увидев Мерфи в тени у лестницы. Как долго он стоял там, подслушивая разговор? Мерфи был в том же, в чем и вчера. Та же длинная черная кофта на молнии, светло-серые джинсы и высокие ботинки на тугой шнуровке. Он достал из кармана нечто круглое, блеснувшее золотым на корпусе, в чем Тайлер признал часы на цепочке. Глянув на циферблат, Мерфи сказал: — Хлои, Хьюго, вам пора. Близнецы мгновенно поднялись со своих мест. Хлои потрепала Ящера по плечу. Хьюго наклонился, поцеловав смущенного Рико в макушку. После оба, пихаясь плечами на ходу, быстро скрылись за дверью смежного помещения, как два юрких огонька. — Сирен, ты нужна мне на телефоне, — продолжил раздавать команды Мерфи. Та вспорхнула с дивана и, отвесив Мерфи полушутливый реверанс, поспешила в другую дверь. — Ящер, Рико… у вас свободный день. Потратьте его на тренировки. Тайлер, ты идешь со мной. — Видимо, Тайлер очень красноречиво взглянул на свою тарелку с недоеденной порцией омлета, потому что Мерфи добавил: — Бери с собой. Мерфи отвел его глубже в тень и распахнул неприметную дверь за лестницей. Тайлер зашел внутрь небольшого кабинета. Он надеялся увидеть доску расследований с фотографиями и красными канцелярскими кнопками, какие показывали в детективных сериалах по кабельному. Хоть кусок не прибранных вовремя планов Мерфи. Но получил лишь закрытые наглухо шкафы, пыльные жалюзи, уличный свет из-под которых полосами падал на сильно поцарапанный дубовый стол — наверное, его тоже откуда-то притащил Ящер, — и толстую папку с надписью «Воспоминания». Тайлер поставил тарелку на край стола и потянулся было к папке, но Мерфи, бесшумно подкравшись сзади, резко перехватил его ладонь. Сердце зашлось в груди частым боем. Грудь вновь, как и вчера при первой встрече, сдавило калеными тисками. И Тайлер не смог понять, что произвело на него впечатление ярче. Рваное, отчего-то сбившееся и нестерпимо горячее дыхание Мерфи на шее, его густой пряный запах, кажущийся знакомым наизусть и одновременно непонятным обонянию или то, что прикосновение сильных пальцев к руке не дало Тайлеру ничего. Он не смог подключить дар, заглянуть к Мерфи в голову и прочитать его мысли. Там, где он обычно нащупывал нить связи с чужим сознанием, Тайлер поймал лишь шум, как помехи на радио, а после — звенящую пустоту. — Не пытайся, — сказал Мерфи прямо у него над ухом. Говорил он о попытке прочитать мысли или о попытке залезть в папку? Может, сразу обо всем, но вслух Мерфи упомянул лишь второе: — В ней все, что я записал с твоих слов и слов ребят. Схемы помещений и чертежи зданий, которые выучил и сумел восстановить по памяти. Точки давления, которые можно использовать против каждого из Колуччи. Опись их грязных дел. Эта информация понадобится, когда ты будешь готов. Помедлив, Мерфи отпустил его руку и отступил на шаг. Издал долгий протяжный выдох сквозь неплотно сомкнутые губы, будто в последний момент задержал дыхание. — Этот… гребаный стол, — прошипел Мерфи еле слышно. Тайлер только теперь понял, что тоже перевел дух. Близость Мерфи действовала на него чертовски странным образом. — Мы хотели открыть всем глаза на то, что представляют из себя сиятельные Колуччи на самом деле? — прокашлявшись, спросил Тайлер, не решившись обернуться, и махнул на папку. — Рассказать миру, сколько крови на их руках?.. — Быстро схватываешь, — язвительно откликнулся Мерфи. — Так почему, — в тон ему задал вопрос Тайлер, наконец повернувшись к нему лицом, — если у нас было все это… наш план провалился? — Ошибаешься. — На лице Мерфи ни один мускул не дрогнул. Он вновь был собран и отстранен, как будто достаточно было отступить от Тайлера на шаг, чтобы забыть, что умеет испытывать эмоции. — Наш план сработал. — Но… — Тайлер начинал догадываться, и легче от осознания не стало ни на грамм. «Тебе не просто грустно, — подумал он потрясенно. — Тебе пиздец как больно, верно?..» — Никто из команды, кроме нас с тобой, не дожил до нашего триумфа, — озвучил его догадку Мерфи пугающе бесстрастным тоном. — А теперь… — Он с ненавистью взглянул на папку. — У нас нет ни единого доказательства тому, что под обложкой. Ничего, кроме наших историй и наших слов. Ноль. Мы в самом начале пути. — И что ты предлагаешь? — севшим голосом уточнил Тайлер. — Ты предлагаешь, не я, — поправил Мерфи. — Садись. — Что? — тупо переспросил Тайлер. — Садись и доедай свой завтрак, — раздраженно велел Мерфи, указав ему на стул. — А я расскажу, что ты должен освоить, чтобы Рико не трясся за сохранность твоего зада на заданиях. Для начала — набрать вес и поработать над мускулатурой. Так что садись и ешь.