Стать счастливой

- Амрит, прости я не могу тебе отказать. - Это значит? - Да я согласна. Предсвадебная церемония началась за две недели до бракосочетания. Они строго соблюдаются и в них участвуют все близкие родственники со стороны жениха. Каждый день был посвящен какому-то ритуалу, и все они направлены на благословление богами жениха и невесты и их дальнейшей жизни. Женщины и один мужчина идут освящать землю и приносят ей дары. Из этой земли во дворе дома Амрита, в который он приведет меря, строят алтарь для привлечения в дом благополучия. Обязательно перед тем, как надеть свадебное сари, его освящают в храме. Женщины ставят на голову глиняные вазы, на которые укладываются сари. Меня ведут отдельно в храм освящать свадебное сари. Нас сопровождают гости и музыканты. Гости всю дорогу танцуют под музыкальное сопровождение. Возле храма после всех ритуалов женщины и мужчины демонстрируют свою радость в танце. По дороге домой гости продолжают танцевать под барабанную музыку. Затем идет небольшой, но важный ритуал под названием "Гайе холуд", который начался дома у жениха. Восхваляя желтый цвет, который символизирует солнце и означает супружескую верность, все участники церемонии покрасили себе лбы желтой краской, а затем обсыпали друг друга куркумой. Прежде чем посадить нам на скамейку, чтобы намазать куркумой, нарисовали мандалу и на нее поставили скамейку. Обязательным предсвадебным ритуалом, который нравится всем девушкам, является украшение моих рук и ног мехенди. Узоры рисовали Лалит и Элен, начиная от пальцев ладони, по руке до локтя. Они старались выбрать цвет потемнее, так как считается, что чем темнее цвет, тем крепче любовь мужа. В результате нанесения, вырисовываются своеобразные ажурные "перчатки". Во время процесса разрисовывания взрослые женщины разговаривали со мной и давали советы для счастливой семьи. Рисунок был сложным, поэтому выполняли его долго. За это время, я узнала много секретов и советов о супружеской жизни. Процедура рисования затянулась до вечера. По завершению рисования, я надела золотые украшения на руки. По ведическим канонам, после нанесения узоров, я не должна выходить из дома до самого дня свадьбы. Один интересный момент, после бракосочетания я не должна выполнять никакой работы по дому до тех пор, пока узоры не сойдут полностью. И вот наступил долгожданный день свадьбы. Оказалось, что в день свадьбы нам с Амритом нельзя ничего есть до самого бракосочетания. В этот день самого утра меня наряжали. Свадебный гардероб обязательно должен состоять из шестнадцати элементов. Свадебное сари у меня было классического красного цвета. Белый и черный цвета для свадеб запрещены. С Ведических времен, черный цвет считается символом тьмы, невежества. А белый цвет символизирует вдовство и траур. Красный же цвет означает невинность, чистоту, скромность и красоту. Традиционной свадебной прической, в ведических временах, является коса, означающая благочестивость женщины. Мои волосы намазали ароматическими маслами и заплели косу. Глаза подвели каджалом-черной подводкой. Над бровями украсили стразами. Традиционно украсили серьгами с драгоценными камнями, ожерельем, колечком в носу и серебряными браслетами с колокольчиками на ногах. Все заметили, что наряд пришелся мне к лицу. Свадебный наряд Амрита был тоже красив и традиционен. Он состоит из длинного сюртука, расшитого золотистыми рисунками и узких штанов. На ноги надели туфли с узкими, загнутыми носами, украшенные бисером. На голове надет тюрбан, украшенный брошью. Одним из впечатляющих моментов был приезд Амрита, который приехал ко мне на белом коне. Конь был украшен не менее эффектно. Мечта, воплощенная в реальность-заморский принц на белом коне! Как полагается, его встречали только мужчины. Женщинам не позволяется встречать. В соответствии с Ведами, для венчания был специально сооружен маленький свадебный храм из пяти бамбуковых палок, называется он "Веди". Внутри него зажигается огонь и сверху накрывается тентом. Нас посадили возле огня, при этом один конец моего сари привязали к кушаку Амрита, символически объединив нас навеки. Затем брахман прочел молитву и спел священные мантры. Мы произнесли клятву, после чего свадебной гирляндой из цветов нам связали руки, тем самым соединив наши души навеки, то есть на все семь поколений. Мы, как велит традиция, обошли вокруг огня семь раз. После того как Амрит нанес красную краску на мой лоб и пробор, я стала считаться его женой. Затем мы покормили друг друга сладостями. Это завершающий ритуал. После венчания все гости направились к специальному помещению-бозаргану, где свадебное гулянье с песнями и танцами продлилось до утра. Для нас был специально сооружен трон, украшенный яркими цветами и пальмовыми листьями. В следующие несколько дней не было ничего интересного. 8 месяцев спустя. Я шагаю назад и вперед по нашей с мужем спальне, стараясь контролировать свое дыхание. За девять месяцев беременности ее тело уже привыкло к боли и схваткам, но сегодня ребенок будто пытается разорвать ее внутренности. Я задыхаюсь, когда наступает еще одна схватка, и скрючиваюсь от боли, опуская левую руку на комод, чтобы удержать себя в вертикальном положении. Я постанываю, пока боль понемногу не утихает. — О, Шива! Пыхчу, ощущая холодный пот на лбу. Ко мне заходит Амрит. В этот момент я чувствую еще одну схватку, по силе похожую на столкновение с товарным поездом, и я не могу сдержать болезненный стон, срывающийся с губ. Ко мне подбежал Амрит, подхватывая и доводя до кровати. — Ты в порядке? Это ребенок? Он рождается? Я сжимаю зубы, когда боль уходит. — Я не уверена… но, Боже, это самая сильная боль. — Давай, лучше в больницу поедем. — Это могут быть еще одни ложные схватки. — Амала, мы поедем и точка. — Ладно. Он было только хотел подхватить меня, как: — Но… а-ах! Взвизгнула я, когда наступает еще одна схватка, и эта сильнее, чем прежняя. Резко выдыхаю и качаю головой, поглаживая живот. Внезапно чувствую, как что-то мокрое и скользкое бежит по ногам, смотрит вниз и видит мокрое пятно, формирующееся на штанах. — Амрит, у меня отошли воды! Амрит больше не спрашивая, взял меня на руки. — А-мр-и-т! Я лежу на больничной койке, ожидая, когда мой акушер-гинеколог вернется с чем-нибудь от боли. — Амрит, я не могу… не знаю, смогу ли сделать это. — Да, ты сможешь. Категорически не соглашается он, подходя ко мне. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Ты… — А-а-а! Наступает еще одна сильная схватка. Амрит вздрагивает, когда я сильно сжимает его руку, в значительной степени ограничивая кровоток. — Это бо-о-о-ольно! — Я знаю, что это так, но… — Откуда ты знаешь это? Ты тоже выталкиваешь из себя ребенка, Амрит? Яростно огрызнулась я. Из-за криков моё лицо красное и покрыто пятнами. — Нет, но… Он замолкает, тяжело вздохнув. — Амала, я стараюсь. — Не надо! У тебя хреново получается! Амрит хочет засмеяться, потому что даже то, как я говорю это, подсказываю ему, что я не совсем серьезно. Просто мне слишком больно. Он берет чистое полотенце и осторожно промакивает пот, скатывающийся по моему лицу. Моя линия волос также мокрая от пота, волосы прилипли ко лбу, и он думает, что это совершенно очаровательно. — Что сказал доктор? Спрашивает он, надеясь отвлечь. Это работает. Я закатываю глаза, когда боль от схваток отступает. — Я не знаю, она убежала, но ее нет уже часов пять. Амрит изо всех сил старается не рассмеяться. Я настолько драматизирую, что это его заводит. Но в то же время я пугаею его. Он решает промолчать, что на самом деле большую часть времени идет ему на руку. Через несколько минут приходит доктор, толкая перед собой маленькую тележку со всевозможными устройствами и инструментами. Амрит видит гигантский шприц с огромной иглой. — Что это за черт? Спрашивает он доктора, его голос пропитан паникой. — Это игла для эпидуральной анестезии. Объясняет она Амриту, внимательно посмотрев на него дважды. — Предполагаю, если вы муж, значит она Амала Басу? — Именно так. Амрит утвердительно кивает. — Что такое эпидуральная анестезия? — То, что поможет справиться с болью. — Это безопасно? Вы делали это раньше? — Конечно. Многие матери требуют ее. Доктор улыбается, зная, как молодые родители (особенно мужья) переживают о рисках эпидуральной анестезии. — Это абсолютно безопасно. — Будут ли мои дети под действием лекарств? Через глубокие вздохи спрашиваю я. — Это безвредное средство, госпожа Басу-Дубей. — Это не то, что я спрашивала. Доктор кивает, понимая боль и беспокойство беременной женщины. — У детей будет некоторый намек на… — Нет. Обрываю ее, качая головой. — Тогда я не хочу этого. Просто скажите, что я могу сейчас вытолкнуть их? — Позвольте мне проверить. Врач подходит к ногам и заглядывает под лежащую на ней простынь. Через несколько моментов она выпрямляется, улыбаясь паре. — Господин Басу-Дубей, вам лучше выйти. А нам лучше приготовиться. Она обращается к медсестрам, выкрикивая приказы. — Тужься! Подбадривает доктор. Я стискиваю зубы, изо всех сил тужась и чувую как расширяется там. — Поздравляем, госпожа Басу-Дубей. Доктор широко улыбается. — У вас прекрасные мальчик и девочка. Мы собираемся помыть, взвесить и измерить его, а также провести некоторые тесты, чтобы убедиться, что он в порядке, и потом вернем вам его, ладно? Я кивнула в знак согласия. Доктор вышел из палаты встречаясь с встревоженнымАмритом. — Ну, что? — У вас замечательные мальчик и девочка. Амрит зашёл ко мне. Наклонившись, он крепко целует меня в губы. После мы смотрим на доктора, когда та возвращается, неся наших новорожденных. — 46 сантиметров, почти полная головка волос и весом в 3 килограмма и 341 граммов, а второй 48 сантиметров и 3 килограмма 427 граммов — объявляет она с улыбкой. — Это объясняет каждый раз, когда я находил тебя на кухне, кушающей посреди ночи. Я усмехаюсь, когда врач отдает детей в мои руки. — Есть на уме какие-нибудь детские имена? С любопытством спрашивает доктор. Перед тем, как кивнуть, мы обменялись взглядами. — Авани и Аниш Басу-Дубеи — Красивые имена. — Мы назвали их на буква а, также как начинаются наши имена. — Ну, я точно могу пойти и получить эту форму для вас и дать вам время наедине с сыном и дочкой. Она быстро уходит, приказывая медсестрам прибраться для следующего пациента и перевести пару в их палату. Я даже не заметила как пролетело время. Вот я уже нахожусь в нашей с Амритом комнате. — Ну как они? — Хорошо, уснули. На наше удивление они Авани и Аниш были спокойны и почти не плакали. На первое время было принято решение чтобы наши дети жили рядом с нашей комнатой. — Ну раз значит всё хорошо. То я хочу сказать тебе, что за всё время тебе не разу не сказал. Моя махарани, я тебя люблю. — Я тоже люблю тебя, мой махарадж. Он впился в мои губы настойчивым поцелуем. Ночь наша была жаркой. Мы не могли насытиться друг другом, после долгого перерыва. Жизнь со временем утихомирилась. Мы с Амритом правили Калькуттой, но и не забывали заботиться о наших детях. Авани была очень похожа на меня не только внешне, а и характером. Аниш же был полной копией Амрита. Риши всё-таки добился сердца Элен. Через несколько недель после свадьбы они узнали, что у них будет ребёнок. Киран с Джаей тоже обрели своё счастье. Даже Девдас Дубей нашёл себе спутницу жизни и они подходили друг другу идеально. О Киллиан с Лимой я ничего не слышала, знаю только, что они поженились. Некоторое время спустя пришла новость, о смерти бабушки у неё остановилось сердце. Но я знала, это не остановка сердца. Богиня Кали добралась до неё спустя долгие годы. "Все, что происходит в нашей жизни — к лучшему. Иногда кажется — тупик, не получилось, не случилось, не сбылось, дальше только боль и пустота. Оказывается — не тупик, а крутой поворот, не конец жизни, а начало новой. И самые тяжкие разочарования превращаются в новые счастливые встречи. И вдруг понимаешь — все было к лучшему".