unnie, take me

Настроение с утра мягко сказать было невеселым. Рюджин не могла уснуть до самого рассвета. Плененная своими мыслями, она глядела в окно, рассматривая все светлеющее небо. И эта фотосессия, подготовку к которой начали чуть ли не с восьми утра, просто добивала девушку. - Парная съемка, Юна и Лиа вас будут фотографировать первыми, пройдите в студию. - просунув голову в гримерку, сообщает менеджер. Девушки молча кивают. Шин начинает безмолвно молиться. Причина ее бессонницы только что присела на кресло к визажисту, молча пройдя мимо девушки. Рюджин вздыхает и выходит в коридор. С момента ссоры с Йеджи прошло почти два дня, они не разговаривали все это время. Младшую задели слова Йеджи, хоть она и понимала, что на девушку давит ответственность позиции лидера и компания, но сердце кольнуло неприятно. «мы не можем все время сниматься вместе, я пойду с Юной» «не смотри на меня так, ты знаешь правила компании» уже лично прошептала лидер, подойдя вплотную. Рюджин понимает, что вела себя нелепо, обижаясь на слова девушки. И также нелепо вспылила на Йеджи тем же вечером. Непонятные чувства бурлили в ней, будто кто-то разжег пожар у нее в груди и как только огонь разошелся, окатил пламя холодной водой, заставляя трескаться и захлебываться дымом. Ей не нравилось это чувство, не нравилось, что из-за старшей это происходит. «нужно поговорить с онни, нельзя оставлять эту напряженную атмосферу в группе из-за своих непонятных эмоций» думает девушка, идя по коридору в студию. Юна и Джису отлично справляются с концептом фотосессии, фотограф делает лишь несколько замечаний, бесконечно ослепляя девушек вспышками камер, но те и не замечают, уже давно привыкшие. Первый образ Рюджин уже давно готов. Концепт фотосета заключался в дерзкой классике с темным макияжем глаз и яркими губами. Руки невольно тянутся к фиолетово окрашенным губам. Матовая помада неприятно стягивает кожу, но в целом ей образ нравится. Что-то новое и экспериментальное. - Мы следующие. - прерывает ее мысли голос за спиной. Рюджин не оборачивается. Она знает кто это. Именно из-за обладательницы этого голоса она не может спать ночами, из-за нее она все больше погружается в свои мысли, пытаясь затушить тот тлеющий костер. - Я попросила менеджера поставить нас в пару, - продолжает голос, который слышится уже с правой стороны. Рюджин прикрывает глаза. Вдох. Выдох. - Хорошо. Обе молчат. Рюджин боится взглянуть на девушку. Йеджи по натуре очень светлая личность, подобно солнцу она согревает, светит ярко, ослепляет улыбкой, заботится о всех, иногда даже жертвуя своим состоянием. Рюджин это никогда не нравилось, но она соврет, если скажет, что не это покорило ее. Но во время съемок в старшей просыпалась совсем другая личность, другая ее черта, будто демоническая сторона, которую она пыталась подавить, и только перед объективом камеры она выпускала ее. И эта сторона выбивала весь воздух из Рюджин, заставляла ноги слабеть, а ритм сердца учащаться. Младшей не нравилось это чувствовать, ведь все артисты имеют эту двойственность на сцене и в жизни, все артисты работают над своей харизмой, но что-то с треском ломалось в девушке каждый раз при взгляде на такую лидерку. И кажется сегодня сломается окончательно, потому что Йеджи проходит вперед, цокая высокими каблуками по белому паркету и Рюджин не может сдержать обреченного выдоха. Волосы шатенки собраны в высокий беспорядочный пучок, открывая взор на лебединую шею. Глаза густо подведены темным смоки, что очень выигрышно подчеркивает ее кошачьи глаза. И красная помада. Блядская красная матовая помада. Рюджин хочется въебать со всей силы визажистке или менеджеру, да хоть кому, кто это выдумал, потому что она пялится на эти красные губы минуты две и внутри все переворачивается на сто восемьдесят градусов. Йеджи приветствует съемочную команду, кланяется всем, мило улыбаясь, и младшая замечает красный короткий топ, что выглядывает из под черного пиджака. Топ настолько короткий, что его можно принять за предмет нижнего белья. Рюджин отводит взгляд, мысленно давая себе подзатыльник за то, что пялится. - Рюджин-а, идем, - подзывает лидерка, оборачиваясь к ней. Фотограф начинает объяснять концепт, какие позы, какие эмоции нужны для фотографий, но Шин все слушает в пол уха. Стоя рядом со старшей в этом чертовом образе, что точно будет сниться ей не раз, она чувствует будто горит, будто все те непонятные эмоции возросли стократно и сейчас накрывают ее с головой. Она пялится в одну непонятную трещину на полу, пытаясь хоть немного угомонить внутренний вулкан и включить наконец свой профессионализм. Из потока мыслей возвращает рука Йеджи, которая решила привлечь внимание судя по всему не первый раз. - Тебе нужно встать сзади меня и положить руки на плечи, - спокойно объясняет Хван, садясь на черный стул. Рюджин послушно встает сзади девушки, игнорируя мелкую дрожь в пальцах, кладет их на плечи девушки. Йеджи хватает одну и тянет к себе ближе, оставляя висеть руку в районе груди. Сама скрещивает ноги, кладет левую руку на бедро и откидывается корпусом чуть назад, опираясь на тело Рюджин сзади. Блять. Фотографу очень нравится импровизация старшей, он делает по десять снимков за секунды, хоть и высказывает замечания в сторону младшей из-за скованности. Знал бы он причину этой скованности. Рюджин чертыхается после очередного замечания, отходит в сторону выпить воды и стряхнуть это напряжение с плеч. С одним образом должны снимать не более получаса, значит скоро это закончится, она отдохнет на кресле у визажиста и приведет мысли в порядок. Младшая делает несколько глотков прохладной воды и успокоившись от небольшого плана, возвращается обратно в кадр объектива. - А может Рюджин стоить сесть ко мне на колени, что думаете, фотограф-ним? - оглушает предложением старшая. Она все еще сидит на этом стуле, в этом чертовом горячем образе, вызывающе раскинув ноги и улыбается. Именно об этой стороне девушки говорила Шин. От той лидерки, что всегда делится едой, накрывает пледом поздно ночью и всегда поддерживает несмотря на мелкие ошибки девочек, не осталось и следа. - Да, отличная идея, Рюджин-ши? - Да, можно попробовать, - почти шепотом произносит младшая, чувствуя будто оковы сковали все тело. Йеджи хлопает по бедру, приглашая младшую и Рюджин хочется выпрыгнуть в окно. Она будто издевается, будто читает все мысли Шин, читает ее саму как открытую книгу и нагло издевается. Младшая присаживается на одно колено, стараясь не присесть всем весом, обвивает одной рукой шею, не решаясь посмотреть ей в глаза, смотрит на фотографа. Кажется Хван такое положение не обрадовало, она обнимает младшую за талию и силой усаживает на себя, привлекая все внимание младшей к себе. Рюджин почти теряет равновесие, но старшая крепко ее держит, возвращая в прежнее положение. - Отлично! - восклицает фотограф, когда взгляды девушек встречаются. Рюджин хочется умереть от взгляда старшей. Она чувствует себя дичью, за которой охотится хищница и сейчас загнали в ловушку. Йеджи ухмыляется, смотря ей в глаза и что-то в Рюджин окончательно ломается, а что-то встает на свое место. Нечто блуждающее трепещет в груди, спускаясь все ниже и это одновременно пугает и воодушевляет. Хватка Йеджи на талии сжимается сильнее, между их лицами жалкие сантиметры и младшая почти не дышит, не отводит взгляда, не отодвигается. - Отлично, вы, девочки, отлично справляетесь, Юна и Лиа не могли сосредоточиться, все время смеялись, негодницы, - возвращает в реальность голос фотографа, - Еще пару кадров и я вас отпущу на смену образа, - обещает мужчина, снова поднося камеру к лицу. Шин чувствует как кожа под одеждой горит от касаний лидерки, посылая по всему телу волны мурашек. Она сглатывает излишнюю жидкость во рту, пытаясь взять контроль над телом и абстрагироваться от всех чувств, что вызывает девушка перед ней. Взгляд падает на подтянутую шею старшей, замечает как напрягаются мышцы, скользит взглядом по яремной впадине и останавливается на острых ключицах. Хочется проверить насколько они остры и можно ли порезаться о них лишь одним касанием. Рюджин прижимается к старшей еще ближе, тянется рукой к шее, невесомо проводит кончиками пальцев от яремной впадины вниз к ключицам, завороженно наблюдая, как Йеджи задерживает дыхание, сглатывая шумно. Хватка на талии усиливается почти до боли. Вторая рука опускается на бедра Рюджин и с силой сжимает, от чего младшей хочется заскулить. Мысленный контроль пошел к черту. Шин поднимает глаза на Йеджи и задыхается в омуте темных глаз, что с таким вожделением смотрят на нее, что ноги подкашиваются. Словно забыв где они находятся,Рюджин приближается к лицу Хван,не разрывая зрительного контакта,но вовремя осекается,когда чувствует как ее бедро сильно сжали. Вспышка камер ослепляет их, разрушая связь между взглядами и Рюджин быстро переводит взгляд. Шин стойко переносит еще десятки кадров, пытаясь мыслями улететь далеко за пределы студии, далеко от лидерки, что не упускала шанса лишний раз прикоснуться к ней. Она выдыхает лишь на кресле у визажиста, прикрывая глаза, пока ей смывают макияж и наносят новый. Старшую не видно рядом, она, наверное, как обычно мониторит результаты съемок, в сотый раз пересматривая отснятые кадры, выискивая ошибки и делая поправки на будущие съемки. Перфекционистка. Пожар внутри немного поутих, но перед глазами все еще стоит образ Йеджи и кажется еще долго будет. Рюджин держится за бутылку с холодной водой, будто за спасательный круг, постоянно отпивая через трубочку. - Вы закончили? - разрывает тишину голос лидерки, кажется она обращалась к визажистке, та кивает и отходит в сторону от Рюджин, - Не могли бы вы оставить нас не надолго? И попросите никого не заходить, пожалуйста, - младшая ежится от серьезного тона девушки, - Спасибо. Визажистка быстро кивает и выходит из гримерной, прикрывая за собой дверь. Наверное, она тоже в шоке от поведения Йеджи, ведь та всегда была приветлива и улыбчива со стаффом, не только из-за имиджа айдола, а по натуре своей. Рюджин вжимается в кресло, молясь слиться с ним и избежать разговора. Но старшая не спеша подходит к ней, поворачивается лицом, облокачиваясь о комод с зеркалом. Скрещивает руки на груди. Камер нет, концепт не нужен, но взгляд все тот же прожигающий, все еще с тем темным смоки. - Ты разве не этого хотела? - склоняя голову, начинает старшая. Рюджин не вникает в вопрос. - Чего этого? - младшей стоит больших усилий не засматриваться на оголенную шею и ключицы девушки, она отводит взгляд, внимательно рассматривая разложенные по всему столу косметические средства. - Быть рядом со мной, - усмехается старшая, - все время. - Я не… - Рюджин не этого хотела. Или этого? Возможно она просто привыкла все время быть рядом с Йеджи. Со времен трейни, с дебюта, с совместного жительства, они всегда были вместе на расстоянии вытянутой руки и Шин слишком к этому привыкла? И момент, когда Хван сама решает на постоянной основе сниматься с Юной в паре, режет не хуже ножа. Но Рюджин хотела вернуть их прежние взаимоотношения, когда Йеджи заливалась смехом от любой шутки младшей, кормила с руки, обнимала тепло утыкаясь в шею, никак не то, что было на фотосессии. Это пугало Рюджин. - Разве не из-за этого ты не разговариваешь со мной? Злишься на меня? - Йеджи спрашивает, но по ее тону и еле заметной улыбке понятно, что она и так знает ответ, - Из-за того, что Юну взяла в пару, а не тебя, - девушка уже не скрывает улыбки, наслаждаясь ревностью младшей, в то же время умиляясь ее удивленому виду. - Я…нет, я не злюсь, я понимаю, что мы не можем все время вместе сниматься, контент надо разбавлять, да и компания этого требует… - вытягивает младшая все разумные мысли, что были в голове. - Компании все равно, дорогая, не считая развлекательных шоу и заранее написанных сценариев, во всех остальных блогах они дают свободу, все решаю я. Или ты думала позиция лидера это просто слова? - Йеджи приподнимает бровь, смотря на удивленное лицо девушки и смеется, видя как до нее доходит смысл слов старшей, - Да, ты правильно думаешь, я хотела узнать правдивы ли мои догадки и сегодня… - старшая подходит медленно, опирается руками о подлокотники стула, приближаясь к ней лицом, - сегодня ты прекрасно показала, что чувствуешь ко мне. Рюджин кажется весь мир услышал, как она сглотнула. Сердце стучит в груди как бешеное, грозясь вырваться через глотку наружу. Она смотрит прямо в глаза старшей, прекрасно понимая, что она сделала и что хочет сделать в будущем. И это осознание сжигает больше предыдущего. - И что я чувствую к тебе? - отодвигаясь на более безопасное расстояние, произносит Рюджин. - То же, что и я к тебе, - снова приближаясь, говорит старшая, - Разве не чувствуешь? - опаляет ухо шепотом. - Но компания… нам нельзя иметь отношения, - Рюджин мысленно сама себя бьет по лицу, но это первое, что приходит ей в голову. Йеджи, кажется, этому не удивляется, лишь поджимает губы и выпрямляется. - Да, нам нельзя иметь отношения. Но в этом контракте столько «нельзя», что я устала их придерживаться. Я всегда их придерживалась, следила, чтобы и вы, но я устала игнорировать очевидное, я не могу больше скрывать то, что чувствую. Я хочу, наконец, добиться того, чего желает мое сердце, то, что мне нравится и возможно я даже люблю это, - на последних словах улыбка трогает ее лицо и Рюджин готова упасть в обморок от одной только мысли, что девушка говорит о ней. Шин подозревала, что чувствует к старшей нечто большое, чем дружеская любовь и привязанность, но отметала эти мысли далеко и надолго. Слишком много рисков имела эта мысль: вдруг не взаимно, вдруг та совсем не интересуется девушками, вдруг компания узнает, вдруг это просочится в сми. Но сейчас Йеджи буквально открыто ей признается и говорит, что плевала она на все риски. Кажется земля уходит из под ног. - Ты можешь подумать, я ни в коем случае не давл… - Рюджин не дает ей договорить, резко притягивая к себе за ворот пиджака и впиваясь губами. Йеджи замирает на секунды, пытаясь понять, что сделала младшая, а после мычит в удовольствии в поцелуй, притягивая девушку ближе. Губы старшей суховаты из-за матовой помады, но чертовски мягкие, Рюджин проводит языком по губам и почти рассыпается в руках девушки. Она матерится про себя, ведь пожар, что горел внутри ничто по сравнению с тем, что происходит сейчас с сердцем. Йеджи углубляет поцелуй, врываясь горячим языком навстречу к другому и крышу Рюджин сносит по новой. Это все кажется нереальным, одним из многочисленных снов младшей, но мягкие губы, что сминают ее, руки, что обвивают талию, запах, что дурманит похуже всех опиоидов, кричат ей о том, что это реально и происходит прямо сейчас. Йеджи не разрывая поцелуя, меняет их местами, сама садится на кресло и усаживает младшую к себе на колени. Рюджин в свою очередь просовывает ноги через подлокотники, обвивая бедрами талию девушки, обнимает за шею, льнет ближе к телу старшей. - Я еле сдержалась во время фотосессии, - обрывками в поцелуй произносит старшая, - так хотелось поцеловать тебя. - Мне тоже, - почти в прострации шепчет Рюджин. Йеджи поцелуями спускается по подбородку к шее, младшая громко выдыхает, шея всегда была очень чувствительным местом. Старшая ухмыляется, запуская руки под рубашку, вырисовывая своеобразные линии по спине девушки, надавливая нарощенными ногтями. Жар внизу живота растет с каждой секундой, Рюджин тянется за новым поцелуем, искусывая губы девушки, размазывая красную помаду по всему подбородку. И эта картина возбужденной Йеджи с дымкой желания в глазах, растрепанными волосами, размазанной помадой сводит с ума Рюджин ещё больше. Она почти скулит, когда старшая сжимает округлые груди через белье. Пытаясь подавить будущие стоны, она льнет к шее девушки, покрывает кожу влажными поцелуями, хоть и хочется впиться зубами, оставлять засосы и укусы, передавая через кожу всю свою страсть. Но страсти Йеджи хватило бы им обеим, она не церемонясь разрывает верхние пуговицы рубашки Шин, стягивает ткань вниз по плечам, сразу припадая губами к оголенной коже. - Блять… - выдыхает Рюджин, ловя воздух ртом, отчаянно забывая как вдыхать кислород спокойно. В голове густейший туман, ни одной разумной мысли, лишь Йеджи, ее касания, ее губы и взгляд полный желания. Рюджин готова обезуметь от этого и ей плевать, если она больше не сможет мыслить здраво никогда в жизни. Младшая таки не сдерживается, кусая девушку за ключицу, моментально зализывает укус, ведет языком вдоль выпирающей кости, с восторгом осознавая, что почти режется об него. - Малыш, тише, нам надо остановиться, - Рюджин видит как Йеджи самой тяжело прерывать все это, она тяжело дышит, опуская голову на плечи старшей, - Я тоже очень хочу тебя, но наш первый раз не должен произойти в засранной гримерке в разгар фотосессии, - она поглаживает Рюджин за бедра, пытаясь успокоить тот жар, что сама разожгла в ней. Но не сдерживается и снова опускается к шее,слегка прикусывая. - Да, согласна. Нельзя чтобы нас раскрыли через пять минут от начала отношений, - сквозь вырывающийся стон,проговорила Шин. - Так значит мы в отношениях? - ухмыляется Йеджи, заглядывая в глаза. - Нет, блин, это же не ты признавалась мне в любви пару минут назад, - тушуется Шин, отворачиваюсь к зеркалу. Помада размазалась не только у старшей. - И ты не целовала меня так, будто от этого зависит твоя жизнь, - продолжает перепалку. - Айщ, вот как так, всего лишь несколько минут как пара, а уже мелкая ссора. - Какая ссора, малыш, просто ты такая милая, когда дуешься, - старшая подходит сзади, обвивая руки вокруг талии и зарывается носом в волосы, - Я, кажется, правда люблю тебя. - Кажется, я тоже. *** Скрывать отношения от всего мира оказалось делом очень сложным. Особенно в первые дни. Особенно когда твоя любовь коллега по группе. Как объяснить всем от чего у тебя хорошее настроение, когда причина этого прекрасного настроения стоит напротив, улыбаясь глазами и одними губами посылает поцелуй? Как молчать, когда сердце разрывается от любви к ней и хочется всему миру прокричать о том, как сильно она ее любит? Как держать себя в руках, когда старшая все больше выпускает свою натуру, глазами прожигает силуэт младшей, в перерывах утаскивая от глаз подальше? Рюджин не знает, но Рюджин держится. Изо всех сил. Девочки, скорее всего, уже догадались об их отношениях, но подумали молча игнорировать, пока девушки сами не решаться им открыться. Рюджин была благодарна им за это, ведь прошел всего месяц, они сами еще не привыкли к новому статусу. И к удивлению и одновременно сожалению Рюджин, старшая не спешила пересекать новую черту в их отношениях. Она целовала до безумства, доводила до дрожи, забиралась руками под одежду, сводя с ума жаром, но в последний момент отступала, будто боясь чего-то. Рюджин умирала от этой пытки, но молча терпела, не желая давить на любимую. Но эти постоянные издевательства над телом и разумом буквально доводят до рукоприкладства. Рюджин просыпается одна. Ее расписание на сегодня было довольно скудным, пара уроков по японскому, вокалу и личная тренировка с хореографом вечером, поэтому она дает себе поваляться в кровати до самого полудня. У Черен и Джису совместная съемка для канала группы на ютубе, у Юны ранние уроки по вокалу, а лидерка кажется в компании по делам группы. Девушка сонно потягивается в кровати, лениво просматривая соцсети и новостную ленту. Их фотографии с Йеджи до сих пор вирусились в ленте, повторной волной вызывая ажиотаж среди фанатов. Рюджин смеется, читая множество комментариев с содержанием «Рюйеджи канон». - Знали бы вы насколько, - проговаривает в пустоту девушка, усмехаясь. Она лайкает пару таких комментариев, предварительно убедившись, что сидит через скрытый аккаунт и убирает телефон, вставая с кровати. Подходит к длинному высокому шкафу, выуживая из него одежду, полотенце и проходит в ванную. Горячая почти обжигающая вода приносит с собой воспоминания такие же обжигающие. Как Йеджи впечатала ее в стену, заглушая вздохи поцелуями и ладонью, когда губы были заняты шеей. Рука сама по себе движется по телу, горячие капли стекают по оголенной груди, заставляя соски затвердеть. Рюджин сжимает один сосок, прикрывает глаза, представляя как это делает Хван. Рука плывет ниже, по животу, оказываясь у самого лобка. Рюджин резко открывает глаза, отдергивая руку от себя. Она чертыхается, меняет температуру на более прохладную, пытаясь отогнать влажные мечты из головы. На часах только час дня. Первый урок назначен лишь на четыре. Рюджин лежит на незаправленной кровати, лениво крутя аккаунт на нетфликсе. Ничего из предложенного ее не интересует, а занять время чем-то хочется. Она закрывает крышку ноутбука, отодвигая его в сторону, снова лезет в соцсети. Йеджи обновила свой аккаунт новыми фотографиями и множеством сообщений, она мило интересовалась о самочувствии их фанатов, поели ли они, и ругая тех, кто забыл пообедать. Рюджин смеется от ответов и листает дальше, натыкаясь на различные эдиты и видео с Йеджи,во рту пересыхает незамедлительно. Видео вышло очень горячим, включая в себя различные кадры девушки на сцене с испепеляющим взглядом и плавными движениями этого фантастического тела. - В жизни она еще горячее, - вспоминая губы своей девушки, проговаривает Рюджин. Сейчас ее поцелуев хотелось, как никогда раньше. И не только поцелуев, ее касаний, ее рук по всему телу, ее всю саму. Чертовски хотелось. Рюджин забвенно тянется пальцами к губам, прокручивая в памяти, как старшая любила оттягивать нижнюю губу пальцами. Рука движется ниже, лаская шею, вспоминая сотни и сотни горячих поцелуев, оставленных Йеджи. Скользит еще ниже, проникая под домашнюю футболку, обхватывает небольшую грудь, легко сжимая. Сжимает сильнее, ведь Хван любит быть немного напористой. Правая рука сама движется ниже, вопреки здравому смыслу проникая под свободные шорты и белье сразу. Пальцы нащупывают клитор и младшая слабо мычит, отчаянно представляя, что Йеджи находится рядом. Смазки не так много, но достаточно, чтобы без дискомфорта войти одним пальцем. Рюджин издает немой стон, приоткрывая губы, приятная волна бежит по телу с каждым толчком. Лицо Йеджи перед глазами, от этого еще приятней. Рюджин прикусывает губы, добавляя второй палец. - Твою ж мать… - слышится со стороны двери. Рюджин резко распахивает глаза, выдергивая руку из штанов и таращась на вошедшую девушку. Йеджи стоит в немом шоке. Глаза бегают по телу младшей, что старается поправить одежду и одеялом прикрыться. - Йеджи, я не думала, что ты так рано придешь, - пытается завязать разговор младшая. Старшая не отвечает. Она матерится и в миг сокращает расстояние между ними, на ходу снимая верхнюю одежду. - Йеджи, нет, я… постой, - видя в глазах девушки тот самый огонь, пытается остановить. - Заткнись, - отрезает старшая, нависая над ней, - Такая нетерпеливая, да? Захотела сама достичь желаемого? - Нет, мое желаемое это ты, - в губы шепчет Рюджин и Йеджи почти рычит от этих слов, впиваясь страстным поцелуем в губы. Рюджин готова взвыть от напора Хван, что рывком снимает с нее футболку. Она припадает губами к шее, почти зубами оставляя алые следы и засосы. Руки блуждают по телу, сжимая талию в тиски, поглаживая бедра. Внутри ползет адский пожар, что нарастает с каждой секундой, оседая внизу живота. Рюджин раздвигает бедра, приглашая старшую удобнее устроиться. Окольцовывает ногами, как только Йеджи устраивается между ними. Старшая приподнимается, заглядывая в глаза Рюджин. И Рюджин почти стонет от страсти в глазах девушки. - Никогда. Не смей. Такое. Делать. - чеканит Йеджи, ее голос стал ниже на несколько октав, почти хриплый, и Рюджин не смеет ей отказывать, она кивает быстро быстро, сама тянется за поцелуем, притягивая руками за шею. Йеджи кусает губы, оттягивая нижнюю, зализывает сразу же языком. Вид удовлетворяющей саму себя Рюджин не на шутку ее разозлил и возбудил одновременно. Она хотела повременить с первым разом, думая, что так заботится о чувствах младшей, ведь забота о всех как-то вошла в привычку, но это оказалось ошибкой. Рюджин протяжно стонет, когда старшая проводит рукой по промежности через ткань шорт и Йеджи уже не сдерживается. Тянет резинку шорт вместе с бельем вниз по бедрам, младшая приподнимается, чтобы быстрее избавиться от ненужной сейчас одежды. Йеджи в десятый раз теряет голову, видя как нуждается в ней девушка, как блестит естественная смазка, стекая по половым губам и сама облизывается. Она начинает целовать бедра, поглаживая, сжимая их, точно следы останутся. Рюджин пробирает мелкая дрожь, изнывая от желания, пока вторая , как назло, медлит. - Онни… пожалуйста… - молит она, сжимая простынь в кулаках. Йеджи не может отказать любимой. Она поцелуями по внутренней стороне бедер поднимается. Запах возбуждения младшей сносит крышу, настолько он приятный. Йеджи широко вдоль всей длины проводит языком, слизывая смазку. Рюджин сразу хватается руками за макушку волос, прижимая к центру возбуждения ближе. Старшая не против. Она удобнее располагает руки под бедра девушки, пододвигая таз ближе к лицу и языком находит клитор, кончиком на него надавливая. Рюджин громко стонет, возбуждая еще больше саму Йеджи. Ждать так долго определенно было плохой идеей. Рюджин двигает бедрами под движения старшей, приподнимает таз навстречу и Йеджи скользит вниз языком ко входу, сразу проникая на всю длину языка. Наращивает быстрый темп, одну руку высвобождает из под бедра и большим пальцем массирует набухший клитор. Хватка на макушке усиливается, Шин почти рвет волосы, но Хван плевать, особенно когда она так сладко стонет с именем старшей на губах. Йеджи языком выводит круги и зигзаги по стенкам, почти на крик ее доводя, она чувствует, как с каждым толчком стенки все сжимаются и пытается еще быстрее. Свободной рукой движет вверх, сжимает грудь, крутя пальцами затвердевший сосок. - Йеджи…не останав..ливайся, я сейчас.. Прерывистый голос девушки еще больше стимулирует Йеджи к действиям. Она пытается еще глубже войти языком, и Рюджин срывается на громкий протяжный стон, выкрикивая имя старшей. Волна эйфории бежит по телу, разгоняя эндорфины и она дрожит мелко, обмякая на кровати. Йеджи замедляет темп, но не выходит, медленно вылизывая соки и наслаждаясь вкусом любимой. Она приподнимается, снова нависая над Рюджин, целует мягко и смазано, пока та пытается отдышаться. Рюджин с удовольствием пробует свой вкус с губ Йеджи. Они лежат молча, каждая собираясь с силами. Рюджин прикрывает глаза в эйфории, отголоски оргазма смакуя и осознавая насколько счастлива в данный момент. - Прости, что так заставила ждать, - шепчет в ухо старшая, поворачиваясь к ней лицом. Рюджин мычит недовольство в ответ, тянется руками, обнимая за талию и утыкаясь в изгиб шеи. - Это стоило ожидания, - проговаривает в шею. Йеджи усмехается. - Я с тобой еще не закончила, - ухмыляется старшая, Рюджин выныривает из шеи, смотря с удивлением, - Я тобой еще не насытилась, - нависая снова над девушкой, проговаривает Йеджи, затягивая младшую в новый поцелуй. Поцелуй выходит менее напористым, нежным, медленным и чувственным. Но нарастает с каждой минутой, возвращая былую страсть. Йеджи резко переворачивает младшую животом вниз, сама нависая сверху. Начинает покрывать влажными поцелуями спину девушки, рассылая тысячи мурашек по телу. Рюджин с удивлением замечает, как узел снова завязывается в теле, приятно ноет внизу живота. Она зарывается лицом в подушку, сжимая ее в руках для опоры, пока старшая все ниже опускается. Руки нагло раздвигают бедра для бо́льшего пространства и младшая тихо стонет в подушку. Рука вдруг оказывается на волосах, резко тянет вверх, от чего Шин давится воздухом. - Я хочу слышать тебя, - приказным тоном опаляет ушную раковину Хван. Младшая по команде стонет, ведь Йеджи уже проникла двумя пальцами. Она разворачивает пальцы в сторону верхней наиболее чувствительной стенки и слышит еще один более громкий стон. Целует в поясницу за послушание и набирает темп. Вид Рюджин выбивает весь воздух из нее: разбросанные по плечам темные волосы, тонкая подтянутая талия, округлые шикарные бедра и приподнятый таз. Она так хочет ее, так любит ее и мысль, что теперь она навсегда лишь ее, делает Хван самой счастливой на свете. Она снова целует спину, проникая пальцами еще глубже. - Я так, блять, люблю тебя.