Alis

      Он смотрел без тени страха. Белые одежды, белые крылья…       — Ты не боишься?       — Тебя? Нет.       Айян проверил веревку, провел ладонью по ее грубой и шершавой поверхности. Это не будет нежно. Останутся следы. Ему это нравится.       — Я не буду завязывать тебе глаза.       — Хорошо.       Айян чуть прищурился. Акк спокойно сидел на коленях, как будто и не был пойман менее суток назад. И как будто он не знал, что пришел отказ его выдать обратно воинству Света.       — Разденешься сам или раздеть?       — Сам.       — Тогда вперед. И после заведи руки за спину.       Айян наблюдал, как выполнялся его приказ. Без слов, медленно, но не мешкая. Он анализировал выражение лица Акка и не находил ничего скрытого. Ему и в самом деле не страшно. Интересно. И хочется понять.       Айян зашел за спину, поправил руки в правильное положение и начал вязать узлы. Он не знал, почему Акк не сопротивляется. Почему слушался его беспрекословно и даже не пытался вырваться. И почему он сам вместо пыток просто решил его…       — Что дальше?       — Не двигайся.       Петли ложились привычно и мягко. Айян вдыхал и выдыхал размеренно и слышал точно такое же дыхание от Акка. Он погладил концами веревки бедра. И встал перед Акком, когда узор узлов с локтей перешел на грудь. Айян перетянул веревку на груди так, чтобы узлы задевали при глубоком дыхании соски. И слегка подвигал веревкой, проверяя не слишком ли туго.       - Айан, я...       - Хочешь о чем то меня попросить, Акк?       - Нет. Нет...       И вот сейчас впервые слышно, как у Акка сбилось дыхание и он издал непривычно короткий вздох. Бросив взгляд, Айян увидел, что у него на щеках расцвел слабый румянец. Однако взгляд все еще ясный.       Так мило. Просто невероятно.       — Странное ощущение.       — Никогда не испытывал?       — Нет.       Айян снова обошел Акка, кружась вокруг него. Обволакивая соблазном и удовольствием. Остановился за спиной, давая ощутить свое присутствие. Теперь он позволил себе больше касаться кожи и чувствовать ее тепло. О, Акк очень теплый. Свет внутри него особенно ярче ощущался на контрасте с прохладой спальни.       Айян перекинул веревку, но теперь так, чтобы концы опускались на внутреннюю часть бедер, и потрясенный стон прозвучал по комнате тонко зазвеневшей струной.       — Не больно?       — Нет.       Акк не испытывал никогда возбуждения. Ему и не придет никогда в голову, что веревку можно пропитать особым составом, который будет действовать только от тепла кожи. Медленно впитываясь, средство разжигало страсть. Подло, но зато действенно.       А еще красиво.       Крылья у Акка сильные, размах такой, что всю комнату может занять. Но сейчас они спрятаны, и на гладкой спине только тонкий светящийся рисунок. Айян знал, как сделать так, чтобы они показались. Но для этого нужно, чтобы Акк потерял голову.       — Ты очень хорошо справляешься.       — Ты не делаешь больно.       Айян принял ответ, как похвалу. Он не любит боль. Он демон соблазна и удовольствия, а не пыток. Зачем калечить тела, когда можно действовать иначе? И все равно получить результат.       Как сейчас.       Прикосновения к внутренней стороне ног заставило Акка непроизвольно раздвинуть ноги шире. Его член постепенно наливался желанием, пока не затвердел полностью. И Айян дразнит его кончиками веревки, делая вид, что сосредоточен только на узлах бедер. Ему нравится поддразнивать, раскрывать…       Сотнями лет длилось уже противостояние Света и Тьмы. Вечное противостояние, от которого уже стали уставать оба воинства. Те из воинов Света, которые попадали в плен, в большинстве своем ломались, теряя крылья и падая. Было крайне мало тех, кто принимал тьму и менялся. Боль повышала шанс обратить на свою сторону, но Айян знал, что у него получится показать красоту тьмы Акку без насилия.       Все светлые воины невероятно красивые, но если спросить Айяна, он ответит, что самый красивый среди них — Акк. И именно поэтому он будет обращаться со своим пленником бережно, не торопясь.       Айян выдохнул, игнорируя собственное возбуждение, и осмотрел Акка с ног до головы. Веревки подчеркнули светлую кожу. Обняли талию. Сжали грудь. Раскрыли бедра.       — Мне очень нравится, что я вижу. Ты красивый.       — Я не…       Акк запнулся, не сумев впервые произнести отрицание. Впервые прикрыл глаза. Голос его дрогнул, и Айян улыбнулся, глядя на первую жемчужную капельку, выступившую у него на головке. Осторожно снял ее подушечкой пальца и слизнул.       — Очень вкусно.       Акк ничего не ответил, но это и не требовалось. Веревка терлась о него, распаляя все больше. Айян только слегка контролировал и направлял страсть. Он устроился за спиной Акка, обнимая его одной рукой за талию, а второй провел по груди, лаская соски, натертые веревкой. Потом опустился к животу, скользнул ладонью ниже       Акк откинул голову ему на плечо.       Акк простонал.       Акк дернул бедрами, толкаясь вверх.       Айян снова улыбнулся. Такая честная реакция льстила невероятно. Он провел носом по затылку, вдыхая разгоряченный запах, и поцеловал длинную шею. Смакуя возбуждение как хорошее вино.       — Айян!       — Я тут, солнце мое. Я прямо тут.       Акк вздрагивал всем телом от ласк, и Айяну хотелось зайти так далеко, как только можно. Акк тяжело дышал, полуприкрыв глаза, за которыми мерцал жемчужный свет. Татуировка на спине тоже светилась. Еще немного…       Айян хотел сделать все правильно.       — Тебе чего-нибудь хочется, любовь моя?       — Айян… Что ты. делаешь со мной?       — Соблазняю мой прекрасный. Это то, что я делаю.       Собственные крылья распахнулись за спиной, когда Айян избавился от одежды. Вот так, кожа к коже. Его глаза были полны тьмы, когда, как у Акка — источали свет. Он был свободен, а Акк связан. Он контролировал все, а Акк не мог даже глубоко вздохнуть.       Слезы текли из глаз Акка. Айян сцеловывал их нежными поцелуями.       — Скажи, чего ты хочешь, Акк? Чего хочет твое сердце?       — Я…       Акк шепчет, задыхаясь. Его свет мерцает.       — Я хочу свободы…       Айян щелкнул пальцами, и веревки исчезли. Одновременно с этим Акк распахивает крылья и его накрывает оргазм.       Крылья Акка остались белоснежными.       Но глаза…       Тьма в них мерцала миллионами звезд, проливалась мягким светом на скулы и щеки. Айян любовался прекрасным зрелищем, пока усталость от первого оргазма не затуманила взгляд Акка.       — Все хорошо?       — Да. Не переживай.       Голос Акка сонный, затухающий. Айян устроил его удобнее, накрыл одеялом и обнял. Теперь его сокровище, только его. Он сам соскальзывает в дремоту, вспоминая звездную тьму в прекрасных глазах.       И, кажется, заново влюбляется.