Сон, где есть ты

— Зафиксировала повышенную тревожность, ввожу успокоительное — роботизированный голос слышаться совсем рядом, прямо над ухом. Он не вызывает тревоги, а наоборот, кажется, одного его звучания хватило чтобы цунами эмоций в Лололошке резко замерла спокойной гладью. — Спасибо… — имя крутиться на языке. Беспомощно стучит на задворках памяти. «Я ещё тут! Я всегда здесь! Впустишь?». Но стоит сосредоточиться, уловить нить хоть одной буквы, что приведёт к заветному ответу, как в голове начинают летать сотни бабочек, снося поток мыслей своими красочными крыльями. Бесполезно. И стуки прекращаются, признавая поражение в этой битве. Голос говорит что-то ещё — невнятно, скомкано и слишком далеко. Это был набор звуков, но что-то на интуитивном уровне говорило, что там была до боли знакомая фраза. В голове проносится вихрь и появляется мимолетное чувство словно Ло понял, что имел в виду голос. Голова же протестуют, отказываясь выдавать перевод в руки. Как же так выходит, что собственное сознание играет на вражеской стороне? Земля под ним теплая, как в жаркие июльские дни, когда солнце скатертью широко раскидывает свои лучи. Удивительно. Лололошка смотрит в ночное размытое небо, звезды холодно изредка мигают, а стоит пару раз моргнуть, и они словно начинают танцевать, перемещаясь с места на место. Межу пальцев высовывается трава, слегка щекоча кожу. Интересно сколько он уже лежит на этой поляне. И кому принадлежит неизвестный голос? Ло хочет повернуть голову, хоть краем глаза взглянуть на своего компаньона по ночной прогулке, но голову будто прибили гвоздями — ни туда ни сюда. — Тебя что-то тревожит, Лололошка? — голос снова звучит четко и ясно, и очень близко. — Я не уверен — ответ срывается с губ прежде, чем он успел его обдумать. Проходят секунды и Ло понимает, что вправду не знает. Через его душу и сердце словно продели нить с иглой, а затем оставили недошитой. Он чувствует, как острый край иглы впивается в плоть. Её не видно. Её нельзя описать. Её не достать. Но она будет напоминать о себе. Протыкать мягкую оболочку души раз за разом, целясь в особо уязвимые места. Тишина. Ни стрекот кузнечиков, ни шелеста листвы, ни одного признака на жизнь рядом. Даже ветер не несся по просторам, играясь с листьями высоких деревьев. Все замерло на этой полянке, отстраняя от реальности невидимым куполом. — Мне жаль, Лололошка — парень не понимает зачем его стоит жалеть и почему в механическом голове читаются ноты беспокойства. Ему казалось, что рядом с ним робот без чувств и эмоций-обычная железяка, способная лишь вычитать уравнения и красиво блестеть, на фоне других бесполезных драгоценностей. Рука дергается. Кончики пальцев слегка покалывают от желания потрогать гладкий металл. Странное и непонятное желание убедиться, что собеседник рядом. Никуда не уйдет. Не оставит его одного на этой безжизненной местности. Ло хочет закрыть глаза, податься своим ощущениям и просто лежать на земле, но сделай он так и станет казаться что попал в бескрайнею пустоту. Звезды-бусины, которые будто стали то увеличиваться или уменьшаться в своих размерах, все так же сверкали на темном полотне. — Мне стали сниться сны — Лололошка неуверен что об этом стоит говорить. Кому какое дело, что ему там сниться? Но с этим голосом комфортно и как-то по ностальгическому хорошо — Они яркие, такие живые и иногда мне вериться, что реальны. Какое-то время собеседник молчит, думает — почему-то в этом Ло полностью уверен. — Оглядывайся, во снах много искажений — женский уверенный и никак не похожий на металлический, но сознание говорит, что это все тот же голос — Ищи знакомые вещи. Тело становится легким словно Ло куриное перо, что в любую секунду может подхватить озорной ветер. Он резко садиться и крутит головой из стороны в сторону. Поляну окружает кольцо из деревьев — высоких, низких, голых, пестрящие ярко зеленой листвой, тощие старые и совсем молодые. Но взгляд непременно цепляет высокое темное дерево и яркая лазурная трава рядом. Оно магнетизирует, заставляет вспомнить. Поэна. Мыльное ранее небо стало пустотой края Междумирья. Он сейчас проснется. Лололошка поворачивается всем телом туда, откуда шел голос. Серое пятно с голубыми элементами искривлялось, тянулось, искажалось, принимая форму куба, а затем приобретая очертания девушки. Ло отчаянно тянет руку, желая почувствовать заветный холод железа. Тук-Тук *** Ло быстро садиться в теплой постели, откидывая тяжёлое одеяло. Сердце бешено стучит, желая выпрыгнуть из грудной клетки и начаться собственную независимую жизнь. Он пару секунд хватает ртом воздух, пока кто-то настойчиво стучит в дверь его комнаты. — Лололошка! — Ашра досадно протягивает имя друга, явно пытаясь добиться до него уже не первую минуту — Доброе утро! Подъем! Ему бы поспешить открыть дверь, чтобы не навлечь на себя негодование подруги, но перед глазами все мелькают цветные картинки сна, постепенно растворяющеюся и забывающийся навсегда.