Улыбка

Влад действительно веселился. То, как сильно подгорело у Райдос и Надежды Эдуардовны просто восхитительно. А с виду-то приличные дамы. Но стоит усомниться в их работе, как они превращаются в маленьких обиженных подростков, знающих только маты. Только Саша его веселья немного не разделял, как это делали, например, Лина и Марьяна. Но Саша — актёрище. Сейчас как всегда вывернет всё в свою сторону, или же вступится Олег и устроит разборки, прямо как с ним в первом выпуске. Но тот решил нагло использовать его тактику и уйти. Ну что ж, эффектно, красиво, вызовет эмоции. От Влада ему 8 из 10. Саша умел делать шоу, это у него не отнять. Жаль только за всем этим весельем, Влад совсем не заметил какой-то обречённый взгляд, который прошёлся по всем смеющимся экстрасенсам. Особенно по нему. Когда эти мучительные съёмки закончились Череватый привычно подошёл к Саше, чтобы собрать вещи. Не удивительно, что они остались одни в общей гримёрке. Наверняка никому не хотелось продолжать конфликт без камер. Потому что понимали, это — бессмысленно. Рейтинга-то не поднимет. Только Марьяна где-то в коридоре беседовала с каким-то стажёром. — Знаешь, это было что-то, — усмехнувшись проговорил Влад, засовывая последние вещи в рюкзак, — Кто бы мог подумать, что Эдуардовна такие слова знает. Но ответа не последовало. Саша молчал и медленно собирал вещи, не отрывая всё таких же стеклянных глаз от одной точки. В этот раз он слишком сильно вжился в роль. Подойдя ближе, Влад привычным жестом обвивает талию руками, положив голову на худое плечо. — Уже придумал, как мы проведём вечер? — пробурчал он наигранно устало, головой слегка толкая, чтобы отвлечь от монотонной работы, — Предлагаю заказать еду или заехать куда-нибудь. Не думаю, что у тебя есть силы приготовить что-то, как обычно. Саша лишь кивнул, наконец собрав все вещи и разворачиваясь в тёплых руках. Он такой же опустошённый как тогда, когда снова вошёл в готический зал, но Влад видимо непробиваемый дурачок, потому что не видит в этом ничего, кроме банальной усталости. — Ты чего так нос повесил? — Влад всматривается в поникшие глаза и искренне не понимает, что так сильно могло расстроить его любимого человека, — Ну же, где твоя улыбка. Улыбка, малыш, лучшее, что есть в человеке. Давай же, опусти этот день. И Саша улыбается ему. Слегка приподнимает уголки губ, но не показывает свои белые зубки, да и глаза остаются такими же пустыми и безжизненными. Он выбирается из объятий, чтобы уйти от горящих любовью глаз и нежных прикосновений. Не сегодня, не сейчас. И только в этот момент до Влада доходит. Сам он привык сталкиваться с чужими оскорблениями и обидами. Ему столько раз плевали в лицо подобные слова, что у него просто выработался иммунитет. Теперь каждый раз, когда видит такое поведение, Череватый понимает - люди делают это от бессилия. Они больше никак не могут обозначить собственную значимость, поэтому и стараются задеть, опустить до своего уровня, чтобы там уже и задавить. Простая истина. Но Саша не такой как Влад. Он слишком открытый и дружелюбный, чтобы просто плевать на людей и идти вперёд. Он принимает всё слишком близко к сердцу, доверяясь, а потом получая нож в спину. Влад же столько раз ему об этом говорил. Череватый успевает аккуратно схватить чужое запястье и притянуть мужчину обратно, когда тот уже надел на одно плечо рюкзак и направился к выходу. Всё так же молча и безэмоционально. — Иди сюда, — произнёс Влад уже заметно тише. Он облокачивается на стол, чтобы пододвинуть не сопротивляющегося Сашу к себе между разведённых ног. Рюкзак медленно спадает с плеча прямо на пол, но сейчас это и не важно, — Саш, расскажи мне, что тебя мучает. Мужчина лишь неопределённо ведёт головой в сторону, обозначая, что это не важно. Но теперь Влад видит, что внутри он разрывается на части, притворяясь. — Давай, малыш, просто скажи, — Влад редко когда использовал подобные обращения, но сейчас Саша действительно казался меньше. Понурые плечи и болтающиеся руки явно не похожи на привычную гордую позу мужчины. — Я шут? — еле слышно произнёс Саша, и внутри тут же что-то разорвалось. По голосу было слышно, как сильно он пытается сдержать всю обиду, что бушует внутри. Наверное поэтому и молчал. — Что? С чего ты это взял? — руки успокаивающе гладят талию, чтобы поделиться теплом и поддержкой. Влад смотрит снизу вверх на бледное лицо и старается уловить всё, что пытается донести ему Саша. — Ну… Это было смешно? Когда она… — он не может подобрать слова, чтобы снова не вернуться в то состояние, из которого его так старательно выводил Олег. Но все эти смешки со всех сторон всё равно всплывают в памяти, заставляя стыдливо сжаться в одну точку или стать невидимым. — Нет, о чём ты, — Владу и стыдно и ужасно больно от того, что он не правильно понял всю ситуацию с самого начала. Что позволил себе присоединиться к этим унижающим улыбкам. Возможно, если бы он был парнем получше, то вступился бы за Сашу или пошёл бы за ним, когда тому было это необходимо, — Если ты думаешь, что все веселились из-за твоего состояния, то это не так. Просто подобные слова от той, что чуть ли не плача говорила о несправедливости, они немного… ну, неожиданные. — Но Виктория явно была на седьмом небе от счастья. И Марьяна… и Лина… — Саше не надо было продолжать дальше, чтобы дать понять, что Влад тоже был в числе этих людей. — Ты разве не заметил, как Райдос подмяла под себя эту бабульку? Ещё на нашем испытании. Ну конечно, она будет говорить что угодно, чтобы угодить подружке, — Влад медленно положил чужие расслабленные руки себе на плечи, заставляя обнять, — Может даже приворожила её своим подарком. Что она там дала? — Иголку и пуговицу, — наконец слегка улыбнулся Саша. — Точно, — Влад ответил своей привычной широкой улыбкой, наконец расслабляясь от того, что Сашу начало отпускать это состояние, — Чего ты вообще думаешь об этих мумиях, а? Я думал ты уже переключился на более молодое поколение. Руки уже скользят по спине под пиджаком, слегка задирая футболку и прижимая ближе к себе. Влад буквально вдыхает чужое облегчение вместе с умопомрачительным запахом шампуня, который почему-то особенно ярко слышится за ушком. Он чувствует чужие мурашки от нежных прикосновений и хочет подарить больше. Любыми, самыми интересными способами, какими умеет, но он заставит Сашу полностью забыть о мерзких завистниках. Череватый переходит поцелуями по щеке, слегка щекоча щетиной и вызывая ещё большую улыбку. Саша наконец-то начинал возвращаться к жизни, поддаваясь откровенным движениям и сам проводя руками по широкой спине и зарываясь в короткие волосы. Внезапно Влад положил одну ладонь прямо на тёмную макушку, ловя удивлённый взгляд. — Возвращаю упавшую корону. Не теряй её больше, — искренне улыбается Влад, слегка массируя голову пальцами и видя, как в голубых глазах разливается счастье. — А я думал, ты её ненавидишь, — Саша смущённо отводит взгляд и пытается сдержать ответную улыбку, но разрывающее счастье всё равно заполняет каждую клеточку тела. — Да, но тебе идёт. Этот поцелуй был развязный, но достаточно нежный, чтобы Саша окончательно расслабился и забыл про всё, что происходило час назад. Теперь оставались только руки, нагло забирающиеся под футболку, сжимающие талию, и юркий язык, проходящий по любимым клыкам. Шепс отодвинулся только тогда, когда Влад вполне недвусмысленно начал подталкивать чужие бёдра ближе к заметному возбуждению, ловя тихие стоны от ловких пальцев поднявшихся к груди. — Нет, — Саша насильно отвернулся, смеясь, — Только не здесь. — А почему нет, — прошептал Влад, посылая новую волну мурашек по телу, — Надо стереть у тебя всех этих старух из головы. Пусть лучше ты будешь думать только об этом. Но Саша всё же выпутался из цепких рук, забирая вещи. Он мелко отшутился, уже выходя из гримёрки и ловя последний затуманенный взгляд. Влад сделает всё, что Саша попросит и не отпустит до самого утра. А потом пойдёт на кладбище и сделает всё, чтобы у всех завистников язык отсох, чтобы его любимое солнышко больше не было таким подавленным. Уж поверьте.