Ремонт

Ночью: —Оль, Оль, ты чего?-женщина болезненно стонала во сне и махала руками. —А..ой, Паша!-схватилась за живот. Мужчина сразу отреагировал. Включив лампу, он стянул с нее одеяло и заметил небольшое красное пятно. Мужчина молча кинулся к телефону. —Костя, дуй ко мне, быстрее, у нее кровотечение!- начал заметно переживать, чем напугал ее. —Какое кровотечение?- опустила руку между ног и пальцы действительно оказали красными, женщина заверещал и заплакала. —Оль, Оль! Олечка, девочка моя! Смотри на меня! Все будет хорошо, слышишь?- уложил ее на кровать, крепко прижав к себе. —Паааш. —Чшшш, сейчас скорая приедет и мы со всем справимся. Такое бывает. —Рыков, я такая дура что я тебя не послушала. —Оль, тихо. От того что ты сейчас нервничаешь ты пугаешь малыша, ему тяжелее дышать. Успокаиваемся, нужно что бы ты сейчас трезво оценивало своё состояние, слышишь? —Да...я тебя люблю,- уткнулась ему в шею. У Паши в нутри мир переворачивался с ног на голову. Мужчина понимал, что сейчас нужно остаться сильным и не показывать своих нервов. Нужно что бы она почувствовала его спокойствие. —Я тебя тоже. Кулыгин с Тартаковой примчались за десять минут, благо квартира Арефьевой была не так далеко от подстанции. —Семён, растилай насилки. Теперь, Рая... Дальше все было как в тумане, машина, капельница, сирена. Рыков сидит рядом и держит ее за руку, а она захлёбывается от слез. Отчётливо помняться только Райкины светлые волосы, и добрые голубые глаза. —Ольга Кирилловна, все будет хорошо. Вам нужно держать себя в руках, он же все чувствует и ему ещё страшнее чем вам,- успокаивала ее Рая с доброй улыбкой, натягивая на начальницу кислородную маску. Довезли до больницы. Операционная. Никого не пускают. Проходит час. Ещё пол. —Вы муж?- вышел врач. —Я, ну почти,- подскачил Паша. Глаза были красными от слез. —Павел, вы, не нервничайте, присядьте,- он такой чертовски спокойный, в этом противном белом халате, с растерянными глазами. —Что с Ольгой? —Перевели в палату, сейчас на капельнице, неделю полежит и можете забирать. —А ребенок?- мужчина долго молчал, в горле стоял ком. —Паш...- Костик все осознал первым. По дружиски положил руку на плече друга, в знак поддержки. —Она знает?- все что мог из себя выдавить мужчина. Больше всего на свете он бы не хотел сообщать любимой такую новость. Почему так случается? У последних забулдыг и алкашей детей по трое, а тут, в гормонии, любви, при большом желании-неполучилось. Что нужно делать дальше? Как это пережить? Стоит ли пробовать заново? —Оль?- мужчина словно приведение зашел в полату. В белой комнате, как-то по предательски тускло горел свет. Арефьева отвернула голову к окну и не пошевелила пустого взгляда. Паша сел на край кровати. Сказать что-то он не решался, да и не знал что. В трудную минуту она его молча поддержала, ей было плевать что могло случиться, кто виноват, она всегда на его стороне. Она его любит. Развилка. Два героя стоят мужду двумя пропостями. Отныне либо вместе, либо по одиночке. Рыковскую ладонь, зжала маленькая, такая холодная, но такая сильная хватка. —Прости меня...неуберегла,- лишь это он смог разобрать сквозь слёзы. Она что-то говорила и говорила, все не решаясь повернуть к нему голову. —Олька, заткнись ради меня,прошу! Ты не виновата!- он скалил на нее зубы. Так хотелось кричать. Ее руку обжигало его горячие дыхание, на запястье капали сльозы. Тут сердце не выдержало, повернула к нему свой взгляд. А ведь Рома даже не пришёл. Она усердно вытерла его слезы, пусть и в пустую, ведь эти реки так не остоновишь, эти раны просто не залечишь. —Останешся со мной? —Все что хочешь, для тебя. Только скажи, родная. ... Прошло время. Неделя. Две. Три. Раны не затягивались. Ольга с головой ушла в работу, совершенно позабросив семью и дом. Рыков же всеми силами пытался вернуть то что было, поддерживал ее, прижимал к себе. Она с каждым его шагом на встречу, шагала два прочь. Отношения вернулись в исходную позицию всей истории. —Да! —Оль, я в магазин вышел, тебе купить чего-то? —Рыков, придумай что-то сам, я занята,- у голосо уже не было той нотки Оленьки. Вновь та суровая стерва Ольга Кирилловна. Справедливая, но стерва. Мужчина и сам страдал от потери. Маленькая принцесса, да ещё и от любимой, была его мечтой. Он сам часто пускал слезу. Оля не разу не спросила как он, о чем он думает, что хочет. Кулыгин поддерживал друга как мог, пусть по началу Паша и вовсе отказывался от его помощи. Когда выговоришся станет легче, проблем это не решит, но ты будто скидываешь часть той нелегкой ноши. Конечно, поддержка друга это прекрасно. Хотелось поддержки или хотя бы любви со стороны Ольги. Пара вновь стала спать отдельно. В один из дней, после очередно ссоры, мужчина дождался пока Арефьева уйдет на работу. Собрал вещи, правда не все, и молча ушел. Мужества все же не хватило сказать в лицо, то что уходит, но он ведь тоже не железный. Он тоже человек. С ним так нельзя. Ольга пришла домой. Тишина была удивительной. Пройдя по квартиры, вместо мужчины она нашла записку. "Нужно взять паузу. Нам тяжело, разобраться в себе не помешает. Я хочу что бы ты знала, только скажи и я приеду. Я тебя люблю." Она не почувствовала ничего. Последнее время она была вакуумом, никакие эмоции не чувствовала, ничего не хотела. Работа отвлекала. По началу грызла совесть, что отдалилась от Паши, но потом поняла что уделять ему внимание через силу она просто не может, через силу нельзя. Женщина как всегда приняла душ и лягла в кровать. Пустота усилилась. Женщина не смогла уснуть, мысли были тревожные. Первый голос говорил: "Позвони ему! Верни!", а второй: "А зачем? Она его только калечит. Нужно время что бы все принять. Вместе не получилось, попробуем по отдельности." Пугала мысль, что он может стать счастливым с другой, если конечно так и случиться, она пожелает ему только счастья. Да, Арефьева ещё та собственица. ... —Да. —Ольга Кирилловна, вызывали?- опасливо заглянул Витя. —Вызывала, заходи!- кинула на него грозный взгляд. Ушаков с перепуганным лицом сел на стул. Сидел ровно, будто не дыша. —Ччто-то случилось?-заикаясь. —А ты не догадываешся? Как думаешь что у меня сейчас в руках. —Листок. —Молодец, а подробнее- жалоба. Зачитываю: Некомпетентный фельдшер, невнимательно меня осмотрел, лапал, хамил и в заключении указал мне, как мне лучше заниматься сексом. Ну как? —Впечатляет. Только там все не так было. —Вы издеваетесь надо мной?! У меня и без ваших жалоб дел по горло. И слышать ничего не хочу. Вот листок, ручка пиши. —Увольнительную? —Еще одна жалоба и будешь писать именно ее! —Понял, пишу. Стук в дверь: —Добрый день, Ольга Кирилловна.- в кабинет зашёл высокий блондин. Мужчина был статно одет, сразу понятно, должность занимает высокую. —Добрый день, заходите. Чай, кофе? —Кофе,- непонимающим взглядом указал на Ушакова, который настолько усердно писал, что кажется из-под ручки скорой просочиться дым. —Ушаков, ты дописал? —Нет ещё. —Иди работай, после смены допишешь,- забрала у него листок и спрятала в стол,-Что сидишь, свободен! —Вы сегодня какая-то нервная,- милой улыбкой, констатировал мужчина. —Да так, Александр Дмитриевич, излишки профессии,- улыбалась ему. —Понимаю, понимаю. Я к вам по делу. Вот я подготовил документы, для передачи суммы для вашей подстанции, можете изучить и тогда уже съездим в министерство, если конечно вас все устроит,- протянул ей папку. —Да, я все изучю и думаю завтра встретимся с вами уже в министерстве. —Буду ждать звонка,- поднялся и пожал протянуюю ему руку. .... —Добрый день, Ольга Кирилловна,- на следующий день, вновь вошёл этот очаровательный блондин. —Александ Дмитриевич? Мы же договаривались через час. —Все верно. Я просто подумал может мы с вами сходим пообедать, как раз самое время,- взглянул на часы и вновь перевел взгляд на женщину. —Я думаю это будет не очень удобно...- выглядела она конечно немного нелепо. —Если у вас есть мужчина, то можете быть спокойны, я исключительно с дружескими намерениями. —Это вы так спрашиваете свободна ли я?- в ее глазах проскользнула искринка. Раскусила. —Эх, Ольга Кирилловна, вы меня раскусили. —Ну хорошо, за креативный подход можно и пообедать,- сложила папку в шкаф и направилась к сумке. —А вы с юмором,- пропустил ее вперёд. ... —Ольга, а давайте на ты? —Давай,- нарезая свою рыбу. "Паша не так жарил". Мысли о Рыкова переодически входили ей в голову. Он оставил огромный след в ее жизни. Появился в самый тяжёлый момент, считай вылечил поломанные крылья, а она обламала их снова и уже не только себе. —А ты так и не ответила свободна ли ты? —Мне кажется, кто-то упоминал про исключительно дружеские намерения? —Конечно, можешь не отвечать. Давай тогда поднимем, эти чашки с кофе, к сожалению без коньяка, за твою красоту. —Ладно, не могу отказать человеку, который решился спонсировать мою подстанцию. Пара синхронно улыбнулась. ... Прошло несколько недель, в документации возникли некоторые недочёты, потому подпись в министерстве затянулась. Александр часто заезжал на подстанцию и временами они вместе ездили в кафе, исключительно дружеские. По крайней мере от Ольги исходила исключительно дружеская енергия. И вот в очередной раз они сели в его белую тайоту и поехали в кафе. —А классная у нас начальница, баба огонь!- восхищался Хлынин на парковке. —Это чего?- спросил водитель. —Да красотка, дала пару раз этому бландинчику и машины новые. —Че ты сказал?- высунулся из машины Рыков. На парковке собралось несколько бригад. —А что не так? —Все не так. Ты лично присутствовал или чего?- Пашу это ситуация сильно раздражала. —Паш, не надо,- патался остановить разьяренного зверя Араш. —Не, я стерв не очень,- тут Хлынину прилетает в челюсть, да так что он аж попятился назад. Конечно, он в долгу не остался, завязалась драка. Врачи как ком катались по полу, а фельдшера, одной из которых была девушка, пытались их разнять. —Это что такое! Разошлись!- властный голос и красные туфли вернулись на подстанцию. Отметим что она не была услышана. Тут подоспел Кулыгин и Ушаков, эти двоя были довольно крепкими и им все же удалось разнять этот ужас. —Рыков, ко мне в кабинет. Хлынин приводишь себя в порядок и ко мне писать объяснительную. Женщина пошла вперёд, а за ней побрел и Паша, слегка похрамывая. —Ну и что вы устроили?- усадила мужчину на стул и прошла к шкафу за аптечкой. —Чай пили, не заметила что-ли? —Рыков, ну что ты колешся?- смочила ватку кровоостанавливающей жидкостью, прикладывая к боевым ранам. Рыков получил куда меньше урона, так как у Хлынина был лишний вес. —Я сам,- забрал у нее ватку. —Упертый. Давай рассказывай из-за чего подрались. —Что ещё тебе рассказать? —Паша, я хочу разрешить проблему как можно мягче,- села напротив него. —Молодец,- в его голосе не было даже намека на дружелюбие. —Рыков, ты сейчас договорился и я уволю вас к чертям!- повысила тон —Да делай что хочешь!-голос стал ещё более металлическим. —Да что происходит?- вскочила. —А что, Оль, увольняй! Глаза тебе мозолить не буду, у тебя уже вон и личная жизнь налаживается! У меня только вопрос один, меня ты стеснялась, при людях близко не подходила, а чем он лучше меня?- злость и пустота смешались в его глазах. —Хочешь уволиться? Бери листок и ручку!- стояла как скала, прожигал его взглядом. —Ну правильно, с работы долой, из сердца вон, вот и вся твоя философия!- все ещё находясь на нервах протянул ей лист с увольнительной. Она даже не взглянула на этот лист. Уставившись своими голубыми глазами в его, разорвала его, и со всей силы дала ему пощёчину. —А теперь слушай меня внимательно,- за ворот притянула к себе,- Сейчас идёшь домой, приводишь себя в порядок, завтра на смену. —Не выйду. Запью. —Не выйдешь, я тебе уволю по статье и такие рекомендации напишу, что тебя даже хорьков лечить не возьмут. И тогда будишь пить сколько захочешь,- толкнула его к двери. Как только дверь з грохотом закрылась женщина рухнула на стул и заплакала, голова непроизвольно опустилась на колени. Зачем он так? Да расстались, но... Черт, она скучает. В каждом миллиметре этого мира она видит его, все непроизвольно сравнивает с ним. Каждый день надеется что он вернётся. Рука потянулась к телефону. "Как относишься к кофе с коньяком?" "Положительно" "Пиши адрес"