Другой исход

      Это липкое и отвратительное ощущение, яркое, словно каждая клеточка его тела была нанизана на раскалённую иглу. Оно пробрало до костей и кажется, будто наполнило даже перья. Некоторые из них были грубо вырваны с кусочками кожи, покрывая те места вязкой чёрной кровью.       Клюв приоткрывался в попытках глотнуть воздуха, вместе с выдохами звучали тонкие подвывания. Столас старался не кричать, хотя чувствовал себя кожаным мешком, в котором болтаются обломки собственных костей. В обеих лапах, в руке, которую сдавило настолько сильно, что локоть переломился надвое. В плече сквозная дыра от лезвия, которое обжигало, но недостаточно, чтобы прижечь и чуть убавить боль. Страйкер пока не спешил его убивать, скорее хотел удовлетворить явный садизм и причинить принцу как можно больше боли. Возможно, он хотел, чтобы тот сам стал молить о своей смерти. — Где же твоя спасательная бригада, «Ваше Высочество»?       Издевательски прошипел бес, прежде чем усесться избитой жертве на грудь. Из горла вырвался хриплый писк. Возможно, некоторые рёбра тоже были сломаны, ощутимо болели лёгкие. Блестящее лезвие снова оказалось у его белоснежного лица. — Не думаю, что тебе нужен последний удар, птенец. Скоро сам откинешься.       Бес встал и пинком откинул тело подальше. Столас откатился в сторону, собирая на тело пыль и грязь. Тяжело, страшно. Из горла поднялась вязкая субстанция и он откашлялся, обливая воротник и лицо собственной кровью. Всего пара минут… Пары минут должно хватить… Главное продержаться. Он обязательно придёт за ним. Нужно только… Дышать… И не закрывать глаза. Лёгкие болезненно закололо при попытке сделать вдох, веки постепенно опускаются против его воли. Голова тяжелеет, пока остальное тело по ощущениям наоборот осушается. Блитц… Вия…

***

      Милли тяжело дышала, слёзы струились по её ярко-красному лицу. Уже несколько минут как они ехали к больнице, пока девушка пыталась реанимировать Столаса, которого они с мужем отвоевали уже бездыханного. Она постепенно срывалась на истерику из-за собственного бессилия, из-за того, что они опоздали, из-за сочувствия… Даже когда за окнами фургона показалось высокое здание больницы, демонесса не отходила. Мозг в отчаянии кричал, что она должна попытаться ещё, должна исправить… Но вот двери открылись, доктора в масках погрузили тело на каталку и, в окружении сотни папарацци и журналистов, скрылись в здании снова. К Милли вернулось ощущение реальности и она сделала пару глубоких вдохов. Подошедший Мокси тоже выглядел взволнованным и взял руки жены в свои. — Не кори себя… Мы… Сделали всё, что смогли.       Она не ответила, только рывком прижалась к любимому в объятия. Мокси тоже пытался привести дыхание в порядок, гладил растрёпанные чёрные волосы, иногда оставляя на рогах поцелуи.       Потрёпанный не меньше их Блитц подошёл вместе с Луной, закрытой конусом и держащей в лапе леденец. Её ничего из происходящего не колышило вообще и она, обессиленная, упала на переднее пассажирское сидение. — Что это за хуева толпа была?       С непониманием и раздражением спросил бес, подходя к подчинённым ближе. Он опешил, увидев их далеко не самое адекватное состояние. — Ребят… Тяжело было, да?       Мокси только вздохнул, после поднял глаза. Дар речи провалился куда-то глубоко вниз. — Так, а… С ним что?       Он указала пальцем в сторону входа в больницу, возле которой всё ещё стояла толпа. Он понял, что везли Столаса, но… Разве может с ним быть что-то не так? — Сэр… Мы… Он… — Он мёртв.       Закончила Милли с неожиданно холодным тоном, после отстранилась от Мокси и вытерла мокрые глаза. Ей уже не так тяжело, но всё ещё. — Что? Да вы прикалываетесь… Не может…       Однако обеспокоенный взгляд Мокси и морально убитая Милли сразу переменили его мнение. На лице беса отразился шок и ещё более явное беспокойство, когда он повернулся в сторону злосчастной больницы снова. Сглотнул, всё ещё не веря услышанному. Вернулся к паре и залез на водительское сидение. — Поехали домой.

***

      Ещё одна попытка реанимации, но уже в больнице, не увенчалась успехом. В палате его не оставили, перенесли в морг и накрыли чёрной простыней. Она аккуратно держала его выпавшую из-под ткани руку, всхлипывая и содрогаясь всем телом. Хотелось кричать и бить стены, ломать вещи и рвать на себе кожу, но дома она уже всё это сделала, когда ей обо всём сообщили. — Папа… Папочка…       Октавия уже не звала его так громко, голос уже сел и ей оставалось только грустно подвывать. — Мама… Почему?..       Она всё-таки потеряла его.

***

      Блитц сжал подушку в руках, скрутившись на диване. Обиженная Луна закрылась в комнате, всё ещё не обращая внимания ни на что вокруг себя. Всхлипы издавались произвольно и бес ничего не мог с этим поделать. Всё время он вёл себя как полный мудак с тем, кто ему доверился и правда дорожил, а теперь у него не будет никакой возможности извиниться за это. Интересно, он ждал его?.. Впрочем, какая разница… Да и… Не впервой ему терять близких по своей вине. Разве что кажется, что он отвык от этого… Что ж… Ещё один персонаж будет являться к нему в кошмарах и побуждать больше сожалений.