Летнее

— Знаешь, по статистике каждый второй дачник обращается в больницу после приезда из-за укуса клеща… — Знаешь, каждый второй нудный мальчик после свидания со мной обращается в травмпункт из-за сломанного носа. Помолчи хоть чуть-чуть. Иди Игорю с Петей помоги потаскать пакеты с едой. Дима насупился и обиженно поправил очки, съехавшие с переносицы на кончик носа. С одной стороны понимал, что надоедает этим, с другой — реально страшно, что Юля нос сломает. Встречаются всего ничего, но чёрт знает, что у этой девочки на уме. Проверять не решился, да и ругаться не хочется — у них всего неделя отдыха на даче Прокопенко, лучше потратить её на что-то действительно стоящее. Ну, или хотя бы отдохнуть как следует и дальше с новыми силами… Кто куда. Юля с Хазиным в Москву, правда, разными дорогами, а Игорь с Димой так и останутся в Петербурге. Да, проблем с этим много, Петя вот уже три месяца под прицелом дотошного отца пытается подать документы не в академию при МВД, а на юрфак в один из университетов. Ради этого прошёл и огонь, и воду, и медные трубы, и три олимпиады регионального уровня, и единый государственный экзамен, на котором чуть не срезался, — сраная математика, это явно выдумка самого дьявола, — и пройти ему ещё предстоит испытания физической подготовки (как будто блять значка ГТО им мало), и собеседование. И ведь всё равно не факт, что возьмут. Казалось бы, что уж там, сыну генерала поступить и учиться в юридическом, но иногда и это не помогало, а в такой ситуации как сейчас и вовсе мешало. Вообще было бы лучше, если бы его папинька и дальше ничего не знал — спать спокойнее будет, как говорится. Но это позже, в августе, а сейчас, когда наступил жаркий июль, экзамены закончились, а выпускные наконец-то отгремели ребята могли позволить себе расслабиться несколько дней на даче у крёстного Игоря Фёдора Ивановича, что находилась в глуши под Питером. Ну, когда Петя соглашался ехать, он почему-то представлял лакшери-особняк с бассейном и клеткой с тигром на заднем дворе. Когда приехали, оказалось, что да, двухэтажный домик, да, есть бассейн, хоть и надувной, да, есть тигр, который представлял из себя полосатого толстячка по имени Барсик. Хазин поднял солнечные очки и нацепил их на голову, рассматривая сие великолепие, потом вспомнил, кто его друзья и решил, что всё окей. С милым рай и в шалаше ведь. И этот милый как раз только что подошёл к нему и всучил ему пакет с продуктами. — Неси на кухню. Пока Юля с Димкой разбирать это всё будут, а мы подготовим тут всё для отдыха, — пояснил Игорь, дотронувшись большой лапищей до его маленького, почти хрупкого плечика. Петя хмыкнул, взяв пакет, — его сразу же перевесили килограммы овощей, фруктов и всякой жидкой гадости типа газировок и пары банок энергетиков. Но стоило сказать спасибо, что запасы эти хоть на три дня, а не на неделю сразу, как планировалось изначально. Всё это Хазин дотащил до прохладной кухоньки в домике и оставил на столе, а сам пошёл за следующей партией. Откровенно говоря, где-то на третьем подходе он, тащил пакеты нарочито медленно, а больше наблюдал за тем, как Игорь, успевший уже снять с себя футболку, светил голым торсом с проступавшими мышцами твёрдого пресса. Петя знал, что весь год Игорь бегал по стадиону каждый день по часу как минимум, ходил в подпольный спортивный зал с весьма сомнительной историей, иногда даже забивая на то, что Петя, Юля и Дима звали его гулять. При этом он успевал учиться на твёрдые четвёрки и посещать почти все внеклассные мероприятия, да ещё и защищал честь школы на соревнованиях по лёгкой атлетике и игре в шахматы. Петя, конечно, восхищался абсолютно искренне, потому что пока Игорь занимался всем этим, сам Хазин пытался усиленно учить и брать баллы олимпиадами, потому что знал — на юриста без помощи отца (в частности, материальной) он просто не поступит. — Хазин, я долго буду ждать остатки еды? — недовольно спросила Юля, открыв окно и тут же высунувшись из него. Она фыркнула, отгоняя руками надоедлив ых комаров, потом придирчиво осмотрелась в поисках того, из-за чего (кого) Петя завис. Найдя причину, понятливо кивнула, гаденько ухмыляясь, но больше не подгоняла и говорить ничего не стала. — Блять, неужто по мне настолько всё видно.? — страдальчески выдохнул Петя, возведя глаза к небу, перехватил пакет поудобнее и потащил его в домик. В помещении было значительно прохладнее, чем на улице. Хазин мгновенно расслабился, как только приземлился на стул возле стола, довольно улыбнулся, не обращая внимания на сидящего рядом Диму, который до этого сосредоточенно резал овощи, но теперь смотрел на него. — А Серый с Олегом чего не поехали? — вдруг прозвучал вопрос от него же — Дубин почему-то решил, что здесь слишком уныло, и решил вставить свои пять копеек. — А у них медовый месяц. — ухмыльнулся в ответ Петя, не открывая глаз. Он почувствовал такой же насмешливый взгляд Юли, мол, кто бы говорил, и непонятливый от Димы. Потом Пчёлкина сама взялась пояснять: — Олег вместо высшего образования сваливает в армию. Из-за этого они с Разумовским сначала поругались, несколько дней общались через посредника в виду Лерочки, а теперь бурно мирятся. Хазин снова ухмыльнулся, представляя, как Дубин покраснел от смущения. Но он молчал, переваривая услышанное, а Юля, какое-то время шуршащая чем-то, вдруг вдохнула, а после этого Петя почувствовал запах сладкого дыма. Открыв глаза и отмахнувшись, он поднял взгляд на Юлю. — Нормальное ничего не могла взять? — тихо хмыкнул он, но вопреки своим словам выхватил их рук девушки электронку и затянулся сам. Лесные ягоды. Прямо как их первый поцелуй, который так и не случился. Из-за этого Петя и запах этот чуть ли не возненавидел. — Слушай, Петь, я всё понимаю, но вы с Игорем как-то поконкретнее уже решите между собой всё. — вздохнула Юля, сложив руки на груди. Петя хмыкнул и, взяв со стола яблоко, подкинул его в воздухе и надкусил, когда оно прилетело назад. — Я не понимаю, о чём ты… — Не пизди. Просто знай, что у Игорька армия тоже не за горами, а откашивать от этого он, похоже, не планирует. Хазин медленно кивнул пару раз, сосредоточенно прожёвывая своё яблоко. Он действительно пиздел, всё он понимает. Игорь ему нравится, причём, уже давно, но первый шаг никто не решался сделать. Конечно, они потанцевали на выпускном под «Медлячок», но при этом были оба пьяные практически в кашу и с утра ничего не помнили. Вернее сказать, Игорь не помнил, а Петя просто делал вид, что это так. «Дураки вы оба» — качая головой, говорила Юля, но искренне улыбалась, понимая всё. Признаваться Петя мягко говоря боялся. Да, зассал, да, это не по-пацански, но он считал, что лучше будет дальше молчать, бросая украдкой взгляды на Грома, чем потом ещё месяц будет щеголять со сломанным носом — он и так у него далеко не айс. Юле он, кстати, так и говорил, когда они ещё учились в школе, после чего она убежала куда-то, а потом вернулась и продолжила как ни в чем не бывало дальше зависать в Инстаграме. Петя мотнул головой, отгоняя воспоминания и лишние мысли, выпрямился и взял в руки нож, после чего начиная кромсать на доске химозные магазинные огурцы. Дубин, тоже плюнув на их разборки, поднялся на ноги, поправил сползшие с носа очки и побрёл на улицу, по пути прихватив стоящий у двери пакет с древесным углем. Хазин в ответ на это вздохнул — он бы с удовольствием вернулся туда, чтобы полюбоваться видами Игоря, то есть, красивого хвойного леса за забором. — Вечером попробуй сделать все, пока я Диму отвлекать буду. Нормально только, а не через жопу, — коротко отрезала Юля, ещё раз выдохнув приторно сладкий дым от электронки. Петя хмыкает, мол, не через жопу — из ху? Но после кивает, кусая губу, продолжая резать овощи для закуски. Ему оставалось лишь искренне надеяться, что алкоголь их хоть немного расслабит. *** Солнце медленно заказывалось за линию горизонта, хотя ее даже не было видно, а лишь сплошной лес и забор. Однако, жар от него спадать и не думал — в шесть часов отметка на градус нике и в приложениях в телефонах всё стояла на цифре тридцать. Ужасно хотелось облиться ледяной водой прямо из потёртого шланга, который вот-вот должен лопнуть, но такой возможности не было — Игорь заграбастал его, чтобы налить воду в бочку на душе. Петя, задрав голову, стоял и глазел на парня, прикрывая глаза от солнца ладонью. Он облизнул пересохшие губы и отхлебнул клубничного компота из стакана, стараясь хоть немного утолить жажду. Хазин снова размышлял о том, какие же ему подобрать слова, чтобы сказать Игорю о своей симпатии к нему. Напрямую, конечно, было бы классно — намеков он не понимает, об этом Петя узнал зимой, когда вместо того, чтобы скинуться тоже и подарить Юле вместе с ними кольцевидную лампу для съёмки видео на день рождения, о которой она говорила далеко не раз, он как и всегда принёс ей конфеты и, о чудо, кружку. Петя тогда, тоже как и всегда, поржал от души, а Юля в итоге даже не обиделась, но пообещала ему это припомнить. Какова тогда вероятность, что Игорь не окажется ярым ненавистником такого и в лучшем случае не даст ему по морде? Хрен его знает, от Грома можно ожидать чего угодно. Хотя, с другой стороны, к Олегу и Серому — их одноклассникам — он относится вполне нормально, зная об их необычных взаимоотношениях. Но одно дело просто знать о ком-то, другое — самому залезть. Но однажды наблюдательная Пчёлкина сказала прямо на уроке алгебры шёпотом, что Игорь пялился на Петю всю перемену. В тот день он просто сменил –всё равно узкие — джинсы на черные кожаные штаны в облипку. Конечно, поверх была рубашка, но никто не отменял случайно (или нет) развязавшихся шнурков на кроссовках, когда приходилось наклоняться и приводить их в порядок. Он думал, что это ничего не значило. Пока Петя размышлял, Игорь спустился по лестнице вниз на землю, выключил воду и убрал шланг подальше от дорожки, чтобы не запнуться. — Всё. За завтра нагреется и вечером можем идти в душ, — довольно улыбнувшись, сказал Игорь, отряхивая руки. — Молодец ты, — тоже улыбнулся Петя, посматривая на него через линзы темных очков. Однажды Хазин забегал в гости к Юле и, пока она собиралась, ее мать читала ей очень интересную лекцию о том, как правильно клеить мужиков, хотя самой Юле на тот момент было всего лет пятнадцать. Из всего потока слов Петя точно запомнил, что их нужно хвалить и восхищаться как можно больше, тогда они просто тают, как мороженое на солнце в жару. Тогда он проанализировал свой единственный опыт общения с девочкой — Ниной из параллельного класса. Не то, чтобы она его слишком часто баловала комплиментами, но всё же это случалось, и каждый раз Петя действительно млел. Но Нинка уехала, а Петя остался здесь, тогда и сошёлся с Игорем и компанией — золотым трио, как о них говорили одноклассники. Те самые, которые всегда оказываются в самой гуще событий. Ну, теперь и Петя с ними. А потом влюбился, как дурак, в своего же друга, а признаться ссыт, каждый раз оправдываясь, что подготавливает почву для разговора. — Перед кем ты оправдываешься, Петь? Перед нами или перед собой? — спросила Юля пару недель назад, когда они дружно готовились к экзамену по обществознанию, но Игорь с Димой ушли в магазин за едой, — В зеркало взгляни на себя и скажи это ещё раз честно. Петя смотрел, но кроме самого себя ничего не видел, ответы на вопросы тоже не мог найти. Бесила собственная слабость, конечно, до жути, но признаваться было страшнее. А тут идеальный момент, идеальное время, место, обстановка. И Игорь стоит напротив, что-то всё-таки мешает, будто между ними какая-то невидимая стена. — Вы бы мясо начинали пока на шампуры и на решетки складывать. Сейчас я пойду мангал ставить и через несколько минут можем жарить, — напомнил Игорь, вытерев пот со лба, потом вновь посмотрел на Петю чуть сверху — за позапрошлое лето он вытянулся почти под два метра и теперь Петя едва ему до плеча доходил. Хазин кивнул, мол, всё понял, хотя до него с трудом дошло, что именно он имел в виду, развернулся на негнущихся ногах и пошёл обратно в сто рону домика, мысленно кроя себя матом за нерешительность. Какая ирония. — Диман, мясо давай, — бросил Петя, проходя на кухню, где ребята как раз заканчивали с подготовкой. Юля посмотрела на Петю вопросительно, пока Дубин бегал к холодильнику за тазиками, а тот лишь отмахнулся и тихо вздохнул. Пчёлкина в ответ разве что не покрутила пальцем у виска, хотя Петя был уверен, что она сделала бы это. Вдвоём с Димой они перетаскали все шампуры и решётку с сосисками на столик ближе к мангалу, а потом пошли помогать Юльке уже генералить в беседке, чтобы обустроиться там. Петя был благодарен такой возможности отвлечься и хотя бы час-два не думать об этом. Об Игоре, блин, Громе, который его так бесит и который ему так нравится. Когда беседка более или менее была приведена в порядок, Юля в лучших традициях подростковых американских ромкомов взялась вешать там дутые шарообразные фонарики и гирлянды. На замечание Хазина, что для Нового года ещё рановато, пообещала его ей же придушить, и Петя потом под смешки Димы и непонимающие взгляды Игоря ещё с час ходил и бубнил себе под нос о том, что его тут никто не ценит. — Врубай! Командный голос Юли раздался где-то уже из домика, и Петя, до этого стоявший рядом с Громом, принял из его рук бутылку с дырявой пробкой и пронаблюдал, как двухметровый Игорь включает рубильник, после чего беседка и территория двора залились разноцветными огоньками. Да, как бы он ни ворчал, ему всё-таки нравилось, что она сделала. Теперь дворик казался по-настоящему родным и уютным, хоть Петя никогда и не жил в таких условиях. Это было всяко лучше огромного, но пустого дома, вечно недовольного им пьяного отца с дружками и постоянно отмалчивающейся матери. Да и Юля с Димой ему родными стали. Об Игоре и речи не идёт — хочется, чтобы стал ещё роднее. Мясо наконец-то дожарилось, овощи и зеленушка были нарезаны и красиво скиданы в плоскую тарелку, а имеющийся алкоголь перенесён из холодильника на стол. Юля, которой явно в конец надоело быть хозяюшкой, фотографировала и угощения, и дом, и украшенную беседку, даже селфи делала (с парнями в том числе), а предварительно записала с десяток видео буквально всего, что видела. Даже соседскую кошку Мурку, гулявшую рядом с домом. Дубин то ли писал что-то в своём блокноте, то ли рисовал в нём же — Петя не видел, но подумал, что лучше не отвлекать парня от дела. Покачав головой он упал на скамейку в беседке, обмахиваясь от духоты, мысленно радуясь, что скоро она спадёт. Игорь подошёл незаметно, почти неслышно, что для Пети всегда было удивительным — с такими габаритами. — Петь, ты чего один? — негромко спросил он, усаживаясь рядом — совсем рядом, касаясь своей коленкой его. — Да просто. Вас тут жду, вы как-то уж слишком заняты здесь, — парень неопределённо кивнул куда-то в ту сторону, где в последний раз наблюдал Юлю с Димой, хоть те и уже скрылись в кустал смородины в поисках ягоды. — Ясно, — ответил Игорь, кивнув, и, будто прочитав его мысли, усмехнулся, продолжая: — Мне кажется, тётя Лена нам головы поотрывает за несанкционированный сбор урожая. Петя сначала посмотрел на него непонимающе, а потом, как только до него дошёл смысл его фразы, от души расхохотался. Игорь приподнял брови, но тут же улыбнулся, явно засмотревшись на чужую улыбку, думая о чём-то своём. — Помню, мы с Игнатом яблок натырили, а потом местному хулиганью по три рубля продавали… Это было самым опрометчивым решением в нашей жизни, — продолжил Гром, опуская голову и смотря вниз, на то, как носком сланца подпинывал какой-то камушек. — Да? И что же, почему опрометчивым? — с явным, с неподдельным интересом спросил Петя, повернувшись так, чтобы посмотреть парню в глаза. Игорь снова усмехнулся, покачав головой. — Ну, во-первых, мы получили от тёти Лены с дядей Федей, да ещё и отец нас пожурил, а во-вторых, Петь, ну кто в здравом уме продаёт яблоки в дачном посёлке? Тут даже у самых отбитых их пруд пруди, — пояснил он, улыбнувшись снова. Хазин понимающе кивнул, хоть это и было д ля него чуждо, но Игорь его очень повеселил своей историей. С одной стороны, а с другой он даже немного завидовал его заядлому другу и талантливому юному барыге Бустеру. Да и в школе он нет-нет, да поглядывал на них косо, ожидая подвоха непонятно откуда. Ревновал что ли.? Да нет, они же даже не встречаются. Но иногда Петя откровенно злился на то, как к Грому любят прикопаться. Разумовский особенно, вместе со своими шахматами — Петя уже их ненавидел. Сам играть не умел, но посмотреть на хмурого сосредоточенного Игоря возможности не упускал ни разу. Даже пару раз из-за этого дополнительные занятия по английскому языку прогулял, за что, конечно, потом получил от отца. Больше не прогуливал — Игорь стал играть с Разумовским на переменах, пока их обоих не вытаскивали и не волокли в столовую. Кстати, тотализатор Бустер, несомненно, устраивал. — Игорь, ты меня иногда удивляешь. И дружок твой тоже, — успокоившись от громкого смеха, ответил Петя, помотав головой и почти с нежностью взглянул на парня. — Да-а? — деланно удивлённо поинтересовался Игорь, наклонившись чуть ниже, от чего Хазин почувствовал едва уловимый запах каких-то сладко пахнущих цветов и газировки, с которой Юля собиралась бадяжить себе коктейли. Петя замер на секунду — может, это его шанс? Он медленно кивнул, опуская взгляд на его обветренные тонкие губы, сам склонился чуть ближе, совсем забывшись, едва не коснулся его губ, но, услышав неподалёку треск веток и маты голосом Юли, вздрогнул, отстраняясь, делая шумный вдох, облизнул губы. — За что мне это… — Эй, ребят, вы чего там застряли? Идём есть! — громко позвал их Дима, помахав рукой, в то время как грозная Юля смотрела на него с укором. Дубин перевёл взгляд на неё, стушевался, в спешке поправил очки и аккуратно шагнул назад, будто прячась. Петя глянул на друзей и вздохнул, закатывая глаза — бесила собственная нерешительность, а не то, что им помешали. Он, не глядя на Игоря, пересел немного подальше, уступая место как раз подошедшим ребятам. А дальше пошли тосты: за окончание школьной жизни, за начало нового уровня, за то, чтобы они поступили, куда хотят, даже за здоровье Фёдора Ивановича, который им разрешил здесь отдохнуть. Петя наконец-то смог расслабиться. В зеркало, конечно, себя не наблюдал, но знал, что щёки поалели от выпитого алкоголя и полуалкоголя — без коктейлей всё-таки не обошлось. Смеялся над шутками Игоря, даже самыми глупыми, Диму по волосам трепал и даже с Юлей пару селфи сделал, так, на память. Он, прикусив губу, наблюдал за ребятами, хотя мысли крутились лишь вокруг одного конкретного симпатизирующего ему друга. А ещё Петя выяснил, что от бухла у него вполне могут начаться галлюцинации, иначе он не мог объяснить, почему во время игры в «Уно» Игорь касался его руки дольше нужного, а в «Крокодиле» взгляда с него не сводил, даже когда показывать нужно было не Пете. Может, ему показалось, но Кота в сапогах Дима показывал из-за этого примерно несколько минут. В какой-то момент Пете дико захотелось пройти и проветриться — до причала было рукой подать, поэтому он намеревался пойти туда, когда его накормили и прилично напоили. Когда Юля с Димой отошли немного, Хазин с трудом поднялся на ноги, слегка пошатываясь, и выбрался из-за стола. — А ты куда, Петь? — спросил удивительно четко для того, кто много выпил, спросил Игорь, подняв взгляд на него. — Я? — удивлённо спросил Хазин, указав на самого себя пальцем, посмотрев на Игоря сверху вниз. Игорь молча кивнул в ответ, разводя руками, выпрямил спину, осмотрелся по сторонам. — Я… Пройтись хотел немного. Что-то меня уже ведёт от этого всего. Петя вскинул брови от удивления, но сказать против ничего не решился, лишь пожал плечами. — А ты сам-то дойдëшь до… Куда ты там собирался? — спросил он, снова взглянув на него внимательно. Игорь в ответ как-то неопределённо развëл руками, скривив губы. Видимо, решив оповестить о том, куда именно он собрался, прошептал: — На речку… — Ты совсем охуел? Петя аж едва не задохнулся от возмущения — ничего себе придумал, пьяным и на речку. — Игорь, блять. Давай как-нибудь без потенциальных жертвоприношений обойдëмся. Тебе ещё людей спасать и котят с деревьев снимать. Хазин в привычной манере отшутился, пока чувствовал себя ещё адекватным и вменяемым после выпитого. Ещё и Юля с Димой куда-то запропастились, неожиданно оставив их наедине. Вообще плохая это идея, оставлять выпивших влюблённых друг в друга подростков наедине, но их друзья, видимо, решили, что с ними ничего ужасного не произойдëт. Петя снова вздохнул. — Пошли вместе. Но в воду мы лезть не будем. Услышав в ответ что-то неразборчивое, Петя покачал головой, дождался, когда Игорь поднимется и пойдёт вперëд, а только потом побрëл следом за ним, покачав головой. Там была дорожка через лес, Игорь еë хорошо знал и помнил куда идти даже в таком состоянии, но всë равно было страшновато. Петя от каждого шороха и треска ветки подпрыгивал. К тому же в лесу было ещё прохладнее, чем возле домика, ветерок заставлял кутаться в толстовку сильнее. Спотыкаясь и тихо матерясь, Петя, намеренно отказываясь от помощи из вредности, спустился вслед за Игорем к реке. Вокруг был песчаный берег, на котором на удивление было чисто. Стояла только пара коряг, но они, по всей видимости, служили в качестве места, где можно было сесть и отдохнуть. В отражении была луна и звëзды. Здесь, в деревне, их было хорошо видно, ведь не было ни дыма, ни высоток домов, ни уличных фонарей и ярких вывесок. А ещё тихо было — без шумного Питера и Москвы, куда Петя собирался ехать, только со стрекотанием сверчков и колыханием ветвей деревьев. Поначалу Хазин думал — его это не проймëт, но как он ошибался на этот счëт. Прикусив губу, слегка улыбнувшись, Петя, обвёл взглядом открывшиеся виды и вдохнул свежесть леса. — Красиво, правда? — неожиданно внятно и ясно для подвыпившего человека спросил Игорь, вдруг оказавшись совсем рядом с ним — от него исходило такое тепло, которое обычно описывают в книгах как жар от камина в холодный снежный день. Петя снова слегка улыбнулся и кивнул, не сводя взгляда с еле заметно колышащейся воды. Красиво. Правда. Конечно, этого он озвучивать не стал, но от Игоря отойти оказался тоже не в силах. Ровно до того момента, как он сам не потянул его за собой. — Эй, куда.? — Купаться. С этими словами Игорь стянул с себя футболку, открывая ему виды своего нихрена себе какого тела — физруки, видимо, совсем загоняли его, да и в спортзал он начал ходить. Петя как можно незаметнее облизнул нижнюю губу, потом прикусывая её, сложил руки в замок перед собой внизу. За время его любования им Игорь уже снял шорты, а потом он снова посмотрел на него и подошёл. — Петь. Ну ë-моë, ты когда в последний раз отпускал-то себя и отдыхал нормально? Не вечер перед телевизором с хавчиком из КФС, а действительно отдыхал — на свежем воздухе с шашлыками у реки? Бегал по горячему песку, а потом нырял в речку с разбегу, обнимался с друзьями и пил настоенное домашнее вино от одного из родственников? Петя хмыкнул, мигом приходя в себя от таких слов — конечно, никогда. Игорь понял, за что надо брать, чтобы задеть. Он понимал, что Игорь делает это не специально, знает, что он прямой, как палка, и всегда рубит с плеча, особенно когда разум затуманен алкоголем. Но он через силу кивнул ему, прикрыв глаза на пару секунд. И начал раздеваться. Действительно, когда Петя ещё приедет назад в Питер и сможет вот так вот свалить с Игорем и друзьями на дачу к дяде Феде, а потом ещё и ночью побежать на речку. Одежду они скидали на ближайшую корягу, оставили там же телефоны и пошли к воде. Игорь без боязни зашёл сразу по самые плечи, а потом развернулся, махнув рукой и подзывая парня к себе. В ответ на это Петя лишь кивнул и боязливо начал заходить в воду, сразу же покрываясь мурашками и начиная дрожать. — Блять, холодно… От этого факта былой решимости у Пети поубавилось, но он, прикусив губу, упрямо шёл дальше, зная, что нужно прост о привыкнуть. Игорь поплыл ему навстречу, вскоре оказываясь рядом с ним, когда Петя был в воде почти по низ рëбер, а самому Игорю она еле до бедра дотягивала. Он странно улыбался — этот взгляд был Пете знаком настолько хорошо, что каждый раз было страшно. Он что-то задумал. Он же не сделает… — Игорь… — Петь, да не дрейфь. Парень снова заговорщически ухмыльнулся и аккуратно взял Петю за плечи, чтобы поначалу подтянуть его поближе к себе, приобнять за плечи, а потом одним махом рухнуть и окунуться вместе с ним в воду. Не успев вдохнуть нормальное количество воздуха, Петя закашлялся сразу, как только вынырнул, отплëвываясь от воды и стряхивая её с себя руками, а потом наконец открыл глаза, фокусируя взгляд и находя отплывшего немного Игоря. — Игорь, блять… — снова прошептал он, шагая сквозь толщу воды в ту сторону, где он стоял. Виновник «торжества» начал отходить от него назад, выставив руки вперед, но продолжая посмеиваться. — Игорь, я ж тебя сейчас убью нахер за такие выходки, — снова продолжил Хазин, гребя руками по воде и зло шмыгая носом. — Петя, Петь, ну ты не горячись… Тепло же сразу стало, — со смехом продолжал Игорь, в конце концов на радость Пете останавливаясь и отводя руки в стороны. — Гром, козлина ты этакая, — фыркнул в ответ парень, подходя ближе, но вместо того, чтобы толкнуть или даже ударить, плеснул в него водой. Игорь не успел отвернуться, и вода попала в нос и в рот, из-за чего он тоже начал отплëвываться, но вскоре снова улыбнулся и начал брызгать водой в Петю в ответ. Конечно, без ответа он не остался и вскоре у них разразилась маленькая война. Они начали бегать и обливать друг друга, когда догоняли и не только. Пете стало в разы легче и он сам начал хохотать в унисон Игорю, но ровно до того момента, как парень, повинуясь какому-то порыву, схватил его за запястья и сначала притянул к себе ближе, а потом и вовсе развернул спиной к своей груди и так и прижал, перехватив его под рëбрами и прижав туда же его руки, чтобы не дëргался. Хазин вмиг окоченел и даже начать вырываться не решился, лишь замер, как испуганный кролик, и, прикусив губу, обернулся на парня. — Игорь, ты… Что? — осторожно спросил он, слушая его сбитое дыхание, раздававшееся совсем рядом с его собственным лицом, где-то над самым ухом. Что бы это всё значило.? — Игорь… — Петь, помолчи. Вернее… Извини, я… — вдруг начал Игорь, но запнулся, а потом снова замолчал; голову он уронил Пете на плечо, прижавшись горячим лбом, снова согревая участок его спины своим дыханием. Наверное, им стоит уже разойтись хотя бы на небольшое расстояние, но они так и стояли минуту, вторую, третью, и совсем ничего не хотели сделать. Это даже приятно, думал Петя, когда… Вот так. — Если я кое-что тебе скажу, ты не ударишь меня? — снова, спросил Петя тоже совсем тихо, как листва обычно осенью шелестит, — Хотя бы не сразу делай это, а дослушай. Игорь как-то непонятно и неопределённо двинул головой сверху вниз, будто кивая ему, а потом Петя ощутил, как большой палец правой его руки поглаживает его костяшки. — Ты мне… Типа нравишься. Не как друг, а как… — снова осторожно начал Петя, слегка повернув голову, чтобы хоть боковым зрением видеть его реакцию. Игорь лишь молчал и стоял все в том же положении, хотя, казалось, даже дыхание задержал в ожидании того, что будет дальше. Петя и продолжил: — Ты как парень мне нравишься. Типа… Я бы хотел с тобой, ну… Встречаться, там. За ручки держаться под луной, в кино ходить и прочее… Неожиданно его словарный запас сузился до нескольких десятков слов, включая слова-паразиты и одно единственное имя, поэтому сказать что-то определённое не получалось и Игорь наверняка его не понимал. Пиздец. В голове вертелось только это. Зачем признался, ну и держал бы в себе дальше, Игорь ведь его не поймëт. Он и не понял вроде бы, но почему-то всë так же стоит и держит его рядом с собой, крепко прижав. А ведь Петя всегда считал самого себя непонят ным и неподдающимся логике. — Игорь, ты… Не молчи хотя бы, пожалуйста, — снова тихо попросил Петя, дëргая плечом, на которое была опущена игорева голова, чтобы хоть как-нибудь привлечь его внимание после своей выходки. Ну, или хотя бы чтобы Игорь просто отпустил его. Игорь снова помотал головой — это уже Петя ощутил очень хорошо. Это заставило его вздохнуть, а внутри — всë задрожать от волнения и нетерпения. — Не отпустишь? — Не отпущу. А то ведь сбежишь, — ответил, наконец, Игорь, поднимая голову. Петя снова вздохнул и сам запрокинул голову назад, потому что Игорь не ударил его, не начал говорить обидные вещи, даже не отодвинулся ни на сантиметр. Это было как-то уж слишком странно и неожиданно, но придавала чуть-чуть уверенности. Иначе бы Петя не продолжил с глупым вопросом: — И что дальше? Игорь усмехнулся, но как-то грустно, только потом снова взглянул на парня и ответил: — Что? По-моему, ты мне тоже нравишься, хотя… Я слишком неумеха в этом вопросе. Пожалуй. Но ударить мне тебя точно не хочется. Хазин выдохнул, низко опуская голову, пряча взгляд, раздумывая над его словами, а так же над тем, что они стоят посередь реки по пояс в холодной воде почти в обнимку, да ещё и признаются друг другу в нежных чувствах. Картина маслом, Юля бы оценила такую сенсацию. — Игорь, я… Ещё я уезжаю, — с такой же интонацией продолжил Петя, поглядывая на парня боковым зрением. Игорь кивнул: — Я знаю уже. Дубин проговорился ещё два месяца назад. Жаль, конечно, что я узнал обо всех твоих планах так поздно, но ладно. — Обидешься и разговаривать со мной больше не будешь? — Хрен ты от меня теперь отвертишься, Хазин. Новый год празднуем в Москве просто, видимо. Петя тихонько рассмеялся, покачав головой, а потом сам расцепил его руки на себе, не ощутив даже никакого сопротивления, и развернулся лицом а Игорю. — Как благородно с твоей стороны. Игорь снова кивнул ему с улыбкой, подходя ближе и приобнимая его за плечи. — Только я на первом свидании не целуюсь. За этим слова он уже получил от самого Пети тычок в бок, а после этого он сам обнял его. — Нет, Петь, ну ты пиздец, конечно, закрутил. Я надеюсь, следующего раза не будет, но все-таки в следующий раз будь проще. Петя со вздохом кивнул ему снова, облизнув губы, и, развернувшись, поплыл чуть вперëд. А Игорь покачал головой с улыбкой и поплыл следом. *** — Юль, а ты уверена? — Если бы я была уверена всегда и во всём, то мы бы не встречались. А они друг другу нравятся, как это можно было не замечать — я не понимаю. Вот от слова совсем. Юля поправила волосы, отодвигая еловые ветки и заглядывая на берег и на реку, где Хазин с Громом обнимались так нежно, что сердце щемило. Дима не понял, но спорить не решался — всë-таки это Юля. — Будут как мы с тобой потом — ездить друг к другу туда-сюда в Москву и в Питер. Романтика же, — продолжила девушка тихо, улыбаясь довольно, когда увидела, что их друзья вполне поладили друг с другом после их странного разговора. Обернувшись, она увидела, как Дубин всë равно стоял с хмурым лицом, совсем как Игорь, и в ответ на это она просто взяла парня за руку, осторожно переплетая их пальцы. — Хоть ты не делай вид, что я монстр — мне и этих хватит. Ладно тебе, они милые. — Угу. В ответ на его, Димы, бурчание девушка снова вздохнула и улыбнулась уже ему. — Всë будет хорошо. Дима и сам с тихим вздохом кивнул и потянул её за собой. — Пошли тогда назад, не будем им мешать. Наберëм лучше ягод каких-нибудь и с молоком поедим. — Как мило, — протянула девушка в ответ, но пошла за ним следом, оставляя этих двоих разбираться наедине.