Женатый мужчина

Наркотики, как и сигареты вошли в его жизнь так же внезапно, как смерть собственной матери. На протяжение пяти лет, большинство его мыслей были забиты двумя людьми, двумя близкими людьми из далёкого прошлого. Вещества, блуждающие в его крови, медленно поступающие в мозг заставляли забыться о чем то далеком, о чем то прошлом и больном. -Я подумаю. Он не планировал обдумывать чужое предложение, он отлично знал - ему не дадут другого выбора. Если его ответ будет резкий, не рассуждающий о последствиях и простое - нет. То от него просто-напросто избавятся как от самой дешевой проститутки в Китае. Смысла отказываться не было. У него не было того, чем бы он по-настоящему дорожил за последние годы. Отец, как он раньше думал - гнил в тюрьме. До самой смерти матери он так думал, его уверяла собственная мать в том, что совсем скоро папа выйдет на свободу, обнимет его и они заживут как раньше. До этой злополучной драки в их ресторане, до того, как отец начнет изменять маме, оправдываясь работой без выходных. Ему в детстве все казалось таким простым и беззаботным. Легким и невесомым, каждую проблему, казалось, можно решить разговором по душам, без драк и приличных синяков под глазами. После злополучной драки в ресторане, вся их семейная жизнь пошла под откос. После долгих разбирательств суд вынес свой вердикт - шесть лет тюрьмы без возможности досрочного освобождения. Мама прибывала в полном отчаяние. Ей пришлось бросить любимую работу, чтобы хоть как то прокормить семью. С того момента начался настоящий ад для Гуаньшаня. Не один день не проходил без брошенных в спину едких оскорблений, которые с каждым разом ранили душу маленького ребенка все сильнее, заставляя чувствовать себя все больше никчемнее и не таким, как все остальные ребята. Школа становилось все невыносимее, учителя забивали на постоянные драки своих учеников и частых жалоб от их родителей. Он просто захотел заступиться за своего единственного друга, он не планировал влезать в драку с известной компашкой Шэ Ли. Немалое количество легенд и слухов были ему известны: про жесткое избиение учителя Китайского, про распространения наркотиков, даже был слушок, что один пацан из той компании накачал наркотой прошлого директора школы. Мо особо им не верил, слухи были на том и слухами, чтобы их бездумно распространять, от некоторых слухов у большинства учеников стыла кровь в жилах от страха за свою жизнь и друзей. То что этот парень прижмет его к каменной, ледяной стенке было ожидаемо, но последующие чужие действия заставили его судорожно отталкивать от себя этого чокнутого. Ему было больно физически, когда острая боль прошлась по всей мочке уха. Он чувствовал по своей шее стекающую кровь. Дальнейшая жизнь становилась еще хуже Ноги растянуты до предела, заставляя сводить неготовые к растяжению мышцы. Растяжка... Она казалась худшим наказанием за все прошедшее время здесь. Каждое утро и вечер на протяжение двенадцати месяцев. Васуки хотел для него всего самого лучшего - лучший шпагат, самый точный удар по цели, отличные рукопашные навыки, владение холодным оружием на уровне профессионала, уметь манипулировать людьми жестами, словами. Для Мо, который впервые начал все это изучать было мучительно, ему хотелось как ребенок психовать и крушить все вокруг. Но странная забота будущего мужа и благодарность за спасение не давали так вести себя. Он не хотел приносить еще больших проблем. Временами растяжка медленно переходила в спонтанный секс. Резкий, грубый и неудержимый. Постанывая сквозь крепко сжатые зубы. Собственные руки крепко обхватывали чужую широкую спину, оставляя на ней красные, едва ли не кровоточащие царапины. Чужие мощные руки крепко обхватывают его бедра, прижимая до невозможности ближе к себе, продолжая резкие, до самого упора толчки. Пожалуй, все же растяжка была самым не любимым занятием. Он был почти полностью на попечение Васуки. Он самостоятельно составлял график приемов пищи и само меню, составляющее в основном из большего количества белка животного происхождения и огромного количества салатов. От последнего зачастую начинало поташнивать. Неожиданно объявившийся дядька, спустя несколько долгих и откровенно говоря скучных разговоров рассказал ему историю. Несколько лет назад, когда Гуаньшань был совсем крохой, они с его отцом поссорились. Как выяснилось, этот «бизнес» если его можно назвать таковым, достался им двоим по наследству от старого кровожадного деда по семейной линии. Его отец был непреклонным, всячески отказываясь завлекаться во все эти черные дела, но брат осознавал значимость, весь труд и время, которое дед потратил на это. Отказываться - означало не уважать старшего человека, не ценить его труд и жизнь, которую он прожил ради всего этого. Дядя пытался его подговорить, договориться поделить его пополам, чтобы им двоим не было слишком тяжело от столь резкого приобретения огромной триады. Отец предлагал забросить, едва ли не умолял, но оставался огромный риск всей их семьи - смерть от рук недоброжелателей. Дядя, с его же слов «Я пошел на это, отказался от всех благ ради своего брата, ради его семьи... ради тебя, Гуаньшань» совершил благое дело для их рода, спас все их несчастные душонки, пожертвовав собой. То, что Мо до сих пор жив и почти здоров, только благодаря ему и только ему. Судя по его многочисленным рассказам. Дядька начинал вводить его в паучьи сети, рассказывая все необходимые детали, показывал на практике, обучая его с перерывами в ночь. Дядя учил ему всему тому, чем он сам прекрасно владел, а владел он многим: стрельбой, рукопашным боем, владением катаной, знанием психологический приемов и дикцией, но самое важное,что можно выделить - правила «нижнего» мира. Запоминать неописуемое количество правил в переговорах, заполнение документов, привила как нужно вести себя и разговаривать с шишками. Все это казалось ему бессмысленной херней. Проще напасть без предупреждения, максимально тайком и убить главного, но со временем, когда он наконец-то вошел во вкус и понял - без этих бумажек ты далеко не продвинешься, а его рассуждением пользуются только неопытные в такой сфере твари. За все время его так называемого «обучения» он постиг больше высот, чем половина бывших учеников, это только если верить собственному дяде. Он доверяет дядя так же, как можно доверяться незнакомому человеку. Васуки же... Того становилось все труднее понимать с каждым днем проведенного вместе. Если другие люди понимали друг друга со временем все лучше и лучше, то в этом союзе все было как раз таки наоборот. Вас менялся все больше и больше, из вежливого (ему было очень трудно это признать) и ласкового и даже заботливого превратился в свою полную противоположность. Эти резкие перемены нервировали с каждым днем все больше, и с каждым таким моментом желание что нибудь сделать росло. Что именно сделать... задушить во сне, отправить в рандомный вечер на очередном малоприятном ужине, попросить кого нибудь. Методов не счесть, но как бы он не хотел продолжать существовать в этом суровом мире, некое чувство в груди, которое можно было обозначить как «привязанность» мешало или отвлекало лишить чужака жизни. Можно ли снова полюбить, не имея в своей груди сердца. Как можно простить себя, не имея сердца. Несколько вопросов, на них один ответ. Отдать собственный орган, чтобы потом, спустя время его кинули тебе обратно браком. Он собирал каждый мелкий кусочек собственного сердца только для того, чтобы его снова разбили с такой же легкостью. Его всегда удивлял легкий настрой друга: — Нас убьют в этой засаде? Да и ладно! Зато уведем Бога или как там его... Аллаха. О! По легенде, около самих ворот нас будет ожидать сам Будда! Ля прикол, расскажем о своих приключениях, будет слюной течь от зависти! Оптимисту Цюня не было границ. Всегда находил выгодную и приятную сторону их «путешествий» Остается только мечтать, чтобы однажды проснуться и со слезами на глазах осознать, что это - лишь длинный, слишком длинный сон с печальным финалом. Другого финала не дано. — Группа Ц, подстрахуйте отряд введения переговоров в не формальной обстановке двадцать третьего числа в шестнадцать минут первого, - хрипловатый голос от скуренных сигарет звучит уверенно и властно, раздавая приказы. — Босс! Прошу прощения за прерывания вашей речи! Но вас требует господин Хэ Тянь из группировки господина Хэ Чена. Он позволил себе судорожно сглотнуть скопившейся слюну во рту. Голова была чиста от всех посторонних мыслей, в ней не было ничего, кроме мыслей о продвижения отряда и белого шума. Но натренированное тело говорило о собственном волнение больше. Он не заметил, как наступила холодная зима. Она освежала мысли и охлаждало тело. Любимое время Мо Гуаньшаня. До чего же обидно, нужно так тщательно контролировать мысли чтобы не сорваться, чтобы идти с гордо поднятой головой и не упасть в грязь ебалом. Как говорит мудрый Цунь Тоу « Лучше в сраку дать, чем ебальцом упасть » ему бы в мудрецы, получше всяких Будд будет. С самого пробуждения было ощущения чего то грядущего, словно настанет то, о чем он грезил все время своей преступной жизнь - смерть. Таким людям не суждено попасть в рай. Попасть в мир спокойствия и блаженства. Они будут гнить в аду наравне с такими же тварями как он. Это закон всех религий человечества, его нельзя оспорить или изменить в свою сторону. Зайти в собственный кабинет никогда не было настолько трудно. Первое, что попадается на глаза, это черноволосый черт, причина его любовных страданий, если их можно назвать таковыми.