Черная королева.

Москва. Утро вдвоём. Концерт. Возвращение --- . Утро, которое не хочется прерывать Я проснулась от лёгкого прикосновения солнечного луча к лицу. Открыла глаза и поняла, что лежу на диване в зале, укутанная пледом. Сириус мирно посапывал у меня в ногах, свернувшись пушистым клубочком. Ваня спал рядом — такой беззащитный, расслабленный, с чуть приоткрытыми губами. Я улыбнулась, глядя на него. Вчера мы так и уснули за просмотром фильма. Я осторожно, стараясь не разбудить ни его, ни Сириуса, выбралась из-под пледа и на цыпочках отправилась в душ. Тёплая вода смывала остатки сна, прогоняла сонливость. Я стояла под струями и думала о том, как странно всё складывается. Ваня... Он стал для меня опорой в самое тяжёлое время. С ним легко, просто, надёжно. Но что это? Дружба? Или что-то большее? Я отогнала эти мысли. Не время. Выключив воду и закутавшись в полотенце, я вышла из ванной. Сириус уже крутился у двери, требуя завтрака. Я накормила малыша и, пока он уплетал корм, поставила чайник. Кофе — то, что нужно для идеального утра. — Доброе утро, — раздался сонный голос за спиной. Я обернулась. Ваня стоял в проёме кухни, взъерошенный и невероятно милый. — Доброе, — улыбнулась я. — Будешь кофе? — Ага, — он подошёл ближе. — Я даже не помню, как уснул. — Я тоже, — рассмеялась я. — Видимо, фильм был слишком успокаивающим. Мы позавтракали, болтая о всякой ерунде. Было легко и уютно. Как дома. А потом он начал собираться. Накинул куртку, проверил телефон и вдруг подошёл ко мне вплотную. — Слушай, — начал он, глядя мне в глаза. — У меня сегодня концерт в 19:00. Приходи. Мои ребята тебя встретят и проведут в гримёрку. Я хочу, чтобы ты была там. Сердце пропустило удар. — Правда? — выдохнула я. — Конечно, приду. Спасибо, что позвал. Он улыбнулся, чмокнул меня в щёку и ушёл. Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Внутри порхали бабочки. --- Сногсшибательно Сегодня должен быть особенный вечер. Значит, и выглядеть я должна соответственно. Я включила музыку погромче. Любимый плейлист заполнил комнату, задавая ритм. Начала с волос — высушила свои длинные каштановые пряди, а потом принялась накручивать их на плойку. Крупные, упругие локоны падали на плечи, обрамляя лицо. Макияж делала тщательно, с любовью к каждой детали. Идеальные стрелки — ровные, чёткие, кошачьи. Румяна, контуринг, губы — сегодня я выбрала глубокий ягодный оттенок. Смотрела в зеркало и видела там уверенную в себе девушку. Не ту испуганную девочку, которую сломали на Олимпиаде. Другую. Сильную. Осталось решить главное: что надеть? Я порылась в пакетах с новыми вещами, которые купила в тот день с Ваней. И вот оно — идеальное сочетание. Прозрачный кружевной лонгслив, который едва намекал на то, что скрыто под ним. Короткая юбка. Новые ботфорты на высоком каблуке. Аксессуар? Я вспомнила о подарке Филиппа Киркорова — той самой невероятной сумке, которую он вручил мне на дне рождения. Достала её из коробки и ахнула. Дорогая, элегантная, идеальная. Она дополнила образ, сделав его совершенным. Я встала перед зеркалом и залюбовалась отражением. Это была я? Та самая Т/и, которая ещё недавно рыдала в подушку? Неужели? Я начала фотографировать. Себя, наряд, сумку. Снимала тиктоки, выкладывала в истории. Поклонники тут же отреагировали: «Т/и, ты богиня!» «Куда ты такая красивая?» «Заинтриговали! Что за повод?» Я улыбалась, читая комментарии. Сегодня я хотела быть красивой. Для себя. Для Вани. Для этого вечера. Часы показывали 16:00. Дорога с пробками займёт около полутора часов, значит, к 18:30 буду на месте. Я вызвала такси, быстро накинула шубу, побрызгалась любимыми духами, кинула в сумку ключи, повербанк, два телефона, надела наушники и вышла. --- За кулисами Я приехала быстрее, чем ожидала. У входа меня уже ждали — приветливые ребята из команды Вани проводили меня через служебный вход прямо в гримёрку. Я открыла дверь и увидела его. Ваня сидел в кресле, визажисты заканчивали его образ. Увидев меня, он расплылся в улыбке и вскочил. — Т/и! — он подбежал и крепко обнял меня. — Ты невероятно выглядишь. — Спасибо, — смутилась я. — Волнуюсь почему-то. — Не волнуйся. Всё будет круто. Давай сфоткаемся? Мы начали снимать сторис. Он, я, мы вместе. Кадры получались живыми, тёплыми, настоящими. Я выложила несколько в свой аккаунт. И тут соцсети взорвались. «ОНИ ВМЕСТЕ!» «Т/и приехала поддержать Ваню!» «Какие же они милые!» Мы с Ваней переглянулись и расхохотались. — Ну всё, теперь точно все думают, что мы пара, — усмехнулась я. — А пусть думают, — пожал плечами он. — Главное, что мы знаем правду. Время приближалось к семи. Ваня взял микрофон, повернулся ко мне и протянул руку. — Посиди здесь, за кулисами, — попросил он. — Для меня это очень важно. — Конечно, — кивнула я. — Иди. Зажги там. Он вышел на сцену, и я услышала, как зал взорвался криками: — ВАНЯ! ВАНЯ! А-А-А! Я стояла за кулисами и смотрела, как он работает с залом. Он был невероятен. Энергия, драйв, харизма — всё это завораживало. Я снимала его на телефон, ловила лучшие ракурсы. Концерт летел своим чередом, и вдруг... Он запел «Пару перемен». А потом, неожиданно, резко развернулся и пошёл прямо к кулисам. Ко мне. Я не успела ничего понять, как он схватил меня за руку и вытащил на сцену. Зал ахнул, а потом закричал ещё громче. — Сегодня на нашем концерте — олимпийская чемпионка Т/и! — объявил Ваня в микрофон. Овации были такими громкими, что заложило уши. Я стояла и улыбалась, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Меня поддерживали. Меня любили. Несмотря ни на что. — Эту песню я хочу спеть вместе с Т/и, — сказал Ваня, поворачиваясь ко мне. — Ты не против? — Нет, — выдохнула я. Заиграла «Ты Венера, я Юпитер». Мы пели вместе, глядя друг на друга. Зал подпевал, снимал на телефоны, умилялся. А я чувствовала, как внутри разгорается что-то тёплое и светлое. Песня закончилась. Я поклонилась, обняла Ваню и ушла за кулисы под оглушительные аплодисменты. --- Возвращение Концерт пролетел как одно мгновение. После всего водитель Вани довёз меня до дома. Я вышла из машины, поблагодарила и направилась к подъезду. Боковым зрением заметила знакомую машину. Сердце ёкнуло. Даня. Но я не подала виду. Пошла к подъезду, ускоряя шаг. Слышала шаги за спиной, но не оборачивалась. Зайдя в квартиру, я хотела закрыть дверь, но он вошёл следом. — Т/и... Я обернулась. Он протягивал мне огромный букет белых роз. — Прости меня, — сказал он тихо. — Я дурак. Ревнивый, глупый дурак. Я не прав. Я бросил тебя, обвинял... Прости меня, пожалуйста. Я смотрела на него и чувствовала, как тает обида. Он стоял передо мной такой искренний, такой уязвимый. Я не выдержала. Бросилась к нему, обняла и поцеловала. Поставила цветы в вазу, чувствуя его взгляд на своей спине. Потом повернулась. Он подошёл ближе, положил руки на мою талию и начал целовать шею. По телу пробежал ток. Каждая клеточка откликнулась на его прикосновения. Я ждала этого. Жаждала. Бредила им все эти дни. Я повернулась и впилась в его губы жадным, голодным поцелуем. Он подхватил меня на руки и понёс в спальню. --- Искусство быть вместе  Он опустил меня на кровать так бережно, словно я была сделана из тончайшего стекла. А потом накрыл моё тело своим, и я забыла, как дышать. В темноте спальни, освещённой лишь уличными фонарями, пробивающимися сквозь шторы, я видела только его глаза. Глубокие, тёмные, полные такой нежности, что сердце замирало. — Я скучал, — прошептал он, проводя пальцами по моей щеке. — Безумно скучал. — Я тоже, — ответила я, прижимаясь к его ладони. Его губы нашли мои — сначала мягко, вопросительно, а потом всё настойчивее, жарче. Я отвечала ему тем же, запуская пальцы в его волосы, притягивая ближе. Он целовал мою шею, и я выгибалась дугой, ловя ртом воздух. Его руки скользили по моему телу, изучая каждый изгиб, каждую линию, словно впервые. Он снимал с меня одежду медленно, словно распутывал самый драгоценный подарок. Я отвечала тем же. Наши тела двигались в унисон, как две части одного целого, которые наконец-то нашли друг друга после долгой разлуки. В каждом движении была нежность, в каждом вздохе — страсть, в каждом поцелуе — обещание. — Я люблю тебя, — прошептал он, глядя мне в глаза. — Как бы сложно ни было, что бы ни случилось — я люблю тебя. — Я тоже, — выдохнула я. — Очень. Волна накрыла нас одновременно. Я зарылась лицом в его плечо, заглушая крик, а он прижимал меня к себе так сильно, словно хотел, чтобы мы навсегда остались одним целым. А потом была тишина. Только наше дыхание и стук сердец, бьющихся в унисон. Я лежала в его объятиях, уткнувшись носом в его грудь, и чувствовала себя в полной безопасности. Здесь, в его руках, не было места боли. Была только любовь. — Не уходи больше никогда, — прошептала я. — Никогда, — ответил он, целуя меня в макушку. — Обещаю. За стеной тихо посапывал Сириус. За окном затихал ночной город. А мы просто были вместе. И это было главным.