Самый мудрый орк в армии Великой Тьмы

      Айрон Лиуш – профессор тарсин-психотерапии и знаток человеческих душ, приглашенный эксперт-консультант полиции — смотрел через толстое бронированное стекло. Он наблюдал также, как человек в зоопарке наблюдает за опасным хищником – его и объект наблюдений разделяла надежная преграда, но от этого хищник не становился менее смертоносным. Одна ошибка и защита не спасет.       Вот только человек по ту сторону стекла – в допросной полиции – был куда злее тигра или льва. Человек убивал ради развлечения. Потому что того требовала его темная сущность. Серийный убийца — Чистокский Потрошитель, отнявший жизни уже двух десятков жертв.       Увы- следователь, находившийся в одном помещении с преступником еще этого не знал. Мартина Эгдана допрашивали как одного из свидетелей по делу – не более того. А за убийства два часа назад арестовали кузена Мартина – Тодеуша Эгдана. Именно Тодеуш сейчас находился в камере в особо прочных наручниках под неустанным наблюдением охраны и камер.       А подлинный виновник — средних лет непримечательный коротко стриженный мужчина с ранней сединой и хищным носом — спокойно пил кофе из картонного стаканчика, отвечая на вопросы детектива Лансло. Вернее — Мартин тщательно изображал беспокойство и ужас – как и положено добропорядочному гражданину, узнавшему, что его близкий родич – серийный убийца.       — Да, Тодеуш одолжил меня в тот день мою машину – красный «Аустри-Крона». По его словам, его внедорожник был сломан. Ох, Боже милостивый, я и не знал, зачем ему это понадобилось. Поверить не могу. В моем авто перевозили труп. Мне всегда казалось, что Тодеуш такой мирный… Самый спокойный из всей семьи. – вещал Мартин.       Подрагивание рук, бледность, печальный взгляд, опущенные плечи, дерганые движения. Признаки большого стресса, а не лжи. На первый и неискушенный взгляд.       «А он хорош. Отлично врет – убедительно. И от души наслаждается спектаклем.» — оценил про себя профессор Лиуш. Теперь он был окончательно уверен в своих выводах. А значит настала пора ими поделиться.       Тарсин-психотерапевт обернулся к стоящему рядом комиссару Хонски и тихо, но уверенно сообщил: — Убийца – Мартин. Вы взяли не того.       Хонски округлил глаза и закашлялся от удивления: — О чем вы, профессор?! Тодеуш уже подписал признание. Расследование завершено. Вас пригласили для экспертизы психического состояния обвиняемого и не более того.       Все верно – именно для этого Айрона и позвали. А потом он, побеседовав с Тодеушем и осознав, что его обманывают, закопался с головой в материалы дела и напросился послушать показания свидетелей, которых опрашивали для подкрепления доказательной базы.       — Мартин тут вообще почти случайно. Преступник одолжил его машину для одного из убийств. – продолжил комиссар, немного теряя уверенность под внимательным взглядом Лиуша, — Но мистер Мартин не догадывался об истинной цели этой просьбы. Он свидетель, а не преступник.       — Тодеуш – сообщник. Он помогал кузену все это время, но сам не убивал. Кроме того, Тодеуш смертельно болен – терять ему уже нечего. И признание он подписал, чтобы Мартин остался на свободе, перебрался на новое место и продолжил убивать. – поведал Лиуш, — Под любым предлогом задержите Мартина Эгдана в участке на подольше и найдите повод обыскать его пляжный дом. Слишком уж он занервничал при его упоминании – там явно скрыто что-то важное…       — Если вы ошибаетесь… — начал комиссар, но Айрон перебил его: — Не ошибаюсь.       — Откуда вы знаете? – прищурился Хонски.       — Мартин сам мне сказал… Мимикой, жестами, отдельными оговорками при допросе. Он вовсе не напуган и расстроен. Он рад и торжествует. А еще – втайне посмеивается над теми, кого обвел вокруг пальца. – Лиуш говорил спокойно и весомо. Ему сложно было не верить.       — Ну хорошо… — нехотя протянул комиссар. – Я посмотрю, что тут можно сделать.       Давать задний ход было сложно. Особенно с учетом имеющегося на руках признания и изрядной кипы уже заполненных на Тодеуша бумаг. Но Хонски был хорошим полицейским и не желал ошибки в столь серьезном деле. В конце концов за плечами профессора разоблачение уже четырех серийных убийц.              Через полтора часа Мартин Лиуш был арестован по подозрению в совершении как минимум трех убийств на основании доказательств, найденных в подвале пляжного домика. И следователь считал, что это только начало. Удастся доказать виновность Мартина и в прочих убийствах – именно он, а не его кузен все это время являлся Чистокским Потрошителем. Тодеуш провалил проверку на детекторе лжи и из главных обвиняемых перешел в разряд сообщников.              — Так что только комплексный подход к психике может обеспечить полноценную картину происходящего. Именно эта комплексность, в совокупности с максимально гуманным, индивидуальным и чутким подходом к каждому пациенту стали основой тарсин-психотерапии, сочетающей в себе психологию, классическую психотерапию и психиатрию. Считать на основе внимательной беседы и сигналов тела проблемы клиента, а затем помочь с помощью разговора, гипноза и правильной подборки препаратов – основная цель. Зачастую уже на этапе диагностика проблемы и проговаривания ее с пациентом запускается терапевтический процесс. – рассказывал профессор Лиуш, повествуя об основанном им направлении психотерапии.       Студенты Академии Уонстон благовейно внимали. Тарсин-психотерапия не была основной специализацией данного факультета, так что присутствующим предстояло пройти лишь краткий сжатый курс. Но интерес в глазах учащихся был неподдельным. Еще бы – новое направление уже многократно доказывало свою эффективность и дела, связанные с тарсин-психотерапией гремели повсеместно – от излечения ранее безнадежных случаев до поимки опасных преступников.       — Есть ли какие-то вопросы? – поинтересовался Айрон после полутора часов подачи основ – завершив первую вводную лекцию.       — Да! – мигом оживились учащиеся. – Это правда, что вы поймали Чистокского Потрошителя?!       — Нет, неправда. Преступников ловит полиция. – отозвался Лиуш. Он ожидал подобное. После задержания Мартин Эгдана прошло две недели. Серийный убийца то и дело мелькал на экране – делу придали огласку и заседания суда транслировались по всей стране.       — Но вы вывели его на чистую воду! – исправился худощавый высокий студент с первой парты.       — Немного поспособствовал этому. – ответил Айрон.       Он не был скромен в обычном смысле этого слова и всегда здраво оценивал свое участие в том или ином деле. Но славу ловца маньяков считал опасной и нежелательной. Но информация все равно просачивалась за стены полицейских участков. Чистокский Потрошитель стал пятым разоблаченным на счету основателя школы тарсин-психотерапии. Кроме того, профессор Лиуш читал лекции в двух Академиях, вел прием обычных пациентов и лишь изредка консультировал полицию. Насыщенная и активная жизнь. Большой успех для тридцати пяти лет.       — Вы единолично изобрели тарсин-психотерапию? – уточнила кудрявая студентка с задней парты.       — Часть основных постулатов вывел мой отец – профессор Джонас Лиуш. Я доработал и расширил теорию. – пояснил Айрон.       Тут он и правда преуменьшил свои заслуги. Джонас сделал лишь пять-десять процентов работы и указал направление. К стройной, полномасштабной и рабочей системе, заслужившей всеобщее признание, материалы привел именно Айрон. Он же провел исследования и опробовал тарсин-психотерапию на практике.       — По поводу тарсин-гипноза. Он и правда так эффективен? – спросил полноватый парень, занявший место почти у самой трибуны.              После лекции Айрон поспешил домой. Дорогой красный спортивный автомобиль гнал по шоссе в сторону загородного дома Лиуш. После смерти родителей и развода профессор жил один, если не считать штат наемный работников. И вполне радовался своему одиночеству.              Множество книг на полках – в основном редкие издания большой ценности, старинный глобус в деревянной оправе на полу, статуя из полудрагоценного камня в нише, массивный стол из темного дерева, серебряное пресс-папье и фарфоровая чашка с недопитым кофе. Айрон наслаждался редкими спокойными минутами, потягивая крепкий ароматный напиток и систематизируя записи. Именно в это время раздался видеозвонок его ассистента – Тода Карнели.       — Вас опять зовут дать интервью. На этот раз на канале СиТиЭсЭм. – бодро начал Тод после обмена приветствиями.       — Никак интервью. Ты же знаешь мои правила. – отозвался Лиуш. Он старался не показываться на телевиденье и делать все, чтобы его лицо подольше оставалось не особо узнаваемым.       — Это пошло бы на пользу продажам ваших книг. – напомнил ассистент.       — С продажами и так все в порядке. – вновь отказался профессор.       — Тогда хотя бы посетите прием у сенатора БрегенО. – почти взмолился Тод.       — Сегодня вечером в семь. – припомнил Айрон. Он видел приглашение на столе. Крайне официальное и пафосное – с золотым теснением.       — Да. Все верно. Я могу подтвердить, что вы появитесь? – сказано с явной надеждой.       Лиуш терпеть не мог светские рауты. Но иногда появляться на них все же стоило. Хотя бы для того, чтобы поддерживать нужные контакты.       — Да, подтверди. Спасибо, Тод. Я ценю твою помощь. – гораздо мягче сообщил профессор.       — Слава богу! Какое счастье. Вы выберетесь хоть куда-то помимо работы. Может даже найдете новую миссис Лиуш. – Тод демонстративно закатил глаза.       — Я бы не стал на это особо рассчитывать. – с усмешкой парировал профессор.       Если бы Тод обладал его талантами к чтению эмоций по микромимике, то всенепременно заметил бы, что вопрос повторного брака оказался крайне неприятен Айрону. И при этом сильно его беспокоил.              До приема оставалось еще несколько часов. И Лиуш знал, как хочет их провести. Завершив работу с бумагами, Айрон поднялся к себе и, надев последнюю модель шлема виртуальной реальности, направился прямиком в фентези мир он-лайн РПГ игры «Вечная звезда». Столь необычным времяпровождением профессор был обязан проекту Академии Аларт, где по совместительству преподавал Лиуш. Идея наблюдения поведения в условиях максимально реальной симуляции показалась интересной руководству учебного заведения – как повлияет на людей изрядная вседозволенность игры. Десятки тысяч игроков, полное погружение, ощущение запахов, тактильных контактов, вкуса и боли. Огромный детально прописанный мир и почти полное отсутствие хорошо прописанных законов. Каким станет взаимодействие? Как повлияет на мораль отсутствие внешнего контроля? Эксперимент завершился, подтвердив первоначальные выводы. Исследование-наблюдение было признано вполне удачным.       Вот только Айрон так и продолжил играть. Нет, профессор не стал игроманом. Контролировать себя и не допускать пагубных привычек – основа для тарсин-психотерапевта. Все было намного сложнее. «Вечная звезда» была мега популярной серией книг, а потом и фильмов. Автор – Ронас Брайтли – сумел детально прописать свой мир, заставив поверить в него тысячи и тысячи читателей и зрителей во множестве стран. Айрона поражало, как точно писатель передал внутренние конфликты многих персонажей, их внутренний мир и переживания. Крайне достоверно с точки зрения тарсин-психотерапии. Что очень редко для книг.       В проблемы обитателей Вечной звезды верилось. Им хотелось сопереживать. И… огромной ложкой дегтя среди всего этого мёда оказались частые описания жестокостей, сцен насилия и достаточно неклассического и далеко не нежного секса. Посреди множества объемных и живых героев – главный – Валантис – «картонный» Марти Сью – самоуверенный и эгоистичный альфа-самец-нагибатор властитель земель и девичьих сердец, победитель монстров и спаситель народов. Главный герой вызывал у Айрона столь же сильное отторжение, как притягивал сам мир Вечной звезды. Автор был необычайно одарен. Но у него словно отбирали клавиатуру и писали за него в моменты очередного кровавого побоища, разнузданной оргии на страницах произведения или когда дело доходило до диалогов и поступков Валантиса. Этот диссонанс вызывал неподдельный интерес у Айрона. А у многочисленных фанатов Вечной звезды – бурный восторг. Профессор психотерапии имел свое вполне определенное мнение относительно людей, приходящих в эйфорию от подробного описания сцен изнасилований и разрубания тел на куски. Но поскольку они не являлись его пациентами…       К счастью, в отличие от книг и фильмов, в он-лайн игре главный герой почти не мелькал и градус суровости был сильно понижен. Зато мир представал во всей красе – обширный, реалистичный и яркий.       Сейчас, надев шлем и запустив игру, Айрон очутился посреди осеннего леса. По листьям шелестел мелкий дождь. Пахло костром и палой листвой. Низкое серое небо хмурилось тучами. Лиуш сделал пару шагов, привыкая в очередной раз к новым габаритам тела. Персонаж значительно отличался от него самого ростом и весом. Профессор играл за полуорка – высокого и широкоплечего здоровяка с рельефными мускулами, светло-зеленой кожей, острыми клыками, торчащими из-под нижней губы и густыми белыми волосами, собранными в множество косичек. Лицо отчасти сохранило прежние черты, получив особенности расы. В жизни тридцатипятилетний профессор выглядел примерно на двадцать семь. Приятный, но не особо запоминающийся облик. Ухоженность, средний рост. Куда менее впечатляющие мышцы – четырех часов в спортзале в неделю хватало, чтобы быть в форме, но не доставало для того, чтобы стать таким же качком, как персонаж игры. Просторные черно-золотые одеяния Темного жреца. Посох и ритуальный кинжал на поясе. Играть за обычного воина показалось Айрону скучным, и он выбрал класс посложнее, но перспективнее.       Нынешнее тело было быстрым и сильным. Не по меркам игры, а в сравнении с реальным. Лиушу это нравилось. Побегав по локации и дополнительно прокачав и без того высокоуровнего персонажа, полуорк направился к небольшому лагерю с уютным костром и тканевым навесом. Хотелось просушить одежду, выпить чего-нибудь горячего и пообщаться.       У костра разместились трое низших эльфов. Их также именовали лесными, диковатыми или двоеполыми – из-за возможности менять пол в любое время по своему желанию. Сейчас все трое выглядели юношами. Симпатичные лица, острые ушки, изящное телосложение, простая бедная одежда из грубой ткани и выделанной кожи, деревянные украшения. Самое заметное отличие – в цвете волос. Самый миловидный был огненно-рыжим, самый высокий и жилистый – брюнетом с длинными прямыми локонами цвета воронова крыла, слегка круглощекий и кудрявый – блондин. Лесные разведчики и сборщики трав.       — Ульнар! Как хорошо, что ты здесь. – первым приветствовал полуорка рыжий.       В столь теплом приеме не было ничего странного. Это в классическом фентези эльфы и орки враждовали. Здесь светлую фракцию представляли люди и крылатые скайлу. Темную – демониды. Именно эти две коалиции делили меж собой территории и сферы влияния. Гномы, дикие эльфы и зверолюды не имели своих целостных государств – только отдельные локации или домены, которые чаще всего попадали под власть Светлых. Орки, тролли, гоблины и огры со своими землями как правило доставались Темным. Но это не значило, что какая-то локация с проживающим на ней кланом орков не могла оказаться под протекцией Светлых. Или лес с небольшим кланом диковатых эльфов вполне мог вынужденно служить Темным. В игре конфликт условно Темных и условно Светлых рас был стерт еще больше для удобства игроков. Улнар – персонаж Айрона был полуорком Светлой фракции. Как и трое сборщиков-эльфов из лагеря работали на Светлых.       — Как прошел сбор? – поинтересовался орк.       — Отлично. Удалось найти поляну огнецветов. За них хорошо платят. – радостно отозвался рыжик, — Совершенно неожиданно. Кажется, они не должны были вырасти так быстро! Мне повезло.       Общительного рыжего эльфа звали Шейн. Он, как и его товарищи, был студентом-первокурсником факультета тарсин-психотерапии в столичной Академии, где Лиуш бывал с рабочими визитами и то не слишком часто – хватало работы в двух других Академиях. Все трое студиозусов жили в одной комнате в общежитии и подрабатывали сбором трав для большой игровой гильдии. За это платили вполне реальные деньги – как раз хватало на дешевую еду и изредка на одежду. По официальной версии Ульнар был начинающим тарсин-психотерапевтом. По данному направлению, существовавшему лишь шесть лет, успел завершить обучение пока лишь один выпуск студентов. Так что для юных знакомых профессор был двадцатидвухлетним недавним студиозусом, полгода как трудящимся в небольшом тарсин-центре и ведущим скромный прием пациентов.       В начале обман и «внедрение» нужны были для исследования. Позднее – неожиданно для самого себя — Айрон привязался к Шейну. И не мог оставить того без помощи. Шейн происходил из нищей семьи, где отец пил запоем и поколачивал мать. Забота о троих младших детях легла на плечи юноши – старшего из четырех отпрысков. И только чудом поступив в столичную Академию парень сумел выбраться из кошмара. Даже бедное общежитие было пятизвездочным отелем по сравнению с теми условиями, в которых юноша обитал раньше. Ни орущего и злого пьяного отца, ни виснущих на нем младшеньких. Только столичная жизнь и учеба. Мир казался полон перспектив. Но не тут-то было. Лиуш отчетливо видел – способностей к тарсин-практике нет ни у одного из троицы. Шейну не доучиться до выпуска. И не устроиться на работу в столице без образования. А значит – придется вернуться в родной город – снова в крохотную квартирку родителей.       «Я должен натаскать его в достаточной мере, чтобы он хотя бы закончил Академию. С высшим образованием будет проще не пропасть.» — решил тогда Айрон и принялся реализовывать план, постепенно обучая юношу тому, что когда-то сам изобрел.       Кроме того, Лиуш порой незаметно подпитывал энергией места сбора трав, на которых работал Шейн и засевал на его локации редкие растения, обеспечивая парню чуть более обильный и частый урожай. Само собой – Шейн об этом не знал. Как и о том, что Лиуш постепенно влюбляется в него. Возможно Айрона мучила бы совесть за недостойные однополые чувства. Тем более к тому, кто на семнадцать лет младше него.       Но профессор не планировал когда-либо признаваться объекту своей страсти и заходить дальше нынешней теплой дружбы.       «У Шейна нет больше никого близкого. Его соседи по комнате ему не друзья. Я не могу оставить его без нашего общения и поддержки, без помощи!» — думал Лиуш.       Тарсин-практика позволяла Айрону не корить себя за те чувства, что он не в силах контролировать. Тем более, что эти чувства не приведут к продолжению в виде действий. Он поможет рыжику и не побеспокоит его признаниями. Если в стране царили гомофобные традиции, для себя Лиуш не считал однополую любовь чем-то нехорошим. Впрочем, в своих книгах по психотерапии этот вопрос он деликатно обошел, дабы не нарваться на неприятности от власть имущих. И лечить – тем более принудительно, как велел закон – гомосексуалистов никогда не соглашался. Благо возможность выбора у профессора была.       «Шейну сталкиваться с терзаниями по поводу однополых отношений точно не стоит. Слишком большое потрясения для и без того сложной жизни.» — думал Лиуш.       — Ты сегодня какой-то грустный. – с тревогой заметил Шейн, наливая орку горячего чая с травами в кружку, — Все хорошо?       — Да! Лучше расскажи – как твой день в Академии?       — Ох, целых четыре лекции. У меня закипают мозги. – пожаловался Шейн, — Мы проходили основы тарсин-гипноза. Вот скажи, пожалуйста – как понять…       Рядом потрескивал костер. Золотые искорки уносились ввысь в темные сумрачные небеса.