Мертвая почва

Это утро началось странно. Рите позвонила Наташа и предложила подвезти её на работу, а заодно более подробно обсудить вчерашний инцидент между ней и Боковым. Рита, все ещё находящаяся в полудреме, согласилась и сбросила, а только потом поняла, какой инцидент они будут обсуждать по дороге в участок. Скрипя зубами, Ковалева все-таки начала неспешные сборы. Шестичасового сна не хватило для того, чтобы полностью включить мозги. Да и этот сон был не спокойный — она постоянно просыпалась то открывая окно, то закрывая. И сейчас, наскоро сделав себе кофе, Рита начала одеваться. Наташе ехать всего минут пятнадцать до неё, поэтому времени на завтрак нет. Да и не сильно хотелось. Быстро натянув джинсы, футболку и взяв куртку, — в семь утра даже этим летом было холодно, — Рита вышла в коридор, забирая с тумбочки у входа сигареты, ключи от дома и машины. Выйдя в подъезд она встретилась с пожилой соседкой из квартиры напротив, идущей кормить птиц. Коротко улыбнувшись, Рита быстро пробежала по лестнице, оказываясь на улице уже через несколько мгновений. У подъезда уже стояла машина, из который выглянула Наташа, улыбаясь и подзывая к себе. — Ну, давай ещё раз, — хмыкнула Добровольская, как только дверь машины захлопнулась. — Он довез тебя вчера, ты пригласила его на чай и как-то так вышло, что вы поцеловались, так? — Да, — ответила Рита, закрыв лицо руками. — Как стыдно то. — Перед кем? — Да перед всеми, — чуть громче обычного сказала Рита. — Перед ним, перед тобой, перед собой. — Ты влюблена? Этот вопрос поставил Ковалеву в тупик. Она не могла ответить на него даже себе: с одной стороны Евгений её раздражал своим поведением, а с другой притягивал сильнее положенного. Сколько бы она не думала об этом на досуге, понять так и не смогла. — Ладно, тут по вчерашнему звонку было все понятно, — махнула рукой Добровольская, выезжая на оживленную дорогу. — И все же я за то, чтобы вы поговорили лично. — Если бы это было возможно в наших обстоятельствах, — усмехнулась Рита, доставая из пачки сигарету и закуривая. — Это точно, — взяв предложенную сигарету ответила Наташа, смотря на дорогу. Все оставшееся время они говорили о чем угодно, лишь бы не возвращаться к работе. Уже на парковке перед зданием прокуратуры их встретили Евгений с Валерием, говоря о том, что им надо ехать на задержание. Чье именно Рита так и не поняла, но покорно пошла к одной из полицейских машин и села на переднее сидение, лишь бы лишний раз не встречаться с Боковым взглядом. Он же поместился на заднее, пока за руль садился один из оперов. Дорога за город шла в тишине, заполняемой только играющим радио. Но и оно мысли не успокаивало, а раздражало только сильней. Сидящий сзади Боков тоже, по видимому, был не в настроении, что выдавало громкое дыхание, из-за чего по коже лишний раз бежали мурашки. Они оказались на месте уже через десять минут. На небольшой полянке, вдали от человеческих глаз, была припаркована красная машина, марку которой Рита рассмотреть не успела — выскочившие из машин опера быстро вытянули молодого парня из автомобиля и уложили на землю, удерживая руки за спиной. Ковалёва вышла сразу за Боковым и ещё одним опером, шагая в сторону задержанного. Из краткой беседы в самом начале пути Рита поняла, что парень, на которого только что надели наручники, задержан за покушение на убийство. Особого интереса в том, о чем им рассказывал Боков, у Ковалёвой не было, из-за чего она рассматривала носки своих ботинок. Прохладный ветерок обдувал лицо, спутывал волосы и метал край куртки в разные стороны. Это, хоть и было тем, на что Рита никогда не обращала внимания, сейчас успокаивало как никогда. Давало мыслям улететь вместе с ветром и, наконец, начать нормально работать, не обращая внимания на Евгения. — Ты, Маргарита Андреевна, дуй с Наташей за Игорем, — в своем привычном недовольном тоне сказал начальник, выводя Риту из транса. — И из облаков своих выныривай, работать пора, времени в обрез. Рита не ответила, только кивнула и вместе с Добровольской отправилась к одной из машин. Рита села на заднее сидение и оперлась головой на стекло, встречаясь взглядом с на пару секунд застывшим Боковым, стоявшем около машины задержанного. Коротко улыбнувшись, Ковалёва почувствовала, как машина тронулась и прикрыла глаза, мечтая задремать хотя бы на несколько минут.

***

Предварительно девушки заехали на работу, чтобы наконец оставить ненужные вещи и выпить немного кофе, чтобы взбодриться. Выйдя из машины, Рита с Наташей пошли в сторону входа, здороваясь с редко проходящими мимо сотрудниками. — Лучше бы ты с Боковым напросилась остаться, — тихо сказала Наташа, пересекая порог пустого кабинета. — Ага, чтобы слушать поток брани и выбивание признания? — хмыкнула Рита, подходя к подоконнику. — Нет, спасибо, мне с ним приятней находиться, когда он в состоянии спокойствия. — Я его спокойным вообще не видела, — вздохнула Наташа, закуривая. — Вечно ходит как бабка ворчливая и орет на всех. — Я бы тоже была недовольна, если бы меня в другой город отправили, не отпуская обратно, — ответила Рита, наливая кипяток в кружку. — Ладно, что будем с Мальцевым делать? Наташа поджала губы и вздохнула. После всего того, что уже произошло, забрать Игоря даже с его родителями будет делом не из легких. Мальцев-старший, скорее всего, снова начнет рвать и метать, пока будет печатать очередную провокационную статейку в газету, а его жена будет шептать сыну на ухо, что можно говорить, а что нет. И Рита прекрасно это понимала, поэтому и спрашивала — сосредоточиться на работе полностью и придумать план, как уговорить родителей отдать мальчика на опознание ей было не по силам. Весь мозговой процесс свалился на плечи Наташи. В конце концов, спустя час обсуждений и раздумий, Рита предложила действовать по ситуации или придумать что-нибудь по дороге до дома Мальцевых. Ехать нужно было не больше часа от выезда из города, так что полтора часа обеспечены, с учетом загруженности дороги и медленной езды Добровольской. Боков, конечно, будет недоволен столь долгим отсутствием подчиненных, но выбора не было. Рита поправила куртку, поставила кружку с недопитым, давно остывшим кофе на подоконнике и вышла из кабинета. Вслед за ней тут же вышла Наташа, надевая плащ. Дорога шла спокойно, тихая музыка разбавляла тишину в салоне и Рите даже посчастливилось немного поспать, пока Наташа вела машину. Она разбудила подругу, только когда остановила авто недалеко от дома Мальцевых, заставляя открыть глаза и недовольно оглядеться вокруг. На улице стало теплее, время ушло за полдень. На территориях домов, окруженных лесом, было тихо — будние дни вынудили владельцев отправиться на работу, забывая про выходные. Рита сначала подумала, что и Мальцевых дома не окажется, из-за чего придется сидеть в машине до их приезда, но спина Геннадия, — отца Игоря, — позволила выдохнуть. Мужчина сидел за печатной машинкой, не обращая внимания на шаги по крыльцу. Только когда Наташа постучалась, сразу начав извиняться за непрошенный визит, он повернулся и вздохнул, не скрывая раздражения. Он сразу начал отказываться от опознания, но когда Наташа упомянула о «подписке о неразглашении», мужчина заметно напрягся. Рита только хмыкнула — видеть, как Геннадий испугался потерять «источник информации» в лице собственного сына, было достаточно забавно.

***

Рита шла по коридору рядом с Наташей и Мальцевами, когда на улицу опускался вечер. Добровольская объясняла Игорю, что будет происходить, и остужала пыл его отца, пока Ковалёва надеялась, что скоро это все кончится. Ей нужен был не просто отдых, а точный перевод в другой отдел после всего, что она видела за эти дни, кажущиеся вечностью. Она ещё в конце прошлого года начала думать, чтобы перевестись куда-нибудь подальше от Москвы. Ей не нравился этот город, хотя люди вокруг были весьма хорошими. Наверное, только они и удерживали её тут: бабушка с братом создавали иллюзию семьи, хоть она и была часто занята на работе, коллеги скрашивали иногда скучные дни на работе, а соседи всегда казались доброжелательными к служительнице порядка под боком. Всю эту идиллию рушил только Боков, появившейся совсем недавно и не давая спокойно дышать. Риту уже не в первый раз за время работы над этим делом давала себе обещание, сразу после его закрытия собрать вещи и попросить начальство подписать приказ о переводе. От мрачных мыслей её отвлекла дверь, открывшаяся прям перед носом. Недовольно взглянув на Бокова, Рита закатила глаза и вздохнула, обходя его и пересекая порог кабинета. Евгений ничего не сказал, проводил её взглядом до стола и повернулся к Игорю. Рита устало плюхнулась на свой стул, опуская голову на лежащие на столе бумаги. За её спиной уже стояли несколько мужчин и обвиняемый, ждущих свидетеля. Игорь же быстро вошел в кабинет вместе с остальными, сразу опознав Дмитрия. Только вот не как «Фишера», а как друга младшего Мальцева. Когда Наташа вышла вместе с Игорем, а Боков выгнал Геннадия, Рита с жалостью взглянула на подозреваемого. Не верилось, что именно он мог совершить такое с детьми — хоть он и был, как выразился Боков, пидором, но вряд ли педофилом. Ковалёва рисовала в голове образ психопата с безумными глазами, а Лаваль был обычным пианистом. Совершенно нормальным, если не считать его «особенности». Но Евгения было не переубедить — подозреваемых больше не было, а генпрокурор требовал выдать ему того, кто будоражил общественность. Находиться в кабинете Рита больше не могла. Встала и практически выбежала в коридор, не в силах слушать речи Бокова о возможных вариантах исхода событий для подозреваемого. Она как могла пыталась заставить себя поверить, что это он, но тихие всхлипы парня просто не давали этому случиться. Ковалёва нутром чуяла, что это все не закончится. Что будет ещё один труп. Когда — неизвестно. Но чувство вины за это авансом начинало преследовать её по пятам, вплоть до выхода из здания. Наташа захлопнула за старшим Мальцевым дверь и пошла к основному входу, пока Рита доставала сигарету с желанием выкурить всю пачку. Нервы шалили не на шутку, не позволяя нормально думать и понимать, что вообще происходит у неё внутри головы. Все смешивалось в одну большую кашу с комочкам, не позволяя даже вдохнуть полной грудью. Трясущиеся руки никак не могли зажечь спичку. Рита сжимала сигарету в зубах, сминая фильтр, пока нервы, наконец, не сдали окончательно — она отбросила спичку куда-то в сторону, вздыхая и надеясь, что скоро окажется дома. Холодная рука аккуратно коснулась пальцев, забирая спичечный коробок. Рита повернула голову, встречаясь с глазами Бокова — сейчас они будто поменялись ролями. Вечно нервный и дерганный Евгений стоял совершенно спокойно, быстро зажигая спичку и поднося её к концу сигареты, а тихая, но язвительная Рита не могла совладать с эмоциями и психовала, как ребенок. — Немного осталось, потерпи, — вздохнул Евгений, откидывая быстро истлевшую с спичку куда-то в сторону. — Да не верю я, что это он, — вздохнула Рита. — Еще столько всего не проверено, доказательств никаких. Евгений не ответил, вздохнув. Видимо, и сам нутром понимал, что это все — сплошная дичь, но совладать с собой не мог. Приходилось прогибаться под требования генпрокурора, не имея права и слово вставить. Всем хотелось покончить с этим, как можно скорее, дать общественности выдохнуть спокойно и снять напряжение. — У тебя нервишки шалят, езжай домой, — так же тихо добавил Боков. — Завтра разберемся. — Шел бы ты куда подальше, Жень.