12 или 27?

Спустя двенадцать лет у храма Мусаши. — Наконец-то это время настало, — велело улыбаясь, сказал Кейске. Чифую: — Да, мы так долго ждали. Хаккай: — Если бы не Таканчик, я бы не вспомнил. Майки: — Хаккай, как так? Нахоя: — Это же твоя идея и была. Соя: — Кто-то вообще помнит, что туда положили? Все: — Нет! Хаккай: — В этом и есть суть капсулы времени. Па: — Давайте уже открывать! Пэ: — Ты же не участвовал, когда её собирали. Казутора: — Я тоже не участвовал, но нам с Па интересно, что вы туда положили. Дракен: — Вообще согласен с Па. Давайте откапывать. Интересно же. Все: — Да! Были только двое, кто молчал, но улыбался. Это были Кисаки и Хината. После того, как всё откопали, они достали коробки и стали разбирать. Баджи: — Мицуя, игрушка? Серьезно? Чифую: — Неужели ты был из тех, кто не мог уснуть без игрушки? Мицуя: — Завались! Это была первая вещь, которую я сшил своими руками для Луны и Маны. Так как мы были бедные, то не могли покупать им игрушки и я решил из старых вещей сшить им зайку. Дракен: — Мило. Хина: — Это пипец как мило! — с искрами в глазах завизжала нынешняя Тетта в объятьях мужа, от чего все рассмеялась. Кисаки: — Для девочек такие вещи всегда милые. Мицуя: — Ну а будущему себе я написал: «Возможно, если бы мы не были бедными, я бы до сих пор метался в поисках себя. А так я 100% из швеи Свастонов перерасту в модельера». Дракен: — Ха-ха швея Свастонов. Помню мы первое время тебя так называли. Майки: — Ага, Баджи, а у тебя что? Баджи: — У меня оберег, который мы купили в день основания Тосвы. Казутора: — Вау, это мы там ещё на детской фотке! Баджи: — Ага. А в письме: «Сначала я правда не знал, что написать, не знал кем стану и всё такое. Но позже я сам понял, что решение было у меня под носом, а именно кошак, который залез мне на стол. Я обожаю животных и есть профессия которая с этим связанна. Более чем уверен, что в будущем у меня будет хоть один зоомагазин». Майки: — Пхпхпха, серьёзно? Кошак залез к тебе на стол? Чифую: — Весело! Баджи: — Ну да. Чиф, а у тебя что? Чиф: — Я положил журнал с самолётами. В письме я написал: «Как-то в детстве я мечтал стать пилотом, путешествовать и летать в разные страны. Но позже в подростковом возрасте я встретил парня которым стал восхищаться. Чем больше я проводил с ним время, тем больше я был уверен, что и в будущем как-то буду связан с ним. Ведь и я сам понимаю и много кто мне говорил, что я приставучий и более чем уверен, что в будущем я буду ходить за Баджи-саном хвостиком». Баджи: — Ахаха, так оно и происходит. Чифую: — Ха-ха. Дальше много кто по открывал письма: Это были Хаккай; Нахоя; Соя; Пе. Дракен: — Будущему мне: «Хоть я и сказал на собрании, что против решения главы ничего не имею, но я был сильно расстроен. Свастоны стали для меня семьёй, которой у меня не было в детстве. Но я так же знал, что слова Майки имеют большой смысл и он прав. Тем более на роспуске Тосвы ничего не заканчивается. Мы так же будем друзьями. Поэтому я взялся за любимое дело, а именно ремонт байков и уверен: в будущем моя работа не поменялась». Майки: — Ты прав, мы вечно будем друзьями. Так, а у меня. Моя любимая простыня. Дракен: — Это та, с которой Шиничиро не расставался? Майки: — Дааа. А потом я у него в наглую стыбзил. В письме: " Я не знаю, чем я буду заниматься через 12 лет, ведь как таковых увлечений, как у остальных, у меня нет. Возможно я буду помогать Шину и Кен-чику в магазине байков. Возможно бизнес открою. А может ещё чего. Но более чем уверен, что наша компания никуда не денется и мы вечно будем вместе». Мицуя: — Ну а ты открыл бизнес. Фабрику по производству сладостей. Баджи: — Но ведь он у нас сладкоежка. Дракен: — Осталось только одна коробка, — все перевели грустный взгляд на коробку с надписью «Такемичи» Майки: — Он не пришёл, — Манджиро было тяжелее всех. Десять лет прошло после того, как он последний раз видел возлюбленного. Баджи: — Для него Тосва семьёй стала. Давайте подождём? Может придёт? Все: — Давай. Шин: — Вы тут всё открыли? Дракен, я магазин закрыл уже и Инуи домой пошёл. А вы чего такие грусные? — только пришедший Шиничиро перевёл взгляд на единственную запечатанную коробку и тоже погрустнел, — десять лет прошло… Чифую: — Мы хотим подождать его. Вдруг придёт. Шин: — Я с вами! Для него Тосва самое важное. Он не может такое пропустить, — все с ним согласились и сели ждать. Один час, два часа, три часа, а его нет. На улице уже полночь и возле храма давно горят фонари. — Он не пришел, — грустно и чуть зло сказал Майки. Баджи: — Да как он может?! — Давайте откроем? Может там объяснение есть? — с надеждой спросил Такаши, все с ним согласились и открыли. В коробке лежал конверт, кулон с зелёными камнями в виде клевера и фото Тосвы в рамке. Шин: — Он фото Тосвы положил. Мы для него дороги, так почему он не пришёл? Мицуя:. — Что за кулон? На вид он хорошо сохранился. Кисаки: — Давайте письмо прочитаем? Он должен был как-то объяснить это. Майки: — Согласен, — Чифую уже потянулся за письмом, но его остановил голос. — Стой. Когда он ко мне приходил в колонию, просил, что б письмо прочитал Дракен. Я тогда подумал, что он в отъезде в этот день будет, но ошибся, — грустно сказал Ханемия. Дракен: — Почему я? Казутора: — Не знаю. Он просил, что б это сделал ты. Дракен: — Ладно…