Эксперимент номер 367

            ******

— Что ты такое?! Человек? Или растение? — Я и сам не знаю. Профессор называет меня «Эксперимент номер 367». — Откуда ты такой взялся? — Сколько себя помню, я жил в таком месте… профессор называл это странным и длинным словом «лаборатория». Мне не разрешали выходить оттуда. Лаборанты зорко следили за мной: я должен был не менее 6 часов в день сидеть под фитолампой, каждый день принимать витаминные удобрения… Из лаборатории меня никуда не выпускали. А мне хотелось познать мир. И вот, я сбежал! Олеся недоуменно посмотрела на него. Все началось в обычный майский денек. Олеся шла со школы радостная, ведь сегодня была пятница, можно было не торопиться домой, чтобы быстро переодеться, умыться, разогреть и съесть приготовленный заботливой мамой еще вчера суп, немного позалипать в соц сетях и поскорее сесть за уроки. Вдруг девушка почувствовала, что сзади идет кто-то, настроенный по отношению к ней весьма агрессивно. Конечно же! Это был Леша Пастушков. «Блин, надо сматываться! Он сейчас будет мстить за сегодняшнее!» — пронеслось у Олеси в голове, и сразу же она почувствовала, как Леша больно сжал ее запястье. Бежать не выйдет. Дело в том, что Олесю в школе сильно дразнили еще с начальных классов. Вернее, дразнил только он, Пастушков. А все остальные просто слепо подчинялись ему от страха. За непослушание он мог таких звездюлей надавать, что мало не покажется. В общем, держал этот Леша весь класс в страхе. Сегодня он особенно сильно, видимо, хотел оторваться на Олесе. Он, как обычно, подошел к ней, она старалась делать вид, что не замечает его, держала в руках очень интересную книгу о ботанике. Он начал: «Ну что, тычинка, привет! А чего это ты всегда у нас одна-то сидишь? Чего пестика-то нету! Тычинка, а тычинка? А чего это ты меня игнорируешь?! Где твой пестик? Ахахахаха!». С этими словами мальчик подбежал к ней, выхватил книгу, открыл ее на рандомной странице и демонстративно начал читать вслух: «Сурепка, как и все представители семейства Крестоцветных, имеет 6 тычинок и один пестик.» — Слышь, Тычинка! Тут даже у сурепки пестик есть! А у тебя где? — В Караганде, идиот! Отдай книгу! — с этими словами Олеся встала из-за парты и подскочила к парню. Он поднял книгу высоко над головой и засмеялся своим противным смехом. Его дружки, стоящие рядом, тоже заржали. Олесе это было противно. — Эх вы, бараны! Вы зависимы от своего пастуха! Идиоты! - ухмыльнулась она. — Чего?! — лицо Пастушкова сделалось сердитым. — Того! — вдруг осмелела Олеся. — У нас тут в жизни говорящая фамилия почище, чем в произведениях Чехова! Ты, словно пастушок, пасешь стадо этих тупоголовых баранов! Они преклоняются пред тобой, а тебе это настолько приятно, что ты вот-вот захрюкаешь от счастья! Вы все — она посмотрела разом на Лешу и его «баранов» — не достойны зваться гомо-сапиенсами! У вас даже мозга нормального нет! Вашей нервной системы хватает лишь на то, чтобы есть, спать, выводить ненужные вещества из организма, размножаться и, самое главное, унижать тех, кто слабее вас и не может дать отпор! Раньше я не могла дать сдачи своему обидчику. Но больше не намерена терпеть издевательств со стороны всяких кретинов! Отдавай книгу! — А ты не оборзела, малышка? — Леша по-прежнему не отдавал книгу. — Немедленно извинись за все, что сейчас сказала! Иначе книга окажется в мусорке. Олеся и сама не знала, какая таинственная сила овладела ею в тот момент, но она просто взяла и… пнула Пастушкова между ног. Тот взвыл от боли и выронил книгу. Девушка поймала книгу. — Ты спятила?!!!!! — заорал он, обеими руками держась за ушибленное место. — Вовсе нет. — совершенно спокойно ответила она. — Уж кто здесь спятил — так это ты! — Чего вы стоите, олухи, мстите за меня! — обратился он уже не к Олесе, а к своим пацанам. Олеся поняла, что наделала дел, но отступать было поздно. Она взяла в руки стул, ударила одного парня, попытавшегося пойти на нее с кулаками, в живот, другого, хотевшего, было, пнуть ее — по ноге, а «виновника» сия «торжества», Лешу Пастушкова, наградила щедрым ударом прямо в его безмозглую башку. Тут прозвенел звонок, вошла учительница, начался урок. Урок этот был последним, и, как только прозвенел звонок, Олеся самая первая выбежала из класса. Переобувшись так быстро, как только могла и накинув легкую весеннюю курточку, девушка выбежала из школы. Но ее суперскорость все равно не помогла! Пастушков настиг ее. И сейчас Олесю ждет суровая расправа… Один из лешиных дружков заткнул ей рот рукой, и Леша потащил ее за угол. Олеся упиралась, как могла, но была слишком слаба, чтобы пересилить двух здоровых 7-классников. 5 по физкультуре ей ставили за старание. Физрук в их школе был невероятно добрый, все оценки ставил за старание: хоть как сделал, а главное — что старался! Леша затащил девушку за угол, чтобы их никто не видел, прижал к стене здания. — Значит так, тычинка недоделанная! — начал он, — либо ты завтра же извинишься передо мной на глазах у всего класса, либо я тебя сейчас побью так, что ты неделю с кровати не встанешь! Поняла? — Я ни за что не буду извиняться перед таким, как ты! Отпусти меня, паразит бесхлорофильный! — Чего-чего? Какой паразит?! Опять на своем ботаническом сленге разговариваешь? Идиотка! Тоже мне, будущий ученый! Биологичка недорезанная! — с этими словами он занес кулак и больно ударил Олесю в живот. Та согнулась и простонала. Пастушков занес кулак для очередного удара, но тут сзади послышался голос молодого парня. Из-за кустов вышел мальчик примерно того же возраста, что и Олеся. Обычный мальчик — ничего примечательного. Вот только кожа у него чуть зеленоватого оттенка, а на голове вместо волос росло нечто, похожее на траву. Голос его был звонким и чистым. — Отпусти ее. — сказал он. — Ага, щас! — Пастушков обернулся, — А ты еще кто такой? Ахах, пацаны, посмотрите на него только! Эй, ты, расскажи-ка нам, как ты умудрился подхватить морскую болезнь, когда мы на суше? С этой глупой шутки все заржали. Все, кроме Олеси и нового знакомого. — У меня нет морской болезни. С чего ты это решил? — все так же невозмутимо продолжал разговор новый зеленый знакомый. — Тогда почему ты такой зеленый, будто тебя сейчас стошнит? — с этой еще более тупой шутки все снова заржали. — Много будешь знать — скоро состаришься. Отпусти девочку. - попросил он. На это Леша показал огромную фигу. — Ладно, тогда будем действовать более решительно. — с этими словами, трявяной мальчик подошел ближе к Пастушкову, взял его руку в свою. Через две секунды Леша почувствовал, что его руку ужасно жжет. Он попытался вырвать свою руку из руки зеленого. Но все было тщетно. — Почувствуй всю мощь моих стрекательных клеток! — травяной коварно посмотрел на Пастушкова. В конце концов, тот заплакал от боли, зеленый сжалился над ним, отпустил, но с одним условием — если он больше никогда пальцем не тронет Олесю. Леша готов был хоть ноги ей целовать — лишь бы больше не чувствовать этой боли. Тот отпустил. - Прости, прости, прости, прости меня, пожалуйстаааа!!! - протянул он, заливаясь слезами и побежал куда подальше. — Домой придешь — руку свою прижги зеленкой или йодом. Жить будешь! — крикнул он на прощание улепетывавшему Пастушкову. — Спасибо… Вам… — промямлила Олеся, которая толком и не поняла, что произошло. — Не за что, всегда рад помочь! — ответил травяной. Олеся попыталась осмыслить, что вообще случилось. И у нее возникло очень много вопросов к новому знакомому. — Что ты такое?! Человек? Или растение? — Я и сам не знаю. Профессор называет меня «Эксперимент номер 367». — ответил тот. — Откуда ты такой взялся? — спросила она. — Сколько себя помню, я жил в таком месте… профессор называл это странным и длинным словом «лаборатория». Мне не разрешали выходить оттуда. Лаборанты зорко следили за мной: я должен был не менее 6 часов в день сидеть под фитолампой, каждый день принимать витаминные удобрения… Из лаборатории меня никуда не выпускали. А мне хотелось познать мир. И вот, я сбежал! — Удивительно… — Черт возьми! Мне же нужно дневную порцию азота сегодня принять! Профессор говорил, что если я не буду принимать азот, то будет… какая-то беда, я не помню какая, я вообще редко слушаю профессора… — Азот нужен растениям для роста. — подсказала Олеся. — Ах, да, точно, спасибо! Только вот, где мы возьмем удобрение? Он сам разрабатывал для меня азотную подкормку… — Может быть, тебе следует вернуться в лабораторию? — Ни на что!!! Профессор будет меня ругать, ужесточит контроль надо мной и вообще… он такой зануда! То нельзя, это нельзя! Достал! Ты предлагаешь мне упасть в яму, из которой я только выбрался?! Во второй раз выбраться будет еще сложнее, чем в первый, поверь мне! Может, ты пртютишь меня у себя негадолго? Ну, пожалуйста! Просто мне некуда идти… — Хорошо, только у меня вопрос: как тебя называть? — Я же сказал: Эксперимент номер 367! — Нет, я так не могу. Может, придумаем тебе имя? — Давай. — Хлорофилл… хммм… может, Хлорик? Как тебе? — О, мне нравится! Хлорик… Звучит… — Ладно, пошли домой, у меня есть азотные подкормки для комнатных растений — может и тебе подойдут. И еще, мне интересно, а как ты заставил Лешу плакать? — Стрекательные клетки. Как у крапивы. Леша его зовут, да? Хм, я запомню. Вот ведь, а! Гад какой! — Ага, с 1 класса меня обижает… — А ты в каком уже? — Седьмой заканчиваю… — Как можно это терпеть уже 7 лет?! — Ну вот так, как ты жил всю жизнь в лаборатории у своего профессора — так и я терпела целых 7 лет… Хлорик обнял Олесю. — Живот болит? — Нет, прошел. Спасибо тебе еще раз за то, что спас! На этом они пошли домой.