Сумрак

На улице уже была ночь, все солдаты уже спали. Только Чонгук сидел в своем кабинете даже не думая о сне. Он не заполнял документы, не готовился к следующему нападению либо обороне, нет. Он думал. Думал о том раздолбае Ким Тэхене. Узнав от Юнги, что он ранен, пускай и не сильно, он почему-то не смог это ни разу за весь выбросить из головы. Он..волновался? На огромное удивление для него самого— да. Он все время думал о том, все ли с ним нормально, смогли ли ему оказать помощь. В то же время он думал, как так вышло, что его злейший враг не смог его убить, но какая-то граната смогла его ранить? Распиздяй, что сказать. —Стоп, почему я думаю о нем? Тем более в таком ключе. Почему мне не плевать? Я должен быть рад, что он ранен. Нет, он был не рад.

***

Утро. Наступило утро, которое все изменит. Солдаты еще не успели проснуться, а Юнги и Чонгук сидели в кабинете главного и обсуждали дальнейшие действия и план, о котором командир Чон с того дня, как Тэхен был ранен. Он не переставал думать о нем, но о плане он думал все таки больше. —Чонгук, ты уверен, что в этом есть смысл? Не проще призвать еще партию солдат, лучше подготовиться и неожиданно для «Лебедей» напасть на них?– Юнги этот план не нравился. Он считал, что Чонгук просто помешался на мести. –Юнги, ты не понимаешь. Если мы сможем все воплотить как положено, это будет автоматическая победа. —Возможно. Но я настаиваю на призыве солдат. Лишним это точно не будет. —Хорошо, делай как знаешь. Иногда Чонгука даже слишком напрягало, что Юнги боится рисковать. Ему везде нужно, чтобы была подстраховка. Может, оно и хорошо, но все равно. —Солдаты, которые были госпитализированы, в каком сейчас состоянии?—продолжил Чонгук. —40 человек очнулись, идут на поправку. Часть в коме, часть в сознании, но в тяжелом состоянии. вряд ли смогут продолжить сражение в ближайшее время. —Угу. Я понял. Контролируй обстановку в госпитале. Можешь идти.— прерывисто произнес Чонгук. Юнги молча встал и направился к выходу, как вдруг его снова остановил командир. —Стой. Еще вопрос есть. Юнги развернулся к командиру, внимательно посмотрел в его глаза. —Какой? Чонгук запнулся. За пару мгновений он несколько раз передумал задавать вопрос, однако все таки спросил: —Скажи, у тебя было такое, что тебе крайне неприятен человек, прям можно сказать ты его ненавидишь, но когда с ним или у него что-то случается, ты начинаешь беспокоиться за него? —Странный вопрос..—Юнги ненадолго задумался, все еще глядя в глаза командира.—Да, было такое. Позже я понял, что мне он не неприятен, а просто я не знаю, как с ним завести хорошие отношения. Подростком был. —Вот как..хорошо, спасибо. Как только Юнги вышел, Чонгук пробубнил себе под нос: —Бред. Я его ненавижу. Это беспокойство всего лишь…часть ненависти. Я не перенесу, если мой враг погибнет от гранаты либо руки другого человека. Только в могу его убить.

***

Юнги вышел из части и направился к стоянке транспортов командиров. Он сел на свой мотоцикл и направился в тот самый лес, на то самое место, где обычно встречаются Хосок и Чонгук. Приехал он туда по просьбе Чонгука, чтобы Юнги обговорил план с Хосоком. Помимо обсуждения плана, старший лейтенант Мин хотел с ним обсудить «встречи» Хосока и Чонгука. Точнее узнать, почему его командир после них приезжает с засосами на шее и почему их встречи такие частые, если по делу им встретиться надо было лишь 2 раза. Вскоре пришел Хосок. Он надеялся увидеть своего любимого, однако увидев незнакомого парня, слегка напрягся. Чонгук никогда не опаздывал. Он был слишком пунктуальным и часто отчитывал самого Хосока за опоздания. Юнги заметил его, посмотрел и жестом показал, чтобы он к нему подошел. Хосок неуверенно подошел к нему. —Ты кто? Что тебя от меня нужно? —Хосок, я старший лейтенант Мин Юнги, заместитель командира Чон Чонгука. —Юнги смотрел на него слегка возвышенно, потянул руку. —А..приятно познакомиться. —парень неуверенно, но крепко пожал руку.–А где сам командир? —Он занят. Просил меня с тобой поговорить насчет твоих следующих действий. —Вот как..Хорошо, я слушаю, что я должен дальше делать? Юнги оперся об свой мотоцикл, поправил волосы и начал рассказывать план, который Чонгук обдумывал достаточно долго: —Значит так, ты должен нам привести заместителя командира. лейтенанта Пак Чимина, насколько я помню. Только чтобы он добровольно пришел. —Это шутка? Вы думаете, Чимин пойдет добровольно отдаваться в плен врагу? —Дослушай сначала.—раздраженно произнес Юнги. Он вздохнул, и продолжил:—Позови его в лес, просто на прогулку. Здесь его мы и перехватим—я, пару солдат и твой ненаглядный командир Чон. Затем возвращайся в часть, устрой панику, что Чимин пропал. Затем мы отправим письмо Ким Тэхену, что его заместитель у нас в плену. Они же близкие друзья, да? С детства дружат, всегда рядом. Вот мы и скажем, что либо он умрет, либо Тэхен придет к нам добровольно. —Ага..Ну придет к вам он, вы же Чимина отпустите?—с какой-то надеждой произнес младший лейтенант Чон. Юнги не сдержался и усмехнулся. —Конечно нет. Дальше ты вступаешь в бой. Тебе нужно каким-то образом уговорить Чимина, чтобы он написал документ, что в случае его недееспособности, ты заменишь его. И когда у нас будут они оба, ты станешь на командира.—Юнги довольно облизнул губы.— И настроишь весь личный состав против командиров. Вбей им в голову, что они добровольно перешли на сторону врага. Хосок на несколько секунд выпал. То, что он услышал, выбило его из колеи. Мало того, что ему придется, скорей всего навсегда, расстаться с Чимином, так еще и такая работа предстоит— настроить целую армию против командиров, которые с ними достаточно давно. Однако он понимал, что не может отказаться. Чонгук слишком много может и слишком много знает. —Сколько у меня есть времени? —Месяц. Ровно через месяц я жду тебя здесь. С заместителем. Хосок еще раз тяжело вздохнул. —Хорошо. Я понял. Могу идти? —Нет, подожди. Есть еще вопрос. —Юнги посмотрел ему в глаза, будто хищник. На губах была легкая улыбка.—Скажи честно, вы с Чонгуком любовники? —А какая разница? —Видишь ли,—старший лейтенант встал и стал ровно перед младшим по званию, скрестив руки на груди.– вы постоянно встречаетесь, даже не по делу, у Чонгука часто остаются засосы на шее. Больше никто не мог его «пометить». Советую сказать честно. Хосок немного напрягся, но ответил честно: —Да. Мы любовники. Точнее, я сегодня хотел предложить ему прекратить эти встречи. —Интересно, почему? —Потому что у меня появился другой. Передай ему это, если не сложно. Юнги даже удивился. Он отвернул взгляд от него, и немного насмешливо сказал: —Опасная у тебя игра, Чон Хосок. Но дело твое. Думаю Чонгуку больно не будет, его, по всей видимости, интересует другой человек. —Правда?– Хосоку то ли стало легче, то ли обидно.—Так даже лучше. —Да. Значит так, завтра здесь ждем Чимина. На этом наша встреча окончена. До завтра. Сделай все в лучшем виде. —До завтра. Чимин направился в сторону своей части. Ему предстоял тяжелый вечер и не менее тяжелый завтрашний день. Юнги оставался на месте. В голове был шквал эмоций. С одной стороны, ему было противно, ведь его друг оказался геем, и он был зол, ведь он ничего ему не говорил. С другой, эти отношения помогли им приблизиться к уничтожению отряда «Лебедь», соответственно и к концу войны. Вся война зависала целиком и полностью от двух отрядов— «Неуловимые» и «Лебедь». Если один из отрядов рухнет, стороне, которая потеряла отряд, придется сдаться, ведь все деньги, солдаты и надежды были отданы отряду. Когда Чимин уже скрылся из поля зрения, он сел на мотоцикл и уехал. Через месяц настанет тот самый день, в который начнется конца.

***

Прошел месяц. Хосок вернулся в часть с прогулки. Пока он ходил, он долго думал о завтрашнем дне. Завтра он потеряет его. Свою любовь. Младший лейтенант понимал, что выхода у него нет. Начало положено. Чимин без проблем подписал документ, который говорил, что Хосок встанет на его место, если с ним что-то случится. От этого Хосоку было больнее. Ему так доверяют. Но все уже предрешено. Хосок хотел провести вечер с Чимином. Только с ним. Он сразу пошел искать своего лейтенантика. Обыскав всю часть, он наконец нашел его в курилке с сигаретой, что было нетипично для лейтенанта. —Чимини, наконец я тебя нашел.—Хосок сел рядом с ним, обняв одной рукой за плечи.– что-то случилось? почему ты куришь? Чимин посмотрел на Хосока взглядом, полным тревоги и страха. он выбросил сигарету и уткнулся в его плечо. —Я ужасно устал. Меня эта война вымотала до последней нитки. Я ненавижу все это, ненавижу этих «Неуловимых». Всех ненавижу. —Тише, тише, солнце..Ты просто устал, я понимаю. —Хосок нежно погладил его по затылку. У самого сердце разрывалось за любимого. —прошло около месяца с ранения Тэхена, а шрамы еще не зажили. Я сомневаюсь, что «Неуловимые» будут столько бездействовать. У меня очень дурное предчувствие, милый. Я не переживу, если ты или Тэхен..погибнут. —Чимин, у тебя паника. Тебе нужно успокоиться.—Хосок уже чуть не начал плакать. Предчувствие Чимина никогда его не подводило. Собравшись с последними силами, он произнес:—Давай завтра проведем время вдвоем? —Как?—Чимин поднял голову, преданно глядя в глаза Хосоку. —Отпросимся у Тэхена на пару часов погулять. Просто будем гулять в лесу и болтать обо всем. Я тебе покажу очень много красивых мест. —Вообще можно. Но если вдруг тревога начнется? —Возьмем рации. Да и далеко мы не будем, за 5 минут добежим. —Хорошо, так и сделаем. Спасибо тебе за все. Я тебя безумно люблю. У Хосока казалось остановилось сердце. Чимин сказал это в первый раз. Ему было очень приятно, но при этом ужасно больно. —Я тоже тебя, мое солнце.

***

—Завтра тот самый день. Завтра все начнется.—спокойно, но не без радости произнес Чонгук. Он был в комнате один. Теперь Чонгук привык разговаривать самим с собой. Месяц назад у него был тяжелый разговор с Юнги, после которого они почти не разговаривают.

*flashback*

Юнги буквально ворвался в кабинет Чонгука. —Долго ты собирался об этом молчать?—лицо старлея было все красное от злости. Казалось, он вот-вот бросится на командира. Чонгук спокойно повернулся к нему, внимательно глядя ему в глаза. Он был удивлен, таким злым он не видел своего друга очень давно. —О чем молчать? Что случилось? —Сука, о том что ты пидор! Думал, я не узнаю? Думал, не узнаю о твоих «встречах по делу» с Хосоком? Чонгук нервно сглотнул. Вот что, а это он ожидал услышать меньше всего. —С чего ты взял? Это он тебе сказал? Ты все не так по.. —Блять, даже не думай оправдываться. Мы с тобой больше 20 лет дружим, а я только сейчас узнаю, что ты гей? Да и от кого, от твоего любовника! —Юнги, присядь, успокойся.—Чонгук встал и попытался подойти к другу детства. —Даже не думай меня трогать своими пидорскими ручонками! —Да угомонись ты. Ну гей я, и что с этого? —Мы с тобой блять под одним одеялом спали, пили вместе, в одной казарме сколько лет. Мы с тобой нахуй через все прошли, я тебе все о себе рассказал, а ты мне такую важную вещь даже не смог сказать. Ты блять просто трус. Чонгук молчал. Ему было больно это слышать от своего друга, но это была правда. Он давно понял, что по парням, но никак не осмеливался сказать об этом Юнги. —Да, я трус. Можешь мне даже всечь за это. Но я такой, какой есть. Ничего с этим сделать не могу, я родился таким. Юнги правда хотел ему уебать. Его всего трясло от одного вида командира. Он со всей дури ударил по шкафу, сломав там дверь. —Ты жалок. Кстати хочу тебя сразу поздравить— твой любовничек бросил тебя. —Ну круто. Юнги, пойми, я с ним встречался лишь для того, чтобы быть ближе к «Лебедям». Только из-за этого. —Да мне похуй, веришь? Я даже догадываюсь, ради кого ты сближался с Хосоком. Юнги не стал дальше слушать его, он молча вышел из его кабинета, громко хлопнув дверью.

*the end of flashback*

С тех пор они больше не были друзьями. Сослуживцы, не более. Первое время Чонгуку было тяжело, но, как он любит говорить—ко всему можно привыкнуть. Главное, что Юнги на «отлично» передал весь план Хосоку, а тот выполнил нужную часть в срок. —Ким Тэхен, тебя ждет незабываемое время. Уж поверь.