Поймай меня, если сможешь.

— При всем моем уважении, мистер Харрисон, но это бред. Моя мать в ходе этого расследования погибла, — последовала небольшая пауза, слова давались мне с трудом, а болезненные воспоминания дымкой проносились перед глазами, — а вы решаете передать это дело мне? Это вы так неудачно пошутили? Если нет, мне наверное следует усомниться в вашей профессиональности, — я наигранно усмехнулась. Услышать такие слова для довольно опытного следователя было оскорбительно. — Ну-ну, сбавь обороты, девочка. Я подумал, что ты, как и многие в глупых фильмах, решишь взяться за дело и отомстить за мать, — он сделал какой-то неоднозначный жест рукой и взялся за кружку с кофе, — твоя мать очень предсказуемо умерла, тем более с ее подходами, — последние слова он проговорил тише и медленней, словно они тяжело ему давались. — Вы предполагали о таком исходе и не отстранили ее? — он заметил мое замешательство и «быстро выплюнул». — Было слишком поздно… — последовала долгая пауза, каждый думал о своем. Я о том, что теперь делать. Мысли путались. Наконец Харрисон нарушил удушающе-затяжное молчание, — меньше слов, больше дела. Вы берётесь или нет? Раньше я никогда ничего серьезного не расследовала, но повидала много чего. От мордобоя в кафе до перестрелки у моста. Он смотрел на меня с вызовом. Я отвела взгляд и промямлила. — Я рассмотрю детали этого дела и дам вам ответ, — я сказала это быстро и на выдохе, чем «заслужила» усмешку начальника, тот покачал головой. — Я в вас не сомневался, — он взял кофе и встал к панорамному окну оказавшись ко мне спиной, — дело в кабинете 19. Вы конечно же работаете не одна, Лео введёт вас в курс дела. До скорого. Смысла продолжать диалог не было, и я, не удосужившись попрощаться, вышла. На ватных ногах далеко не уйдешь, поэтому я плюхнулась на первый в поле зрения диван и схватилась за голову, став массировать виски. Которые, казалось, могли в любую минуту взорваться от перенапряжения. Осознание пришло быстро. Следующей могу стать я. Действовать надо аккуратно, ведь неверный шаг может привести меня к пуле во лбу. От этой мысли меня передернуло. Нужен был надёжный план. Пожалеть себя я всегда успею, поэтому я встала и решительно пошла к Лео. Ну и имечко конечно, подумала я, надеюсь не говорящее. Подойдя, я постучалась и не дожидаясь разрешения вошла. — Здравств… — я не договорила увидев нелицеприятную картину. На столе, вальяжно расположился молодой человек, лет двадцати пяти, попивая, как я поняла вино и улыбаясь во все тридцать два. Увидев такую картину, моя надежда услышать хоть что-то дельное от него улетучилась, и я присела на диван. На одну головную боль больше. М-да уж. — Давно хотел с тобой познакомиться, — видимо, успел он выпить немного, ведь говорил тот связно, смотря на бокал в своей руке. Его ничуть не смущала ни обстановка, ни моя вздёрнутая бровь. — А мне то как приятно, — я закатила глаза, — где папка с делом? — И принялась глазами искать на заваленном столе хоть что-то похожее на папку. Он с минуту помолчал, а потом обернулся и я увидела дело, которое он небрежно кинул мне. Как же меня раздражала эта ситуация, но я всё ещё старалась сохранить хладнокровие. — Я не думаю, что ты найдешь там что-то интересное. Твоя мама, без обид, ничего толкового не откопала. Но у меня есть план.

— План?