Приоритет Приора

Прошёл уже месяц с того времени, как на предплечье Мартена появился узор. Это было переплетение цветов в тон её голубых глаз, и рисунок волшебным образом напоминал пару слов… Лу Рид. Вообще, рисунок ему не мешал: форма Приора надёжно закрывала рукава, даже если остаться без плаща или пиджака: он всегда застёгивал пуговицы на манжетах рубашки. Мешало то, что он не мог завести эту тему с мадемуазель, так нагло укравшей его сердце ещё до Распределения. Хотя, по правде, это было бы справедливо. Видя, как Кей счастливо уходит после работы с Даниэль, а Гектора встречает любимая, Иво задавался вопросом: «Неужели они не боялись?» Он никогда не был чересчур скромным, даже в таких деликатных делах мог найти безопасные слова, просто именно с ней ему было неловко. А она, в свою очередь, слушала инстинкт самосохранения, уверенно шепчущий ей, что сказать Приору, что ты его предначертанная — это как минимум попытка самоубийства.

***

Прошёл ещё месяц, а он всё так же бросает на неё взгляды, полные любви и нежности. Пускай внешне это мало отличается от мрачной просьбы уйти и не попадаться ему на глаза ближайшие полгода. В ящике его стола лежит несколько вкусных конфет: по одной он съедает каждый раз, когда решается перестать быть ледяной глыбой — получает вознаграждение. Изначально конфет было пять, а сейчас в ящике три. За два месяца, правда, но всё же. Её фотография, которую хитро, якобы для дополнительных документов, сделала верная Даниэль, не первый день находилась в секретных местах: за паролями в его телефоне обычная и в самом надёжном тайнике распечатанная. Голубые глаза пронзают насквозь, доходя до самых глубин его сердца, кружат голову и дурманят. Светлая кожа так и манит его губы… Он готов исцеловать её всю. Дарить дорогие подарки… Что он, в принципе, и так делает. Он готов стать тем, на кого она захочет и сможет опереться, когда ей захочется побыть чуточку слабой. Стеной от невзгод, подушкой для плача, ушами для слов… Что же. Мартен готов сделать всё ради Рид. Разумеется, карьеры это не касалось: Приор всегда разделял работу и личную жизнь, хотя таковой у него не имелось: он предпочитал работать, пока не уснёт. Но в остальном…

***

Приближался День рождения Лу. Мартен понятия не имел, что можно подарить такой необычной девушке, но спрашивать у Стоуна считал неправильным: не факт, что не свалит на то, что она будет рада и шоколадке, да ещё подумает что-то не то. Или то… Но не суть. Как слышал Иво, Кей планировал подарить сертификат на покупку шлема, Даниэль — новый удобный костюм, а Гектор — дополнительный выходной и бутылочку крепкого. Решив, что пора бы решить, мужчина отправился в коридор, чтобы подумать. Там его ждала Лу: сегодня была её смена. — Месье Приор? — чтобы избежать неловкой ситуации, указала на своё присутствие девушка. Как будто его сердце не греет её появление в пределах десяти метров. — Доброе утро, — вежливо кивнул Иво. «Чего это он? Здоровались же». — И Вам. Решив не рисковать открыто спрашивать, Приор прошёлся вдоль места работы Даниэль, непонятно на что надеясь, потом обошёл одну из колонн и в полнейшей задумчивости прошёл мимо вышедшего в коридор Баретти. Спрашивать у Приора о причинах его поведения считалось неприемлемой вольностью, как и пускать в его сторону косые взгляды, поэтому Гектор предпочёл обратить внимание на Рид. Она сидела возле кабинета Мартена в длинных брюках и свободном свитере, потому что было прохладно. На ногах были кроссовки: никаких мероприятий и выездов не планировалось. Волосы были заплетены в косу, глаза якобы смотрели в телефон, на самом деле тайно следя за Мартеном. То же самое делала и Даниэль, сидя за своим столом в синем свитере и чёрных деловых брюках. Её пальцы ловко бегали по клавиатуре, а сама девушка пыталась разгадать причину странности Приора. Но дело было в том, что её смена заканчивалась: Мартен отпустил её раньше из-за свидания с выходным Кеем, потому что она выполнила всё требуемое. Гектор задумчиво изучал девушек, после чего перевёл взгляд на телефон, который издал короткий звук. Его девушка интересовалась, что приготовить на ужин. Лу понимала, что в таком состоянии Иво отвлечь будет и сложно, и опасно, потому решила играть правдоподобнее и сменила сайт. Не теряя времени зря, она рассматривала покрышки, которые хотела купить. Экономя на одежде (большинством необходимой всё равно обеспечивали с работы), еде и прочем, она откладывала на апгрейд для мотоцикла, который был её лучшим другом и парнем в одном лице. Ну… В предмете. Часть одежды в её гардеробе была ещё до начала работы в Корпусе, большое количество она оставляла себе после заданий, парочку для похода по Центру выбирала вместе с Даниэль, но это было пару раз: вначале она выбрала белый брючный костюм, а потом красивое тёмно-красное платье. Её заставила купить его Даниэль, заявившая, что оно слишком сильно идёт Лу и ей грех упускать такой шанс. То, что на её предплечье было написано имя Приора, девушка не хотела афишировать, поэтому выбирала одежду с рукавом, что благодаря приближению холодов выглядело совершенно не подозрительно. Поэтому и свитер был с длинным рукавом, и платье, в одежде стали больше мелькать кофты и пиджаки. Время от времени она смотрела на предплечье Мартена и думала: «А испытывает ли он то же самое?», «Вдруг у него другая любовь?», «А что? Под такой одеждой легко скрыть не только часть руки», после чего следовали мысленные ругательства. Она засматривалась на его длинные тонкие пальцы, которые наверняка бы хорошо ощущались на её талии. На нежно-розовые губы, которые так и манили коснуться и долго-долго не отпускать. Тонула в его глазах цвета ночи и не понимала, как быть. Ничего не сказав, Приор вернулся в свой кабинет, после чего закрыл дверь. Холодный воздух коридора ни на что его не вдохновил. Только вот форма Инквизитора была явно для другой погоды, если не надевать под неё водолазку или свитер без воротника. Но Мартен был сам не свой из-за мыслей, поэтому его явно не беспокоило то, что в таком же виде он ходил и весной. Его мысли занимала Лу Рид, которая из-за уменьшающегося количества работы получала больше пространства. Её прекрасные глаза, великолепная кожа, кружащий голову взгляд… Ну почему он не смог просто взять и спросить, чего она хочет? А, да. Приор же ничего не смыслит в диалогах с той, которую любит. Он хочет слышать её голос. Обнимать её. Целовать. Она вызывает у него искреннюю улыбку, желание смеяться и веселиться. А такого у него не вызывал даже давний друг Марк Жонсьер. Она стала такой частью его жизни, какой ему не хватало, а он и не догадывался. Кто бы подумал, что ему понравится вовсе не такая, как все думали, девушка. Не из богатой семьи. Не так хорошо образованная. Псионик… Мужчина усмехнулся. Ведь его это не смущало…

***

Когда на следующий день Приор пришёл в просто ужасном состоянии, Баретти забеспокоился. Мартен отмахнулся, мол просто кашель, хотя на самом деле едва ли стоял на ногах. Любовь к работе брала верх, а вероятность увидеть Лу Рид бежала вместе с ней, выкрикивая слова поддержки и помогая идти. Даниэль предложила кофе, но Иво покачал головой. Решив, что в таком состоянии Приор может быть слегка не такой, как обычно, Лу, которая совершенно не противилась этому, отправили внутрь кабинета, приказав незаметно следить. Мартен понимал, что это меры безопасности, но был недоволен. Когда в очередной раз за пятнадцать минут его одолел кашель, приступ которого был намного сильнее, Лу Рид не сдержалась. Быстро выйдя из кабинета, она взяла стакан воды и кружку чая, приготовленного Даниэль, после чего со всей щедростью добавила в него мёда с корицей. Поставив это всё перед Мартеном, она фактически спасла его. — Месье Приор, можно вопрос? — рискнула она. Иво просто кивнул. — Вы измеряли температуру? Мужчина посмотрел на неё удивлённо. — Ну, градусником. — Нет, — чётко ответил Мартен. Глоток чая заглушил попытку кашля вырваться наружу. Решив, что большего не требуется, Приор жестом указал на диванчик. Лу тяжело вздохнула и едва воздержалась от закатывания глаз. Регулярно восполняя запасы воды и чая у него на столе, девушка всё больше убеждалась, что у него температура. Это было заметно по его лицу, которое обычно не выражало практически ничего. — Месье Приор, у Вас есть термометр? — спросила она. Мартен кивнул и указал на один из шкафчиков у стены, где находилась аптечка. Протянув ему градусник, девушка старалась не переусердствовать с заботой, чтобы он не разозлился и не заподозрил. Но улучшать отношения им обоим хотелось, поэтому пришлось рисковать. — Тридцать восемь и четыре? — удивлённо воскликнула девушка. — Месье… — Ничего, — перебил её Иво. — Ничего страшного. В его интонации всё выдавало упрямство. Решив, что спорить с ним себе дороже, посвящённая села на диванчик и подпёрла голову ладонью, размышляя — как всегда, о разном. В её мыслях смешались варианты праздничных блюд, планы на вечер, состояние Мартена и пекущий рядом с ним узор: она и забыла, что если два месяца не признаваться, признаки соулмейтов становятся отчётливее. Задумчиво проведя пальцем по своему предплечью, она заметила, как слегка дёрнулся Мартен: от неожиданности. Проверяя свою догадку, девушка провела пальцем снова. В этот раз Приор был куда более готовым, но по выражению его лица было понятно, что что-то случилось. Подумав, какое ценное умение различать его эмоции, Лу поправила рукав свитера и уткнулась взглядом в телефон, украдкой всё равно следя за Иво. Его губы слегка покраснели от жара. Даниэль настойчиво уговорила его выпить таблетку, но её побочным действием было желание спать, а спал Приор в последнее время свой минимум. Понимая, что скоро уснёт прямо за этим столом, положив голову на документы, Мартен попробовал встать. Было плохо: его морозило. Он и до этого чувствовал себя плохо, но списывал на переживания, а та прогулка в коридоре стала последней каплей его организма. Лу вовремя подставила своё крепкое плечо, после чего они отправились в его комнату. Будь это Малая, Лу бы как следует её отругала за такое обращение со здоровьем, но ругать Приора не доросла ещё. Уложив его на кровать и укрыв одеялом, девушка осталась сидеть рядом, ожидая распоряжений. Да и, в конце концов, её смена ещё не закончилась, а этому сумасшедшему мало ли что ещё в голову взбредёт. К счастью, он смог чуть раньше снять свою обувь, но сон одолевал его, как будто организм говорил: «То, что ты двигался, не значит, что у тебя нет температуры и кашля». Мартен прикрыл глаза. Последним, что он видел перед сном, оказалось её лицо: она переживала. Она волновалась за него.

***

Волнуясь за Приора, Лу не стала использовать дополнительный выходной на свой День рождения, чтобы в случае чего помочь ему. Собираясь на работу, она услышала стук в дверь, за которой оказался довольно молодой, но незнакомый Лу парень. — Доставка, — коротко объявил он. — Всё оплачено. Первым посвящённая получила огромный букет, за которым следовала коробка конфет и куда более маленькая коробочка. Поблагодарив, она положила это всё на кровать, мысленно радуясь, что как раз не так давно купила вазу. После того, как букет оказался в предназначенном для него месте, Лу принялась распаковывать самую маленькую коробочку, потому что шоколада ей пока не хотелось. Да ещё и мало ли: вдруг с алкоголем? А ей на работу. Даже если маленькая доза не изменит её состояние, нагоняй от Баретти не нужен. Когда она открыла подарок, её сердце невольно замерло, после чего начало биться сильнее. Ей никогда не дарили украшений, и винить в этом не приходилось: по всему виду понятно, что она далеко не женственна. Но это явно дорогое колье говорило о том, что тот, кто его подарил, не стыдится её внешнего вида и, возможно, видит её с другой стороны. Посмотрев время на телефоне, девушка встала и принялась заканчивать собираться: осталось всего пару штрихов для причёски.

***

Припарковав мотоцикл в специально предназначенном месте, девушка сняла шлем и отправилась в кабинет. Даниэль на месте не было, хотя её куртка висела там же, где Лу оставила свою: вероятно, ушла по важным делам в пределах здания. Баретти поприветствовал её и сообщил, что подарок будет ждать после работы в целях безопасности. Лу поздоровалась и кивнула: ей сейчас было не до презента. Не увидев Мартена в его кабинете, хотя Гектор сказал, что он там, Рид в целях безопасности Приора пошла в его комнату, чтобы убедиться, что всё хорошо. «Будет невесело, если окажется, что он вышел в секретную библиотеку или что-то вроде того, а я в его комнату лезу. Но, в принципе… Мало ли, что с ним произошло. А о секретных помещениях я не в курсе». Обессиленный Мартен лежал на кровати с видом умирающего лебедя. Приложив руку к его лбу, при этом едва касаясь, Лу ощутила температуру, но меньшую, чем вчера. Укрыв его одеялом, она села на стул, где сидела и раньше. Ей хотелось поддержать его… Рука потянулась к предплечью, где узором из разных цветов было выведено «Иво Мартен». Нежно поглаживая надпись, девушка как будто говорила, что всё будет хорошо. Что они справятся. От Даниэль она слышала, что ему прописали постельный режим, чему он, конечно же, был не рад. Но волновались многие, поэтому, скорее всего, чтобы от него отстали, Мартен действительно много времени проводил в кровати, но с работой не разлучался. Осторожно убрав с одеяла листы документов и положив их на прикроватную тумбочку, Лу улыбнулась. Ей нравился он. И почему-то всё в нём. Даже если порой он вёл себя как мазохист. Заметив его борьбу с сонливостью, девушка нежно погладила его по руке. — Засыпай… — прошептала она. — Я буду сторожить твой сон.

***

Иво не знал, сколько времени спал. Но он видел, что Лу не сомкнула глаз и немного поглаживала его по руке всё время. — Всё в порядке? Вы говорили во сне, — произнесла Рид, смотря на него с очень нежной заботой. — Да… Да, всё в порядке. Эта сонливость пытается выбить меня из графика, но мне лучше. Лу, улыбнувшись, кивнула. Приор осторожно сел, пытаясь прийти в себя. Девушка коснулась его лба, но Мартен неожиданно вернулся в прежнее положение, одной рукой ухватив Рид за талию. Немного удивляясь его методам, Лу не предприняла попыток подняться: ей было незабываемо. Незабываемо всё: находиться так близко, что ощущать его дыхание и сердцебиение. Быть на таком маленьком расстоянии от его глаз и, что ещё романтичнее, губ. Быть такими, как будто всё ушло на второй план: работа, разница в статусе, стеснение. То, что в любой момент кто-то может зайти, переживая за Мартена. Или принося ему чай. Поддавшись внезапному желанию, Лу ещё больше приблизилась, сократив расстояние между ними до минимума. Приор положил одну руку ей на талию, после чего одним движением заставил её сердце ещё сильнее рваться наружу. Он целовался по-настоящему бесподобно. Изучая её губы, он ощущал, как узор исчезает, а его накрывает с головой удовольствие. То же ощущала и она. Ей хотелось отбросить всё и целовать, целовать, целовать, чтобы насладиться моментом по полной. Он отбросил в сторону одеяло, чтобы ощущать её тело. Мартен не верил, что она действительно близко. Им было всё равно, что в любой момент в комнату, например, могла бы войти Даниэль: их сердца нуждались в поцелуях. Лу сносило крышу. Иво тоже. Он знал, что не зря предпринял тот шаг, благодаря которому они целуются. Она хотела не отстраняться от него целую вечность, но не могла. Здравый смысл говорил, что ей болеть ни к чему, хотя риск и так был велик. Когда Лу отстранилась, некоторое время оба переводили дыхание. — С Днём рождения, — постарался разбавить молчание Иво. — Надеюсь, я хоть чуть-чуть угадал с подарками. Судя по его виду, он надеялся, но не верил, что девушка целовала его не ради того, чтобы избавиться от узора. Уловив в его взгляде грусть, Лу не сдержалась и резким движением вжала его в кровать, после чего снова поцеловала. У Иво закружилась голова. — Ещё раз что-нибудь такое обо мне подумаешь, будешь должен покрышки, — предупредила она. Рассмеявшись, Мартен уложил её рядом. Она едва успела снять обувь. — Спасибо, — прошептала ему на ухо Лу. По сердцу Иво растеклось тепло, дурманящий факт того, что она рядом, учащал сердцебиение. Укрыв её одеялом, он улыбнулся, уже заранее решая, что однажды просто так отправит ей деньги на покрышки. На самые лучшие, чтобы она смогла выбрать именно то, что хочет. В молодости и у него был мотоцикл, поэтому он знал это ощущение. И хотел видеть её счастливой.

***

Они лежали так близко… Под одним одеялом. Сплочённые любовью. Вспоминая самый нежный и приятный поцелуй в жизни каждого из них. А потом память услужливо подавала им воспоминания о следующих, которые были всё приятней и жарче. Им так нравилось проводить время вместе. Дурачиться, расслабляться, целоваться… В принципе, всё их совместное времяпровождение нравилось им. И их ничего не волновало. Ведь он — самый дорогой человек для неё. И это взаимно. Он действительно станет для неё подушкой безопасности, лучшим другом, парнем и мужем в одном лице.

И они не пожалеют.

Потому что любовь побеждает всё зло.

Потому что им так хорошо вместе.

Потому что она — его приоритет.