Приглашение

— Кто это? — Накинулся, как только перешагнула порог дома. Выжидал её, словно сторожевой пёс. — Кто? — Абсолютно спокойно прошла в гостиную, попутно скидывая с себя верхнюю одежду. — Тот, с кем ты спишь! — На секунду замерла, не ожидая такой прямолинейности. — Кто он? Знакомый голос. Я его знаю? — Селим, дорогой, тебе то что? — Повернулась с равнодушной улыбкой. Не собиралась объясняться и уж тем более скандалить с тем, кого считала пустым местом. — Мне то что? — Повысил голос. Злился больше из-за того, что приходится объяснять очевидное. — Я - твой муж. МУЖ! Рассмеялась. Сочла его внезапную ревность за шутку, но сейчас, на мгновение, показалось, что это было совсем не шуткой. Всё ещё улыбаясь, взглянула на него и встретилась со спокойным взглядом, от которого стало не по себе. — Тебе что, совсем поплохело? Какой же ты мне муж? — Законный! Тот, который всю жизнь шёл с тобой бок о бок, тот, который терпел все твои выходки, поддерживал, утешал, заботился. И что я сейчас получаю взамен? Твои измены и похождения? — Видимо у нас разный взгляд на наш брак, Селим. Хотела уйти в свою комнату и достигнуть наконец состояния покоя, но "законный" вновь преградил дорогу. — Хорошо, тебе плевать на меня. — Стиснул губы, выплевывая слова. — Но до чего ты скатилась, Аланур? Ты же была такой гордой и принципиальной. Так куда сейчас пропали твои честь и достоинство, что ты раздвигаешь ноги непонятно где и непонятно с кем? Рука сжалась в кулак. Хотела влепить ему пощечину, но воздержалась, имея в арсенале не менее опасное орудие - свой острый язык. — Ну тебя тоже не сильно заботили мои честь и достоинство, когда ты меня бросил. — Первый удар. — Тебя не было больше года, Селим, но я же не спрашиваю, где и с кем ты был? Знаешь, почему? Потому что мне плевать! — Второй удар. Мужчина опустил взгляд в пол, словно чувствуя это физически. — Так чего ты теперь хочешь? Хочешь - заведи себе бабу, хочешь - давай разведемся и можешь проваливать на все четыре стороны… — Аланур! — Хотел схватить за руку, но вместо этого схватил за волосы на затылке, собирая их в кулак, так чтобы не смогла отстраниться. Дёрнулась не из-за его агрессии, а из-за факта, что слишком часто стал к ней прикасаться. Властно притянул к себе, остановился в паре миллиметров от её губ и прошептал: — Ни о каком разводе и речи быть не может. Учти, я последний раз закрываю глаза на то, что ты не ночуешь дома! Если я ещё хоть раз заподозрю тебя в измене или любой связи с другим мужчиной, я … Не успел поцеловать. Дернулась, ощутила боль на затылке, которая не остановила, упёрлась руками в широкую грудь и оттолкнула. Разжал кулак, то ли от неожиданности, то ли не хотел причинять боль. Или был уверен в том, что силы неравны, и она не справится с ним. Замахнулась, чтобы отвесить звонкую пощечину, что не успела сделать - перехватил руку и больно сжал запястье. — И что? Что же ты сделаешь? — Вырваться больше не пыталась. Руководствовалась скорее интересом, чем цепенящим страхом. Уж очень любила играть во взрослые игры со страшными дядями, но Селим никогда не был таким, точнее всего пару раз. 30 лет Аланур профессионально играла на его нервах и столько же лет он терпел, изредка позволяя себе вспышки гнева. Одна из таких вспышек закончилась зачатием их младшей дочери - Аслы. Оттого было интересно, на что ещё способен пойти этот мужчина сейчас. — Я уничтожу тебя! Сделаю так, что тебе даже воздухом тяжело дышать будет! Будешь на коленях молить о моём прощении! — Ответил с кривой улыбкой. — А сил то хватит? — Усмехнулась. Даже в самых изощренных фантазиях не могла представить описанную Селимом картину. — Моих сил куда больше, чем ты можешь представить. За 30 лет, дорогая, ты так и не поняла, что меня не надо недооценивать. — Тоже перешёл на убийственный тон. Отпустил её руку, но только для того, чтобы сгрести в охапку, обхватить одной рукой талию, другой – вновь схватиться за волосы. Наконец сделал то, о чём мечтал последние месяцы. Поцеловал. Не наиграно, перед кем-то, а по настоящему. Но счастье длилось меньше секунды. Укусила, так сильно, что почувствовала солоноватый привкус крови. Отталкивая его, оцарапала шею и предплечье. Отпускать не хотел, перехватывал руки, больно сжимая их, пытался вновь притянуть к себе, но таки сумела вырваться и отскочила на несколько шагов. — Ты мне угрожаешь? — Вытерла губы после его поцелуя. Чувствовала отвращение. — Нет, всего лишь разговариваю тем языком, который ты понимаешь. Угрожать я буду твоему любовничку, как только найду его. И поверь, ему стоит бояться. — Ещё хоть раз прикоснёшься ко мне подобным образом и бояться стоит тебе! — Старалась быть невозмутимой, будто ничего не произошло, будто не ошарашил (как-никак совсем не ожидала от него такого поведения), хотя сердце бешено стучало и лицо налилось краской, бросило в жар. Закрывая дверь своей комнаты, услышала, как зло рассмеялся, и почему-то представила, как облизывает укушенную губу. * Получив выходной, решил провести его в баре, в единственной приятной для себя компании - алкоголя и своих мыслей. Именно в такие редкие моменты, когда был не при обязанностях и вдали от неё - объекта своего обожания и скрытой страсти, мог позволить мозгу выдохнуть, отдавая руководство сердцу. Выпил рюмку, по кругу обдумывая одну и ту же мысль: почему рядом с ней находятся два идиота? Считал Селима Йылдыза и Зию Карлы настоящими идиотами, которые никогда по достоинству не смогут оценить всю сущность её натуры и глубину её души. А он мог, он ценил. По настоящему думал, что он единственный, кто смог бы дать Аланур всё то, чего она заслуживает: признание её превосходства, преклонение пред её красотой, боготворение её далеко не ангельского характера, а ещё и безоговорочную верность, желание и страсть. Вот только Госпожа Йылдыз хоть и позволяла Мелиху изредка греться в лучах своей благосклонности, всё же никогда по настоящему не замечала его, или не хотела замечать. С тоской вспоминал то прекрасное время, когда Селим ушел из жизни Аланур, а Зия ещё в ней не появился. Именно в те месяцы произошел пик их близости, когда Мелих практически постоянно находился подле своей хозяйки, не только в роли шофера, но и в роли консультанта на работе, охранника в доме и собутыльника в баре. С появлением двух других мужчин, его роль значительно уменьшилась. Хоть Мелих и скорбел из-за этого, но виду никогда не подавал, покорно ожидая очередного своего звёздного часа. Верил, что обязательно настанет тот день, когда кто-то из пары идиотов крупно облажается и рядом вновь окажется он, её единственный герой, отважно подставляющий своё плечо (а ещё руку, губы и член) под слёзы хрупкого женского сердца. — Дали вольную? — Почувствовал похлопывания по спине. Из ниоткуда появился Селим Йылдыз и, проигнорировав отсутствие приглашения, сел рядом. Не без того тоскливый вечер был безвозвратно испорчен. Мелиху потребовалась вся своя сила, чтобы скрыть то презрение и отвращение, которое он испытывает к мужу Госпожи. — Добрый вечер. — Лишь равнодушно кивнул, желая скорее допить свой напиток и удалиться. — Разве он добрый? — Усмехнулся Селим.— Обычно мужчины не проводят добрые вечера в одиночестве со стаканом. — Заказал выпивку и себе. — Вот я здесь из-за любимой жены. А ты? Неужели из-за любимой начальницы? — Не может быть другой причины? — Отвечал осторожно, прекрасно понимая, какой волк прячется в овечьей шкуре. Насквозь видел Селима Йылдыза ещё с момента их первой встречи и осознавал опасность, что скрывается за маской его непоколебимого спокойствия. — Обычно эта причина - женщина: своя или чужая. — Залпом выпил двойной скотч и следом заказал второй. — Ты разве не женат, Мелих? — Разведён. — Уже чувствовал напряжение, будто он находится под следствием. Наконец заметил треснувшую губу и царапину на шее. Что-то случилось. Если бы серьёзное, Аланур бы уже позвонила. Успокоился от этой мысли, решив, что остальное выяснит завтра. — Уууу, а чего так? — Создавал видимость заинтересованности, хотя пробил всю биографию Мелиха ещё в момент, как тот начал крутиться возле Аланур. — Не сошлись характерами. — Отвечал коротко и ясно, явно не желая поддерживать беседу. — Мда, брак - это дело сложное. Кому как не мне тебя понять? Кто ж разберет этих женщин? То она хочет, то не хочет. То ей надо, а это не надо. Тут она будет, а тут не будет. Голова взорвется от этих капризов. — Речь Селима походила на типичный пьяный монолог. Он вальяжно расселся, насколько это позволяла сделать поверхность барного стула, и положил ладонь на плечо Мелиха, показывая тем самым свои дружеские намерения. — Вот мы, мужчины, должны поддерживать друг друга в этих вопросах, проявлять солидарность. Кстати, случайно не знаешь, с кем трахается моя жена? — Что? — Застыл, чуть не подавившись алкоголем. — Ты ближе всех к Аланур, постоянно трешься возле неё, хвостом ходишь, и наверняка знаешь, где и с кем она проводит дни и ночи? К кому ездит? С кем видится? — Ничего такого нет… — Мямлил Мелих, пока Селим продолжал атаку. — Это кто-то из её коллег в галерее? Может какой-то покупатель или спонсор? Или… — Селим вдруг замер, пристально глядя на оппонента. — Или это ты спишь с моей женой? Мелих тяжело вздохнул: то ли от внезапных подозрений, то ли от того факта, что эти подозрения, к огромному его сожалению, не были правдой. Мысль моментально скользнула в голове. Это же идеальный момент во всём признаться, сдать Зию Карлы на съедение псу, чужими руками устранить своего главного конкурента, вновь выйти из его тени, но… Но Мелих не смог. Не смог так поступить с Аланур и тем доверием, которое она ему вручила. Кажется, Аланур по настоящему любила того мужчину, так какое он сейчас имеет право разбить ей сердце, пусть и руками супруга? Не дав ничего ответить, Селим вдруг рассмеялся. — Ладно, ладно, не паникуй, я шучу. Моя жена никогда не опустится до того, чтоб лечь под какого-то шофера. — Унизил намеренно, напоминая о статусе Мелиха. — Я всего лишь выполняю свою работу. — Весь побледнел, еле сдерживая ярость. Решил, что нужно быстрее уходить. Не хотелось завтра объяснять Госпоже Йылдыз, за что набил морду её мужу, хотя, возможно, её бы и весьма позабавила такая новость. * — Да, любимый, только представь себе: он решил мне угрожать! — Рассказывала Зие о событиях сегодняшнего утра, само собой умолчав о произошедшей сцене. — Не то, чтобы я сильно его боюсь, но умоляю, поговори наконец с Сехер. Не хочу, чтобы Селим узнал обо всём первый. — Хорошо. — Отвечал голос в трубке. — Я наконец переверну эту страницу. Сегодня же поговорю с Сехер. — Поговоришь о чём? — Подошла сзади вечно подслушивающая женщина.