Если бьешь, то бей в лицо

      — Да! Это свершилось! Я иду возвышать тебя, моя милая Герточка! — Яростно восклицала я, переполненная всеразличными эмоциями.        А вы, верно, не поняли, что же здесь происходит такого, что телефон со стуком отлетел на прикроватную тумбочку, а сама я вертелась по некогда аккуратно застеленной кровати, как шашлычок на шампурах. Всё очень просто: я смогла добить двадцатый уровень в какой-то очень популярной игрушке — хонкай стар рейл. Именно она стала последней каплей для разрыва с геншином. Я, конечно, до сих пор состою в фандоме, но играть перестала. Эх, бедные Венти и Аяка, сидят, пылятся на тридцать первом ранге.       А сама я стала главным симпом Герты. Настолько, что все ресы вкачиваю только в неё. А ещё она мой главный дд, поэтому я также являюсь её мейнером. Она у меня с первым эйдолоном ходит. Эх, достать бы второй…       А, кстати! Раз у меня сегодня день прокачки Герты (с первым уровнем освоения я наконец могу довести её до кругленькой цифры), то не пройти бы четвёртый мир? Хотя… Карл, я скорее повешусь, чем достану второй эйдолон своей куколке в прямом смысле… Я встала с кровати, поправила одеяло, взяла телефон, осмотрела в поисках трещин, но коль их не нашла, уселась обратно.       Четвёртый мир встретил причудливыми улицами. Это что, тот самый Лофу? Простите, но последнюю часть станции мне сложнее выучить, чем первую… В общем! Тут что, надо будет вазы бить?! А вообще, тут прям всё пропитано какой-то китайской атмосферой, что-ле? Хах, хоёверсы не сдержались. Но молодцы, создали крутую Россию второй станцией…       Дальше было как-то скучно самой тыкать на кнопки, и я поставила на автобой, а пока пошла на кухню.       Итак, чего ж мне захавать?       Но этого я не решила, потому что услышала странный звук в комнате. И, конечно, я по заветам Паймон «Выглядит жутко, давай заберём его себе» влетела в спальню и аху… Из телефона, словно голограммное окошечко, была огромная… женщина? Но на женщину это мало похоже.       Я сплю? Или это глюки? Но от шока моя манера речи перешла в наступление, и я не очень приветливо выдала девушке:       — Ты вообще кто?!       Я сжала ладони в кулаки, да так сильно, что ногти впились в нежную кожу, но я стойко ждала, нахмурившись. Наверное, это выглядело смешно: какая-то четырнадцатилетка с взлохмаченными, как у воробышка, русыми-рыжими волосами в одной только майке с шортами перед непонятной хтонью из телефона, мимикрирующей под женщину.       — Я Идрила, приятно познакомиться, — женщина, видно, не теряла самообладания. Но вдруг её кожа засветила таким персиково-розовым светом, и в руке материализовался нож.       Я смогла его рассмотреть: чёрная рукоять (или что это вообще?!), серебристое лезвие, усыпанное золотыми звёздочками и полу-месяцами. На рукояти был только серебряный месяц, но выпуклый.       Он вообще пригодный для использования? Выглядит как реквизит для какой-нибудь постановки.       — Заранее прости, — женщина подплыла ко мне (по воздуху, да. Мои сравнения просто нечто), вытянула руку и… пальцами прикрыла глаза. Ошеломлённая я даже не сопротивлялась, пока не почувствовала удар в печень.       Я только хотела пошутить про трупака с закрытыми глазами…

* * *

Тьма была просто везде. Даже, казалось, под кожей.       — Просыпайся, — полился знакомый голос, и мои глаза открылись.       Надо мной висела та самая женщина, и я в испуге шарахнулась от неё.       — У… убийца! — Громко зашептала я.       — А? Ох, так ты всё помнишь… — Женщина приложила руку к голове, словно она заболела. — Что ж, всё-таки сил не хватило.       — Какие силы? И что я должна была забыть? — Осторожно осведомилась я.       — Я Идрила, эон Красоты. Рада знакомству, Маргарита.       Чего бля?!       Эон?! Это который бог в хонкае?!       — Ох, ты права. Меня считали пропавшей без вести и даже умершей, а я, как видишь, жива-здорова, — женщина так мягко рассмеялась, что тревоги отступили прочь. — Ты снова оказалась права. Смех мой способен успокаивать людей, что бы не произошло и какие трудности на него не свалились. А тебе сейчас нужно полное спокойствие.       Понятно…       — Да, кстати, тебе необязательно озвучивать мысли, чтобы добиться от меня ответа, — Идрила улыбнулась, и мой гнев снова улетучился. Ладно, фиг с ней.       — Ладно… Как я понимаю, сейчас мне стоит со спокойствием змеи разобраться в ситуации и потом только убиваться на счёт этого?       — Да. Ты такая догадливая, — без тени сарказма отозвалась эон, и я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.       Это временное помутнение разума. Сто процентов я сейчас буду дико тупить, как обычно.       — Ох, пока ты не разобралась с вопросами, дай я предоставлю тебе новый сосуд для жизни.       Сосуд? Зачем?       — Ну, как зачем? — В который раз рассмеялась женщина. — Я отправлю тебя, как ты любила говорить, на перерождение. Правда здорово?       Ага…       — Ладушки, посмотрим твоих персонажей, — в руке у эона материализовалось синее голограммное окно с моими десятью персонажами. — Негусто…       Да знаю я. Сама убивалась иной раз по этому.       Идрила сделала какой-то сложный пас рукой, и окно расширилось и предстало предо мной.       — Выбирай с умом — с этим телом будет связана твоя и частичка моей души.       Ох. Тут придётся подумать.       Тинъюнь и Цинцюэ сразу отпадают — ведь я даже не закончила сюжетку в Белобоге, какой Лофу, ребят?!       Вельт и Дань Хэн тоже идут лесом — не собираюсь я в новой жизни быть мужиком, ни за какие коврижки!       Аста… Она дофига умная, я не смогу подражать её поведению.       Март слишком активная для меня, все сразу заметят подмену.       Я не умею лечить, поэтому Наташу мне тоже придётся отставить на последнюю полку.       Остаются Сервал и Герта.       Сервал механик и музыкант, а я ни в том, ни в этом не шарю, онли вокал. Да и у неё есть брат, точно заподозрит.       Остаётся только одно.       — Я сделала выбор, — разрушила тишину я.       — О? Я думала, ты дольше будешь выбирать, — улыбнулась Идрила. — Просто нажми на портрет персонажа, в кого хочешь перевоплотиться.       Ну я и нажала.       — Герта? — Идрила явно удивилась такому повороту событий. — Хотя, тут есть доля логики: если сказать, что кукла обрела самосознание, то никто лезть не будет с вопросами о несовпадении характера.       Ну вообще, о таком глубинном смысле я не думала, ну ладно.       — Что ж, у тебя остались ещё вопросы?       — Зачем тебе это?       Ответ серьёзной тётеньки поразил в самое сердце.       — Я вкладываю в тебя почти все силы, ведь мне нужен первый человек, идущий по пути Красоты. Да и душа твоя очень красива, — беззаботно рассмеялась эон, а я впала в осадок.       — А как же эти… как его… рыцари красоты, вот! — Вспомнила я про эту фракцию, про которую читала в комнате Дань Хэна. Я была тем ещё лорщиком: все люди сразу вникали в ситуацию, в то время как мне нужно докопаться до истоков, чтобы понять. — Разве они не шли по пути Красоты? И уверена ли ты, что я подхожу на роль быть первой идущей?       — Ах, эти балбесы? Они просто поклоняются мне, но никто не решился на такой поступок. А я слабею без идущих… — Она грустно покачала головой, и тогда мне стало всё ясно.       Меня используют для подпитки.       — Ну почему так грубо? — Идрила шуточно надула губки, и после рассмеялась. — У тебя тоже будут, как ты любишь говорить, плюшки. Я тебе дам систему, чем не прелесть?       Заманчиво…       — Оу? Время прощаться. Пока-пока!       И снова тьма.