Раздельно

— … Я прочитала будущее, я… Я увидела, как ты простишь меня за сделанное, Опал! — Стивен видел мало случаев, когда Сапфир нервничала. Но это был именно один из них. Всё это началось с того, что Перидот передавала сигналы по башне. Опал, слившись с Сапфир в Индиголит, разрушила их, но якобы Хризолит их вновь и восстановила. Как оказалось, это была Сапфир, а не сбежавший враг. — Она обманула нас! — Слышится странный тон голоса Опал. — Ну и что! Это же никак нам не навредило! Думаешь, Сапфир бы сделала это просто так?! — Отвечает ей всё та же Опал. — Ты! — Вскрикнула она же, и внезапно дом залился ярким светом секунд на десять, и когда он исчез, то на месте слияния сидели Жемчуг и Аметист. — Да послушайте вы! — Закричала Рубин, едва слияние разъединилось. Сапфир молча сидела, но стой бы она, упала бы небось на пол. — Сапфир же не для сражений была сделана! У неё даже оружия своего нет! Так что слияние с вами — способ для неё почувствовать силу! — Да даже если и так, если ты видишь будущее, какое это вообще право даёт тебе обманывать союзников?! — Жемчуг тяжело вздохнула, помотав головой, а холодный самоцвет даже не начал говорить что-то в своё оправдание. — И ты, Аметист… Я не ожидала, что у тебя такое мнение. — Роза ведь тоже- — Н-не смей говорить про Розу! — Жемчуг смотрела на Аметист несколько секунд каким-то стеклянным взором, а потом резко вскочила, выбежав из дома и прикрывая лицо рукой. — Жемчуг! — Закричал ей вслед Стивен и уже хотел было за ней побежать. — Оставь её, С-стивен, — Сапфир старалась быть холодной собой, но всё же голос у провидицы дрогнул. — Пока ей надо подумать одной. — Да она всегда так. Ей надо подумать, поболтать, потом опять подумать, — фыркнула Аметист, скрестив руки на груди. — И всё это даже во время боя! — Ну разве это плохо? — Удивился Стивен. — Вы разные, да и никто не должен быть одинаковым! — Я вообще не про это, — с недовольным звуком закатывает глаза Аметист. — Строит тут из себя невесть что. — Ничего, всё будет хорошо, — тем временем успокаивает Руби подругу-предсказательницу, кладя руку на плечо. — Я знаю, — безэмоциональным, словно механическим, но далеко не своим типичным тоном, отвечает та. — Ух… — Аметист вздохнула и встала, немного разминаясь. — Стивен, ты со мной? — Куда? — Спросил тот. — Тут же… — Да знаю я! Пойдём пиццы поедим или картошки, не знаю. Я есть хочу, — отмахивается самоцвет, пока Рубин молча сидит рядом с Сапфир, не зная, что ещё вообще сказать. — Ты голодная? Хорошо, но потом пойдём искать Жемчуг! — Всё же согласился Юниверс, догоняя подругу уже у лестницы. И только там до него дошло, что самоцветы — не люди. — Тебе же… Не надо есть? — Не надо, но я хочу. Одно другому не мешает, — девушка зашагала вдоль побережья. Идти до картошечной и стоящей там же пиццерии было минут пять-семь обычного шага. — Но Опал же особо никогда не хочет есть! — Удивляется Стивен. — В последний раз это было только когда мы всё всё же сели за совместный завтрак. — Ну а я не Опал, — с каким-то безразличием пожимает плечами самоцвет. — Это Жемчуг едва ли только воду может пить, а от остального ей дурно. Вот и Опал вся такая привереда. А с Александрит там вообще всё смешно. Помнишь, как мы пришли на знакомство с родителями Конни. Вот умора! — Ну я всё ещё лишён телевизора на тысячу лет, — с небольшой грустью в голосе напоминает Юниверс. — Ничего, тысяча лет — это только на словах кажется так много, — усмехается Аметист. — Да и если что, ничего не мешает нарушить запрет. Только на глаза остальным кристальным не попадайся. — Но я и не собирался ничего нарушать! — Протестует Стивен. — И без телевизора есть много других развлечений. Вот… Вот… Есть обрезки и смотреть на море! А потом искупаться в нём! — Ха-ха, ты прав, — усмехнулась самоцвет. В прошлый раз Стивен видел девушку на корабле вне слияния взволнованной, но та сейчас будто обрела новую жизнь без Жемчуг. — Эй, Стивен, эти обрезки вообще вкусные или как? — Ага, это моё любимое блюдо в картошечной! — Согласно ответил мальчик. — Вообще, тут и картошку подают, но она с обрезками не сравнится! — Круть, — Аметист ухмыльнулась и стукнула по прилавку. — Эй, ПиДи или как тебя там, обрезков нам, да побольше! — Побольше — это сколько? — Удивлённо уточнил работник картошечной. — Да неважно, всё что есть, — безразлично махнула рукой самоцвет. Но увидев на себе удивлённые взгляды двух мальчишек, поправилась. — Неси четыре этих, упаковки. Не слишком разоряю тебя, Стивен? — Нет-нет. Я вообще редко с кем хожу поесть. Папа занят на автомойке, а Конни это всё вредно, — Юниверс сделал заумную гримасу. — В обрезках вот, например, слишком много простых углеводов и жира для неё! — Ага-а, наверное, — тянет Аметист, вглядываясь в то, как ребёнок готовит картошку на заказ прямо сейчас, а Стивен тем временем нашёл деньги и кладёт на прилавок. После самоцвет молчит. Юниверс грустно вздыхает. Он сильно волнуется за Сапфир и Жемчуг и честно, тем же самым временем, не совсем вообще понимает, что происходит. Конечно, он привык к тому, что советы насчёт будущего сбываются так или иначе и верил, что Рубин сможет успокоить подругу, но… — Не вздыхай так, — нахмурилась Аметист. — А то тошно становится. — Ладно, как скажешь, — недоуменно пожал плечами наполовину самоцвет. — Вот ваш заказ, спасибо за покупку, — ПиДи коротко, но беспокойно улыбнулся, ставя четыре упаковки на стойку. — И, Стивен, всё хорошо? — Ага, ПиДи! — Показал палец вверх сын Розы. — Просто Опал распался, потому что Сапфир использовала идеи нашего врага для слияния! — Это… Плохо, да? — Почесал щеку картошечник. — Ничего, справимся! Спасибо за заказ! — Стивен взял одну упаковку после этих слов, а подруга подхватила остальные три, идя в сторону ближайшей скамейки, куда они и уселись. — О, я помню, как ела, как оно у вас там называется, всякую фигню, — усмехается Аметист, заталкивая в рот картошку и сглатывая, практически не пережевывая. — Роза вечно якшалась со всякими людьми ещё до твоего папы, вот и я тоже решила. Съела наспор отрыжку какого-то заболевшего чем-то там чувака и умершего от этого, прикинь, Стивен! Но тебе так делать не надо, ты наполовину человек всё же. Окочуришься ещё и что делать будем? — Воу, звучит и правда отвратительно, — Юниверс на секунду скривился. — Жемчуг, наверное, была не в восторге? — Жемчуг, Жемчуг, может, хватит про неё? — Фыркнула Аметист. — Эй, я как бы тоже здесь! — Но я люблю вас обеих! И я люблю Опал! И я вижу, что ты здесь! — Стивен от наплыва эмоций еле удерживает картошку в руках. — Вы… Вы… Никогда больше не сольетесь?! — Ты серьёзно думаешь так? — Она сначала усмехнулась, а потом внезапно помрачнела. — Черт, я и сама не знаю теперь. Про никогда, конечно, это сильно сказано, особенно, учитывая, сколько мы теперь дерёмся, но… Быть Опал, конечно, круто, но и самой собой хочется. Хоть бери и езжай на другой конец света, не зря мы ж спасаем эту планету. Или как оно там? Аметист уже сама вздохнула, видя то, как её другу грустно и отставив обрезки, приобняла того. — Ничего, мы все тебя любим. И Сапфир никто выгонять не станет. Я б там сейчас и вовсе все хуже сделала. — Но вы же… Но вы же всегда были вместе! Вот как… Вот как… Вот как арахисовое масло и джем! Как приставка и геймпад! Или как мой папа и фургон! — Нет, Стив, не всегда, — самоцвет даже немного истерично хохотнула. — Знаешь, Жемчуг ведь раньше любила твою маму, раз уж о ней. — Что?! — Юниверс явно был очень ошарашен этими словами и искал в них какой-то сакральный смысл. Это по одному выражению лица и резким движениям тела было понятно. — Аметист, я люблю шутки Опал, и это, наверное, ей от тебя передалось, но нельзя же так шутить! — А кто сказал, что я шучу? По-дружески она любит Сапфир и Рубин. А с Розой у неё там целый сериал по мотивам снять можно было, — Аметист говорила об этом с какой-то неприязнью во взгляде и полном безразличии в голосе. — Что ж, настало время историй, я так понимаю?