Записки безумного писателя.

— Ох, да брось, Mon ange, — мужчина, облачённый в белое, следовал за молодой женщиной, стремительно направляющейся к какому-то алому порталу, который сама же и создала, бросив белый нимб на асфальт, что даже в тени ночи казался неприятно светлым. — Сейчас же остановись!       Женщина будто не слышала. Крепко сжимая свободный плиссированный подол платья цвета небесной лазури, она приподняла его, делая уверенный шаг за порог её мира. Мужчина, заметив обнажённую женскую ножку, обутую в довольно-таки дорогие туфли на невысоком, но звонком каблучке, похотливо сглотнул, забывая свою изначальную цель. В это время, женщина, имеющая расу лисички, помахала мужчине с самодовольной улыбкой, скрываясь в портале с головой. — О-о-ох, Адам меня убьёт! — прорычал беспомощно незнакомец, наблюдая за последними секундами закрытия портала.       Нимб пропал, а ангел с опущенными руками повернулся в сторону частного дома, построенного явно за приличные деньги, направляясь к входной двери.

***

      Мир кипел, бурлил быстрым весенним потоком, не позволяя расслабиться, остановиться, передохнуть. Жизнь огромного города проходила в непривычном, активном темпе, из-за чего у только что прибывших грешников уже пошатывались нервы, не успевая реагировать на огромное количество звуков. Высокая, стройная женщина, покинувшая несколько минут назад бутик «O-Mans», шла в положенном ритме, отбивая лёгкую мелодию звонкими каблуками, сделанными точно из драгоценного, настоящего хрусталя. Пышные русые волны были распущены, стройными лианами опускаясь ниже линии бёдер, а подушечки тоненьких, но длинных пальчиков с аккуратными белыми ноготочками то и дело поправляли непослушную ровную чёлку до бровей в форме домика. Лисьи ушки были опущены. Одетая в небесный топ-корсет с опущенными лямками в виде атласных лент, облегающие чёрные джинсы и туфли из голубого хрусталя, незнакомка привлекала внимание окружающих, что зачастую было похотливым. Но, несмотря на это, она походкой от бедра направлялась в сторону одной из главных рыночных площадей, не позволяя себе даже на миллиметр опустить острые плечи.       Музыка, звучащая из торговых центров, песни уличных музыкантов, неоны различных вывесок и свет рекламных стендов сливались воедино, создавая самый настоящий рай для эстета, выкладывающего фотографии в Pinterest. Не останавливаясь, она продефилировала в сторону агентства недвижимости, по дороге замечая интересную, на её взгляд, рекламу. Среди порностудий, наркотических веществ, алкоголя, табака и новой разработки «ВоксТека», мельком проскользнула интересная фамилия неизвестного подрастающего миллионера, который, якобы, раскрыл правду о расставании Валентино и Вокса. Улыбнувшись, женщина всё-таки зашла в агентство, сразу же направляясь к нужному ей человеку, которым оказался невысокий, совсем неприметный мужчина, внешне напоминающий простого импа. — Доброго времени суток, Эразар Линкен, — женский голос создавал эффект утренней морской волны, такой лёгкой, ещё сонной, трепетной, прохладной. — Ох, кого я вижу? — имп заметно обрадовался, завидев лисицу, сразу же откладывая все свои дела на потом. — Сколько лет не виделись, Мили? Твоя любимая квартира свободна, специально для тебя отложил. Знаю, что ты любишь захаживать ко мне. Как приятно, когда молодые помнят про стариков. — Обожаю Вас, — ответила Мили, забирая протянутые ей ключи. — Скажи, насколько в этот раз ты посетила ад? — спросил шёпотом имп, заинтересованно складывая руки в замок, опирая на них подбородок. — О, точно, не знаю, слышала ты или нет, но уже весь ад говорит только об этом…       Мужчина приблизился к женскому ушку. То, что услышала Мили повергло её в шок. Не собираясь верить в услышанное, девушка, попрощавшись, вышла из помещения, вдыхая тёплый воздух, пропитанный гарью, табаком и дешёвым спиртом. Вокруг ничего не изменилось. Люди семенили, пытаясь успеть закончить все свои дела до конца дня, чтобы не гулять по опасным улицам ночью, рискуя жизнями. Машины проезжали мимо, а водители не заботились о том, собьют они кого-то или нет. Также звонко звучали рекламы, сливаясь в один неприятный звук, сквозь который фонили уличные музыканты и попсовые треки, так любимые современной молодёжью. Однако, что-то, конечно же, изменилось. В груди острой иголкой кололо, заставляя сглатывать вязкий комок, затерявшийся где-то в горле.

— Услышь меня…

      Женщина подняла голову, устремляя взгляд на радиоприёмники, что были развешаны в этом городе, практически, на каждом фонарном столбе, позволяя известному Радио Демону проводить свои зверские эфиры, в которых погибали сильные личности. А сейчас…

— Мой голос, что в тишине…

      …женский голос. Мили спустилась с лестницы, которая вела в здание агентства недвижимости, замечая, как грешники вокруг замедлились, дружно замолкая. Нежный, устойчивый голос, казалось, приказывал слушателям обратить внимание на динамики, остановиться, пожить ещё немного, не отдаться полностью никому ненужной спешке.

— И расскажи своим друзьям обо мне…

— Алана поражает меня с каждым радиоэфиром.

— Я всё ещё думаю, что она — ангел, который снизошёл до нас.

— Каждая песня заставляет меня задуматься о своих поступках и понять, что жизнь не так уж и плоха.

— Я уверен, будь она наркотикам, то была бы самым нелегальным элементом даже для ада, но, стоило бы её разок попробовать, всё… Бездна, из которой уже бы никто не выбрался, настигла бы всех.

— Обо мне с родинками на щеках, что живёт лишь мечтой…

      Ангел. Ангел. Бездна. Наркотик. Жизнь. Понять. Задуматься. Ад. Друзья. Тишина. Мечта! Всё смешивалось, не позволяя трезво мыслить. Наркотики? Нет, ни с кем не общалась. Дурман? От чего же, если она ни с кем не общалась? Мысли бурлят, путаются, смешиваются, но голос, чистый, родной голос спасает, бросает круг незнакомцу, что тонет за бортом корабля. Помогает, пока остальные наблюдают с неживыми, безликими лицами.

— Всё чего я хочу — это петь для всех вас, всей душой!

      Колокольня. Знакомая, белая колокольня, охраняемая красивой женщиной с русыми волосами, что лёгкими волнами развиваются по тёплому ветру, сливаясь с белым подолом платья. Противный звон в ушах нагонял тёмные фрагменты из прошлого, заставляя женщину, постепенно впадающую в безумие, схватиться за уши, сильно прижимая их к макушке, дабы не слышать окружающих. Мили упала на колени, чувствуя, как по щекам скатываются дорожки прозрачных слёз.

— Вот и всё…

      Мили не помнит как дошла до ближайшего бара, как заказала самый дорогой коктейль, лишь бы снять напряжение. Время близилось к пяти вечера, а лисичка, заплатив за бокал, вышла на улицу, сразу же выливая в сторону. Как она могла себе это позволить? Скривившись в отвращении от собственных мыслей, она не заметила как с силой сжала стакан, лопая его. На асфальт упала небольшая капелька крови, привлёкшая к себе внимание. Тихо выругавшись, Мили сжала окровавленную ладонь, покидая территорию заведения.       Сзади выросли огромные мускулистые тени…

***

      Двери лифта открылись, позволяя двум амбалам в виде гончих зайти в просторное помещение, в котором кипела жизнь, внося на руках стройную, красивую, милую девушку, тело которой сковывали тугие верёвки и скотч. Грешница, известная, как Вельветт, посмотрела на «подарок», сразу же искрясь от радости. Подскочив к будущей модели, она развязала её и, грубо содрав скотч с пухлых губ, затолкала за ширму ничего не объясняя. Ассистентки стали подавать различные ткани, ножницы, выкройки, нитки и иголки. Вельветт создавала идеальны наряд коллекции прямо на незнакомке, которая, по всей видимости, ещё полностью не отошла от культурного шока.       Через время Бархат свернула ширму, позволяя ассистенткам оценить созданное только, что искусство. Чёрный корсет без какой-либо поддержки в виде лямок идеально подчёркивал не только упругую грудь третьего размера, но и осиную талию. Свободный подол слабо облегал округлые бёдра, обнажая одну из ног, позволяя увидеть чёрные каблуки на платформе. Незнакомка и до этого выглядела нереально красиво, а сейчас, когда белая кожа создавала яркий контраст с матовой тканью, она казалась сказочной музой, описанной многими авторами романтических стихотворений и поэм. Вельветт, не дожидаясь какой-либо реакции от ассистенток, подала женщине накидку из чёрных перьев, подводя к выходу на подиум. — Ты завершаешь, — сказала спокойно грешница, поправляя наряд незнакомки. — Завтра работаем над фотографиями, послезавтра платье идёт в прокат. Сейчас ты, прости, познакомимся потом за чашечкой чая, завершаешь выпуск коллекции. Будь добра, заинтересуй зевак. Ты! — Бархат указала на одну итз своих работниц. — Подойди. Засними выход будущей звезды. Я заплачу за хорошие кадры. — Я не выйду, — кажется, Мили только, что отошла от шока. — Я не смогу представить это платье достойно. — Нет времени морозиться! — сказала решительно Вельветт, выталкивая модель на лестницу, ведущую на подиум.       Мили хотела вернуться. Уже развернулась, сделала несколько шагов к цели, но остановилась, заметив недовольный взгляд оверлорда. Обречённо выдохнув, лисичка развернулась к зрителям, которые сидели в полной тишине. Выпрямилась, гордо подняла голову, важно расправила плечи, натянула дерзкую улыбку, соблазнительно вытянула оголённую ножку и… Цок… Цок… Цок… — Да, начни с начала. Вольно лети!       Мили спустилась, походкой от бедра направляясь по подиуму, вылавливая взглядом восхищение, контрастирующее с чёрствой похотью и не скрытой завистью. Грешники, собравшиеся здесь, пришли лишь ради шоу, что же… Почему бы их не удовлетворить? — Сможешь другого легко найти. Лги, что идёт всё как должно, Но не уйдёшь так далеко.       Лисичка сделала оборот вокруг своей оси, кивая Вельветт, что сразу поняла отсылку на сегодняшний инцидент. А она не глупая фифа, раз смогла так завуалировано высмеять одну из оверлордов известного синдиката VVV. Вельветт не единственная это заметила. — Всё ещё слышу звуки твои, Когда с ног сбило вниз до земли.       Мили скорчилась в отвращении, когда увидела пьяного беса, тянущегося к ней, чтобы облапать стройные белокожие ножки, что так и манили к себе. — Лги, что напал, а я в ответ, Ну не-е-ет… Детка, сегодня в час ночной!       Мили резко сделала выпад в сторону, восьмёркой повиляв округлыми бёдрами, заставляя малиновый взгляд, затерявшийся среди тысячи безликих, сверкнуть ярким, живым блеском, наполненным игривым азартом. — Я охочусь за тобой! Словно звери вы…       Мили сверкнула карим взглядом в ответ, соблазнительно обводя руками стройное тело с ярко-выраженными формами, заставляя все папарацци фотографировать, фиксировать лишь её одну. Волшебный голос окутывал пространство странным, непривычным многим ощущением страха, минутной боязни, желанием упасть, заплакать, спрятаться, убежать, но в то же время смотреть, обожествлять, боготворить, наслаждаться непозволительным ядом, чей запах так сладок, а вкус ужасен. — Звери вы, как звери вы!       Весь ад наблюдал за необычным показом, который ещё долго будут обсуждать в газетах, эфирах, новостях. Оно и понятно, ведь таинственная незнакомка внушала в прогнившие сердца трепет, который несвойственен дьявольскому отродью. — Спрячься, но чую даже в штиль Запах твой за много миль!       Девушка направилась к выходу, продолжая дразнить толпу. — Словно звери вы!       Шаг на первую ступеньку. — Звери вы…       Вторая… — Звери вы.       Третья. — Как звери вы…       Мили скрылась за кулисами, позволяя грешникам, наконец-то, разразиться бурными аплодисментами.

***

      Оверлорд по имени Вокс наблюдал за показом моды. Он видел, как незнакомка, не выслушав Вельветт, покинула студию, словив на улице первое попавшееся такси. Грешник видел обсуждения показа, которые уже во всю кипели в интернете. Уже даже нашлись покупатели, готовые купить платье с модели за кругленькую сумму. Ухмыльнувшись, Вокс растворился, оказываясь через секунду в студии Вельветт, слушая бурные овации.