Дьявольское отродье

Сквозь волшебный сон, в котором Эрен парил над землей в пушистых облаках, видя под собой сотни, а то и тысячи деревьев, слышался еле различимый шёпот. Тот исходил отовсюду и проникал в голову, глуша остальные мысли, но так и оставался неуловимым для понимания. ― Что ты говоришь? Я тебя не понимаю… ― пробормотал Эрен и открыл глаза. Его взгляд упёрся в деревянный потолок хижины. Через мгновение в памяти яркими пятнами всплыли последние кадры перед отключкой, Эрен тут же подорвался с кровати, однако его подхватили за плечи крепкие руки и уложили назад. Грудина взорвалась огненной болью, и Эрен обхватил её руками, пытаясь унять это чувство. ― Не дергайся, у тебя рёбра переломаны, ― донесся сверху мужской хрипловатый голос перед тем, как на лоб Эрена легла почти ледяная ладонь. ― И лихорадка вдобавок. Парень перевёл взгляд на источник звука, и глаза его тут же расширились в удивлении. Даже боль на секунду стихла, заменившись шоком. Перед ним стоял его спаситель ― в прошлом чудесное белое существо, а теперь обыкновенный человек. Он мало отличался от своей иной формы, разве что когтей на руках не было, волосы потемнели, став похожими цветом на сажу, а серебряные глаза больше не источали красное свечение. Неестественно длинные фаланги пальцев рук всё ещё выглядели весьма странными, словно в них присутствовали лишние кости. Мужчина был одет в белую широкую рубашку, расстегнутую наполовину и оголяющую его изрисованную необычными символами грудь, и, кажется, черные штаны, Эрен не осмелился опускать взгляд ниже. Лицо мужчины не источало никаких эмоций и выглядело неживым, а белый цвет кожи и вовсе отблескивал мертвецкой синевой. ― Кто ты? ― Фея крёстная, ― тонкие губы исказились в подобии ухмылки, и ладонь, так приятно охлаждавшая кожу, исчезла с горячего лба. ― Сделай одолжение, не двигайся до того, как я вернусь. И он щелкнул пальцами, исчезнув из хижины, а вместо него на лицо Эрена осыпались светящиеся пылинки. Он пару раз моргнул, пытаясь осознать случившееся. В мыслях на повторе крутились картинки девушки, ставшей чудовищем, того, как его тащили в черноту, и неожиданное спасение от, казалось бы, неминуемой кончины. С каждым заново проигранным в памяти отрывком вопросов становилось всё больше, в прямой пропорциональности с ними нарастало чувство необъятного страха. Дыхание Эрена сбилось, а сердце ускорило свой темп, врезаясь в поломанные рёбра и даря болезненные ощущения, но он почти не почувствовал этого, захлестнутый новой волной адреналина. Получается, ни один из тех туристов не врал. Получается, не врала и библия, сказы о Боге, Сатане, ангелах, демонах, чудовищных тварях, живущих в пределах нашей реальности. Вся жизнь и прошлое представление мира сейчас показались Эрену одной большой шуткой, и появилось стойкое ощущение, что он слетел с катушек и теперь катится в бездонную пропасть. Возможно, сейчас его тело или его останки всё ещё лежит в черноте, а умирающий мозг проецирует последние картины. Возможно, он ловит приход в тёмном номере Мюнхена, так и не остановив себя от передоза сигаретами после встречи с Жаном. Безумные теории заполонили разум Йегера, и одна была страшнее другой. Эрен не знал, сколько пролежал так, пытаясь выловить среди мельтешащих подобно рою мошек мыслей ту самую, которая бы стала ответом на все его вопросы. Минуты скапливались в часы, а он так и продолжал лежать без движения, учащенно дыша и плавясь от нарастающей лихорадки. В какой-то момент на периферии взора начали мелькать тени, заставляя Йегера каждый раз вздрагивать и боязливо озираться вокруг. Он не осознавал, что температура его тела давно перевалила за сотню градусов. Галлюцинации в последствие сменились жутким тремором, который провоцировал жгучие боли в грудине, отчего Эрен стонал в бреду. Это было продолжением ада, который должен был закончиться в той непроглядной мгле.

***

От забытья Эрена пробудил уже знакомый шепот. Когда он открыл глаза, то чувство жара почти пропало, а над его кроватью стоял всё тот же спаситель, держа его за руку и закрыв глаза. Он словно молился, не прерывая свои тихие речи ни на мгновение. В комнате стало неожиданно темно, вероятно, за окном была глубокая ночь. Единственным источником света был мужчина, который излучал призрачный свет всей поверхностью кожи. Эрен завороженно смотрел на него, стараясь уловить каждое движение тонких губ. Он не понимал ни языка, ни слов, произносимых им. И всё равно не мог оторвать взгляда. ― Мне показалось, что ты уже откинулся, ― неожиданно произнес он, открыв глаза и посмотрев на парня. ― Кто ты? ― повторил свой вопрос Эрен, искренне надеясь получить хоть какую-то зацепку. ― Уже отвечал, ― равнодушно ответил мужчина. ― Тебе недостаточно того, что ты до сих пор жив благодаря мне? ― Достаточно, я безмерно благодарен тебе, ― смутившись, пробормотал Йегер. ― Скажи хотя бы имя, пожалуйста. ― Левиафан, ― ответил он, и его глаза на мгновение сверкнули рубиновым бликом, который тут же потух. ― Эрен, я не смогу долго облегчать твои страдания своими силами, но и операцию тебе не проведу. Все, что есть в моём распоряжении ― это средства, которыми не пользуются люди. Ты можешь согласиться, но я не ручаюсь за то, выживешь ты или нет. Решать тебе. ― Левиафан… ― задумчиво повторил Эрен, почти пропустив мимо ушей последовавшие после имени слова. ― Как змей из библии? Мужчина закатил глаза и отошёл от кровати парня. Он отвернул лицо в сторону окна, а руки скрестил на груди, показывая, что не намерен продолжать этот бессмысленный разговор. Возможно, предположение прозвучало слишком глупо, но Йегер уже не знал, чему верить, и каждый заголовок желтой прессы о рептилоидах и людях в черном сейчас казался ему вполне себе вероятным. А в ситуации, когда перед ним стоит само воплощение сверхъестественного, живое (в прочем, это еще не точно) и вполне себе реальное, такой вариант казался вполне закономерным. ― Я согласен, ― выдал наконец Эрен, получив на эту реплику слегка удивленный взгляд серебряных глаз. ― Настолько жизнь не мила? ― скорее не спросил, а сделал вывод. ― Нет. Верю, что ты не причинишь мне вред, ― улыбнулся Эрен, рассматривая до жути красивое лицо Левиафана. Наверное, жизнь была слишком жестока по отношению к Эрену, потому что никого прекраснее он еще не встречал. Будь они в других условиях и обстоятельствах, Йегер сделал бы всё, чтобы хотя бы просто находиться рядом с таким мужчиной. Тем временем Левиафан протянул ему пустую ладонь. Эрен послушно позволил ему накрыть свою, и пространство между их руками на мгновением озарила вспышка. ― Пей. В ямке ладони Эрена оказалась небольшая красная горошинка, похожая гранатовое зерно. Мужчина подал ему воду, и оставалось всего лишь выпить и сглотнуть. Всё было слишком просто. ― Подумай хорошо, Эрен. Я не использовал это средство на людях. Любое существо моего рода оно может восстановить даже из самого тяжелого состояния, но что произойдет с тобой… ― глядя прямо ему в глаза, вкрадчиво произнес Левиафан. В самом деле, все очень просто… Хорошо ли думал Эрен, когда стремился в место, окрещенное местообитанием отродий? Хорошо ли думал, когда решился идти в одиночестве в лес, где способен потеряться в два счета? И думал ли вовсе, когда смотрел в эти чудесные глаза, которые заставляли его утопать в них? Эрен проглотил таблетку, игнорируя все страхи и предупреждения. Краем глаза он заметил, как мужчина прикусил губу, выжидающе глядя на него. ― Почему ты спас меня от того существа? ― наверное это самый главный вопрос, который крутился в голове с момента появления прекрасного белого существа. ― Она позарилась на то, что принадлежит мне, ― без тени улыбки ответил он перед тем, как мир перед глазами Эрена заиграл пестрыми красками и тело охватила агония.

***

Эрен мучился в течение неопределённого количества времени, до конца не осознавая, умирает он или излечивается. Грудину разрывало от распирания внутри, было ощущение, что там развязалась крупная война, взрывы и перестрелки ударялись о стенки диафрагмы, принося нескончаемые мучения. Эрен балансировал на грани между сознанием и отключкой, иногда сквозь небытие ощущая чьё-то присутствие рядом. Возможно, это был Левиафан, а может, это был всего лишь бред. Он очнулся все также лежащим на кровати и ужасно разбитым, как будто испытывая жуткое похмелье. Голова раскалывалась, Эрен ощутил свинцовую тяжесть своих век, которые то и дело грозились закрыться. Преодолев жуткое бессилие, Йегер ощупал свою грудную клетку, которая, на удивление, перестала болезненно реагировать на прикосновения и более не имела неестественных впалостей или выпираний. Он сел в кровати, чувствуя, как слабость потихоньку отступает. Оглядевшись, Эрен понял, что находился в хижине совершенно один и за окном всё еще была ночь. Чувства, пришедшее на замену слабости ― жуткий голод и жажда, словно Эрен только что вернулся из пустыни после прогулки с Моисеем длиной в лет сорок. На столе так и стояла позабытая сковорода с рагу, приготовленным до рокового похода, и парень набросился на еду, не имея никакого желания ждать её разогрева. Странно, но голова Эрена была совершенно пуста, не было в ней ни единого вопроса о случившемся, ни единого предположения или опасения. Словно он очнулся от долгого кошмара, который после пробуждения начал быстро растворяться из воспоминаний. Йегер даже не думал о своём таинственном спасителе, как будто это не было важно. Он жадно поедал остатки пищи и откинулся на стул, как только опустошил сковородку полностью. Следом в желудок провалились три кружки холодной воды, и чувство внутреннего удовлетворения наполнило душу Эрена. Он выудил из рюкзака пачку сигарет и, выйдя за порог дома, осел на деревянную лавку и закурил. Эрен отчетливо помнил, что сегодня (вчера?) произошло нечто ужасное, но также он не мог вспомнить ничего конкретного об этих событиях, словно воспоминания намеренно подтерли. Йегер оглядел своё тело и не нашел никаких порезов и ран, а общее состояние было вполне себе нормальным. Он подумал о том, что черное и белое существа, впечатавшиеся в голову яркими образами, могли быть лишь игрой его воображения, даже умудрился вспомнить, как добирался из своего похода обратно. ― А где моя камера? ― улетел вопрос в пустоту, и Эрен будто бы очнулся. Парень перерыл всю хижину в поисках, но так и не смог найти пропажу. Как и охотничий нож, как и дедушкин фонарик. Всё это… осталось в лесу, и тщательные попытки мозга скрыть от Эрена суровую правду не увенчались успехом. Сигарета дотлела в руке, и он взялся за вторую, переживая о неожиданной утрате. Было плевать на мир, что разрушился у него на глазах, волновал лишь тот факт, что теперь всё записанное бесследно пропало и у него нет никаких доказательств. Очередная глупость Эрен отыскал в одном из ящиков старый запылившийся фонарь с желтым стеклом. При включении он светил, но луч был тусклым и изредка вовсе пропадал, так что фонарь приходилось встряхивать. Увы, выбирать не приходилось. Взяв себе на вооружение кочергу, которая мирно лежала у печи, Йегер зашагал вон из дома. Ключей от хижины, кстати, также не удалось отыскать. Эрен даже не представлял, каким образом он будет объяснять это хозяевам дома. По памяти он добрел до местности с ужасным грунтом, который в темноте казался вязким болотом. Эрен уже не старался идти аккуратно, важно было хотя бы дойти, это пока с трудом, но удавалось. Луч фонаря рассекал небольшой округлый участок темноты впереди, скрывая всё остальное. Йегер крутил фонарём и оглядывался по сторонам, мысленно молясь, чтобы не наткнуться на медведя или кабана, но больше этого он боялся вновь встретиться с чем-то необъяснимым. А оно нетерпеливо ждало этой встречи, о чем вскоре оповестило парня. ― Что-то ищешь, Эрен? ― раздалось позади, заставив его дернуться от неожиданности и обернуться, в панике выискивая светом источник звука. ― Мы можем помочь тебе, Эрен… ― прозвучало почти над ухом. Эрен попытался отскочить, но напоролся на переплетение корней и упал на бок. Фонарь выскочил из его рук в сторону, и его тут же сверху накрыла чья-то конечность, похоронив в мягком грунте. Болото погрязло во тьме, и Йегер поднял взгляд, обнаружив в паре шагах от себя силуэт черного сгорбленного нечто. Он мельком глянул в сторону выхода из леса, который слегка выделялся из общей картины падающим на поляну лунным светом. Чтобы выбраться отсюда, ему как минимум потребуется семь минут, если он окончательно не увязнет. ― Где ты? ― раздалось впереди, нечто обернулось по своей оси, размахивая подобием рук. Получается, было слепым, раз в такой близи еще не разглядело. Послышался хруст веток справа, и существо ринулось туда, передвигаясь на четырех изломанных в нескольких местах конечностях. Оно было невероятно костлявым, но двигалось весьма быстро. Это было никак не на руку. Эрен постарался успокоить колотящееся в груди сердце, насильно выравнивая дыхание, и аккуратно поднялся, скрываясь за стволом дерева. Дрожь охватила его тело. ― Эрен, довольно прятаться, ― более нервно раздалось за спиной. Существо снова оказалось рядом, шумно принюхиваясь. Эрен замер, стараясь не издавать звуков. К счастью, оно не учуяло его и двинулось куда-то влево, позволяя ему пройти чуть дальше. Теперь идти в этой вязкой почве стало еще тяжелее, и Йегер почти не вынимал из неё ног, стараясь не создавать шума. В конце концов, пока существо изучало более громкие и вполне естественные для леса звуки, Эрену удавалось отдалиться от него на более или менее приличное расстояние. Выжидать не имело смысла, он рванул вперед, как только посчитал возможным добраться до дома быстрее чудовища. ― Куда же ты, Эрен?! ― тут же проревело нечто позади, бросившись за ним следом. Эрен преодолел болото за минуту, почти выскочив на освещенную лунным светом поляну. Оставался шаг до неё, когда существо неожиданно нагнало парня, дернув вытянутой рукой за ногу назад. Оно явно рассчитывало на конец этой игры в догонялки. ― Выкуси, сука! ― выкрикнул Эрен, почти вслепую приложив тварь кочергой. Оружие отлетело в сторону, звучно приземлившись на землю. Существо рявкнуло от боли, ожидаемо расцепив хватку. И Эрен сразу же помчался к дому, ощущая, как за спиной через две секунды снова послышались настигающие его шаги вперемешку с рычанием. Запрыгнув на порог дома, он поспешил закрыть дверь, на мгновение увидев в лунном свете своего преследователя. Это было совершенно уродливое существо, смахивающее на обгоревший человеческий скелет, донельзя изуродованный. На тонюсенькой шее висела слишком громоздкая для всего остального тела голова, на которой виднелись огромные впалые глазницы с отсутствующими в них глазами и широкая зубастая пасть, открытая в предвкушении добычи и сочащаяся вязкой слюной. Эрен почти перед рожей существа успел захлопнуть дверь, сразу же задвинув засов и почувствовав пульсацию удара об нее. Он дрожащими руками закрыл запасной замок и навесил цепочку, как будто бы уже для собственного спокойствия. На сгибающихся от страха ногах подтащил стул, приставил его к ручке, пока тварь старалась вынести дверь с петель, отчаянно колотясь в неё. ― Пусти, пусти, пусти… ― раздалось за дверью, после чего послышался скрежет когтей по дереву. Эрен забился в угол комнаты, боясь лишний раз шевельнуться. Его трясло от ужаса, накрывающего с головы до пят. Нечто продолжало безустанно долбиться в дверь. Йегер лихорадочно пытался придумать себе укрытие на случай, если оно все же проникнет в хижину. Но варианты его не радовали, вернее они отсутствовали в принципе. Оставался только один путь ― выскочить в окно и убежать, но и это явно было весьма кратковременным спасением. Йегер непроизвольно кинул взгляд на окно, занавешенное полупрозрачным тюлем, и все его последние надежды были мгновенно убиты. За стеклом на него таращилась другая тварь, у которой со зрением проблем явно не было ― выпученные овальные глаза с мелкой черной точкой вместо зрачка, занимающие добрую половину мерзкой рожи, устремили свой взор прямо в душу Эрена. Тела видно не было, вероятно монстр стоял в полный рост, опершись на стену дома. Оно заметило взгляд Эрена, хищно оскалив кривые подгнившие зубы, и прислонило к окну вытянутую кисть. Когти уперлись в стекло и поехали вниз, оглушая парня жутким скрежетом. Даже то второе, что долбилось в дверь, резко утихло, жалобно заскулив. А оно продолжало, пялясь на Эрена и разве что не хохоча для полноты картины. ― Выходи, Эрен. Тебе некуда бежать, ― скрипящий, похожий на хрип старухи, голос сменил скрежет. ― Эрен, впусти нас… ― отозвалась второе, снова навалившись на бедную дверь. Послышался треск, и последняя стена между Эреном и смертью, не сумевшая сдержать такого рьяного напора, поддалась. Она рухнула на пол, пропуская в дом настоящих исчадий ада. Первым зашло безглазое, шумно вдыхая воздух. Второе явилось следом, и на вид оно мало чем отличалось от своего собрата. Черные точки уперлись в умирающего со страха Эрена, и оскал вновь вернулся на его рожу. ― Ну вот и всё, а ты на что надеялся? Существа приблизились, обдавая Йегера запахом мокрых листьев и гниения. Они не торопились, наслаждаясь тем, как он зажимается в угол, его глаза мечутся, тело пуще прежнего охватывает дрожь, а на лбу выступает ледяной пот. Будто питались этим животным страхом, коим сейчас была пропитана вся хижина. Смерть тихонько прокралась в дом следом за тварями, заняв свой потрепанный табурет в первом ряду. Она с интересом окинула взглядом сцену и принялась ждать своего вступления.