Большой ребенок

После поездки в Россию на похороны Юдашкина в душе ее что-то вдруг перевернулось. Пришло какое-то странное осознание, что жизнь невероятно ценна, скоротечна и глупо не общаться с теми, кто тебе дорог – надо отбросить прежние обиды, ведь в любой момент человека может не стать… А кто же ей был дорог? Дети, это понятно. Кристина, Никита, Денька…Гаррик и Лизэтт, как ласково она называла светловолосую долгожданную дочку. Но с ними общение не прекращалось, даже несмотря на то, что старшие дети и внуки живут в Америке, связь между ними поддерживалась постоянно. Но все это не то, чего-то не хватало. Большинство друзей отвернулось и теперь все контакты сводились с новыми коллегами «по интересу», так или иначе пересекающихся в Израиле. Пугачева вышла на веранду своей израильской виллы и присела в плетеное кресло. Жарко. Невыносимо душно. Солнце так жарит, что, выйдя на улицу, кажется, будто из холодильника попадаешь сразу в пекло. А ведь это еще даже не лето. Местный климат примадонна переносила с трудом – давление скакало до рекордных цифр почти каждый день. Измученный частыми перелетами моторчик снова стал барахлить. Конечно, в Израиле медицина одна из самых лучших, самых развитых, продвинутых, но доверять свое сердце она могла только советскому специалисту Лео Бокерии, который не раз вытаскивал ее буквально с того света. Пугачева сделала глубокий вдох, но от прогретого солнцем воздуха он получился каким-то болезненным, неприятно отдавая ломотой в районе левого подреберья. Алла достала смартфон из кармана брюк и полистала список контактов WhatsApp.