Sub rosa

— Я думаю, за пару месяцев мы сможем подготовить проект соглашения об унификации законодательства в области ядовитых растений между Науру и Англией, — Октавиус рассказывал это волшебнику средних лет, одетому в коричневую мантию. — Потом останется принять его в Визенгамоте и в Науру. — Я просто не уверен, что ядовитые растения смогут кого-то поразить. Все-таки тема узкоспециализированная, — осторожно заметил собеседник Октавиуса. — Зельевары, возможно, и будут благодарны, но для большинства это пройдет мимо. — Тем лучше, — Октавиус довольно улыбнулся. — Его не будет рассматривать полный состав, и подписание данного документа не вызовет споров, разборов в прессе и вообще. Все пройдет тихо. И я не спорю, что это не слишком значительно, но подписав это соглашение мы сможем забраться к ним поглубже и продавить, например, насчет котлов. У них нет своего производства котлов. Они закупают в Сиаме и в Китае. Можно настоять, чтобы они закупали котлы у нас. И так далее, и так далее. — Это время, — недовольно ответил собеседник. — А ты хочешь быстро и безболезненно — Октавиус поднял открытые ладони вверх, как бы показывая, что он не врет. — Прости, Игнатиус, в какой вселенной ты живешь? По моему опыту, если на что-то давить сразу всей силой — это что-то может сломаться. Мы будем делать все постепенно. — Положим лягушку в котел и будем понемногу прибавлять огонь? — Игнатиус задумался, а потом аккуратно спросил: — А мы не ухудшим свое положение? — У них есть только два вида ядовитых растений, которых нет у нас, — уверенно ответил Октавиус. Он понятия не имел, сколько на самом деле ядовитых растений на Науру, уж не говоря про иные территории и острова. — С другой стороны, лучше держать больше яда под контролем, чем не держать вовсе. — С этим я не спорю, — поспешно ответил Игнатиус, потом, задумавшись, попытался объясниться. — Нет, я согласен с тобой, что идея хорошая, просто слишком специфическая. Когда ты хочешь представить проект в Визенгамот? — В марте. — Когда он собирался подавать, он знал давно. Он записал это в своем планере еще пару месяцев назад. — Все уже выйдут после Рождества, включатся в работу и не сильно обратят внимание на подобное. — Разумно, — согласился Игнатиус. — Нам нужно создать группу по разработке. Пришлю к тебе двух юристов и делопроизводителя. Юридическая часть — с моего отдела, а содержание — с тебя и твоих ребят. Но подпишет ли Науру соглашение? Не возникнет ли ситуации как с законом о пониженной ставке займов для гр… — Игнатиус запнулся и, смущаясь, продолжил: — Для маглорожденных? Октавиус не изменился в лице, услышав запинку, и сделал вид, что не понял, что имел в виду собеседник. Он мягко покачал головой: — Доверься мне и не беспокойся о Науру. Мы с тобой ни за что не попадем в такую нелепую ситуацию, как любители маглорожденных. — Стоит ли мне знать почему? — недоверчиво уточнил Игнатиус. — Я прожил в Окленде шесть лет, — Октавиус улыбнулся своей дежурной улыбкой, — если ты забыл, и острова Тихого океана мне не чужие. Не только потому, что я работаю в этом отделе. И я думаю, ты сам знаешь ответ на свой вопрос. — Хорошо, если так. Не хочется выполнять ненужную работу. Но если тебе еще понадобится моя помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне, — Игнатиус встал и, поклонившись, протянул Октавиусу руку. — Как и ты ко мне, — Октавиус тоже встал и пожал Игнатиусу руку. — Я отправлю ребят к ближе к обеду, — Игнатиус направился к двери и, уже почти выйдя, добавил. — Выдели им хороший кабинет. * * * В дверь постучали. Октавиус оторвался от бумаг и взмахнул палочкой. Отпирающее заклинание сработало, замок щелкнул, и к нему в кабинет вошла процессия из трех человек. — Мистер Флинт, добрый день, — высокая волшебница с короткой стрижкой подошла к Октавиусу и пожала ему руку. — Меня зовут Люси Кук, я специалист по праву островов тихоокеанского региона. Мистер Леви отправил нас к вам для подготовки соглашения. — День добрый! — Октавиус внимательно осмотрел ее. Костюм не очень дорогой, ногти коротко подстрижены. Выглядит молодо, но она не молода. Ей явно больше тридцати. В ней чувствовалась угловатость, неумение держать себя. Она чем-то напомнила ему Элеонор. — А вы руководитель группы? — Да, — с вызовом ответила Люси, уже готовясь к явной конфронтации, — у вас с этим проблемы? — Нет, — Октавиус улыбнулся. — Просто пытаюсь понять, как к вам обращаться. Я уверен, что вы хороший специалист, раз мистер Леви отправил именно вас. — Можете звать меня мисс Кук, — она явно обрадовалась словам Октавиуса и выдохнула от напряжения. — Но также можете звать меня Люси, я не против. — Я остановлюсь на мисс Кук, — мягко улыбнулся Октавиус. Он не любил подобного панибратства. И если с Игнатиусом они действительно работали вместе так долго, что могла считаться почти друзьями, то со всеми остальными он предпочитал держать дистанцию. Тем более они были его подчиненными. — Ну хорошо, — не стала спорить Люси и указала на мужчину с аккуратной бородой, одетого в костюм и темно-серую мантию. В юридическом отделе любили ходить в мантиях. Игнатиус почти никогда не надевал костюмы. — Это Патрик Дэвис, тоже юрист. Он хорошо разбирается в английском праве, особенно норм по взаимодействию и контролю за ядовитыми растениями. Мистер Дэвис, соответственно, — уточнила Люси. — А это Катрина Остин, — Люси указала на невысокую девушку с круглым лицом и каштановыми волосами, убранными в аккуратный хвост. Девушка покраснела и почти слилась со своей красной блузкой. Она была миленькой, отметил Октавиус. Он не любил работать с миленькими девушками. Они отвлекали от работы других сотрудников. — Катрина наш делопроизводитель. Поможет нам с документами. Соответственно, мисс Остин. — Мне очень приятно, — Октавиус встал из-за стола. — Я рад, что мы будем работать вместе. И у нас в отделе достаточно делопроизводителей. Возможно, не стоило отрывать мисс Остин от ее основной работы? — О нет, поверьте, — вмешалась Люси, — Катрина молодец. У вас таких нет. Тем более у нас будет очень много бумажной работы, увеличивать нагрузку на ваших — это глупо. И я уверена, что они не в курсе, как правильно все оформлять, а Катрина в этом деле мастер. — Ну хорошо. Добро пожаловать, мисс Остин, — сказал Октавиус. Девушка улыбнулась ему и кивнула головой в знак приветствия. Октавиус подошел к двери. — Я покажу вам кабинет. Они проследовали по коридору и зашли в третий по счету кабинет. Помещение было огромным. Полукруглое окно как в кабинете Октавиуса, стены обшиты дубом. Огромные книжные шкафы устремлялись вверх. Они были такими высокими, что на втором ярусе был балкон, а к нему вела резная деревянная лесенка. Большие деревянные столы со всеми письменными принадлежностями стояли вдоль стен на большом расстоянии друг от друга, рядом массивные деревянные стулья. Ближе к окну располагался небольшой столик, на котором лежала стопка чистых пергаментов. Все-таки Морис, помощник Октавиуса, молодец. На него всегда можно положить и в поиске документов, и в подготовке кабинета. Октавиус с удовольствием заметил, как группа юристов в шоке озираются. Он показал рукой на кабинет и сказал: — Тут у нас четыре стола, правда, но не переживайте, это решаемо. — О нет, это прекрасно мистер Флинт, — неожиданно вмешался молчвший прежде Патрик. — Дополнительный стол нам понадобится. — Ну, тогда считайте, что я специально все продумал, — Октавиус улыбнулся. — Можете располагаться. Я бы не хотел откладывать дела в долгий ящик, поэтому через час буду ждать вас в большой переговорной, третья дверь слева по коридору. Обсудим общую концепцию и определимся с направлениями работы. Если будут какие-то вопросы по организации работы или необходимости дополнительных материалов, то обращайтесь лично ко мне. Октавиус поклонился, вышел, закрыл дверь и прислушался. — У нас весь отдел в этом кабинете уместится, — потрясенно сказала Люси. — Да у меня дом меньше, чем этот кабинет, — согласился Патрик. — Окно какое большое... — Не знаю, почему им людей пугают, вроде хороший парень, — заметила Люси. — Вежливый. Почему нам все сочувствуют, что мы с ним работать будем? — Это его отцом вроде пугают или дедом. Они были темными магами и кажется, даже Пожирателями смерти, — ответил ей Патрик. — Он-то вроде нормальный. — Я займу этот стол, если вы не против, — услышал Октавиус второй женский голос. Приятный голос. — Да, Катрина, конечно, — ответила ей Люси. — Тогда я у окна… Октавиус, ухмыльнувшись, пошел к себе. * * * Работать с мисс Кук и мистером Дэвисом оказалось на удивление хорошо. Преодолев первоначальное волнение, они с радостью взялись за работу. Если Октавиус о чем-то заикался, то уже на следующий день ему представляли все выкладки и возможности по данному вопросу. — Знаете, от чего я в полном восторге, мисс Кук? — Октавиус просматривал подготовленные отчеты. Довольная Люси стояла перед его столом. — Помимо вашей работы, безусловно. От идеального оформления отчетов. Все четко, везде порядок. Я иногда думаю, что вы меня чем-то заколдовали. — Это все Катрина, — улыбнулась Люси, — она такая дотошная. Любит, чтобы порядок был во всем. Мы с мистером Дэвисом не настолько организованы. — Я выпишу мисс Остин отдельную благодарность за это, — Октавиус внимательно изучал отчет. — Она бережет мои нервы и позволяет мне почти наслаждаться документами. И может быть, со временем украду ее к себе в отдел. — Мы не отдадим ее вам без боя, — пошутила Люси. Октавиус в ответ улыбнулся, но комментировать не стал. Он всегда получал все, что ему требовалось. С Люси было просто работать. Она всегда говорил что думала, могла осадить, но могла и признать вину. Гриффиндорка. Что с них взять. Специалист она была хороший, но иногда ей не хватало гибкости. Октавиусу приходилось подсказывать ей: «Если это незаконно, придумайте, как обойти закон. Ведь есть варианты. Нам нужен этот пункт. Протащите его». Люси это не нравилось, но варианты она находила. Патрик в этом плане был попроще. Моральных терзаний он не испытывал и воспринимал подобные указания как обычную работу. Люси бы в мракоборцы пойти работать. Там нужна подобная моральная стойкость. К ноябрю они определились со структурой документа, направили запросы в другие отделы по недостающей информации и начали писать первый набросок соглашения на основе черновиков. За эти черновики юристы Октавиуса проклинали. Он читал их, вычеркивал ненужные фразы, дописывал замечания на полях и отдавал на переделку. Это продолжалось день за днем и постепенно костяк начал вырисовываться. Люси однажды пожаловалась на это Октавиусу: — Это черновики с ошибками давят на меня ужасно. Я воспринимаю каждый из них как пощечину. — Это неразумно, мисс Кук, — попытался приободрить ее Октавиус. — Воспринимайте это, как поиски золота. Чем больше вы стараетесь, тем лучше у вас получается найти нужные слова. Поверьте, подобное переписывание черновиков неизбежно. В этом суть нашей работы. — Я рада, что вы к этому так относитесь, — с облегчением ответила Люси. Она страдала из-за этих черновиков постоянно. — А как еще к этому можно относиться? — удивился Октавиус. — И я, поверьте, замечаю, что даже черновики выглядят безупречно. — А по-другому мы и не работаем, — усмехнулась Люси. Они не опаздывали, не шумели, выполняли все точно в срок. Октавиус даже расслабился, войдя в накатанную колею. Поэтому, когда утром после заседания Визенгамота он обнаружил за своим столом отца, то не успел сделать вид, что в курсе. — Ты бы челюсть поднял, — спокойно ответил отец, вертя в руках разные письменные принадлежности, — и дверь закрыл, а то не дай Мерлин, кто увидит и весь твой авторитет пойдет по пизде. — Добрый день, отец! — Октавиус попытался взять себя в руки и, взмахнув палочкой, закрыл дверь. — Я так удивлен, что ты здесь. Мы разве договаривались? — Вроде нет, — сказал отец, рассматривая перья для письма. — Так и что тебе тогда надо? — Октавиус колебался. Раньше отец никогда не приходил без приглашения или уведомления, что зайдет. — В гости зашел, к любимому сыну, — ехидно улыбнулся Септимус и сломал одно из перьев. Октавиус сел на стул для посетителей. После того сентябрьского вечера они общались только по работе. Обсуждать, что произошло и кто в этом виноват, Октавиусу не хотелось. Он даже пару раз подумал, что ему должно быть стыдно, но стыдно не было. — Хорошо, — согласился он. — Располагайся. Я могу познакомить тебя с сотрудниками. Кофе будешь? — От тебя — нет, — спокойно ответил Септимус. — С сотрудниками я уже сходил и познакомился, все разбежались по кабинетам и сидят там как мышки. Октавиус потянул ворот. В кабинете было жарко. Черт. Еще и сотрудников теперь успокаивать. — Телочка в светлой блузке, у которой жопа еще неплохая, явно на тебя глаз положила. Ты бы не тупил и оттрахал ее прямо на своем рабочем столе, — Септимус провел рукой по столешнице. — А то и стол без дела простаивает, и жена у тебя страшная. А тут просто не отходя от рабочего места. Или устрой какое-нибудь совещание и заставь ее в это время тебе отсасывать. Забавно выйдет. — Спасибо за мудрый совет, — стараясь не воспринимать это всерьез, ответил Октавиус. — Я подумаю на досуге. — Подумай, подумай, хотя кому я рассказываю. Ты ж долбанный ботаник, — Септимус сломал еще одно перо. — Что с Науру? — Работаем, — спокойно пояснил Октавиус. — Я думаю, к апрелю Визенгамот ратифицирует соглашение, тогда можно будет ввозить ядовитые растения без особого контроля и уплаты пошлин. — Со всего региона? — не поднимая взгляд на сына, спросил Септимус. — Да, — нетерпеливо ответил Октавиус, — у Науру много местных соглашений по отдельным растениям. В общем, получается, что почти все ядовитые растения попадают к ним бесконтрольно. На сегодняшний день они нам так легко не продают. В основном мы тормозим, проверяя все тщательно. Нужно снять ограничения. Мы их снимем. — Что насчет импорта? — по-прежнему издеваясь над перьями, спросил Септимус. — Пока он запрещен, — тяжело вздохнул Октавиус, стараясь не думать о перьях. — Но после снятия ограничений прекурсоры поедут спокойно. Думаю, и часть ядов можно будет провести легально. Ну а нелегальную часть в общем потоке не заметят. — Хорошо, — Септимус улыбнулся. — У Науру неплохие связи с Юго-Восточной Азией. Там можно столько всего сбыть. Но напрямую нельзя. — Я бы предложил после перевалки на Науру еще раз перепутать потоки на Фиджи, — Октавиус решил рассказать свои мысли за последнюю неделю. — Вот после Фиджи найти концы будет уже невозможно. — Что у них по законам? По таможне? — словно взвешивая, спросил Септимус. — С нами — плохо, — не стал юлить Октавиус. — Они браконьеры и вообще. Практически весь нелегальный рынок редких зверей Юго-Восточной Азии идет через Фиджи. Если к этому добавить яды, никто и внимания не обратит. Главное самим не светиться, ну и найти нужные выходы. И этим я займусь. — Вариант неплохой, — Септимус к неудовольствию Октавиуса начал выдергивать из пера пух. — Ты за этим пришел? — решил еще раз уточнить Октавиус. — Про Науру узнать? Мы же послезавтра встречаемся. Я бы все тебе и так рассказал. — Нет, совсем не за этим, — Септимус выдержал паузу, потом продолжил. — Мне тут кое-кто сказал, что любители грязнокровок знатно обосрались со своим законом. Гоблины их послали, что было предсказуемо. Они теряют позиции и уважение. — Ты же не лезешь в английские дела, — Октавиус серьезно посмотрел на отца. — Так я и не лезу, — ухмыльнулся Септимус. — Мне просто кое-кто рассказал. А я решил рассказать тебе. Просто в качестве обсуждения и сплетен. Короче, они хотят крови, чтобы обелить свою репутацию. И они будут пытаться найти себе врага, чтобы отвлечь от себя внимание. И поверь мне, это будут «Священные Двадцать восемь». Хотя там уже только половина в живых осталась. И к тебе они тоже придут. Им нужен злодей. Ты подходишь на роль злодея более чем. Конрад со мной, кстати, согласен и Тео уже инструктировал по полной. — Я чистый, ты что! — возмутился Октавиус. — На меня ничего нет. Я не темный маг и я никого не убивал. Во всяком случае, лично. И в любом случае это не доказано. — Во-первых, конечно, ты — темный маг, не льсти себе, — Септимус, ухмыляясь, довольно посмотрел на сына. — Во-вторых, твой дед был чудовищем, твой дядя был Пожирателем смерти, а твой отец редкостный мудак. И ты абсолютно такой же. Все мракоборцы в Британии знают это. Ну и хрен, что не доказано, все равно ты для всех изверг и демон. — Нет, — твердо возразил Октавиус, — я — это не вы. — Ошибаешься, мой милый, — не согласился с ним Септимус. — Ты — это твой дед, ты — это твой дядя и ты — это я. Для них для всех ты — злобное исчадие ада, демонический выродок, жуткий темный маг, который ест младенцев на завтрак и умывается кровью девственниц. Мы же вроде проходили это все уже. Ты забыл? — Безусловно, нет, — вспоминать тот разговор сейчас хотелось меньше всего. — Просто я работаю тут уже много лет. У меня есть своя репутация. Меня тут ценят. Я — это не вы. — Бла-бла-бла...— Септимус снисходительно посмотрел на сына. — Вся твоя репутация слетит с тебя в момент, — он дунул на ощипанное перо и остатки оперения исчезли, оставив в его руки голый стержень. — Ты останешься только со своей фамилией. А мы темные маги! — Кто тебе это сказал? — спорить с отцом надоело. — Да это все говорят, с одиннадцатого века все это знают. Да, такова была цена, и она была уплачена. Я считаю это несправедливым, — Септимус усмехнулся. — Но мы темные маги. — Кто тебе сказал про любителей грязнокровок и что они будут искать себе врага? — стараясь не отвлекаться уточнил Октавиус. — Ты прикалываешься? — удивился Септимус. — Я своих людей не раскрываю. — Пусть твои люди доносят мне, — Октавиус злобно посмотрел на отца. — По всем английским делам пусть рассказывают все мне. — Я-то и не против, но они на такое не пойдут. Поэтому бегают ко мне. Меня они ценят и любят, уважают меня и боятся. А я не могу вести дела в Англии, — Септимус поднял правую руку и покрутил ей. — Такой был вроде уговор. Ты хотел быть самостоятельным. Давай, карты в руки. Я вот тебе информацию к размышлению принес, дальше сам. А мне пора. У меня у самого дел выше крыши. Септимус встал и вышел из-за стола. Октавиус тоже встал, чтобы проводить отца. В это время в дверь постучали, а затем в кабинет зашла Катрина. В руках у нее было пару десятков свитков. Увидев Септимуса, она смутилась. — Простите, мистер Флинт. Вы тут не один. Извините, я зайду позже, — она попыталась выйти из кабинета. — Заходи, Катрина, все в порядке, — Октавиус придержал ей дверь. Она попыталась объясниться: — Я вот вам принесла новые исправленные пункты. — Прекрасно, проходи, — Октавиус пропустил ее вглубь кабинета. Септимус обнял сына, прижал его к себе и прошептал на ухо: — Выеби это телку. Можешь прямо сейчас, когда закроешь за мной дверь. Я бы на твоем месте поступил именно так. Она сама к тебе пришла. Может, хватит быть вечным ботаником. Не тупи. Затем он отстранился, пожал руку и, бросив «Увидимся», исчез за дверью. Октавиус оторопело стоял, глядя на закрытую дверь. — Мистер Флинт, — вывела его из ступора Катрина. — Я документы на стол вам положу. — Да, спасибо, Катрина, — Октавиус наконец стряхнул с себя задумчивость и вернулся на свое место. — Извините, а кто это был? — неуверенно спросила девушка. Видно, что она хотела уйти, но ей было очень интересно. — Наместник дьявола на земле, кто ж еще, — Октавиус развернул первый пергамент. — А по совместительству мой отец. Напугал всех? — Ну… — замялась девушка. — Да это нормально, — Октавиус даже не удивился. — Я бы удивился, если бы нет. Просто он сегодня без настроения, вот и думает, кому бы голову откусить. — Он работает в Министерстве? — робко спросила Катрина. — Нет, — Октавиус покачал головой, — слава Мерлину, нет. Общаться с ним каждый день я бы не смог. Он работает в международной федерации квиддича. Организовывает чемпионаты. У них как всегда какие-то проблемы, и он злой и решил до меня докопаться. Поверь, для моей семьи — это вполне рядовая ситуация. Но спасибо за бумаги. Скажи всем, чтобы выбирались из укрытия. Уже можно. Катрина кивнула и, неловко улыбнувшись, ушла. На ней была светлая блузка и темно-серая прямая юбка до колена. И да, жопа была действительно неплоха. Октавиус поморгал, чтобы настроиться на рабочий лад и начал читать пергаменты.