Поцелованный Солнцем

О таких людях, как Дилюк, говорят — солнечные, поцелованные Солнцем, маленькие Солнышки. Солнце — это все, с чем у Кэйи ассоциируется Дилюк. Лучи путаются в рыжих волосах, заставляя те переливаться аки драгоценные камни. Кэйе нравится перебирать и расчесывать те, аккуратно пропуская локоны сквозь пальцы. В такие мгновения возникает ощущение, будто в руках у тебя — настоящая лава; не горячая только — так, тепленькая. И Кэйа не может сдержать детского восторга: трогать пышную копну волос Дилюка сродни благословению Архонтов. Солнце целует кожу Дилюка каждое лето, оставляя после себя прелестные веснушки. Дилюк всегда фыркает и смущается показывать их, но Кэйа любит каждую из них. Кэйа считает, что они делают Дилюка очаровательнее, милее, о чем регулярно ему напоминает, заставляя краснеть в тон своим длинным солнечным локонам. Его любимое занятие — выцеловывать все группки веснушек по очереди, будто следуя за прикосновением Солнца — от щек к плечам, — заставляя Люка мило хихикать от щекотки. Ах, прекрасные летние деньки. Однако Дилюк солнечный не только летом. Зимой на смену веснушкам приходит нечто более мощное, прекрасное — смех и улыбки. Его смех и улыбки, пожалуй, даже оказываются ярче и теплее самого Солнца. Они способны согреть, наверно, весь мир вокруг и каждого его жителя. Кэйе кажется, что если бы Дилюк не был таким, какой он есть, он бы никогда не смог выйти из своей ледяной скорлупки и снова довериться этому миру. Кэйе кажется, Дилюк его спас. Именно поэтому по зиме всегда доверчиво прижимается к его теплому боку и, обняв поперек груди, утыкается холодным носом куда-то в шею. Дилюк ворчит, но не прогоняет, давя в себе непрошеную улыбку. «Вдвоем теплее», — решает он, когда прижимает тело Кэйи к себе и оставляет на синей макушке теплый, солнечный поцелуй. А глаза? Глаза, что алее тришираита и прекраснее самой качественной волшебной руды, светятся так ярко, словно само Солнце спустилось в Тейват в виде смертного, чтобы дарить окружающим тепло и радость. Стоит посмотреть в них — как уже не хочется отводить взгляд вовсе. Они, словно огонь, обладают некой притягательностью, которой Кэйа совершенно не хочет противиться. Говорят, если подобраться слишком близко к Солнцу, можно сгореть. В одной книжке Кэйа читал, как один юноша, получив крылья от отца для спасения своей жизни, и вовсе лишился их, когда, поддавшись грезам, оказался в непочтительной близости к Солнцу. Кэйа думает, что эта история идеально им подходит. Ведь именно это и произошло в тот день: Кэйа, не выдержав жара Дилюка, просто-напросто сгорел, упал, разбился. В тот день вместе с Дилюком из его жизни ушло все то тепло, что тот принес однажды в его жизнь, и Кэйа впервые начал всерьез задумываться о том, что Селестия не убила его, как остальных его родичей, просто чтобы посмеяться. Ведь так смешно сделать двух самых близких друг другу людей полными противоположностями, правда? Лед и пламя, Солнце и Луна, Синий и Красный, День и Ночь. Кэйе кажется, будто над ним и правда просто зло пошутили. Кэйе кажется, что вместе с Дилюком исчез и он сам. А когда Дилюк вернулся, от Солнца остались лишь угольки.