Кулинарная книга Джека

Джек возвращался домой, ощущая приятную лёгкость в теле и любовь ко всему миру. Ему хотелось чего-то особенного: то ли запеть душевную песню, то ли пострелять из автомата в ночное небо, то ли заняться любовью. Однако последнее было затруднительно, потому что Рита всё ещё не вернулась на родину, а изменять ей казалось неправильным. И дело было не в каких-то обетах или приворотах, а в неясных чувствах, которые пробивались сквозь защиту его души. О браке пока не могло быть и речи. Джек был ещё слишком молод и не чувствовал готовности брать на себя обязательства, которые предполагает семейная жизнь. Однако он не хотел обманывать себя и признавал, что Рита могла бы стать той единственной, ради которой он готов изменить привычный уклад жизни. А там, кто знает, может быть, когда-нибудь он даже задумается о ребёнке, когда Брок окончательно повзрослеет и больше не будет нуждаться в его опеке. Конечно, тот и сейчас был достаточно самостоятельным человеком, но в глубине души оставался ребёнком. А детям нужно место, где они чувствуют себя в безопасности, и человек, которому они могут пожаловаться и даже поплакаться, зная, что их поймут и примут, и сделают всё возможное, чтобы решить их проблемы. Вот на этой ноте Джек и уснул, едва успев снять тапочки и стянуть свитер. И снились ему разноцветные летающие пони с нарисованными на крыльях звёздами… Пробуждение было приятным. Голова не болела, сушняк не давил, а общее состояние было отличным. «Вот что значит молодость, — довольно подумал Джек и запустил пятерню в волосы, но через мгновение испуганно отдёрнул руку, почувствовав горячий мохнатый комок. — Это ещё что?» — возмутился он, садясь на кровати. С подушки на него глазел чудо-кот, успевший за ночь немного изменить внешность. — Хозяин, источник подрос! — объявил Кит, появившийся в спальне со стаканом апельсинового сока. — Спасибо, кэп, а то без тебя я бы не понял, — проворчал Джек, но подношение принял, разглядывая кота, снова зажмурившего свои зелёные глаза. — Теперь его точно никто не примет за простого питомца с этими-то украшениями. — Брат, ты не видел Маню? — Брок влетел в комнату, даже не постучавшись, что позволял себе только в моменты сильного волнения. — Маню? — переспросил Джек, покосившись на чудо-кота. — Ну, нашего дракона. Его Смауг зовут, но он пока не дорос до этого имени, поэтому согласился на детское прозвище. Джек пошкрябал щёку, потом с глубокомысленным видом провёл рукой по всклокоченным волосам, почесал шею… — Так видел? — нетерпеливо напомнил о своём вопросе Брок. — Я проснулся, а его нет в комнате! Вдруг он испугался и куда-нибудь забился? — Согласился на детское имя, — словно не слыша его, повторил Джек. — То есть вы каким-то образом разговариваете? — Нет, просто я перед сном называл ему имена, а он выбирал. — Ага, понял. Здесь твой великий и ужасный, — указал Джек на свою подушку, на которой свернулся клубочком чудо-кот, не подающий вида, что понимает человеческую речь. Брок подбежал к кровати и замер, восхищённо рассматривая его. У него чуть ли не сердечки в глазах плясали, а восторг мог ощутить даже человек, не имеющий дара эмпата. — Это что с ним? — наконец прошептал он, не решаясь прикоснуться к пушистому меху. — Твой Смауг как-то законтачил с нашим Джарвисом и того-этого… Проапгрейдился, — ответил Джек, уловив картинки, которые посылал ему дом. Чудо-кот наконец перестал притворяться спящим. Он открыл глаза, зевнул и продемонстрировал свои мелкие острые зубы и розовый язык. Это зрелище вызвало цепную реакцию: Джек и Рам, прибежавший на шум и голоса хозяев, тоже начали зевать. — Он и раньше был красавцем, а теперь стал в сто раз лучше! — воскликнул Брок и спросил разрешения у своего карманного дракона: — Можно, я тебя поглажу? Тот в ответ согласно кивнул и замурчал, наслаждаясь осторожными прикосновениями к своим витым рожкам и перепончатым крыльям, делающим его похожим то ли на мини-демона, то ли на кавайную анимаформу Дракулы. — Так ты из-за него так рано подорвался? — спросил Джек, шаря по полу в поисках тапочек, которые нашлись под кроватью. — Ага. Мы с Рамом пойдём плавать, а ты присмотри за Маней, — кивнул Брок и, быстро чмокнув чудо-кота в нос, убежал из комнаты. — Жрать хочешь? — поинтересовался Джек и получил в ответ заинтересованный взгляд. — Жди, пока я умоюсь. Не будем отвлекать наших ушастиков, они и так с раннего утра на ногах. Быстро приняв прохладный душ, он надел чистую футболку и джинсы и, подхватив кота под брюшко, направился на кухню, где уже вовсю кипела работа. Домовики ставили в духовки пироги и плюшки, Фоукс, пробравшийся в уголок, с хрустом разгрызал скорлупу орехов, сияя так, словно выиграл главный приз в лотерею. Джек повязал бандану, надел фартук и принялся точить свой шеф-нож, посмеиваясь над фантазией Брока. У него самого не очень хорошо получалось придумывать имена, но он точно не додумался бы до «Мани» вместо «Смауг». Наверное, это влияние Барнса, который хорошо знал русский язык и старался научить ему всех, кого считал достойным своего высочайшего внимания. — Такими темпами этот проглот к завтрашнему дню ещё что-нибудь отрастит, — задумчиво пробормотал Джек наблюдая за котом, жадно, но аккуратно поглощающим «похмельное рагу» из чайной чашки. Он повернулся к двери, в которую вошли официанты, и поздоровался с ними. — Привет! Живы-здоровы? Как вы тут без нас управлялись? — Доброе утро, сэр! — поклонилась Агнес. — Без вас сложно, но вам тоже надо отдыхать, — добавил Ян, а потом немного смущённо спросил: — Мистер Ли, можно вас на разговор? Ненадолго, когда у вас будет время. Мне нужен ваш совет. — Давай после первой волны, — согласился тот. Утро пролетело, как обычно, суетно, но плодотворно. Клиенты, соскучившиеся по магически калорийной пище, занимали столики и делали заказы, покупали на вынос авторский чай Брока и ланчи, болтали друг с другом и читали свежую прессу. По телевизору показывали новости волшебного мира. Элегантный седовласый волшебник рассказывал о принятом законе, касающемся обучения в начальной школе. Джек то и дело выглядывал в зал, приветствовал посетителей и обменивался парой слов со знакомыми. В минуту затишья он кивнул Яну и указал на дверь. Тот быстро шепнул что-то Агнес, снял фартук и выбежал во внутренний двор. — Простите, что отвлекаю вас, мистер Ли, — извинился он, неловко переступая с ноги на ногу. — Садись, не мельтеши, — велел Джек и, устроившись в кресле, закурил. — Что там у тебя, рассказывай. Ян осторожно присел на краешек стула и несколько раз глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями. А затем начал говорить, тщательно подбирая слова. — Я бастард. Мама умерла. Недавно со мной начал общаться отец. В последний раз мы с ним встречались много лет назад. После этого он пропал из нашей жизни и не проявлял к нам интереса. У него родился сын в законном браке, и я стал не нужен. — Милая привычка у британцев — забивать болт на «запасных» детей, — хмыкнул Джек, давно узнавший о том, что местные чистокровные снобы не считают зазорным задрать юбку симпатичной магле, а потом стереть ей память. Или они могли завести себе содержанок из бедных маглорождённых волшебниц, которые исполняли все их капризы. Для них «посеять дикий овёс» до сих пор было чем-то естественным, как сходить на завтрак в кафе или купить новую мантию. — Угу, со мной так и было, пока моему отцу не надоели выходки его законного сына, — кивнул Ян. — Я подозреваю, что сейчас он рассматривает меня на роль ненаследного отпрыска или хочет как-то использовать. — А ему есть что передать? — Не миллионер, но богат. Уж точно богаче меня. Он неплохой зельевар, запатентовал несколько популярных средств. Некоторые даже продают в магловском мире. — И сынок у него оторва… — прищурился Джек, смерив Яна внимательным взглядом. — Мистер Поттер, вы ли это? — Вроде того, — согласился тот. — А от меня какого совета хочешь? — Как вы думаете, стоит согласиться или лучше не рисковать? Джек закурил вторую сигарету и задумался, глядя, как корнуэльские пикси и садовые гномы быстро собирают урожай. Они перебрасывали друг другу румяные райские яблочки и при этом старались не выдать своего любопытства, подслушивая разговор людей. — Ты же понимаешь, что окончательное решение придётся принимать тебе, несмотря на любые советы? — Да, мистер Ли, я не ребёнок, — кивнул Ян. — Просто хочу узнать ваше мнение. Я не могу рассказывать о таких вещах чужим людям, а вам я доверяю. — Почему? — с любопытством уточнил Джек. — Вы надёжный человек, и в магическом спектре кажетесь мне незыблемой скалой, — ответил Ян, немного смутившись. И пояснил: — У меня есть дар: я чувствую эмоции людей и могу подстраиваться под них. Но с вами мне это не нужно. Вы и так доброжелательны и спокойны, ничего ни от кого не ожидаете. Вы готовы накормить и пустить к себе, но только за справедливую цену. И помогаете вы не всем, а лишь тем, кому искренне сочувствуете. — Вот ведь какой психолог выискался, — усмехнулся Джек, впрочем, совершенно беззлобно. — Ладно, слушай, как это вижу я. С одной стороны, если ты согласишься на покровительство отца, то сразу решишь множество своих проблем. Он, возможно, обеспечит тебя деньгами, предоставит жильё и приличную работу. Ты попадёшь в компанию богатых людей и обретёшь родственников. С другой — всё то же самое, но со знаком минус. — В каком смысле? — Ну вот смотри. За полученные деньги придётся отчитываться, чтобы показать, что ты достоин вложений, а не просто профукиваешь их на свои хотелки. Жильё будет подконтрольно отцу. То есть он сможет приходить к тебе в любое время, и отказать ты не сможешь, потому что… — Это некрасиво и неудобно, — закончил фразу Ян. — Точно! Дальше. Работа. За хорошую зарплату придётся пахать, но ты этого не боишься. Вот только дело в том, что ты ничего не умеешь по причине отсутствия профильного образования. В Хогвартсе учился? — Нет, для нас это было слишком дорого, поэтому только бесплатная магловская школа. — Угу, а это образование никаким боком не лепится к зельеварам, — кивнул Джек. — Что ещё? Богатенькая молодёжь будет смотреть на тебя свысока, издеваться и называть в лицо отребьем. Британцы, ты уж извини, те ещё снобы, а «высокопородные» волшебники — снобы в квадрате. Ты же не надеешься, что тебя сделают законным наследником? — Нет, что вы, я давно не верю в сказки, — невесело усмехнулся Ян. — Про семью можете не говорить. Я и сам понимаю, насколько меня будут ненавидеть миссис Поттер и Джеймс. — При этом твой брат такой шалунишка, что о его выходках знает каждая собака в этой деревне. К тому же он успел соскучиться по веселью, потому что его компания развалилась. — Скорее всего, его приговор будет очень мягким. Вы ведь пошли с ними на мировую? — Да, я заключил договор с Поттерами, — сказал Джек, не собираясь стыдиться своих действий. Воевать, будучи привязанным к кафе и имея на руках несовершеннолетнего ребёнка, — это было бы в стиле «каноничных мародёров», а он не был склонен к подобным глупостям. А то, что он запланировал кое-что на будущее Джеймса… об этом можно было не рассказывать посторонним. Поттеры, хоть и не аристократы и не очень могущественные маги, могут доставить серьёзные неприятности своим врагам. Они имеют для этого все возможности и необходимые связи: от трущоб, в которых отлично ориентируется Линфред, до Министерства магии, а именно Департамента магического правопорядка, возглавляемого Хардвином. Даже если Карлус не будет участвовать в противостоянии, он всё равно не станет вредить своим родственникам. — Я вас понимаю, — кивнул Ян. — Я и сам бы выбрал такой вариант. У меня тоже есть дети. Не мои, но я за них отвечаю. — Сироты? — уточнил Джек и, получив в ответ согласный кивок, спросил: — Почему они не в приюте? — К «тёмным» мы их сами не отдадим, а к вам… Места в «Солнышке» распределяли в первую очередь среди больных детей, — честно ответил Ян и поблагодарил: — Спасибо за разговор, мистер Ли. Буду думать дальше.