Кулинарная книга Джека

— В этом я уверен, но вот насчёт его сотрудничества с Фламелем у меня большие сомнения, — покачал головой Аберфорт. — Альбус несколько лет путешествовал по континентальной Европе, а затем опубликовал свой «титанический» труд. Он уже был довольно знаменит после победы над Гриндевальдом, и публика воспринимала его как гения, с восторгом одобряя любые его «шедевры». Джек кивнул, подтверждая, что осознаёт, насколько силён в людях стадный инстинкт. Если один человек будет утверждать что-то, то ему, возможно, не поверят. Однако если за дело возьмётся команда профессионалов, они смогут легко направить общественное мнение в нужное им русло. — Вы знаете, кто поддерживал вашего брата? — Нет, — Аберфорт сразу же помрачнел. — Я пытался выяснить это, но мне намекнули, что излишнее любопытство может привести к неприятностям. — Вам поступали прямые угрозы? — прищурившись, спросил Джек. Он закурил сигарету, ощущая лёгкое головокружение от выпитого алкоголя. Однако, осознав серьёзность обсуждаемой темы, он старался сосредоточиться. — Да, мне передали через знакомых, чтобы я соблюдал осторожность, выходя на улицу. А потом кто-то устроил пожар в пабе, когда я был на кладбище, навещал могилы мамы и Арианы. — Знакомая схема, — усмехнулся Джек. — Если бы у вас были дети, то вам бы прислали их фотографии рядом со школой или в каком-нибудь общественном месте. — Вы считаете меня трусом? — спокойно взглянул на него Аберфорт. — Нет, я бы поступил так же. Когда враг силён, а тебе есть что терять, то глупо вступать в драку, — пожав плечами, ответил Джек. Он говорил искренне, потому что сам сталкивался с подобной ситуацией. Руководители Гидры часто использовали такой метод, чтобы мотивировать своих бойцов. Да и сотрудники Щита были не лучше, ведь они смогли найти способ влиять даже на Роджерса. — Благодарю вас, — произнёс Аберфорт, и было видно, что он искренне ценит мнение собеседника. — Я сомневался, правильно ли поступил, но теперь уверен, что осторожность была необходима. — Я слышал, что некоторые британские волшебники относятся с пренебрежением к подвигу вашего брата. Они считают, что он заключил сделку, чтобы спасти своего друга. Многие высокопоставленные лица были заинтересованы в ресурсах Гриндевальда, а тот готов был умереть, но не дать им желаемого. Так что им просто нужен был посредник. — Альбус был слишком привязан к этому паршивцу, — поморщился Аберфорт и выпил огневиски. — Если бы не он, с Арианой не случилось бы беды, и мы с ней жили бы так, как нам нравится. Джек не стал высказывать своего мнения о том, насколько спокойным было бы существование девушки с нестабильной магией и ментальными проблемами. Скорее всего, она бы сошла с ума, став старше, или случайно убила бы ещё кого-нибудь, кроме своей матери. — Кто написал портрет вашей сестры? — спросил он с любопытством. — Это сделал я перед пятым курсом. Меня считали довольно талантливым художником, — невесело усмехнулся Аберфорт. Джек удивлённо взглянул на него, в очередной раз подумав, что эта реальность преподносит ему сюрприз за сюрпризом. Здесь многое отличалось от канона «Поттерианы»: люди не соответствовали своим описаниям и происходили загадочные и непредсказуемые события. — Это была моя последняя работа, — продолжил Аберфорт. — После смерти Арианы я больше никогда не брался за кисти. — Но почему? — Я думал, что накликал несчастье на свою сестру, создав её волшебный портрет. Сейчас я понимаю, что это было глупо, но тогда мне было всего пятнадцать лет, я потерял свою семью и был в отчаянии. Они погрузились в молчание, каждый размышляя о своём. Джек искренне сочувствовал Аберфорту, который в столь юном возрасте стал свидетелем ужасной трагедии. Это было поистине душераздирающее событие, и неудивительно, что он винит себя во всех своих бедах, ведь никто не утешал его и не помогал справиться с горем. Как себя должен был повести подросток, едва достигший совершеннолетия, оставшись один без собственных средств к существованию? Старший брат оставил его и уехал путешествовать по миру, потому что уже закончил школу и мог работать. А что же младший? Как он выжил и даже умудрился сохранить родительский дом? Аберфорт, словно прочитав мысли, сказал: «Мне пришлось приложить усилия, чтобы не оказаться в зависимости от тех, у кого были недобрые намерения». Джек снова кивнул, понимая, что за его скупыми словами скрывается многое. Впрочем, во времена молодости братьев Дамблдоров жизнь была одновременно проще и сложнее, чем сейчас. Дети из бедных семей начинали работать очень рано, чтобы помочь своим родственникам и прокормить себя. — Вы не хотите вернуться к своему любимому занятию? — спросил он, сделав глоток пива. — Не думаю, что у меня появятся клиенты, — пожал плечами Аберфорт. — Ну почему же? Я, например, с удовольствием доверил бы вам реставрацию портретов наших дорогих предков, — сказал Джек. Он не лукавил, ведь для такой работы нужен был мастер, заслуживающий доверие. Враг мог специально разрушить тонкие чары, наложенные на холсты или ещё каким-либо образом испортить волшебные картины. — Я подумаю о вашем предложении, — медленно кивнул Аберфорт. Было заметно, что он взволнован перспективой вернуться к любимому делу, хотя прошло уже много лет с тех пор, как он оставил его. Джек не стал давить на него и перешёл к другой теме. — Похороны вашего брата прошли без проблем? Аберфорт опустил взгляд, вспоминая, как обнаружил тело Альбуса, больше похожее на древнюю мумию, и покачал головой. — Всё в порядке. Я сделал то, что положено в этом случае. — Вы не приглашали его друзей? — Только Элфиаса Дожа. Он единственный, кто по-настоящему переживал за Альбуса. Джек, прищурившись, смотрел в окно, пытаясь вспомнить, что рассказывал ему Аластор об Ордене «светлых». С его слов выходило, что фениксовцы больше беспокоились не о благополучии своего предводителя, а о том, как им избавиться от клятв, которые обязывали их продолжать борьбу против «тёмных». В последнее время в магической Британии произошли значительные изменения. Традиционалисты полностью захватили власть в министерстве и заняли ключевые посты в департаментах. Кроме того, они имели связи с высокопоставленными лицами в обоих мирах и, что немаловажно, крупные капиталы. «Светлые» оказались в затруднительном положении. Всё, что они могли делать, — это критиковать «тёмных» и строить грандиозные планы, собираясь на чьей-нибудь кухне. Ведь никто из них не осмелился бы открыто выступить против законного правительства без мощной поддержки в лице Альбуса и персон, стоявших за ним. Даже Джек, который не очень хорошо разбирался в политике, осознавал, что их шансы на успех ничтожны. Большинство людей заботились лишь о собственном благополучии и вряд ли были готовы бунтовать и устраивать революцию в государстве, которое жило по законам, напоминающим средневековье, где сильные правили, а слабые вынуждены были подчиняться. — Ко мне приходили соратники Альбуса, — с заметным сарказмом произнёс Аберфорт. — Однако они беспокоились не о нём, а о том, чтобы узнать, как избавиться от обязательств. Один из них даже предложил мне временно возглавить Орден феникса, чтобы я мог легально распустить его и аннулировать клятвы. — Разве это возможно? — удивился Джек. — Конечно, — кивнул Аберфорт, усмехнувшись. — Если провести ритуал замены, то кровный родственник может принять на себя обязательства недееспособной стороны. — У «светлых» двойные стандарты, — пробормотал Джек, вспомнив, что для подобных манипуляций нужны человеческие жертвы. — Я, естественно, отказался, чем вызвал их недовольство. Аберфорт не лгал. Действительно, к нему обращались несколько членов Ордена Феникса, которым были поручены самые сложные задания. Если бы они выполняли их так же, как раньше, то не только лишились бы работы, но и могли бы оказаться в тюрьме за преступления против государства. Аластор Моуди, которому было поручено вербовать новых агентов из числа авроров, проявлял особую активность. Однако Руфус Скримджер предупредил его, что если он не прекратит свои действия, то может попасть в чёрный список министерства магии как неблагонадёжный гражданин. Моуди пока не был ярым фанатиком света, поэтому он не хотел рисковать своим положением и стабильной зарплатой. Кроме того, без связей Альбуса фениксовцы были группой бунтарей, которые состояли в незаконной организации. Если бы они совершили преступления, то оказались бы в Азкабане на долгие годы. — Вам грозит опасность? — спросил Джек. — Это в прошлом, — покачал головой Аберфорт. — Я уже сообщил этим людям о смерти Альбуса, поэтому они не будут преследовать меня. — Если вам понадобится помощь, не стесняйтесь обращаться ко мне. — Благодарю вас, Джонатан. Я ценю ваше доброе отношение. Они ещё немного поговорили о незначительных событиях и попрощались, довольные проведённым временем. Джек вышел из паба, ощущая лёгкое головокружение от выпитого алкоголя. Он посмотрел на звёздное небо, где серебрился круглый диск луны. Со стороны Запретного леса донёсся волчий вой, испуганно залаяли собаки. Джек был в прекрасном настроении и решил продолжить приятный вечер в компании суперсолдат. Он медленно шёл по улице, тихо напевая песню и рассматривая идею создания караоке-зала. В его прежнем мире это развлечение было очень популярно, и он подумал, что будет здорово подарить его волшебникам. Большинство клиентов «Чайного пакетика» — азартные люди, любящие развлечения. Они также с удовольствием поют, а это значит, что караоке с балльной системой оценок будет пользоваться большим спросом. Возможно, даже появится новый конкурс с призами, как в соревновании по распитию коктейлей. Брок, Грег и Питер наверняка смогут адаптировать несколько микрофонов для работы от магических источников энергии, как это уже было сделано с телевизорами. Также можно поручить им или специалистам, которых найдёт поверенный Вуд, создание клипов с субтитрами к популярным песням. Джек, вдохновлённый новой идеей, решил не сразу отправляться в гости к «хоббитам». Вместо этого он сначала заглянул к Броку, который работал в своей мастерской над ароматическими палочками. В помещении стоял сильный аромат сандала и других душистых ингредиентов. — Сильно занят? — спросил Джек, остановившись на пороге. Он не хотел отвлекать брата от работы, но тот положил на стол лопатку и сказал с показной покорностью: — Для вас, милорд, у меня всегда есть время. — Клоун, — фыркнул Джек и, прислонившись плечом к дверному косяку, рассказал о караоке. — Алкоголь помогает тебе генерировать идеи, — улыбнулся Брок и, чихнув, потёр нос. — Переделать микрофоны несложно. А вот насчёт клипов не уверен. У нас нет достаточно знаний, чтобы сделать их. Лучше нанять кого-нибудь для этой работы. — Понял, — кивнул Джек и, чуть пошатнувшись, вышел из комнаты. По пути к дому суперсолдат он заметил дремавшего Рама и Маню, уютно устроившегося у него на боку. Хотя они и любили проводить время с Броком, в последние месяцы им запрещали заходить в его мастерскую. Оба слишком увлекались грызением различных веточек, не осознавая, что они отличаются от тех, что растут в их саду, не только приятным ароматом, но и более высокой ценой. Рам широко зевнул, громко щёлкнул зубами и поднялся на лапы. Маня, обиженно фыркая, скатился на траву. Но, увидев любимого человека, он тут же взлетел и сел ему на плечо. Втроём они перешли реку по мосту и быстро добрались до хоббичьей норы, в окнах которой горел тёплый золотистый свет. На стук изнутри дома раздался громкий голос Стива: «Входи, не заперто!» — Бог в помощь, селяне! — по-русски произнёс Джек, переступив порог. — О, ты вовремя, — махнул ему рукой Баки. — У меня готово новое зелье и ужин. Сейчас продегустируем. — Какой я молодец, — похвалил сам себя Джек и направился в комнату, откуда доносились голоса. За круглым столом нашлись Сантьяга и его второй заместитель Бога, которые с сосредоточенным видом принюхивались к тёмно-красной жидкости в своих рюмках. — Присаживайся, — пригласил Стив, поставив на стол горелку с металлическим блюдом, на котором аппетитно кипело мясо с овощами. — Что пьём и едим? — деловито поинтересовался Джек, принюхиваясь к аппетитному запаху. — Вишню на коньяке, — ответил Баки, поставив перед ним рюмку. — Следующей будет «рябиновка». — А пациентам можно алкоголь? — уточнил Джек, покосившись на Богу, но тот с невозмутимым видом ответил: — Те, кто может переварить навский шуркь, не боятся ничего. — Шуркь? — повторил Джек. — Что это такое?