Кулинарная книга Джека

В день траурной церемонии с самого рассвета моросил мелкий дождь — словно влажная взвесь или туман, который затруднял дыхание. Цветы, склонив головки, роняли на землю капли воды, похожие на слёзы. Небо было затянуто тяжёлыми тучами, и между ними не было ни одного просвета, через который могли бы пробиться солнечные лучи. От этого всё вокруг казалось серым и унылым. Джеймс, стоя перед зеркалом, поправил свой галстук. Его руки слегка дрожали, а глаза были красными от усталости. Он не спал всю ночь, сидя у гроба матери, и теперь выглядел болезненно бледным. Его черты заострились, а губы потеряли цвет, отчего он казался похожим на восковую фигуру. Раздался стук в дверь, и послышался голос Яна: — Пора. Время пришло. — Да, брат, я готов, — хрипло ответил Джеймс и, бросив последний взгляд на своё отражение, вышел из комнаты. — Как ты? — спросил Ян, увидев его. Он чувствовал отчаяние и боль, которые исходили от брата, но ничем не мог ему помочь. — Я справлюсь, — кивнул Джеймс и попытался улыбнуться, но его губы лишь скривились, придавая ему сходства со скорбной маской. Карлус и члены его семьи, облаченные в тёмные одежды с траурными лентами на рукавах, беседовали с людьми, которые пришли на похороны Юфимии. Поскольку никто из посторонних не знал подробностей о том, как именно она умерла, все были глубоко опечалены её скоропостижным уходом из жизни. Неожиданно рядом с Джеймсом появился Добби и, дрожа от волнения, прошептал: — Хозяин, у входа в поместье появились волшебники. Это родственники покойной старшей хозяйки. — Я займусь ими, а ты не отвлекайся, — тихо сказал Ян, однако услышал спокойный ответ брата: — Не стоит убегать от проблем. Мне есть что сказать этим людям. Я встречусь с ними. Он решительно вышел из дома и направился к кованым воротам, украшенным гербом Поттеров. Сквозь прутья были видны три человека в чёрных мантиях и шляпах. — Внук! — звучным голосом произнёс седовласый мужчина, отец Юфимии — Герберт. — Что привело вас сюда? — равнодушно поинтересовался тот. — Ты даже не впустишь нас в дом? — нахмурилась пожилая женщина, Агнес — мачеха Юфимии. — Миссис Ллойд, если вы запамятовали, то я вам напомню. Недавно дядя Карлус обратился к вам за содействием, но вы ответили, что вас не касаются проблемы семьи Поттеров. Тогда что же привело вас в наше поместье? — хотя Джеймс говорил негромко, но по какой-то причине люди, стоявшие за воротами, ощутили пронизывающий холод и сильное напряжение. — Как ты смеешь проявлять непочтение к старшим родственникам! — возмутилась Агнес. — О, так вы вдруг вспомнили о нашем родстве, — усмехнулся Джеймс, и его ледяной взгляд скользнул по лицам незваных гостей. — Разве не вы после суда сказали, что отказываетесь от внука-преступника? — Племянник, это было сказано сгоряча, в порыве гнева, — с мягкой улыбкой произнёс молодой мужчина, приёмный сын Герберта — Филипп. — Ты теперь остался один, вся твоя семья мертва, поэтому мы поддержим тебя. — С каких это пор Ллойды могут помочь Поттерам? — чуть склонив голову набок, поинтересовался Джеймс. — Ты скоро отправишься за рубеж и не сможешь следить за своими работниками, — сказал Филипп, внешне демонстрируя заботу о племяннике. Но бегающий взгляд выдавал его истинные намерения. — В этот момент кто, как не мы… — Достаточно! — раздался голос Карлуса, который быстро подошёл к воротам. — Не лезьте в дела Поттеров и даже не думайте отнять наследство Джея. Мы этого не позволим! Как вам не стыдно! Тело Юфимии ещё не захоронено, а вы уже пытаетесь нажиться на её смерти! — Мастер, вы неправильно поняли нас, — поднял руки вверх Филипп, словно сдаваясь. — Мы лишь хотим позаботиться… — Какая наглость! — Карлус с отвращением скривился. — Вы, Ллойды, столько лет жили за счёт семьи моего брата, а теперь ещё и пришли сюда, чтобы отобрать деньги у Джея. — Разве это неправильно? — возмутилась Агнес. — Я воспитывала Юфимию с двух до восемнадцати лет, а потом выдала её замуж за Флимонта. Разве Поттеры не должны заплатить за это? — О, раз речь зашла о счетах между нашими семьями, я хочу спросить: когда вы вернёте долг? — спросил Джеймс. — Я нашёл в документах мамы расписки от вас на сумму более пятидесяти тысяч галеонов. Как вы и упомянули, скоро мне придётся уехать за границу, и мне понадобятся деньги на жизнь. Так что, пожалуйста, поторопитесь. — Что? — возмущённо воскликнул Герберт. — Юфимия обещала, что уничтожит их! — Значит, она вас обманула, — равнодушно пожал плечами Джеймс и добавил: — Если я не получу деньги в течение трёх дней, то не вините меня за грубость. — И что ты можешь сделать? — усмехнулась Агнес. — Убьёшь нас? — Не клевещите на меня, миссис Ллойд, — Джеймс был совершенно спокоен, отвечая ей. — Теперь я законопослушный гражданин и поэтому просто подам на вас в суд. Думаю, вашим знакомым будет интересно узнать, что вы не только получали ежемесячное пособие от моей мамы, но и вымогали у нее крупные суммы на свои прихоти. Я не говорю уже о мелочах: продукты с нашей фермы, дорогие лекарства из зельеварни — все это вы получали бесплатно. — Никчёмный щенок! — перестав притворяться заботливой бабушкой, прошипела Агнес. — Будь ты проклят! После этих слов она растворилась в воздухе, Герберт и Филипп последовали за ней, тоже воспользовавшись трансгрессией. Лишь когда они исчезли, Джеймс позволил себе расслабиться: его плечи поникли, а руки задрожали. Он пережил слишком много потрясений за последнее время, и ему было сложно справиться с эмоциями. — Всё в порядке. Ты хорошо справился, — мягко произнёс Карлус, похлопав его по плечу. — Из-за них мама постоянно ссорилась с отцом, — голос Джеймса был хриплым, в нём слышалась усталость. — Они как пиявки тянули из неё всё, что могли: деньги, вещи, еду. Если бы ни их жадность, возможно, родители… — Не думай об этом, теперь всё в прошлом, — тяжело вздохнул Карлус. — Пойдём в дом. До похорон осталось совсем мало времени. Вскоре в усыпальницу, окружённую старыми дубами, внесли гроб из светлого дерева. Люди склонили головы и произнесли прощальные слова, моля магию о хорошем перерождении для покойной. В этот миг тучи неожиданно разошлись, и капли дождя на траве засверкали под солнечными лучами, словно крошечные бриллианты. Джеймс смахнул слёзы и беззвучно прошептал: «Мама, со мной всё будет в порядке. Простите меня за то, что я был плохим сыном и причинял вам столько беспокойства. Теперь я буду стараться стать хорошим человеком, чтобы вы могли мною гордиться. Пусть ваша несчастная душа обретёт покой». Всех, кто пришёл на церемонию прощания, пригласили на поминальный обед в «Чайный пакетик». Для этого был зарезервирован отдельный зал. Когда Джеймс вошёл в кафе, то сразу заметил Лили, которая сидела за столиком у окна. Рядом с ней был молодой мужчина, Адам Диггори. Они улыбались друг другу и выглядели как влюблённые. Ян положил руку на плечо брата, и тот, подняв глаза, благодарно кивнул в ответ. После всех пережитых испытаний его одержимость этой девушкой рассеялась, а чувства словно заволокло туманом. Джеймс ощущал лишь стыд за свои прошлые ошибки, но Лили вряд ли обрадовалась бы его извинениям. Пусть всё останется в прошлом. *** Джек и Брок стояли под деревом, наблюдая за приближением Хогвартс-экспресса к железнодорожной станции. Они не спеша наслаждались вкусом трюфельных конфет и разглядывали разноцветные огни, парящие над перроном. Их внимание привлёк плакат с приветствием для учеников, который был установлен на вокзале. В этот момент к ним приблизились суперсолдаты, которые принесли с собой яблоки, покрытые карамелью. Баки, раздав всем по одному угощению, проворчал: — Хотели повеселиться без нас? — Что тут интересного? — пожал плечами Джек. — Мы просто смотрим на поезд. — Мы стали одной семьёй, а значит, у нас должны быть общие традиции, — произнёс Стив, с аппетитом откусывая яблоко. Он зажмурился от удовольствия и с восхищением произнёс: — Это вкус, который я помню с детства! — А почему ученики приехали сюда, если школа теперь находится в «Тенистом саду»? — спросил Баки. — Традиция такая, — развёл руками Джек. — Даже дети, живущие в Хогсмиде, сначала отправляются в Лондон, а затем возвращаются обратно. — Какой бред! — покачал головой Стив. С большим интересом они следили за тем, как из вагонов выходят ученики в форме и направляются к флагам своих факультетов, а первокурсники — к декану Спраут. После того как кураторы проверили наличие школьников, все двинулись к каменной арке портала, расположенной неподалёку от станции. — Я проголодался, — пожаловался Баки. — Ты съел три яблока! — возмутился Брок. — И что с того? — Баки усмехнулся. — Сладости только разжигают аппетит. — Пойдёмте, я приготовлю всё, что вы захотите, — Джек сразу же пресёк их спор. — Пельмени тоже будут? — обрадовался Баки. — И даже вареники с вишней, — пообещал Джек, проследив за тем, как погасли огни портала. Они неспешно направились к дому, обсуждая, что приготовить на ужин. В этот день в кафе и кинотеатре «Иллюзион» был выходной, так что можно было не беспокоиться о работе. Те, кто жил в отеле «Чайный пакетик», могли заказать еду в номера из заранее приготовленных блюд. Вся семья собралась за большим столом на кухне. Сначала они вместе готовили пельмени и вареники с разнообразными начинками: мясными, овощными и со свежими ягодами. А затем с радостью наслаждались результатом своего труда, обсуждая планы на будущее и просто сплетничая. В этот день на волшебном острове накрапывал мелкий дождь, но к вечеру погода прояснилась. Лёгкий ветерок, наполненный свежестью, играл с листьями на деревьях. Небо постепенно потемнело, и на небосводе появилась луна. Крупные яркие звезды мерцали, словно драгоценные камни на тёмно-лиловом бархате ночи. Суперсолдаты вынесли четыре шезлонга и установили их на лужайке. Домовики предпочитали сидеть за маленьким столиком, на котором стояла лампа в виде гриба. Они вязали свитера и носки, попутно увлечённо сплетничая и обсуждая знакомых и посетителей «Чайного пакетика». Издалека донёсся вой, и Джарвис показал хозяевам картинку: молодые волки устроились у границы защитного купола и, задрав морды, громко звали людей. — Что-то случилось? — встревожился Баки. — Нет, они хотят поделиться с нами добычей, — ответил Джек, заметив тёмную массу, лежащую на траве. — Кит, забери, пожалуйста подарок и отправь его в кладовую. Завтра разберёмся. Сегодня будем лениться. — Ян вернулся в «Чайный пакетик», — сообщил Брок. — Ага, Джеймс уехал за границу, так что он освободился от заботы о нём, — кивнул Джек. — Когда они успели сблизиться? — удивился Стив. — Ян ведь не принимал Поттеров. — Тут такой скандал случился! Дед Джеймса по материнской линии, его вторая жена и приёмный сын пришли на похороны, хотя их никто не звал, — Брок начал рассказывать о том, что успел узнать, и все с увлечением слушали его. Выяснилось, что поначалу Ллойды не намеревались возвращать деньги, которые заняли у Юфимии. Однако для них стало неприятным сюрпризом то, что Джеймс был настроен серьёзно и, заручившись поддержкой своего дяди Карлуса, обратился в суд с иском о взыскании задолженности. Волшебники оперативно рассматривали дела, не затягивая процесс, когда речь шла о финансовых обязательствах. Долговые расписки действовали как договоры, и стороны должны были незамедлительно выполнять их условия после предъявления требования, чтобы избежать магического наказания за нарушение. После того как суд вынес решение, у Ллойдов оставалось всего три дня, и им пришлось в спешке распродать всё, что было куплено на деньги Юфимии. Они были в ярости на неблагодарного Джеймса, но тот не испытывал угрызений совести. Его мать регулярно выделяла своей семье треть своих доходов в качестве «алиментов». — Значит, мелкий Поттер разбогател перед отъездом, — задумчиво произнёс Стив. — Нет, — покачал головой Джек, сделав глоток освежающего мятного коктейля. — Он пожертвовал все эти деньги нашему приюту. — Ничоси! У нас подрастает крупный меценат! — удивлённо воскликнул Баки. — Кажется, у Джеймса проснулась совесть, — сказал Брок. — Может, разрешим ему вернуться на родину? — Он заключил контракт на год, — сообщил Джек. — Через несколько месяцев он вернётся, чтобы вступить в права наследования, вот тогда и решим, как с ним поступить.