История, в которой я учусь жить

Я проснулась в новой кровати. Из щели между шторами пробивался солнечный луч и бил мне прямо в глаз. Я поморщилась. Голова болела, глаза драло от пролитых вчера слез. Я ссыпалась с постели на ковер и ощупала одежду. Вчерашние домашние штаны и футболка. Я уснула на диване, а Драко отволок меня до кровати. Как мешок картошки, о котором я вчера выла. Заебись. Прислушалась. В доме было тихо. Я пошуршала в ванную, прихватив сменную одежду: растянутые штаны в крупную клетку и домашнюю майку с дыркой на боковом шве. Зато удобная. После душа и нехитрых махинаций с волосами из зеркала на меня смотрела та же швабра, только теперь с виноватым за вчерашнюю истерику лицом. Я спустилась на кухню. Малфоя видно не было. Живоглот, сидящий возле пустой миски, гневно заорал. Может быть, если я приготовлю завтрак, Драко не будет злиться за вчерашнее? Я залезла в холодильник и выудила оттуда яйца и помидоры. Отлично, в детстве я обожала Бабушкина яичницу с помидорами. Я принялась за готовку. Когда все ингредиенты соблазнительно шкварчали в сковороде, я вспомнила о кофе. Через пару десятков минут завтрак был готов, а Живоглот накормления вчерашними блинами. Я потопала наверх, будить Малфоя, молясь, чтобы это не рассердило его еще сильнее моего вечернего концерта. Я осторожно постучала в дверь его спальни, но ответа не последовало. Приоткрыла дверь и сунула голову в проём. Комната Драко была почти точной копией моей, за исключением стола, заваленного бумагами и книгами, на месте которого у меня стоял столик с зеркалом. На подоконнике стоял один из цветков, перевезённых из дома моих родителей. Неудивительно. Малфой выбрал самый колючий. Драко спал, вскинув руки над головой. Одеяло съехало на сторону, прикрывая уголком только пах. Я бесстыдно засмотрелась. Красивый, засранец. Я подошла ближе. Его лицо было удивительно спокойным. Не хотелось будить его, наблюдать, как хмурится его лоб при виде меня. Но завтрак — моя надежда на притупление вины — стыл. Я позвала его по имени и легонько прикоснулась к обнажённыму плечу. Он повернулся на бок, причмокивая губами как младенец, но не проснулся. Я позвала громче и аккуратно потянула его за руку. — Драаако, просыпайся. Он разлепил глаза, прищурился, фокусируя на мне зрение и. Улыбнулся. Улыбнулся! Почему? Мужчины не любят, когда их будят. Папа всегда ворчал, залезая под одеяло с головой. А Рон. Рон не ворчал. Рон злобно втолковывал мне, что следует подождать, когда он встанет, и тогда уже готовить завтрак. А не будить его. И вообще, я не ребенок, пару часов могу потерпеть без еды. — Доброе утро, Джин. Как спалось? Он действительно улыбается? Мне? После вчерашней истерики? — Д-доброе. Хорошо спалось, спасибо. Я растерянно моргала, глядя на то, как он потягивается в кровати. Он перевёл взгляд на меня. — Что-то не верится. Ты чего грустная? — он склонил голову вбок, пронзительно вглядываясь мне в лицо. — Чего-то себе напридумывала с утра пораньше? — Я не., — глубоко вдохнула и выпалила, — извини меня, пожалуйста. Я не должна была так себя вести. Ты был так добр ко мне, а я закатила жуткую истерику. Я виновата. Прости меня, я постараюсь держать себя в руках. Я почти зажмурилась. Ну вот. Сейчас он вспомнит вчерашний вечер и разозлился. Сейчас. Но ничего не произошло. Я почувствовала, как Малфой тянет меня за кисть руки к себе. Открыла один глаз. -Джин, посмотри на меня. Давай. Я повиновалась. — Ты считаешь, я должен быть в обиде? Или злиться? Я пожала плечами, растерянно глядя на его удивленное лицо. Он рассмеялся. — Какая же ты всё-таки странная! Джин, я не злюсь. И не обижаюсь. Я только за. Ты можешь плакать и кричать столько, сколько тебе нужно. Это нормально, это эмоции. Лучше истери, но никогда, слышишь меня? — он тряхнул мои руки, выводя из оцепенения, — Никогда не держи все в себе. Рассказывай все, что тебе кажется важным и неважным. Хорошо? К глазам опять подкатили слезы. Я кивнула. Ну нет уж, сейчас я плакать не буду. — Я там завтрак приготовила и., — громко шмыгнула носом, на что Драко с улыбкой сморщился, — И кофе сварила. — Дай мне минутку, я умоюсь и спущусь. Он выпустил мои пальцы из рук и начал подниматься с кровати. Я, поняв, в каком виде он собирается передо мной предстать, вспыхнула, крутанулась на 180 градусов и потыгдыкала на кухню. Малфой спустился, когда я разложила по тарелкам яичницу и разлила по чашкам кофе. — Не знаю, какой кофе ты пьешь. Тебе что-нибудь добавить? — Без понятия. Раньше я пил только чай, кофе я пробовал всего несколько раз. Отец всегда пил его как есть, мне не нравилось. Ты что-то кладешь в него? — Только сахар. — Положи мне, пожалуйста, как себе. Яичница с помидорами? — Это вкусно. — Хорошо. Мы принялись за еду. Малфой уплетал яичницу и выглядел вполне довольным. Кофе допил. Покончив с завтраком, он удовлетворенно вздохнул, прохлопал себя по животу и откинулся на стуле. — Спасибо. Действительно очень вкусно. Надо будет купить побольше кофе. Кто знал, что это такая вкусная хренота? Научишь меня варить? — Научу, — я скромно улыбалась. Какое хорошее утро. Давно мне не было так спокойно. — Хочешь, поедем за телевизором? Мне нужно будет завезти эскизы заказчику, а потом пройдемся по магазинам. — Я не буду мешать? — Это всего на пару минут. Можем прокатиться за городом. Скоро выпадет снег, мотоцикл придется убрать до весны. — Хорошо. Я воодушевилась. Кататься мне понравилось. — Иди собирайся. Оденься потеплее, ветер жутко задувает.