Давай полетаем?

День выдался тяжелым. Конец учебного года уже подступает, пора экзаменов, контрольных и прочих требующих работы и концентрации работ. У Рембо не было проблем с этим почти никогда, поскольку он всегда старался учиться в течение года. Но вот тревога была навязчивой, из-за чего парень готовился каждый день, выбираясь из последних сил.  Эта ночь была такой же неспокойной. До второго-третьего часа Артур переучивал записи из конспекта, пока не уснул прямо на столе с тетрадью под медитационную музыку в наушниках. Хотя и только во сне, но он смог отдохнуть после избытка информации, когда уже было хотел сорваться и бросить все к черту.   Одно было хорошо во всей этой ситуации: вопреки стереотипам об учениках с хорошими оценками, у Рембо были друзья. Ну, если быть точнее, то он хорошо ладил с людьми. Настоящий же друг у него был лишь один — тот, кто знал, когда нужно отвлечь Артура и позвать прогуляться на свежем воздухе, обязательно выдумывающий причину зайти в магазин и купить жвачку обоим. Тот, кто тоже обладал причудой, позволявшей ему останавливать мячи, летевшие в Артура на уроках физкультуры и прогуливать уроки, выпрыгивая из окна. Тот, кто не один раз переписывал у Артура домашнее задание в уголке, где их не найдут учителя, даже если очень сильно захотят. И имя его было… — Поль..?  Только проснувшийся Артур застыл от изумления, мигом очнувшись от полудремотного, типичного утреннего состояния. Вот только на улице по прежнему было темно, хоть и малость светлее, чем когда он уснул. Через окно за спящей красавицей минуты две наблюдал Верлен, пока наконец не решился постучать по стеклу, что и разбудило Рембо. Он тут же поднялся из-за стола и открыл окно, впустив свежий воздух в комнату вместе с веселым смехом товарища. Поль еле заметно светился красным и чувствовал себя довольно уверенно для повисшего в воздухе на высоте пятого этажа.  — Неужели снова уснул посреди физики? Говорил же, начни брать отдых, иначе так и вовсе себя угробишь, — задорно проговорил Верлен, пристально наблюдая за растрепанным Рембо, явно неожидавшим его прихода.  — Ты чего среди ночи явился, дорогой пятый всадник апокалипсиса, — Рембо открыл окно пошире, благодаря чему Поль смог залезть на подоконник и перестать светиться, после чего и вовсе залез в тёплую комнату. — Не замерз?  Артур протер глаза, дабы убедиться, что не видит десятый сон перед собой. Но, к его радости, это был вполне себе реальный друг, и это незаметно заставило его улыбнулся.  — Как же ты безжалостен! — наигранно обижаясь, протянул Поль и прогнулся чуть назад. — Судя по твоему столу, тут прошел хаос помасштабнее… Верлен быстро оглядел хорошо знакомую комнату. Все лежало, как и всегда, на своих местах, один лишь стол был завален всем, что похоже и не похоже на бумагу с надписями, а кровать оставалась не тронутой довольно давно. Полю чуждо было беспокойство об успеваемости: и родители мягче относились, нежели родители Рембо, и он сам понимал, что все, что ему нужно, он будет знать и без идеальных оценок, поэтому при виде вновь и вновь усталого друга его сердце сжималось. Хотелось вырвать его из-под давления этого груза хотя бы ненадолго.  Именно поэтому он и был здесь.  — Артур…ты хоть выспался?  Верлен попробовал начать так, чтобы Артур сам пришел к нужной мысли, но, словив на себе взгляд трижды умершего зомби решил перейти к делу самостоятельно. — Вот-вот рассветет. Давай полетаем?  На несколько секунд в комнате повисла тишина. То ли Артур не сразу понял, что имеет в виду Верлен, то ли ещё что-то, но Рембо очень удивился предложению. Он глянул в окно, из которого можно было заметить слабое свечение Эйфелевой башни среди синевы, потом вновь на Поля и наконец потупившись, ответил:  — …я боюсь высоты.  — … — Не смейся.  — Буду. К тому же, мы ходили на колесо обозрения буквально пару недель назад, разве нет?  — Подниматься невысоко с тобой в закрытой кабинке и летать над городом это не одно и то же.  Поль присел на застланную кровать. Что-то снова ёкнуло в голове. Он выждал небольшую паузу и, резко поднявшись, взял Артура за запястье и потащил из спальной комнаты в гостиную. Благо, Рембо сообразил, что родители спят и их не стоит будить своими недоумеваниями в пятом или шестом часу утра. Они быстро дошагали и Поль, не отпуская руки, открыл дверь на балкон. На удивление обоих, Рембо не спешил сопротивляться, невзирая на сказанные ранее слова.  — Это не так страшно, как ты думаешь, — шепотом проговорил Верлен, озаряясь красной аурой, — посмотри. Главное держать все под контролем, а это уже моя забота.  Поль подпрыгнул и встал четко на черные перила. Чуть назад — он сорвётся вниз. Но с его способностями, непреднамеренно такого не выйдет. Артур замешкался, когда его рука была наконец отпущена. Теплый ночной ветер поддувал, заставляя небрежно заплетенную косу Поля колыхаться.  Верлен протянул руку, уже не хватая, а давая выбор.  — Ты мне веришь?  — Верю.. — Тогда приготовься.  Артур осторожно принял предложение руки и почувствовал, как теряет под собой пол. Тело стало ощущаться значительно легче, чем несколько секунд назад, но тот ни на миг не отпускал Верлена, боясь, что иначе упадёт.  Разумеется, Поль знал, что даже без касания человека способность может действовать, но этот способ помогал справиться с боязнью, поэтому решил держаться близко. Потихоньку два красных человечка, как можно было их увидеть издалека, поднимались до самой крыши крыши дома, откуда открывался замечательный вид на французскую столицу, продолжая держаться за руки.  Поль не соврал, рассвет был уже на пороге.  Беспокойно качающиеся от ветра фонари на улицах гасились. Если присмотреться, то можно было заметить, как людей на улицу выходит все больше и больше. Все больше торопливых людей, которым требуется спешить даже в шестом часу утра. Как же был счастлив Поль осознавать, что теперь он с Артуром в их число не входит. Он глядел на развивающиеся локоны Рембо, и в тиши ночной душа его сияла изнутри.  — Выше?  Рембо будто оторвался от своих мыслей и заглянул прямо в карие глаза. Здравый смысл подсказывал верный ответ, но… — Выше.  Верлену не нужно было повторять дважды. В момент руку Артура потянуло к самим облакам, пока наконец он не смог их коснуться. Словно в красивой сказке, они ощущались как мягкая подушка, когда ребята присели на огромное кучевое облако, спокойно летевшее над Парижем. Над этим уровнем открывался безупречно чистый небосвод, еле-еле освещаемый персиковым светом восходящего солнца. Ни единой души и звука, кроме тех, кто крепко держались за руки. И уже они боялись отпустить друг друга далеко не из-за страха высоты. Так просто было нужно, и они оба это понимали, хоть и так и не решались сказать вслух. И даже не мешала тишина, в которой они неспешно брели по огромным кускам сахарной ваты. Хотелось обоим растягивать эту прогулку целую вечность, не переставая шагать и ни на грамм не уставать, слыша лишь томное дыхание близкого.  Когда они остановились, Рембо решился прервать молчание первым.  — Спасибо. Это потрясающе… — Безмерно рад, что тебе понравилось, — еле заметно смутился Верлен. В голове блеснула искорка, которую он таки ждал.  — Через пару часов начнутся занятия, я- Поль не дает ему договорить. Укладывает свою ладонь на теплую щеку Артура, убирая навязчивые пряди с лица и целует в губы, не давая вымолвить больше ни слова. И Рембо отвечает ему, со всей той непозволительной раньше любовью, в которой оба так боялись признаться и в смущении отвергали в себе.  Среди облачной тиши они могли услышать общее учащенное сердцебиение. И вылезать теперь из чудесной сказки со злодеем в лице времени ни одному не хотелось.