one sick soul, one sick body

Рабочий день начался с обыденных для Сонхва вещей. Самые шумные уже устроили переполох в общежитии с утра пораньше. Хонджун занял душ и в ближайшее время не собирался видимо его покидать. На кухне Минги в очередной раз практиковался в готовке, и стоит заметить, с каждым разом его блюда были все вкуснее и вкуснее. Но к обычно шумным Усанам сегодня какого-то хрена решил присоединиться Юнхо. Они дружно мешали Минги готовить и просто шумели рядом. Остаток группы просто засел в телефонах, изредка поглядывая на все это, на случай, если будет что-то особенно интересное. Сонхва тем временем переодевался после душа и заправлял кровать, морально готовясь к нагруженному расписанию. Последний раз взглянув в окно и удостоверившись в соответствии сегодняшнего образа с погодой, он пошёл к остальным. В данный момент они готовились к выпуску нового альбома. И хоть ребята были приятно взбудоражены всем тем контентом, который они подготовили для эйтини, было видно, что практически все уже выдохлись и хотели пару простых человеческих выходных. На кухне стало заметно тише с приходом Сонхва, да и многие уже садились завтракать, либо помогали накрыть оставшиеся места. Сонхва услышал где-то позади себя звук открывшейся двери, Хонджун наконец-то вышел из душа, и они могут все вместе позавтракать. - Джун-а, иди к нам завтракать, - крикнул ему в след Хва. - Секунду, только переоденусь, - крикнул ему ответ лидер. Все уже активно ели, когда Сонхва тоже присоединился. Но вот прошла пара минут, ещё несколько, кто-то уже вставал из-за стола, чтобы помыть за собой посуду, а Хонджун так и не пришёл. Хва это очень напрягло. Джун из тех, кто даже при самом загруженном расписании старается соблюдать режим еды. Насчёт сна и говорить не стоит, работа в студии отнимает слишком много ночного времени. Но Хонджун старательно возмещает этот пробел качественными и полноценными приёмами пищи. Он бы чёрт возьми, не пропустил бы просто так завтрак, да и специально не стал тянуть с переодеванием, зная, что к определённому времени их ждёт менеджер. Все эти мысли безостановочно крутились в голове вижуала, они могли бы дойти до абсолютно абсурдных, если бы их не прервал вошедших на кухню Джун с самым искренним удивлением и разочарованием: - Блииин, простите за задержку, я думал свои любимые штаны надеть, а оказалось на них пятно, вот и искал долго новые, - быстро протараторил он, - но ничего страшного, если вы готовы, давайте спускаться, - вроде как обычно с улыбкой сказал Джун. Только вот Хва показалось, что тот волнуется, только тщательно это скрывает. "Да я накрутил себя лишними мыслями до этого, вот и придумываю, этот камбэк не оставляет мне нервных клеток", - подумал про себя парень. - А завтрак?, - поинтересовался Сан. - Я в течение дня перекушу, не волнуйся. Сан только одобряюще кивнул и пошёл за своей сумкой. День дальше продвигался чётко по расписанию. У них был перерыв перед записью выступления, и хоть никто не видел, но как сказал сам лидер, ему все же удалось перекусить. Это облегчило небольшой груз Сонхва на душе, оставшийся ещё с утреннего недоразумения. Придя в общежитие, все были слишком вымотанные, чтобы позависать друг с другом, и большинство просто уснули, только коснувшись головой подушки. Уен сегодня был чуть активнее обычного, поэтому решил ещё часик попрактиковаться в студии и выплеснуть все через танец. Сан сначала отговаривал его, и грозился пойти вместе с ним, а потом обвинять в своём недосыпе. Но когда Уен собрался, тот уже видел десятый сон. Младший бросил в след спящему "нашёлся блять защитник моего сна" и поспешил удалиться из комнаты. Они пересеклись с Хва в коридоре и последний попросил его не задерживаться слишком долго, он все таки волнуется. Уен пообещал вернуться поскорее, и ушёл в комнату практики. Когда Сонхва вернулся в комнату и лёг на кровать, он чуть погрустнел. Парень знал, что Уен действительно вернётся поскорее, и если он ещё на часик придержит свой сон, то обязательно услышит звук открывающейся входной двери. А Хонджун так не сделал бы, он даже сегодня после бешеного расписания был в студии, и если бы они также пересеклись перед его уходом и Хва попросил его пообещать, тот бы пообещал конечно, но все равно вернулся бы засветло. Хва злился на это лишь потому что волновался за него и его здоровье. Но и его это тоже касалось. Последний месяц он хотел банально полчасика поболтать с Джуном перед сном, перекидываясь шуточками, делясь впечатлениями о прошедшем дне или может даже болтая по душам, обсуждая все проблемы. Повторялись события четырёхлетней давности, когда он также злился на лидера за отсутствие в общежитии, за невозможность сблизиться из-за этого. Тогда ему конечно сорвало в один момент крышу, и он высказал всю обиду только пришедшему из студии Хону. Та ночь была долгой, но облегчающей. Лидер объяснил, что хочет довести до идеала их первый мини-альбом, волнуется по поводу него, а также по поводу их взаимоотношений, но просто не может найти времени, чтобы объясниться либо уделить внимание, которого так хотел Хва. Сейчас же Сонхва знает, что как только им дадут выходные, парень обязательно куда нибудь его пригласит, потащит на свою кровать смотреть какой-нибудь фильм либо просто обниматься. Просто нужно подождать. А пока вся злость Хва ограничивается повышенным вниманием к их лидеру, отслеживая его состояние. Уже путаясь в своих мыслях и воспоминаниях, он уснул крепким сном. Утро началось как обычно, глаз радовало лицо, выглядывающее из под одеяла на соседней кровати, и мирно сопящее. Сегодня Сонхва первый в очереди на утренний душ, а Джун третий. Поэтому старший лишь немного ерошит его волосы, перед тем, как уйти, не собираясь его пока будить и давая поспать чуточку дольше. Сегодня их расписание неожиданно сдвинулось на полчаса раньше, поэтому всем в срочном порядке пришлось спускаться к машине, пропустив завтрак. Но по дороге к месту назначения, они уже обсуждали кто что закажет в доставке, чтобы поесть в ближайший перерыв. Сегодня было даже как-то спокойнее, чем обычно, они закончили раньше и были не так вымотаны. Все радовались выдавшейся возможности провести время друг с другом. Сонхва был этому невероятно рад, и воодушевленный смотрел кто чем начинает заниматься в общаге, придумывая чем бы заняться тоже. Из колеи его выбил Сан, который подошел и отвёл его в сторону, видимо для личного разговора, что уже насторожило старшего. А потом Сану хватило лишь одной фразы, чтобы разрушить спокойный вечер Хва. - Сонхва-хен, я не уверен, поэтому хотел посоветоваться с тобой, - очень тянул Сан, - я ни разу не видел, чтобы Хонджун-хен кушал за последние пару дней. Может ты видел, а я себя просто накручиваю? И тут Сонхва будто холодной водой, накрыло осознание, что он тоже не видел. Среди всех своих мыслей, ежедневной рутины и подготовки альбома, он совсем забыл про то недоразумение утром, и почему-то считал, что Хон питается как всегда хорошо. Сонхва соврал, если бы сказал, что не думал об этом остаток вечера. Он проводил его так, как и хотел - зависая с другими мемберами за играми и разговорами, но вот только его мысли были совсем не в этом месте. На сегодня он поставил себе задачу - дождаться, когда вернётся Хонджун и поговорить про его питание. Вижуала слишком тревожили эти мысли, чтобы оставлять их на потом. Нет смысла чего-то ждать, когда будет возможность поговорить здесь и сейчас. Не сказать, что это было легко, их расписание действительно выматывает и чтобы быть хоть немного в силе, стоит хорошо спать, что Сонхва всегда и делает. В этот раз он коротал время до долгожданного разговора за просмотром дорамы. И это действительно помогло. Пара серий и вот уже где-то вдали, за звуком его наушников, раздаётся хлопок входной двери. Через пару секунд в комнату заходит лидер, стараясь вести себя как можно тише, пока не видит до сих не спящего Хва, и не останавливается как вкопанный от удивления. - А ты чего не спишь? Нам завтра рано вставать так то, - все ещё с удивлением говорил Джун. - Я хотел с тобой поговорить, - коротко и напрямую сказал старший. Было видно, что Хонджун слегка занервничал. - Так, хорошо. Дай мне пару минут, чтобы переодеться, а также я хотел тебе кое что показать. И тогда поговорим, окей? - Хорошо, я жду. Спустя пару минут уже совсем домашний Джун приземлился на кровать Хва и воодушевленно достал телефон. Он что-то искал в галерее и затем восторженно показал фотографию, на которой красовался сытный ужин, который вероятнее всего был у него в студии. - Мэддокс-ним посоветовал мне эту доставку, ты посмотри как это вкусно выглядит. Там ещё была лапша с сыром, щас, секунду, - Хон перелистнул на видео, на котором он вместе с продюсером ели эту лапшу и показывали, как сильно тянется сыр. На видео лидер спокойно ел, наслаждался едой. Даже на следующем фото, где он хотел показать новую колонку в студии, на фоне виднелись пустые упаковки из под еды. "Значит он все таки кушал", - подумал про себя Сонхва. И на душе сразу легче стало. Все то, о чем он хотел поговорить, улетучилось вместе с тем видео. - Так о чем ты хотел поговорить?, - вопросительно смотрел на него парень. - Да знаешь, не так уж и важно, просто хотел попросить совета, но понял, что сам знаю, что делать, - получилось довольно убедительно. - Ну хорошо, ты ведь знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне в случае чего? Сонхва лишь с улыбкой положительно кивнул, и придвинулся ближе, чтобы обняться. Черт, как же ему этого не хватало. По лицу Хва потекла одинокая слеза, оставшаяся незаметной как и для лидера, так и для него самого. Ребята перекинулись пожеланиями спокойной ночи и впервые уснули в одно время. Следующие два дня прошли вполне спокойно, старшего не волновало питание Хонджуна, тот периодически подходил и делился впечатлениями о только съеденной где-то в отдаленной гримерке еде. И парень всегда слушал его так внимательно, как только мог. Он был был безумно рад за его здоровье и самочувствие. Хва также рассказал волнующемуся Сану про это и про случай ночью, и они оба успокоились. Вечером Хонджун даже немного побыл в общежитии, перед тем, как уйти в студию. В основном для того, чтобы переодеться и снять макияж с укладкой, но сам он не мог отрицать радости вот так немного побыть с мемберами. Он уже собирался уходить, когда другие садились вместе ужинать. - Хен, поешь с нами, а потом пойдёшь, недолго же, - настойчиво просил Минги, - имей уважение к моим стараниями в готовке в конце концов, - рэпер смеялся, но в душе надеялся, что смог уломать старшего поесть вместе с ними. - Верю, что ты старался и ценю это, но я правда тороплюсь, я поем в студии с Мэддокс-нимом, - со смешком отмахнулся Хон и поторопился уйти. А у Сонхва на сегодняшний вечер были другие планы. Он думал зайти в кафе у здания компании, а затем немного прогуляться в парке, чтобы проветрить тело и мысли. Поужинав, и немного посидя с мемберами, он пошёл собираться. Немного прикинув, какой плейлист на сегодня у него будет, Хва быстро собрал все нужное в небольшую сумку через плечо, и одевшись максимально по погоде, вышел из общежития. На часах было уже около полуночи, но людей на улицу к удивлению было не так уж и мало. Рядом с парнем шумел мегаполис, в окнах по большей части все ещё светили окна. Всю темноту ночи разогнали огни города, только лишь приятный ночной ветер немного обдувал тело, помогая расслабиться. Уже подходя к кафе он увидел знакомую фигуру. - О, Мэддокс-ним, здравствуйте. - Здравствуй, не ожидал тебя тут так поздно увидеть, - продюсер был искренне удивлён. - Да я прогуляться перед сном решил, развеяться немного, а вы тут что делаете?, - Сонхва тоже было искренне интересно, почему он тут. - Провеяться это хорошо. А я на сегодня закончил работу в студии с Хонджуном. Он остался, у него на сегодня ещё прилично работы, но а у меня на сегодня все. Вот и пришёл в кафе, проголодался жуть, с обеда нормально не ел, - активно жестикулируя сказал Мэддокс. Сонхва сначала радостно ответил, хотел уже продолжить диалог, как вдруг вспомнил. "Я поем в студии с Мэддокс-нимом", - говорил Хон перед уходом. Только Хонджун что ли поел? Или он что-то упустил? - Стойте, а вы разве не ели в студии с Хонджуном?, - спросил парень. - А должен был? Я ему предлагал заказать доставку или сходить сюда, но он сказал, что успел поесть перед уходом с вами в общежитии. Я не стал настаивать, - он довольно спокойно объяснил ситуацию. Хва оцепенил страх за ложь одногруппника. Он чувствовал, как неприятно раскрытая ложь неслась по венам и захватывала все тело, не давая спокойно дышать и двигаться. "Неужели он все же врал? Но он же показывал видео, как ест, и впринципе ел. Стоп, но я же не видел последние дней 5 этого. Он бы стал врать? Он же делился впечатлениями. Почему он соврал? Разве у него были причины?", - все эти мысли со стремительной скоростью заполняли голову парня. Его стало заметно трясти, чем он и перепугал Мэддокса, тот попытался узнать, что происходит, но безрезультатно. У Хва буквально не хватало сил открыть рот и что-то сказать, хотя бы глупо оправдаться и забыть про это. - Извините, я резко про кое-что вспомнил, мне нужно срочно в общежитие, - он вложил все силы в это вполне хорошее оправдание. Попрощавшись, он пошёл как можно скорее в общежитие, насколько быстро ему позволяло ещё немного скованное и дрожащее тело. Пока он бежал, его путь размывали горячие слезы, которые стекали по щекам, оставляя неприятную жгучесть. Сонхва буквально влетел во входную дверь. В этот же момент на кухне Усаны решили разогреть попкорн к фильму. Последнее, что они ожидали увидеть - хена, всего в слезах, который бежал в свою комнату. Они тут же побежали за ним. Видеть старшего в таком состоянии было просто ужасно и пока малообъяснимо для них. Зайдя, Усаны увидели его у стены. Он, оперевшись спиной на неё, постепенно сползал вниз, и закрывал рот рукой, пытаясь заглушить свои стоны отчаяния. - Хен, хен, хен ты чего? Что случилось?, - Сан и Уен тараторили, перебивая друг друга из-за волнения за старшего. Сонхва не сразу смог сказать и слово. Ещё минут 10 он просто безостановочно плакал, пока Усаны обнимали его, не зная, чем ещё могут пока помочь. На самом деле последнюю неделю Хва чувствовал себя довольно напряжённо, будто завис где-то между спокойствием и паникой, будто шёл на шатающемуся канату без подстраховки, проходя над кучей ножей под ним. Да, он немного успокоился по поводу недоразумений с питанием Хона, но все равно чувствовал себя немного в подвешенном состоянии. Так или иначе у него всегда были и есть причины волноваться за вечно трудящегося младшего. Всё это и повлияло на такое поведение парня, раскрытая и пока необъяснимая ложь лишь послужила добивающим фактором. В конце концов Сонхва немного успокоился и рассказал все ребятам. Сан и так был вмешан в это, и знал с определённого момента всю ситуацию. Уену же они вместе объясняли что к чему. Ситуация у кафе повергла младших в шок. Вижуал заранее знал, что лучше самому успокоиться и только потом рассказать, потому что теперь пришлось успокаивать не его. Всех беспокоил лишь один вопрос "Хонджун голодает?". Они решили оставить все это между ними, чтобы провернуть пришедший в голову Уена план. На следующий день у них будет довольно большой перерыв между записями выступлений. Все точно будут кушать в этот момент. Если последнюю неделю они упускали приемы пищи лидера из виду, то завтра попробуют накормить при всех. Будут давать еду, пока не согласиться съесть кусочек. И все это время будут наблюдать за его реакцией и дальнейшими действиями. Вы не подумайте, они не собираются насильно его накормить и заставить нормально питаться, они хотят проверить их догадки. Вдруг они накрутили себя, и он хорошо кушает. Прежде чем пытаться решить проблему, надо убедиться есть ли она вообще. Следующий день протекал как обычно, не считая гляделок между Сонхва, Уеном и Саном. Когда начался тот самый перерыв, к ним уже ехала доставка еды. Чтобы скоротать время её ожидания, все в основном дурачились, болтали между собой либо пытались уловить мгновения драгоценного сна. В гримерке находился довольно просторный диван, на котором расположились Хонджун и Ёсан. Оба так и уснули в сидячем положении, иногда чуть чуть меняя положение тела, чтобы ничего не затекло. И только сейчас Сонхва пригляделся к внешнему виду Хонджуна. Его лицо без макияжа было чуть осунувшимся, мешки под глазами стали больше, а скулы виднелись чётче обычного. Хва опустил свой взгляд на тело капитана: кости на запястьях торчали, колени выглядели острыми, и хоть шорты и закрывали часть ног, было видно, что они стали более худощавыми. Старшему было грустно и совестно, что он не заметил этого раньше. Да, он мог себя оправдать тем, что в течение рабочего дня их лица покрывают слоями макияжа, делают укладку, освежающую черты лица. При переодевании в сценическую одежду Хва в основном смотрел на себя, проверяя внешний вид. А при обратном переодевании, был слишком вымотан, чтобы следить ещё за кем-то. В общежитии он практически не видел Хонджуна, поэтому заострял своё внимание на фактах: поел, поспал, недолго был в студии. Он совсем не следил, как все эти факты влияют на лидера. Достаточно ли их, чтобы он чувствовал себя хорошо? Видимо нет. Поток его мыслей прервала только приехавшая доставка. Все мемберы побежали разбирать свои заказы, Хонджун все также сидел на диване, но уже приоткрыв глаза. - Кэп, а ты ничего не заказал?, - Юнхо заметил бездействие Хона. - Да не, я не сильно голоден, в крайнем случае Ёсан со мной поделится, мы договорились, - Ёсан лишь в подтверждение его слов одобрительно кивнул. Уен запрыгнул на диван между ребятами и принялся, как и остальные, кушать. Он видел, как Сонхва и Сан встревоженно переглядываются и поглядывают на него и Кима в ожидании действий. - Мммм, такая курица вкусная, попробуй, - Уен протянул кусок лидеру и тот...спокойно его съел. - Действительно вкусная, дай ещё кусочек, - все трио, организовавшее этот план сидели в непонимании. Так легко согласился? Даже ещё попросил? Получается они себя сами накрутили? В течение следующих минут 15 Хон периодически что-то брал у Уена и Ёсана, чем очень удивлял некоторых мемберов. - Я в туалет щас быстро схожу, - предупредил менеджера Хонджун. - Давай быстрее, через 10 минут начнём готовить вас к выступлению. - Хорошо, - он поспешил удалиться в уборную. Что-то Сонхва подсказывало пойти за ним. Не лишним будет сходить в уборную перед выступлением, но основная причина для него все же - Хонджун. Секунд через 15 он тоже вышел из гримерки, вдалеке за угол заворачивала небольшая фигура капитана. Хва тем временем шёл чуть медленнее, будто за жертвой, хотя ничего такого не подразумевал. Почему то не хотел, чтобы Хон увидел его. Сонхва зашёл в туалет - впереди четыре кабинки, две из которых закрыты, а из одной доносились неприятные звуки. Он понимал, что в одной из них младший, и зашёл в ту, что была ближе к странным звукам. Аккуратно встав ногами на крышку унитаза, он немного высунул голову, чтобы посмотреть кто находится рядом. Страх быть пойманным за довольно странным действием немного мешал, но не останавливал. Когда он заглянул в кабинку, он увидел ужасную картину - там сидел Хонджун, но на полу, оперевшись руками за крышку унитаза и сблевывая туда все, что только так радостно ел на глазах группы. Даже с приличного расстояния было видно, как дрожало его тело. Измученный кашель неприятно резал слух и заставлял сердце Хва болезненно сжиматься от увиденной картины. Когда лидер стал подниматься с пола, чтобы выйти, он дернулся обратно в свою кабинку, все ещё боясь быть замеченным. Теперь уж точно, ведь он видел более чем достаточно, и видимо, больше, чем нужно. За кабинкой был слышен звук крана, сушилки для рук и затем и удаляющихся шагов. Сонхва стоял в оцепенении. Столько догадок, столько моментов, доказывающих обратное этим догадкам, и вот лишь один момент, разрушивший все догадки и доказавший самую худшую версию развития событий. Хонджун действительно голодает. И судя по тому, когда было ещё то утреннее недоразумение, то голодает около недели. Хва сцепил страх за последствия таких неразумных действий одногруппника. Приведёт ли это к чему-то серьёзному? В данный момент его волновал вопрос: что делать? Держать в себе все то, что увидел? Пойти и рассказать Сану и Уену, ведь план был общий? Может вообще вбежать в гримерку и орать о проблемах лидера всем? Он все же решил рассказать Уену и Сану, и уже вместе решать, что делать. Когда он вернулся к ребятам, Хонджун сразу спросил: - О, а ты куда ходил? - Подышать выходил, - спокойно ответил парень. А в мыслях было: "Боится быть замеченным, однозначно." В другом углу его ждали Усаны, и подзывая, было видно, что они радовались успешно проделанному плану. - Все хорошо с ним, тогда может недоразумение было, - радостно шептал Уен. Хва отрицательно покачал головой - Нет. - Что нет? - С ним однозначно не все хорошо, но давайте поговорим наедине после расписания. Эти двое были очень озадачены и обеспокоены словами старшего, но перечить не стали и решили просто подождать. Они тревожно переглядывались между собой остаток расписания, а Сонхва слишком часто и слишком внимательно смотрел на Хонджуна. По окончанию рабочего дня они втроём пошли в то кафе, в которое вчера старший так и не сходил. - Рассказывай, что ты знаешь, ты нас слишком пугаешь. - Вам стоит не меня бояться, а беспокоиться за здоровье Хонджуна. Следующие минут 15 он рассказывал им всю историю похода в уборную. После обречённо сказанной фразы "Он все же не ест." ребята просто застыли. Ещё вчера все трое выплакали, что могли, и сейчас уже не было сил на слезы. Лишь тупая, колющая в сердце боль. Уен вздыхал, как при истерике, хотя не мог проронить ни слезинки. Сонхва и Сан пытались успокоить его, но сами были не в лучшем состоянии. Сан временами засматривался в одну точку, думая о чем-то своём. Всё это прекратил Хва, измученно выдав: - Я не знаю, что делать, поэтому и рассказал вам. Давайте придумаем что-то, с этим нельзя тянуть. - На самом деле я только что думал о наших дальнейших действиях. Он никогда себя так не вёл, что-то должно было его сильно ранить или повлиять на него, чтобы он перестал есть. Если мы просто скажем менеджеру и попросим разобраться, боюсь мы просто надавим на него и сделаем лишь хуже. Надавить так или иначе придётся, по другому он врятли нам что-то скажет, но не сильно. Надо будет просто с ним поговорить и узнать истоки такого поведения, - пока Сан говорил, Уен и Хва внимательно слушали и с каждым словом все больше соглашались с его словами. - Слушай, а не зря ты в пустоту смотрел, она тебе вон какую хорошую идею подсказала, - шутил Уен, пытаясь разбавить слишком грустную атмосферу. - Дурак, - но отрицать не стоит, Хва и Сан все же посмеялись. Вернувшись в общежитие, большинство разошлось по своим комнатам. Хонджун тоже был в комнате. Он решил немного убраться на своей части и снова уйти в студию. Хва сначала отдыхал в комнате и временами поглядывал на него, иногда перекидываясь какими-то фразами. А когда тот пошёл в душ, перед тем как уйти, старший ушёл на кухню, чтобы приготовить поздний ужин. За все это время его чувства с грусти и опасения на друга переросли в ярость. Он просто смотрел на него и не понимал: "Почему ты так спокоен, будто с тобой ничего не происходит? Почему не рассказал ничего о своём состоянии и его причинах ребятам или мне?" На последнее он обижался и злился особенно сильно. Пока Сонхва был на кухне, а Хонджун собирался в комнате, к первому подошли Уен и Сан. - Ну что, мы поговорим с ним? Хва увидел в проходе лидера, направляющегося к двери. - Пизда ему, - прошептал он ребятам, и с половником в руках пошёл к двери. - Я не помню, когда последний раз видел его таким злым, - прошептал Уен Сану, - главное чтобы он ничего не натворил в таком состоянии, - ответил Сан. Хонджун надел обувь, и только хотел уже выйти из общаги, как его путь перегородил Сонхва: злой и с половником в руках. Он раскинул обе руки в разные стороны, перегорождая проход собой. - Ты никуда не пойдешь, - получилось даже как-то слишком грозно, Хонджуну стало не по себе от такого старшего. - Почему? - Ты сейчас сядешь, поешь и потом.., - его перебил капитан, - да не, я поем в студии, - он пытался оправдаться как мог. - Не перебивай. Ты сейчас сядешь, поешь и расскажешь, почему ты голодал последнюю неделю. Сердце Хонджуна ушло в пятки. То, что он так старательно скрывал, раскрыли. Причём для него пока непонятно каким образом. Он ждал ругани, потому что видел, насколько Хва злой. Он был готов к долгим лекциям и крикам. Но старший просто взял за руку остолбеневшего Хона со стеклянными глазами, и отвёл к столу. Посадил и стал класть на стол еду. В основном это была жидкая еда, ведь давать что-то тяжёлое после стольких дней голодания было бы неправильно. Уен и Сан тоже суетились и помогали парню, пока лидер просто скованно сидел и плакал, все ещё готовясь к худшему. Сонхва было больно от такого вида младшего. Он не собирался дальше злиться на него или кричать. Он просто выпустил всю свою злость в том моменте у двери и все. Парень не собирался дальше давить на и так уже побитого жизнью одногруппника. Он сел рядом с ним и начал: - Тише, я не хочу, чтобы ты плакал. Никто не будет кричать и ругаться, просто поешь пожалуйста и расскажи, почему ты решил голодать и почему не сказал нам. Давай будем честными друг с другом. Усаны поддакивали рядом. Хон оглядел их с опаской в последний раз и начал кушать. Потихоньку, параллельно пытаясь утереть все ещё льющиеся слезы. Рядом послышались всхлипы. - Не пла-ачьт-те пожалуйста, - Ким сам продолжал всхлипывать и заикаться, но очень не хотел, чтобы из-за него другие плакали. Это было худшим наказанием за его ложь. - Мы просто рады видеть, что ты кушаешь. И надеемся, что ты не пойдешь потом в туалет, а дашь этому всему перевариться, - сказал Сан. Хонджун застыл. - Откуда вы знаете? - Хва-хен видел, как ты блевал в туалете сегодня, - продолжил Уен. Парень повернулся к Сонхва, но тот лишь погладил его по голове, показывая жестом не зацикливаться и продолжать кушать. Как только он закончил, ребята собирались рассказать ему о том, как они догадались. Но Хон решил сразу уточнить: - А только вы знаете про это? - Да, - сказали хором. - А это правильно? - Что конкретно? - Ну что мы тут будем говорить про это, а остальные останутся в неведении. - А ты был хотел рассказать всем? - Если честно, то нет, но просто это будет неправильно, - он был не очень уверен в своей идее, но считал, что остальные тоже имеют право знать. Сан молча пошёл собрать остальных за стол. К его удивлению, никто ещё не спал. Но всех очень напрягла фраза Сана "сейчас будет очень серьёзный разговор". Собравшись все вместе, все те, кто не знал ситуации, были встревожены заплаканным видом двух старших. На этот раз Хва понадобилось около получаса и помощь Усанов в рассказе про Хонджуна. Вспоминая самые яркие отрывки воспоминаний, на его глаза снова и снова наворачивались слезы. Хонджун тоже плакал, его с головой накрывал стыд за все вранье, и осознание того, насколько было опасно его голодание для его здоровья. Юнхо расплакался сразу же после самого факта голодания. Он подозревал что-то подобное, но надеялся, что это неправда. Минги на половине истории подбежал и обнял лидера со спины, пытаясь где-то в его шее скрыть свои слезы. Но Уен все равно сидел и поглаживал его и Хона по спине и плечам. Ёсан и Чонхо выглядели очень подавленными и время от времени косились на лидера. Пара слезинок все же упала с их глаз, но они не скрывали этого. - Теперь думаю очередь Хонджуна говорить, - все посмотрели на него. Ему понадобилось немного времени, чтобы понять, с чего начать. - Вообщем, я хочу начать с того, что мне жаль, что я заставил вас волноваться. Простите меня пожалуйста, - голос снова стал ломаться. Тут уже и остальные подключились к висевшему на шее Кима Минги. Они образовали их любимый клубок из обнимашек и продолжали в нем плакать. - Мы тебя простим, если такого больше не повториться, - сказал Чонхо. - Не повторится, обещаю. Уже вернувшись по своим местам за стол капитан продолжил: - Пару недель назад я стал все чаще видеть в интернете посты о том, что я очень жирный с прикреплёнными скриншотами. На них в основном был либо не очень ракурс, либо костюм. В некоторых может да, я действительно не казался таким, а был, но я все равно пропускал такие посты. Меня это не задевало. Потом ко мне в личные сообщения пробрались несколько аккаунтов. Нашли где-то мой номер может, я не знаю. И каждый день мне приходили сообщения такого же характера. В этот момент у нас было довольно сложное расписание, и я не хотел нагружать вас этим. Сейчас я понимаю, что это не очень правильно, но тогда мне это казалось наилучшим решением. Вообщем, они писали мне это ежедневно, и даже если я блокировал их, то они создавали новые аккаунты. Уже тогда в моей голове стали зарождаться комплексы. Я боялся, что действительно выгляжу таким для эйтини, просто они не говорят, чтобы не обидеть. И буквально через пару дней меня позвал менеджер и сказал, что мне нужно чуть схуднуть перед камбэком для концепта. Сейчас я понимаю, что он имел ввиду килограмма 2, и чтобы это было максимально безопасным путем. Но в тот момент для меня это было добивающим фактором, и я начал думать, что все меня видят таким, как обо мне писали те люди. Я врал, когда говорил, что поем позже, специально говорил о впечатлениях о еде, чтобы это выглядело убедительно и вы не волновались. Тогда ночью специально показал фотки сырной лапши Сонхва, чтобы в случае чьих-то сомнений, он мог подтвердить, что я ем, хотя в тот день я провел много времени в уборной, чтобы избавиться от этой лапши в желудке, - сначала Хонджуну было сложно настолько откровенно говорить о всем происходящем со всеми, но видя все больше сочувствующих и поддерживающих взглядов, становилось легче. - И как долго ты планировал ещё голодать?, - поинтересовался Юнхо. - До камбэка. Хотел посмотреть на комментарии, которые будут под выступлениями, чтобы убедиться, что делал все правильно. Но даже сейчас я уже видел, как эйтини говорят, что я выгляжу осунувшимся и уставшим, - Ким погрустнел. - Извини, но это действительно так. Больно тебя таким видеть, думаю, ты скинул порядка 10 килограммов. Но если хотя бы ради нас ты начнёшь хорошо кушать, то ты быстро вернёшься в свое здоровое тело, - Сонхва давал все больше наставлений, - и пожалуйста, в следующий раз рассказывай о таком. Я в последнее время так хотел с тобой поболтать и провести время вместе. Если бы ты поделился этим хотя бы с одним мембером, например со мной, то это бы стало прекрасным времяпрепровождением для меня. У меня была бы возможность помочь и предостеречь тебя от возможных плохих последствий. - Я обязательно обращусь в следующий раз, - Хон с улыбкой встал со стула и подошёл обнять хена. - И ко мне обратись! - подбежал Минги. - Ко мне тоже! - Уен кинулся в очередной клубок объятий. - Я просто надеюсь, что такого следующего раза не будет, - сказал Ёсан и завершил эти объятия. Все облегчённо посмеялись с его слов, с надеждой, что действительно такое не повторится. В этот день Хонджун не ушёл в студию. Они прекрасно провели время все вместе, не разбиваясь на группы или пары. Ребята много болтали, играли в настольную игру, которую долго откладывали и кушали еду, приготовленную Сонхва. Через пару дней им дали долгожданные выходные, и не просто пару дней, а целую неделю. Все сразу стали планировать свое время. А Хонджун в первый же день отдыха позвал Сонхва провести день вместе. Они сходили в парк, до которого недавно так и не дошёл Хва, сытно поели в кафе, которое рекомендовал Чонхо. Под вечер они устроились на кровати Хонджуна и в обнимку смотрели дораму, начатую недавно старшим. Рядом лежали снеки, купленные к дораме, пока Ким внимательно слушал сюжет уже произошедших событий. Уснули они поздно, потому что не могли перестать обсуждать дораму, да и просто болтать. На утро их найдут в одной довольно узкой для двух человек кровати, навалившихся друг на друга, но зато счастливых. Теперь счастье Сонхва в том, что проснувшись, он не чувствует того волнения и подвешенного состояния, он может не волноваться за здоровье близкого ему человека и за отсутствие совместного времяпровождения. А счастье Хонджуна в том, что он может больше не врать мемберам, а доверить им свои проблемы. Теперь у них все хорошо.