Покажи мне любовь

Говорят, чтобы избавиться от боли в неё нужно посмотреть, исследовать. Кто-то особо чудной предлагает подружиться. Мы заведомо негативно относимся к ней, пытаемся противостоять, защититься, кто-то проигнорировать. Мы отворачиваемся от неё, но так ясно чувствуем её присутствие, словно тень она везде следует за нами. Однако отличие в том, что свою тень мы принимаем полностью, как что-то естественное, абсолютно нормальное, в детстве даже играем с ней. А боль… может от того и видится болью, что в полном неприятии, отвержении, и даже поговорить, выслушать её никто не решается. А может быть именно боль, внутри своей на вид устрашающей сущности, хранит ключ к тому, в чём нуждается каждый. *** Выходя из автобуса, наступаю прямиком в грязную лужу, брызги от которой марают уже застиранные, но полюбившиеся джинсы. Мокрые кеды не прибавляют оптимизма в этот пасмурный будний день. Дождь прошёл стремительной полосой, оставив за собой слякоть, лужи и хмурость на лицах людей, забывших свой зонт. Удивительная черта большинства людей, они выбирают сотый раз раздражаться непогодой, промокнув до нижнего белья, вместо того, чтобы однажды принять ответственность на себя за случившееся, и в дальнейшем быть внимательнее. Но видимо винить кого угодно и что угодно гораздо выгоднее, роль жертвы весьма привлекательна, особенно для тех, кто жалость и сочувствие принимает за любовь. Тяжело видеть подобное в себе. С такими мыслями я шел через весенний парк в направлении дома, с единственным желанием поскорее попасть в сухость и тепло. Тучи не собирались рассеиваться, как и моё хмурое настроение, что будь оно свитером, я бы износил уже до дыр только за текущий год. Увидь меня мой мудрый, но твердый отец, Чон Джихо, в подобном состоянии, дал бы лопату в руки и заставил перекопать свободных 10 соток огорода в нашем загородном доме. Со словами «как учил меня твой дед – труд – лучшее лекарство». Именно поэтому при каждом звонке на вопрос «как жизнь молодая?» - я всегда стандартно, притворно весёлым голосом отвечаю, что всё замечательно и меняю тему, задавая вопросы уже ему. Хотя на самом деле, в свои 26 лет чувствую себя уже отжившим своё пенсионером. Как писал Высоцкий: «умер в 30, похоронили в 70», легко могу прикинуть к себе эту фразу. Смотрю на проходящих мимо людей. У каждого своя беда, своя боль, свой повод для жалости. И даже по затылку идущих впереди можно увидеть те же кандалы их собственных претензий к миру, к людям, к себе. И все это моё отражение. Печально признавать. «Чонгук, запомни, красота в глазах смотрящего. День нужно начинать с красоты и заканчивать ею же. Брось эту грязную палку и подойди ко мне» - воспоминания о бабушке прошлись по телу волной теплых чувств. «Посмотри на этот величественный и столь нежный куст белых лилий. Их терпкий запах кружит голову. А пыльца оставляет следы на любопытном и длинном носу» - её задорный смешливый голос навсегда отпечатался в памяти. «Расскажу тебе тайну, только никому, обещаешь?» - мне семилетнему было достаточно этой фразы, чтобы прийти в щенячий восторг и обратить всю свою возможную сосредоточенность и внимание к дальнейшим словам бабушки. «Много веков назад, благодаря чудесным свойствам лилии, алхимики превращали обычный металл в золото» - а потом родители несколько лет удивлялись моему нездоровому интересу к цветам и камням. А я всего-то хотел стать великим алхимиком, превратить камни в золото, чтобы наша семья жила в достатке, а бабушка вечно, благодаря моему эликсиру бессмертия из одуванчиков. Жаль, что даже будучи ребенком, меня заинтересовала алхимия, а не глубокая философия внутренней красоты, что находит отражение во вне. С клёна капают остатки небесных слез. Что-то подтолкнуло меня остановиться и подойти к нему, чтобы поймать ладонью сбегающую по поверхности листа каплю, что спешит разбиться. Секунда безмятежности, что-то красивое было в этой текущей прозрачности, что в конце ощущается холодной влажностью в ладони и сбегает дальше по запястью, растворяясь в рукаве. Не зря созданы закаты, горящие костры, морской прибой, звезды на небе и подобные природные явления, их красота покоряет обративших внимание, даёт короткий приют больной душе, погружая в покой хоть на мгновенье. Рождая надежду на исцеление. - Вы обронили – обратился ко мне детский девчачий голос. Обернувшись, я увидел перед собой девочку лет десяти с блестящими, как капли росы на солнце, глазами и смешным ободком с тигриными ушками на голове. Она протягивала мне цветастую листовку, явно с какой-то рекламой. - Это не моё – я уже хотел незаинтересованно отвернуться и продолжить путь домой, как меня очень самоуверенно одернули за рукав. - Дяденька, как вас зовут? – проявила девчушка завидную упорность. - Тигрица, тебе ещё рано заводить знакомства на улице, тем более со всякими дяденьками. Раздавай листовки более лояльным людям. – пожелав напоследок удачи, я уже направился стремительным шагом к дому, но непокорный зверёныш догнал и снова преградил путь своей маленькой тушкой. - Скажи имя – я отстану – с трудом верится, но мне хотелось как можно быстрее отвязаться и попасть, наконец, в тепло своей квартиры. - Чон Чонгук. Не знаю зачем тебе это, мелочь, более встречаться с тобой не планирую – мой грозный взгляд вряд ли произвел должное впечатление, судя по возникшей улыбке на её лице в ответ на мои слова. - Твоё имя мне нужно для убедительности. Чонгук, возьми, пожалуйста, тебе это нужно – она протягивала мне всё ту же листовку с какой-то рекламой и звучала действительно серьёзно, несмотря на детский голос. И где таких выдающихся промоутеров воспитывают? - Давай – я забрал у неё бумажку, не имея другого варианта, чтобы отвязаться. - Обязательно приходи, хочу, чтобы твои глаза светились ярко! – с этим радостным криком она накинулась на меня с объятиями, как на старшего брата, после долгой разлуки. Выпустив меня из своих рук, она игриво подмигнула, поправила свои ушки, и радостно подпрыгивая, удалилась в противоположную от моего направления сторону. После небольшого ступора я взглянул на бумажку в моей правой руке. «Приглашаем вас на курсы для фотографов. Вход только по этому приглашению. Возьмите с собой камеру и желание видеть ясно» Абсолютно не заинтересовавшись, я, безжалостно смяв, выбросил приглашение в ближайшее мусорное ведро. Снова заморосил дождь, я ускорил шаг, а перед глазами всё стоял образ маленькой девочки с тигриными ушками, лучистыми глазами и яркой, квадратной улыбкой.