Забыть нельзя простить

Чимин бежит по лестнице, перепрыгивает через несколько ступеней. Он не видит ничего вокруг, его глаза в слезах, руки дрожат, стук сердца отдаёт в ушах. Ему хочется быстрее добраться на двенадцатый этаж, а сегодня как на зло, не работает лифт. Кто придумал собирать конференции на самом последнем этаже. Но сейчас Пака это не беспокоит, он не смотрит на свою усталость, на боль в ноге. Только вперёд и побыстрее. Любая минута промедления может оказаться роковой. Чимин тяжело дышит. Ему нужно срочно на это конченое собрание, что решили провести на час раньше. Естественно все сотрудники выключили телефоны и не дозвониться ни к кому. Таблица с цифрой девять и парень понимает, ещё немного. Последний рывок. В холл Чимин влетел мокрый, заплаканный и дрожащий. Не обращая внимания на секретаря, что сидел там и просил остановится сотрудника офиса, Пак бежал вперед. Девушка схватила его за руку и кричала, что ему нельзя туда. — Мне можно, — рыкнул на неё Чимин и грубо скинул руку с предплечья. В нём сейчас столько эмоций бурлило, но осознать, что с ним такое произошло было невозможно. Ему нужно срочно поговорить. Немедленно. Чимин громко открывает дверь, что она бьётся о стенку и отскакивает. Сотрудники от неожиданности дергаются и смотрят удивлённо на вошедшего парня. — Господин Мин, я пыталась его остановить, — зароптала девушка и виновато поглядывала на сидевшего во главе стола мужчину. Тот поднялся и без раздумий направился к заплаканному парню. Чимин увидев Юнги задрожал сильнее, руки не слушались его, а по лицу снова потекли слезы. — Ю-юнги, — хрипло выдавил из себя Пак и обнял подошедшего мужчину. — Что случилось? — тихо спросил Мин, обнимая за талию парня. — Чимин. Но в ответ лишь бормотание в грудь. Новый поток слез, а следом накрыла паника. Чимин начал задыхаться. — Дыши, Чимин, смотри на меня и дыши. Медленно. Успокойся, смотри на меня, — просит Юнги, а у самого страх в глазах, что могло произойти за это утро. Первый из тёплой постели вылезает Юнги. Ему так хочется ещё немного поваляться в объятиях любимого и родного мужчины, но нужно идти готовить завтрак. Взглянув на своего партнёра он тепло улыбнулся. Парень на соседней подушке спал на животе, волосы были разбросаны в разные стороны, а пухлые губы приоткрыты. Они так и манили, чтобы поцеловать их, укусить и оттянуть, показать всё эмоции, что вызывает их владелец. — Долго ещё будешь пялиться? — хрипло ото сна интересуется парень. Юнги от неожиданности дёрнулся и вышел из своего транса. Он посмотрел в эти небольшие щелки вместо глаз и ярко улыбнулся. — Смотрел бы вечность, — отозвался Мин и всё-таки нырнул обратно в постель в объятия своего парня. — Наша вечность будет длиться ещё пару минут, — хмыкнул мужчина и не теряя времени мягко прикоснулся к губам Юнги. Он целовал медленно. Неспеша. Смаковал этими родными губами. Не хотелось переходить в страстный, животный поцелуй, как это у них бывает. Желание было дарить нежность партнёру, показывать свои чувства и ценность. Они общались прикосновениями. Дверь в спальню открылась и в комнате сразу изменилась атмосфера. Мужчины услышали топот босых ножек. Громкое пыхтение и тяжесть под весом ещё одного члена семьи. Юнги улыбался и уткнулся лбом в плече мужчины. — Доброе утро, — бодро пропел детский голос. — Пап, а когда мы будем кушать? Я кушать хочу. — Золотце, где ж ты столько сил и энергии берёшь, — поинтересовался парень, а второй рукой обнял ребёнка, что пытался залезть на него. — Он её копит, чтобы утром пораньше встать, — отозвался Юнги и ласково посмотрел на малыша трех лет. — Тебе же ещё можно спать и спать. — Но я выспался, а ещё сегодня в садике будут давать мои любимые пироженки, — радостно воскликнул МинДже и уткнулся лбом прямо в оголенную грудь парня. — Вчера ты целый вечер об этом говорил, сложно забыть, — хохотнул мужчина и потрепал светлые волосы мальчика. — Идем готовить завтрак? — Яички и бекон, — тут же вставил своё предложение ребенок. — Ну не знаю, тогда ещё можно салатик сделать, да? — поддержал идею Юнги. Он наклонился, поцеловал растрёпанные волосы сына и вылез с постели. Мин пошёл на кухню, зная, что парни тоже сейчас подтянуться к нему. — А я думал будут блинчики, — как-то грустно сказал парень. В его руках тут же завозился МинДже, маленькие ручки обняли его за шею и он сразу же получил громкий поцелуй в щеку. — Только ты меня и поддерживаешь, зайчонок, — продолжал свою печальную сцену мужчина, а лукавые глазки стреляли всё время в Юнги. — Ну ты и королева драмы, Чимин, — не выдержал этой сцены, мужчина подошёл к семье и поцеловал каждого в щеку. — Именно за эту королеву драмы ты и вышел, — напомнил ему Пак и усадил ребёнка в специальное кресло. — И теперь у тебя нет выбора, детка. Чимин подошёл к возившемуся у плиты Юнги и обнял его сзади. Он поцеловал эту белоснежную шею и прошептал на ушко как сильно любит своего мужа. Мин улыбнулся в ответ и продолжил нарезать овощи. — Ну папы, хватит вам целоваться, это же бе, — заголосил ребёнок со своего места. — Никогда не буду целоваться. Это же противно. — Мы тебе напомним это в твои пятнадцать, — хохотнул Пак и отошёл от мужчины. — Мы будем тоже смотреть на вас и говорить бе, — поддержал Юнги и засмеялся представив эти надутые губы но уже во взрослом возрасте. — Вот увидите, я никогда не буду никого целовать кроме вас, — серьезно выдал МинДже и насупился от новой волны хохота старших. — Верим-верим, — примирительно поднял руки вверх Чимин, поглядывая на ребёнка с такой нежностью. Как же сильно пара хотела ребенка, но Юнги отказывался от суррогатной матери. Ему не хотелось, чтобы ребёнок был с кем-то кровный. У него был пунктик, что тогда кто-то сможет забрать ребёнка себе в случае развода. Чимин тогда уверял мужчину, что не собирается с ним разводиться. Но тот упёрся и всё тут. Тогда они пришли к одному общему выводу: дом малютки. МинДже был долгожданным ребёнком в семье. В чужой семье. Но её постигла беда. Ночью начались преждевременные роды, пара не дожидаясь скорую поехала сама в больницу. Пошёл дождь, машина выжимала из себя больше допустимого. Они ехали почти по пустой дороге и в какой-то момент грузовая машина въехала в них. Мужчина уснул за рулём. Из этой ужасной аварии выжил только малыш. И это было чудо. Во-первых, чудо было в том, что он после такого столкновения продолжал какое-то время жить. Во-вторых, доктора сразу же провели кесарево. И в-третьих, он абсолютно здоров. Мужчины когда узнали об этом долго не думали. Оформили документы и усыновили мальчика. Так в их семье появилось их маленькое солнышко Мин-Пак МинДже. Парни в нём души не чаяли и всё было для него. Но и старались взрастить в нём положительные качества, вырастить его достойным человеком. — Мини, всё хорошо? Ты как-то замолчал и грустный какой-то, — вывел голос Юнги из раздумий. — Думаю, как же я счастлив, что вы у меня есть. Я вас так сильно люблю, мои вы дорогие, — сказал Чимин и снова полез ко всем обниматься и целоваться. — Я тоже тебя люблю, папочка, — радостно закричал МинДже и потянулся маленькими ручками к родителю при этом чуть не перевернул чашку с соком. — МинДже, осторожнее, — попросил Юнги, тут же получая ещё одну порцию обнимашек и поцелуев. — Люблю вас. Завтрак был таким уютным. Юнги и Чимин обсуждали планы на выходные, а МинДже только морщился. Им нужно было сходить к доктору на проверку, а значит будет волна истерик от младшего. Мужчины решили просто отвезти в больницу сонного парня и попытать удачу. Чимин ушёл собирать ребёнка в садик, а Юнги разбираться с грязной посудой. Когда они только начали жить вместе кухня была в распоряжении Пака. Правда со временем Мин забрал шефство и получал оттого невероятное удовольствие. Ему нравилось готовить что-то для любимых, баловать их различными блюдами. Их восхищение когда они ели и то как они пробуют окрыляет мужчину на новые поиски рецептов. — МинДже, что ты хочешь футболку или рубашку? — слышится голос Пака из детской. — Рубашку, хочу быть как вы, — хихикает малыш, видимо уже играет в свои игрушки. — Хорошо, джинсы или штаны? — спрашивает Чимин и ждёт, когда малыш осмотрит предоставленные вещи на выбор. — Джинсы, ты же тоже в них будешь, да, пап? — спрашивает МинДже, а у Юнги улыбка от уха до уха, ему так приятно, что их ребёнок хочет быть похожим на них. От этой мысли в груди растекается приятное тепло. А сзади появляются крылья, что хочется летать, кричать от счастья и любви к своим мальчикам. — Да, а Юнги будет, — начал было Чимин, но его перебили. — Отец будет в костюме, как всегда, — закончил за него МинДже и пошёл в душ. Как взрослый и самостоятельный молодой человек, мальчик зашёл в ванную, подвинул свою лестницу к раковине, достал свою зубную щётку и начал чистить зубы. Чимин всегда улыбался от этой картины. — А зубную пасту? — спросил Пак и стал рядом, выдавил ребенку и себе пасты и папа с сыном начали свои водные процедуры. Юнги в это время был в их ванной комнате и приводил себя в порядок. Сейчас Чимин закончит с водными процедурами МинДже и он пойдёт одевать ребёнка в выбранные вещи, собирать его рюкзак с игрушками и какими-то нужными мелочами, типа, влажных салфеток, носовичков, кремов и всякое такое. — Мы уже закончили, а ты тут стоишь мечтаешь. Кстати, о чем мечтаешь, м? — Чимин появился из ниоткуда и сразу же устроился позади старшего. Пухлые губы скользили по влажной шее. Руки крепко держали талию, но сильно не сдавливали, оберегали от синяков на этой белоснежной коже. Чимин нежно покусывал за ушком и вылизывал такое чувствительное местечко. — Тебе нужно идти Юнги иначе наш сын увидит то, что не предназначено для его глазок, — шепчет в самое ухо Пак и отступает, позволяя мужу уйти. Мин тяжело сглотнул вязкую слюну, что заполнила его рот. Он кивнул и выбежал из ванной оставляя возбуждённого мужчину позади. Хотелось очень уединиться, но они родители и теперь нельзя заниматься сексом где угодно и когда угодно. Юнги вошёл в детскую, успокаивая своё дыхание. Ребёнок тихонько сидел за столом и что-то рисовал цветными карандашами. Маленький Мин-Пак был очень поглощен своей работой, что не замечал никого вокруг. — Давай одеваться, как папа? — спросил у сына Юнги и пошёл к вещам, что лежали на постели в ожидании. — Я сам, — важно заявил МинДже, поднялся со своего стульчика и пошёл одеваться. — Конечно сам, ты у нас уже такой взрослый и когда только успел, — улыбался Мин, наблюдая за пыхтящим ребёнком. У МинДже были вечные проблемы с пуговками на одежде. Он никак не мог справиться с ними самостоятельно. Юнги и Чимин пытались с ним заниматься, но толку от этого было никакого. Мальчишка не справлялся. Возможно, одну две он ещё может преодолеть, но на больше его не хватает. Юнги решил быстренько собрать рюкзак с вещами и положил ещё футболку, а то мало ли что. Места много не занимает, но про запас точно будет, можно переодеть и не заморачиваться с трудными пуговицами. — Пап, тут пуговки, — тихо говорит МинДже, а сам своими пальчиками пытается просунуть этих злых врагов в дырочки. — Дырочки слишком маленькие. — Ох ты чудо моё, — оторвался от складывания вещей Юнги. Мужчина подошёл к сыну и присел возле него на корточки. Ребёнок дул губы и морщил нос при каждой попытке -это привычка пошла от Чимина. Парень постоянно морщит нос, особенно если ему что-то не нравится или не получается. — Отец, я когда нибудь научусь их застёгивать? В садике уже все одеваются сами, а вы всё ещё помогаете мне, — ребёнок заплакал и мужчина сразу же прижал сына к себе. — Конечно научишься, ты чего? Послушай, МинДже, мы все разные, кто-то учится быстро и понимает это сразу, а кому-то необходимо двадцать раз только показать, а потом ещё тридцать рассказать. Но со временем каждый поймёт. МинДже, мы с папой всегда будем тебе помогать, не важно в чем, но мы будем рядом. Ты ещё ребёнок, не поверю, что всё уже собираются сами, — Юнги улыбнулся и стер слезы с личика сына. — Мы любим тебя, ты самый прекрасный и невероятный ребёнок. Мы есть друг у друга, слышишь? И мы не даём в обиду друг друга, даже если наши враги это пуговицы. — Я люблю тебя, отец, — успокаивается малыш, ощущая, как отцовская ладонь гладит подрагивающую спину. — Я вас люблю, — раздалось в проёме комнаты. — А что у вас тут за потоп? Чимин был одет в белую рубашку, тёмные джинсы. Волосы уложены назад и лёгкий макияж. Длинные серьги и кольца, он озорным взглядом смотрел на парочку и широко улыбался. — Пуговки, — говорит МинДже успокоившись. — О, вот вечно они больше дырочек, да? — поддерживает разговор Чимин, а самому хочется хохотать от души. — Да, вот зачем они так делают, что они не пролезают в них, — так страдальчески вздохнул ребёнок, что Юнги не выдержал и хрюкнул. — Королева драмы — это у него тоже от тебя, — подытожил Мин, заправляя рубашку в джинсы. — Это чего это? Я никогда, — отозвался Пак и подмигнул. — А вообще ребятки мы можем опоздать. Ты сложил рюкзак? — Остались игрушки, ты что будешь с собой брать? — ответил Юнги и обратился к сыну. — Хочу динозавра и робота, — уставившись на постель ответил МинДже. — Только одну, — сказал Чимин и старшие ожидали, когда же тот выберет себе игрушку. — Робот, — сделал важный выбор младший семейства. В садик они пришли почти во время. Воспитатель забрала рюкзак и ожидала недалеко от семейства, когда они попрощаются. — Веди себя хорошо и не забудь, что мы есть друг у друга, чтобы ни было, — прошептал на ухо сыну Юнги и поцеловал его в щеку. — Хорошо, люблю тебя, отец, — МинДже поцеловал в ответ пошёл к Чимину, что тоже ждал своих обнимашек. — Люблю тебя и не переживай ни за что, мы за тебя горой, помнишь? — улыбнулся Чим и поцеловал ребёнка в лоб. — Помню, люблю тебя, па, — ребёнок повис на шее и крепко сжал её своими ручками. — Хо-хо-хо, как ты уже у нас сильный, — Чимин сделал вид, что ему больно и МинДже сразу же отпустил, хихикая при этом. — Я вас буду защищать теперь, — гордо выпятил грудь вперёд Мин-Пак. — Люблю вас. Ребёнок вырвался из объятий родителей и побежал к группе, не забыв помахать ладошкой. — Поехали, тебе ещё пешком идти к офису. Не понимаю, почему нельзя приехать вместе на работу, — начал свою песню Юнги и сел на пассажирское место спереди. — Не хочу чтобы они судачили, что я через постель сюда попал или соблазнился твоими деньгами, — ответил уже заученную реплику Чимин и выехал с парковки. — Мы женаты пять лет, вместе уже восемь. Чимин мы уже взрослые мужчины, у нас сын в конце-то концов. А ты все продолжаешь гнуть эту глупую мысль. Всё знают сколько ты работал и откуда начинал до своего поста. И прошу заметить, ты просто начальник отдела, а не кто-то главный, — ответил Юнги и внимательно посмотрел на мужа. Чимин вёл плавно машину. Не отвлекался от дороги, он был сосредоточен. Тело расслабленно, он выворачивал руль без усилий. Не сравнить с ездой Юнги. Они были противоположны в этом деле. И старшему безумно не нравилось водить машину. — Не кто-то главный? Дорогой, обидно слышать из твоих уст такое, — отозвался Чимин. — Но всё равно не хочу чтобы ходили сплетни о нас. Хотя тут недавно слышал, что твоя секретарша скоро станет госпожой Мин. — Чего? — воскликнул Мин, его челюсть упала к коробке передач, а глаза раскрылись максимально. — Никогда не бывать этому. Ты же мне веришь Чимин? Юнги опасливо смотрел на спокойное лицо мужа и мысленно умолял всех богов, чтобы младший поверил ему, а не сплетням. Чимин в ревности страшен и лучше никогда не попадать к нему в немилость. А желательно никогда не выводить его на эмоции типа ревности, злости, страха. — Верю, тебе повезло, Юнги. Они говорили, что на этих выходных ты был с ней, а на деле мы все вместе были в парке, — ответил Пак и улыбнулся уголком рта. — Но держи ухо востро, если она решилась на такое, то точно что-то да будет. Не хочу потом сомневаться. — Чимин, ты же знаешь? Я не буду рисковать нашей семьёй, ради разового перепихона. Особенно с девушкой, — Мин пытался вразумить мужа, напомнить о чувствах. — Знаю, но это у меня сын, а ты у нас холост, — хмыкнул Чимин, останавливаясь на светофоре. — Как будто это остановило ту барышню с твоего отдела. Она была готова тебе ещё рожать, лишь бы ты был с ней. А когда все узнали, что ты предпочитаешь мужчин, так стало только хуже. Сколько людей я тогда уволил? — уже хмыкнул Юнги, вспоминая тот разбор полётов. — Не напоминай, лучше вспомни скольким людям я сломал нос тогда, — хохотнул Пак и повернулся к мужу. — Я доверяю тебе Юнги, я не доверяю таким как она. Ради денег они идут на всё. — Я буду бдительным с ней и остальными, — заверил младшего Мин и положил свою руку поверх загорелой руки мужа. — Когда нибудь мы будем носить кольца открыто, — уверяет его Чимин и они вместе смотрят на их руки. — Я выйду тут, а дальше ты сам доедешь. И прошу тебя, смотри как паркуешься. — Я знаю, у меня тоже есть права, — пыхтел Юнги, ожидая когда Чимин возьмёт свои вещи. — Люблю тебя. — Люблю тебя, мой муж, — прошептал в сладкие губы Пак и нежно смял их. — Езжай. — Увидимся в офисе, — кивнул Юнги, запрыгнул в машину и медленно уехал. Когда Чимин добрался до работы там уже стояла шумиха. Каждый пытался рассказать новые сплетни, кто-то пытался узнать о личной жизни коллег, а кто-то пил чай или кофе и наслаждался отдыхом перед рабочим днём. Пак разложил вещи, включил компьютер и сразу загрузил необходимые программы для работы. По утрам они слишком ленивы, как собственно и работники. Чимин заварил себе ароматный кофе. Мужчине нравилось, когда в его кабинете стоит запах кофе. Чимин прошёл к небольшому диванчику, что стоял возле окна. Сел на него и закинул ноги на подлокотник. Было ещё время для небольшого релакса с чашечкой вкуснейшего напитка. Но долго радоваться не получилось. В дверь постучали и вошла помощница Пака. — Доброе утро, сегодня у нас совещание на девять, его перенесли, — бодро говорила девушка. — Почему? — уточнил Чимин, хотя ему было всё равно, не хотелось слушать их вообще. — Директор Мин собирает всех начальников подразделения для важного обсуждения какого-то вопроса, — отчеканила та и была такова. — Что ещё за обслуживание, — проговорил Пак, пытаясь вспомнить, говорил ли Юнги что-то про это или нет. Но в голове ничего такого не появилось, значит не говорил. Нужно будет спросить, что там у них происходит. Собравшись духом, Чимин взял свой блокнот с цветочками, что нарисовал МинДже и пошёл в большой кабинет, где обычно они обсуждали все дела и моменты работы. Пак сел за своё любимое место у окна, чтобы можно было наблюдать за прохожими и отвлекаться хоть на минуту от скучного бубнёжа. Мобильный зазвенел неожиданно. Паку редко кто звонит на работе, поэтому он не сразу понимает, что это его телефон. — Да, — быстро реагирует Чимин и отвечает на знакомый номер. — Добрый день, господин Пак, ваш сын забыл забрать рюкзак, как мне его передать? — звучит знакомый голос воспитательницы. Чимин медленно соображает о каком рюкзаке идёт речь. Потом его мозг выдвигает важную часть, что МинДже забыл его. А потом он понимает, что тот ушёл из сада и как это его трехлетний сын сам ушёл? — В смысле забыл? — уточняет Пак, а глаза бегают по всём поверхностям в кабинете, рука сжимает крепко блокнот и телефон. — Ну его забрали, но забыли рюкзак. Вы не знали? — удивлённо и как-то немного обеспокоенно звучит голос девушки. — Нет, я не знал. Кто забрал? Куда? Когда? — закричал Чимин и подскочил на ноги. — Я-я, подождите, но вы же предупреждали нашего начальника, — заволновалась девушка. Пак больше ничего не слушал. Сына забрали. Он бросает блокнот и мчится в сторону лестницы. Чимин бежит к ней оббегая сотрудников, что провожают его странными взглядами. Сейчас не до этого, нужно добраться до верхних этажей за пару минут. Страх в груди расползается быстро. Он цепляется своими отростками за каждую клеточку. Травит организм и подкидывает ужасные картинки перед глазами. Чимин бежит по лестнице, перепрыгивает через несколько ступеней. Он не видит ничего вокруг, его глаза начинают слезиться, а руки дрожат, стук сердца отдаёт в ушах. Ему хочется быстрее добраться на двенадцатый этаж, а сегодня как на зло, не работает лифт. Кто придумал собирать конференции на самом последнем этаже. Но сейчас Пака это не беспокоит, он не смотрит на свою усталость, на боль в ноге. Только вперёд и побыстрее. Любая минута промедления может оказаться роковой. Чимин тяжело дышит, грудная клетка сдавливается при глубоких вздохах. Ему нужно срочно на это конченное собрание, что решили провести на час раньше. Естественно все сотрудники выключили телефоны и не дозвониться ни к кому. Таблица с цифрой девять и парень понимает, ещё немного. Последний рывок. В холл Чимин влетел мокрый, заплаканный и дрожащий. Не обращая внимания на секретаря, что сидел там и просил остановится сотрудника офиса, Пак бежал вперед. Девушка схватила его за руку и кричала, что ему нельзя туда. — Мне можно, — рыкнул на неё Чимин и грубо скинул руку с предплечья. В нём сейчас столько эмоций бурлило, но осознать, что с ним такое произошло было невозможно. Ему нужно срочно поговорить. Немедленно. Чимин громко открывает дверь, что она бьётся о стенку и отскакивает. Сотрудники от неожиданности дергаются и смотрят удивлённо на вошедшего парня. — Господин Мин, я пыталась его остановить, — зароптала девушка и виновато поглядывала на сидевшего во главе стола мужчину. Тот поднялся и без раздумий направился к заплаканному парню. Чимин увидев Юнги задрожал сильнее, руки не слушались его, а по лицу снова потекли слезы. — Ю-юнги, — хрипло выдавил из себя Пак и обнял подошедшего мужчину. — Что случилось? — тихо спросил Мин, обнимая за талию парня. — Чимин. Но в ответ лишь бормотание в грудь. Новый поток слез, а следом накрыла паника. Чимин начал задыхаться. — Дыши, Чимин, смотри на меня и дыши. Медленно. Успокойся, смотри на меня, — просит Юнги, а у самого страх в глазах, что могло произойти за это утро. — Мини, я прошу тебя соберись. Скажи, что случилось? — МинДже, — одно хриплое слово и Юнги застыл смотря на мужа. — Что с ним? — хрипло спрашивает Мин. — Пошли в мой кабинет. Юнги быстро выводит мужа за собой и пытается придумать к кому первому бежать и что делать. Чимин послушно следует за мужчиной, слезы ещё текут, зубы стучат. Но Пак не отстаёт от мужа. Как только они оказались за закрытой дверью, Юнги сразу же придал мужа к себе, умоляя объяснить, что там случилось. — Мне позвонили из садика и сказали, что МинДже ушёл и забыл рюкзак. Что нам делать? Юнги, кто мог забрать нашего сына? — завыл в голос Пак и пошёл к дивану. Он упал на него, запустил руки в волосы и туго сжимал их, лихорадочно обдумывая все варианты. — Так, я сейчас позвоню Джин-хёну, он точно поможет, — говорит Мин и набирает номер друга. — О, Юнги, ты чего звонишь? Уже поздравил Чимина? — раздаётся радостный голос на том конце. — МинДже говорит, что забыл рюкзак, когда собирался и просит забрать его потом. И передаёт, что любит вас. А ты чего вообще звонишь то? Чимин слышали это всё подрывается с места и подбегает к молчаливому Мину. — Джин-хён, МинДже с вами? У вас всё хорошо? — взволнованно кричит в трубку Пак, умоляя всех всевышних чтобы с их мальчиком всё было хорошо. — Ну да, у вас же годовщина. Мы забрали его на пару дней, в садике Юнги предупредил и мы забрали его без проблем. Говорю же, рюкзак забыли. Но вы потом заберите. Всё, с праздником вас, отдыхайте дети мои, — Джин не дожидаясь ответа отключился оставив пару в тишине. — Ты договорился значит, — тихо начал Чимин, а вот Юнги как-то опасливо поглядывал на мужа, что только что точно получил пару новых седых волосинок. — Чимин, я забыл об этом, работы же много было. Замотался как-то, сюрприз хотел сделать, — быстро выговорил Юнги и стал отходить к столу. — Забыл, — повторил Пак и сделал пару шагов, догоняя мужа. — Ну что ж поздравляю, теперь все знают, что мы как минимум знакомы. Напомним, у тебя тут есть звукоизоляция? — Нет, зачем? — нахмурился Юнги не сразу понимая к чему клонит младший. — Ну и узнают, что мы трахаемся с тобой, — ровным голосом произносит Чимин, а в глаз полыхает недобрый огонь. — Чимин, а как же слухи? Ну люди же услышат, — пытается вразумить мужа Мин, но по медленной походке, понимает гиблое дело. — Будь тогда тихим, детка и никто не услышит, — даёт совет Чимин и хищно крадётся к мужчине. — Скажи Юнги, раз должен быть сюрприз, ты подготовил свою задницу? — Чимин, — в панике заговорил Юнги и выставил руки вперёд, когда Пак оказался уже близко. Руки не спасли, мужчина развёл их в стороны и стал слишком близко, вжимая бёдрами ягодицы Юнги в стол. Мин тяжело сглотнул комок и следил за движениями Чимина. — Детка, скажи, ты готовился утром? — спросил Чимин и припал к шее губами. — В ванной пока я собирал нашего сына ты представлял, как я буду трахать тебя? — Да, — тихо выдохнул Юнги и этого было достаточно, чтобы талию сжали сильнее, руки опустились на бёдра. — Отлично, смазка есть? — спросил Пак и толкнулся вперёд, проезжая твёрдым членом по возбужденному органу Юнги. — В сумке, — тихо прошептал директор. — И зачем ты её с собой возишь? М? Хочешь чтобы я нагнул тебя в самых разных местах? — интересовался Пак, подходя к брошенной сумке, недалеко от стола. Быстро найдя нужный предмет он вернулся к ожидающему мужчине, что смирно стоял в ожидании. — Я не слышу ответа, детка, ты же знаешь, не люблю, когда ты не отвечаешь на мои вопросы, — в самое ушко прошептал Чимин. — Иногда, — всё что ответил Юнги, дергаясь от этого змеиного шёпота. Рука Пака опустилась на ремень брюк и быстро стала расстегивать его. В след пошла пуговица и молния. Одно движение и одежда с бельём спали к щиколоткам. — Детка, животом на стол, задницу ко мне и будь тихим, ты же не хочешь слухов, — попросил Чимин, хотя в его голосе проскользнули командные нотки. Юнги всегда вело от такого мужа. Он вроде бы просит, но его голос и действия дают понять, что выполнять необходимо сразу и без пререканий. Мин лёг на холодный стол, руками дотянулся до края и схватился за него. — Какой прекрасный вид, — отойдя от мужа, Чимин смотрел на эту открывшуюся перед ним картину. — Всегда хотел тебя трахнуть на работе. Ты устроил нам незабываемую годовщину, с такими-то сюрпризами. Юнги вильнул задом, призывая хоть к каким-то действиям. Пак хмыкнул на это и приспустил джинсы. На горячий член капнули холодные капли смазки, пальцами размазав по головке и стволу жидкость. — Детка, ведь не будет делать резких движений? — спросил Чимин и подставил головку к дырочке. — Сделай глубокий вдох и медленно выдыхай, расслабься. Юнги выполнял все указания и старался не сжимать толкающийся в него член. Стеночки приятно распирало от давления на них и Мин тихонько заскулил. Пак стараясь не сорваться только ухмыльнулся, за всё время Юнги ни разу не смог быть тихим. Хотелось толкнуться одним толчком, резко вогнать в мужа по самые яйца, но Чимин сдерживал своё желание. Юнги завтра не встанет, если с ним будут грубы. А потом Пак вспомнил, что собственно сделал его муж и толкнулся. — Чееерт, Чимин, — застонал Юнги и сильно сжал край стола. — Нежнее, завтра на работу. — Детка, у нас же выходные, помнишь? Годовщина, сюрприз, праздник, — напомнил ему Пак, находясь в узком проходе мужчины. — Так что сейчас я трахну тебя на столе, потом мы соберем вещи и поедем куда-нибудь, где я ещё пару раз тебя трахну. Поедим и ещё разочек трахну, чтобы ты больше мне не делал таких сюрпризов, не хочу быть седым в свои годы. — Я домик снял на пару дней, — отозвался хриплым голосом Юнги и тут же ощутил как его ягодицы сильно сжали. — Замечательно, трахну тебя на газоне перед домом, — выходит из дырки Чимин и снова резко толкается. — А потом возле дерева, ты будешь на руках у меня, а я вбиваться в твою растраханную дырку. — Чимин, — всё что смог выговорить Мин, представляя как ему будет хорошо сегодня. — Да, всё что ты сегодня будешь говорить это моё имя и громко стонать, — трахая мелкими толчками продолжал говорить Чимин. Он ощущал, как стеночки сжимаются стоит только заставить Юнги представлять, что его ожидает. Яйца приятно бились о мошонку мужа. Пак грубо толкался внутрь, ягодицы грубо сжимает в своих руках и помогает их насаживать на себя. — Чимин, я долго не смогу, — кричит Мин, ощущая головку на простате. — Ты ещё можешь говорить? — притворно удивился Пак и стал вбивать в тело мужа. Чимин толкался в одну точку, ощущая как Юнги вздрагивал и кричал при попадании по комочку нервов. Громкие шлепки, стоны и хрипы разлетелись по кабинету. Мин видел звезды перед глазами, не притрагиваясь к себе его член напрягся и выстрелил на ножки стола и пол. Пак продолжал толкаться в сжатое колечко, пока не ощутил, что скоро подойдёт к финалу. Он вышел и кончил на бедро мужа. Горячая сперма стекала по белоснежной коже быстрыми струйками и пачкала чёрные штаны, оставляя мокрые следы. Мужья тяжело дышали, а Пак наклонился и поцеловал ягодицу. — Собирайся, мы едем в домик я не насытился тобой, детка, — сказал Пак и натянул свои штаны. — Но работа, — начал было Юнги, всё ещё пытаясь отдышаться. — У меня годовщина, детка и ты мне сделал сюрприз. Собирайся иначе я опробую всё поверхности здесь, — угрожающе прошептал Чимин и помог натянуть мокрые штаны на мужа. — Это лучшая наша годовщина, каждый получил то, что хотел. — Что это? — спросил Мин и выпрямился, задница пульсировала, но было приятно, хотя мокрые пятна прилипали к телу. — Мы всём рассказали, точнее показали кто мы друг другу, а а я наконец-то трахнул тебя в твоём кабинете, — ухмыльнулся Пак и пропустил мужчину вперёд на выход. — Люблю тебя, Чимин, ты ведь знаешь это? — остановился перед дверью Юнги. Чимин опустил руки на талию мужа и поцеловал загривок. — Люблю тебя, детка, но твою задницу это не спасёт, — шепнул в кожу Чимин.