Mon amour nommé Jeanne

      Время шло, и живот Жанны рос. На последнем месяце её беременности китаец, заручившись поддержкой и уверениями Чина в благополучии Жанны, решился перевезти на поезде её из родительского дома к себе в Шанхай. К счастью, как и предсказывал старый глава клана, дорога выдалась благополучной, но утомительной для беременной девушки, однако это было необходимо, ведь для контроля за течением беременности клан Тао приглашал врачей в свой замок, но это, разумеется, не могло в полной мере заменить осмотр в кабинете больницы, где был аппарат УЗИ и другое необходимое медицинское оборудование. Да и сама Жанна в доме родителей Рена очень тосковала по мужу и находила утешение только слушая рассказы Дзюн или Ран о детстве китайца или просматривая его детские фотографии, которые показывали ей родители молодого шамана. Особенно умилил девушку тот факт, что в детстве у её сурового мужа были любимые штаны кайданку. Жанна, конечно, очень скучала по Рену и просила её забрать, ведь она грустит без него, да и схватки могли начаться в любой миг, а квалифицированную медицинскую помощь способны оказать только в крупном городе, каким и был Шанхай. Рен не знал, за что Судьба к нему так благосклонна, что схватки не застали Жанну в пути. Стоит ли говорить, как девушка радовалась по дороге к Рену?.. Француженка изливала своё счастье ехавшей с ней в поезде Дзюн, которая слушала невестку с доброй улыбкой, — да, Жанна, определённо любит её брата, и это и есть счастье. Неужели после двух тысяч лет семейной истории, полной ненависти и предательств, всё, наконец, идёт на лад?.. Дзюн надеялась, что благополучие её семьи не хрупкая эфемерная иллюзия, а крепкая ощутимая действительность, такая же реальная и нерушимая, как Великая Китайская стена.

***

      Рен был как никогда пунктуален, и, когда раздался первый гудок поезда, молодой человек уже стоял на платформе. Осталось дождаться, когда покажется заветный пятый вагон, в котором ехала его жена в компании Дзюн. Слышался мерный стук колёс, сопровождаемый протяжным непрерывным гудком. Наконец, состав мягко остановился. Рен пулей подлетел к пятому вагону, готовый встретить Жанну и помочь ей покинуть поезд.       Китаец легко, но осторожно, подхватил жену на руки и мягко спустил девушку на землю с высокого вагона. Француженка сразу кинулась обнимать мужа, а Рен ласково и осторожно обнял жену за талию и мягко направил её к выходу с платформы, чтобы девушка лишний раз не дышала этим дымом-паром, кучные клубы которого спешно покидали трубу вагона. Молодой мужчина оградил жену от потока пассажиров, который схлынул с состава, как уходит вода во время отлива. Отойдя в более-менее спокойное место, Рен проговорил:       — Je suis heureux aussi que tu sois enfin avec moi. Comment ça s'est passé? Fatiguée? Oui, ce que je demande, — bien sûr, fatigué! Rien, on sera bientôt à la maison. Au fait, Jeanne, puisque notre famille devient plus grande, j'ai acheté une maison dans laquelle nous vivrons.       — Ne vous inquiétez pas pour moi, j'ai pris la route étonnamment bien, sur, cette toxicose ne prend pas en compte. C'est bon, Jun était avec moi. Mais tu as acheté une maison… Soudain, probablement… — ответила Жанна с ласковой счастливой улыбкой.       Молодая чета Тао покинула шумный вокзал с облегчением, но этот гам, создаваемый суетливой толпой на перроне, стоял в ушах даже когда молодая пара ехала в такси к дому, который купил Рен. Наконец, спустя пять минут, три из которых Рен рявкал на водителя, чтобы он вёл тише и осторожнее, в пути по оживлённому городу, автомобиль плавно подрулил к аккуратному опрятному домику кремового цвета с красивым изящным крыльцом с витиеватыми коваными перилами. Рен покинул машину первым и помог выйти жене, подскочив с её стороны и открыв дверь.

      ***

      — Tu vas adorer, mon amour! Tu sais ce qu'est la cuisine? — 23 м². Vous pouvez librement faire vos pâtisseries préférées. Il y a encore cinq salles de séjour. Sur le terrain de l'étang, je vais faire un jardin dans lequel nous allons planter vos roses blanches préférées. Dans l'étang, nous allons élever des cygnes, et je vais construire une écurie, et nous irons à cheval! Tu crois que je suis fou d'ennui, hein? — смеясь прищуренными золотыми глазами, рассказывал китаец, а Жанна слушала его едва ли не приоткрыв рот и так же улыбаясь. Девушка видела, что её муж абсолютно счастлив. Она тоже была счастлива.       — Non, chéri, je ne te trouve pas fou, au contraire, je vois avec quelle responsabilité et avec quelle attention tu planifies notre avenir. Merci, Ren, tu es mon soutien et ma protection. Je t'aime beaucoup et je suis absolument heureuse, — возразила француженка, следуя за мужем и слушая его рассказ о планах на участке. Воображение девушки рисовало их совместные семейные прогулки по фруктовому персиковому саду, который они вырастят, тренировки сына под руководством Рена и то, как вместе они кормят лебедей в своём пруду. Представляла, как осторожно собирает крупные сочные ягоды клубники, которую очень любила и потому часто добавляла в свои десерты, но Рен сразу отмёл эту мечту, заявив, что не позволит ей работать в саду и вообще утруждать себя чем-либо, кроме готовки, которая доставляла француженке удовольствие. Жанна не стала спорить, рассудив, что всё равно добьётся своего, только позже и с помощью верной союзницы в лице Дзюн, как когда-то со свадебной церемонией. Вскоре поднялся свирепый осенний ветер, и потому Рен поспешил увести жену в дом, где показал каждую комнату и изложил свои планы касательно назначений этих самых помещений. Жанна молча оглядывала богатую обстановку светлой уютной комнатки и с улыбкой слушала мужа:       — Il y aura la chambre de notre fils jusqu'à ce qu'il grandisse. Ici, près de la fenêtre, peut-être qu'il y ait un berceau, comme je l'ai mis maintenant, et que la commode avec les vêtements reste contre le mur… Jeanne, tu m'écoutes? Comment te sens-tu? Tu as encore des vertiges?.. — девушка пошатнулась, и этим вызвала беспокойство китайца, который поспешил усадить жену в кресло-качалку, которое стояло в той же комнате. Француженка мягко улыбнулась и ответила:       — Tout va bien, j'ai juste réfléchi et j'ai perdu le fil de la conversation… Ren, je suis tellement heureuse que je t'ai, vraiment… Ne t'inquiète pas pour moi, je me sens bien…       — Exactement? Non, je vais vous mesurer la pression, maintenant, attendez un peu, s'il vous plaît, mon amour, maintenant je… — проговорил Рен, доставая тонометр из комода и подходя с прибором к жене, со щёчек которой вмиг сошёл здоровый румянец, что сделало Жанну похожей на неживую восковую куклу или статую. Чуткость и тревожность Рена не были пустыми, — как-никак, Жанна находилась на девятом месяце, а значит, схватки могут начаться в любую минуту. Рен хорошо понимал и знал свою жену: Жанна будет молчать до последнего, это-то и страшно.       Внезапно француженка испустила протяжный выдох-стон. Рен подлетел к жене, которая часто дышала и держалась за живот, судорожно хватая ртом воздух. Рен молниеносно понял, что происходит и решил на всякий случай позвонить в скорую. Он, конечно, знал и понимал, что схватки могут быть ложными, но если нет, — он должен позаботиться о том, чтобы жена оказалась в роддоме. Это лучшее и единственное, что он может сделать сейчас.