Mon amour nommé Jeanne

      — Рен! Тут что-то странное… — Джон Денбат не на шутку испугался, когда в конце своего дежурства не обнаружил в могиле Девы-самы её гроба, который должен был охранять.       — Что там ещё? — раздражённо спросил Рен, но всё же покорно и с негодованием отвлёкся от белой розы по имени его покойной жены и поднялся с места, чтобы подойти к Денбату. Какая тут работа, когда у Джона какие-то проблемы?       — Что? — прорычал сухо Тао.       — Гроба нет… — растерянно развёл руками молодой человек.       — Что значит «нет»? — холодно и сурово спросил Рен.       — Сам посмотри, — предложил Джон, и китаец подошёл к могиле жены.       — Не понял… Куда он делся? — с лёгким испугом в голосе спросил Тао неизвестно у кого.       — Не знаю. Я ничего подозрительного не заметил… — отчитался Джон.       — Да это и так понятно. Я же тут с тобой в саду! Я бы точно заметил, если бы какой-нибудь ненормальный некрофил-самоубийца тащил гроб с телом моей жены у меня на глазах! — согласился Рен.       — Нужно посмотреть, что на камерах, которые выходят во двор, — высказал умную мысль Денбат, возвращаясь в дом.       Рена не на шутку обеспокоило это происшествие, но мужчина рассудил, что произошедшему точно есть разумное объяснение. Объяснение-то, может, и есть, но устроит ли оно сурового китайца, — вопрос совсем другой. В ожидании Джона Рен начал строить предположения в попытках понять, что произошло и какое этому есть объяснение. Самый правдоподобный вариант звучал так: «скорее всего, тут не обошлось без Дунов, Цветок-то уже начался…», но и здесь были пробелы: если это, действительно, дело рук Дунов, то встаёт вопрос о цели такого манёвра… Назло ему самому? Для снижения морального духа?.. Да куда уж ниже?.. Главное, чтобы Мэн об этом не узнал, он ведь состоит в команде Хао. Сыну нельзя падать духом, иначе их команда потеряет самого сильного участника. Но Рен этого не допустит.       Такие размышления значительно скрасили ожидание, и Джон вернулся совсем скоро.       — Ну что там? — спросил Рен нетерпеливо.       — Какая-то чертовщина… Записи испорчены… Такое ощущение, что камеры не вынесли волны какой-то мощной энергии… — уныло ответил Денбат.       — Я хочу сам посмотреть, — проговорил Рен и поднялся на ноги, чтобы направиться в свой кабинет в доме и лично изучить загадочные записи.

      ***

      — Да что за чёрт! Ничего не записалось! Или кто-то намеренно испортил записи… — угрюмо проговорил Рен, когда вместо нормальной видеозаписи, которую рассчитывал увидеть, просмотрел лишь фрагмент:       Начиналось видео вполне себе как положено, но продлился обычный фрагмент минут пять. И вот ровная спокойная картинка безмятежного двора резко сменилась помехами так внезапно, что это вызывало только ещё больше вопросов.       — Надо осмотреть камеры! — решил Рен, вновь устремляясь на улицу. Камера, которая снимала двор, явно была повреждена, и это вселяло некоторый ужас. Действительно, какая-то чертовщина… У Тао по спине пробежали мурашки.       — Джон, как думаешь, что с камерой? — спросил Рен, протягивая негодную технику англичанину.       — Похоже, она сгорела… — ответил Джон, и мужчину передёрнуло от жуткого воспоминания, когда они с Поффом и Лаки решили самостоятельно разобраться с Хао. Тогда он испытал подобный жуткий страх, когда Хао, которого они буквально несколько секунд назад держали на прицеле, появился перед ними, а Дух Огня пожрал всё в своём адском пламени.       — Сгорела, или её сожгли намеренно? — прищурился Рен.       — Не похоже, чтобы камера контактировала с открытым пламем напрямую, скорее, эти повреждения нанесены ей с расстояния, без непосредственного контакта с потоком огня… — задумчиво пробормотал Джон.       — Тише… Я что-то чувствую! Чьё-то огромное фурёку… Это… — проговорил настороженно Рен, замирая от ощущения какого-то невероятного потока горячей энергии, который обдал его. Вслед за этим раздались чьи-то спокойные слова:       — Успокойтесь, Джон, Рен. Это я забрал гроб с телом Жанны. Видите ли, чтобы воскресить кого-то, необходимо, чтобы тело этого человека сохранилось в целости… — мерно проговорил человек в красном кимоно с цветами по подолу, появившийся во дворе и мгновенно привлекший на себя внимание двоих шаманов.       — …Хао! — выдохнул удивлённо Джон, завершая мысль Рена.       — Я бы предпочёл, «Ваше Величество», — хмыкнул Бог.       — Зачем тебе столько кошек?.. — усмехнулся Рен, обращая всеобщее внимание на десяток котов, которые кружили под ногами Хао, ласкаясь к нему и оглашая своим довольным спокойным мурчанием весь двор его дома, — ты, что, Король котов?..       — И их в том числе, но я бы на твоём месте поумерил свой острый язык. Я пришёл, чтобы воскресить твою жену, так что больше благодарности, Рен-ни… — улыбнулся Хао.       — Что ты несёшь? С чего вдруг психу, который без сожалений и сомнений убивал людей и шаманов направо-налево, воскрешать Жанну-сама? — с сомнением протянул Денбат.       — Скажем так, Джон, меня об этом… м-м… настоятельно попросили… — уклончиво ответил Бог.       — Ладно, я, конечно, не доверяю тебе, потому что никогда не поверю, что ты способен сделать что-то без выгоды для себя, да и звучит это всё как-то подозрительно, но я уже ничего не потеряю, поэтому хватит трепаться, если собрался помочь, — давай за дело, только имей в виду, что её душу пленили наши враги… — выдохнул Рен.       — А ты всё такой же высокомерный засранец, который считает себя самым умным, Рен-ни… Можно сказать, что вернуть твою очаровательную жену входит в мои интересы… Пленённая или потерявшаяся душа — для меня, — Короля, — это не проблема. Мой хранитель — Великий Дух, в который собираются души всех существ, когда-либо живших на этой планете. По их воспоминаниям можно восстановить любую душу, в том числе малышки Жанны, — с осознанием собственного превосходства протянул Бог, — а сейчас вытаскивайте тело из гроба, чтобы я её воскресил! — повелительным тоном скомандовал Король.       Рен на ватных ногах подошёл к белому гробу жены с изящными вырезанными на нём розами, и осторожно открыл его. Увиденное заставило мужчину замереть на несколько секунд: перед золотым взглядом китайца предстала его жена, одетая в смертельную красоту. Мертвенно бледное лицо её напоминало маску, обескровленные губы сложились в лёгкую улыбку, и если бы кроваво-алые глаза молодой женщины были открыты, они стали самой яркой частью этого готического образа, кричаще-выбивающимся дополнением жуткой реальности. О, как же она прекрасна!.. Рен одёрнул себя, отгоняя возникшее наваждение, и заставил себя закрыть гладкую крышку гроба по двум причинам: во-первых, он чувствовал, как подступающие слёзы сдавили горло, а во-вторых, он также боялся влюбиться вновь.       Кивком головы подозвав к себе Джона, Рен с бесконечной нежной осторожностью достал потяжелевшее тело жены и с помощью Денбата мягко опустил его на диван, который очень кстати стоял в комнате.       — Достали, можешь приступать, — проговорил Рен, обращаясь к Хао.       — Погуляйте где-нибудь минут двадцать, — бросил Хао.       — Зачем? — насторожился Рен.       — Погуляй, расскажи Джону про ту изящную хрупкую розу, которую ты заботливо выращиваешь с тех пор, как… Рен-ни, вредить тебе или Жанне — не в моих интересах. Обещаю, ничего плохого я с твоей женой не сделаю, — более настойчиво проговорил Бог, заставляя Рена покинуть дом.

***

      — Пусть он Бог, я всё равно ему не доверяю… — поделился мнением Рен, рассекая влажную прохладу ноября с Джоном, непрерывно кидая мрачные взволнованные взгляды на дом.       — Понимаю, но, если хочешь её вернуть, выбора у тебя нет… — хмуро напомнил Денбат, ласково хлопая по сильной шее белого скакуна на конюшне.       — Это её конь… Марсель… — выдохнул Рен тяжело и горько.