Do you get déjà vu?

—Влад, как вы относитесь к ночным бабочкам? —Никак, в сексе все в порядке,—улыбнулся белоснежной улыбкой Череватый, поправляя часы на руке,—услугами не пользовался. —О!—воскликнула Вера, сложив руки на груди.—А у вас есть вторая половинка?       На это Влад лишь рассмеялся, расстилая скатерть черного цвета, пропитанную запахом могильной земли.

***

—Никак!—пародировал мужчина.—У меня есть вторая половинка!—растягивал он слова, словно искажая их смысл.       Пульт от телека в полетел в стену, разломившись пополам. Пнув ногой стоявшую табуретку, Илья плюхнулся на мягкий диванчик, тяжело и прерывисто дыша. —Вот как, половинку он себе нашел, ишь ты!—злился в пустоту Ларионов.—Мало половин, блять ему, мало-мало половин, значит, да?! Сученыш!       Месяц они друг с другом не общались. После той короткой ссоры из-за выбора Ильи в пользу Лины, Влад послал его ко всем чертям, которые отношения к самому чернокнижнику не имеют, расхерачил их совместную фотку об асфальт и ушел, забрав часть вещей. Где жил Череватый все это время, Ларионов не знал и знать не хотел. Мужчина понимал, что у Влада характер не конфетка, да и молодой пылкий нрав тоже усмирить тяжело, но постоянные истерики, земелька на подоконниках, мерзотный запах свечей по всей квартире, бинты с покойников, лежащие на кухонном столе рядом с продуктами, выводили Илью из себя. Бесконечные ссоры закончились немой паузой, которая вроде как и поставила точку в их отношениях, а вроде и нет. Не ясно, ведь оба гордые, не позвонит друг другу никто первым. Их тянущаяся сквозь расстояния и проблемы связь давала о себе знать. Если было плохо Владу, было плохо и Илье. Сам Ларионов знает, что Череватый хлестал водку после их расхода, да и нещадно, да и не по одной чекушке. Утро мужчины начиналось не с кофе, а с боли в голове такой силы, что хотелось эту голову себе нахрен отрубить первым попавшимся ножиком, завалявшимся от Влада.       Тяжело им было друг без друга, Ларионов это знал. Во сне к нему Влад являлся, обиженный, но руки тянул. Оба знали, что снятся друг другу, но оба не писали, не вспоминали ни о чем, были, как чужие люди. На съемках не здоровались, в глаза не смотрели, контакты в блоке. Не хотели оба помнить об объятиях, о нежных чувствах, о страсти на двоих с головой. Все было чуждо, а теперь стало еще хуже, когда Влад лишь «мило посмеялся» на вопрос Сотниковой о второй половинке. Значит, кто-то есть, значит, что Влад ревновал зря, а вот Илья напрасно нет. Слепо верил чернокнижнику, слепо верил в его любовь. Да какая уж там теперь, блять, любовь?..

***

      Противно зазвенел будильник. С трудом разлепив глаза, Илья протянулся к телефону, чтобы, если и не выкинуть его в окно, то точно отрубить. Время было 8:00. Сегодня Ларионов ведет очередное испытание, а значит прийдется как-то взаимодействовать с Владом, попробовать, может быть(!), поговорить с ним и попытаться обсудить что-нибудь.       Быстро закинувшись таблетками, Илья помчался на площадку на машине. Он и так проспал, в сейчас вообще отставал от графика. Припарковавшись у места съемок, Илья увидел наконец, что это опять частный дом. Опять призраки, нечисти, родовые проклятия и вся дребедень. Все, как он любит, особенно с утра.       Бедная Танечка носилась по гримерному трейлеру туда сюда, как заведенная. Некогда, в этом трейлере Илья «мирился» с Владом. —Прости господи, Илья!—воскликнула девушка, увидев опухшее лицо ведущего.—Ты что, пьешь? —Танюша, какой пью, некогда,—рассмеялся Ларионов,—просто из-за мигреней не сплю. Сделай мне что-нибудь нормальное на лице, чтобы я в кадре не выглядел, как бомжатский алкаш, умоляю.. —Ладно, черт с тобой,—вздохнула гримерщица и начала замазывать круги под глазами и ведущего тональным кремом,— а это все потому, что ты траву ешь, вместо мяса!       На самом деле, Илья не спал не из-за мигреней или алкоголя, совсем нет. Была другая, немного более важная причина. Бесятина, оставшаяся от Влада, иногда мешал Ларионову жить. Крики, визги, всхлипы, красные глаза, темные фигуры, немного были «проблемкой». Если рядом с чернокнижником они были в адекватном состоянии, и парень мог держать их в узде, то после его ухода из квартиры, Илья стал сам с ними пытаться справляться. После некого бракосочетания, Ларионов стал это все видеть.       Летали тарелки, летали ложки, документы, одежда, по ночам срывались шторы. В общем творилась дома полнейшая чертовщина, которую Илья видел. В конце концов, он забил на это огромный хер, и перестал встречать приход демонов по ночам с прочтением молитвы «Отче наш» и святой водой. Но если их вид он вытерпеть мог, даже привык к ним, и иногда получалось вздремнуть днем, то по ночам творилась якая херотня, на которую Илья не мог не обращать внимания. Все эти звуки, все эти, моментами жутковатые, крики, не давали уснуть и попросту мешали. Но помощи было просить не у кого, потому что единственный помощник уже был со своей «второй», мать ее, «половинкой», и поэтому справляться надо было как-то самому.

***

      Впрочем, познакомившись с хозяевами дома, Илья не удивился. С каким-то немым страхом рассказывали муж и жена о том, что в их доме живет полтергейст, мешающий им жить. Описание проступков домашнего призрака очень напоминало Илье то, что творилось у него дома. Он молча слушал и кивал, как будто для него это не было особым потрясением, но, сделав вид, будто его эти россказни насторожили, он пообещал, что экстрасенсы во всем разберутся.       Вдруг перед глазами пронесся черный темный клочок с красными глазами и тут же исчез. Илья проморгался, немного опешив, и отступив назад. «—Ничего себе, вот это меня от недосыпа, конечно, шпарит,—вздохнул ведущий про себя,—ебаные демоны, чтоб их побрало!..» —Камера, мотор! Экстрасенс на площадке!—послышался голос, и операторы начали съемку.       Первым экстрасенсом оказалась Изосимова. По-своему удивительная и специфичная женщина. Ее колдовские обряды были как из средневековья. Она сразу сказала, что ее напрягает энергетика этого дома. Что-то пошептав и пробубнив, она сказала, мол, что этот дом, как дом для покойников. Душ много, и неупокоенных, и их надо закрыть, отпустить. Хозяева были в восторге от того, что про них было сказано много фактов, перечислена родня и все такое. В прочем, их поразила сама Ангелина, которая успокоила их, и вечером они поедут на кладбище.       Резко в голове вспышка. Крики, визги, лязги, все закрутилось, красные глаза оказались нос к носу Ильи. Оторопевший ведущий отшатнулся. Никто не заметил его состояния, ведь хозяйка и ее муж радостно обсуждали, как их поразила Ангелина. Вдруг все всхлопнулось в одну точку, и крики, и звуки, и бесы, все пропало. Как и не было ничего. Илья был уверен, что это были не призраки. Это было, как у него дома, все также, все тоже, как.. Как будто это была бесовщина. Осознание накрыло с головой. То, что Ангелина приняла за души, оказалось демонами. Но, естественно, сказать он это никому не мол. А что он мог сказать? Как он, ведущий, главный скептик, мог произнести, мол: «—Слушайте, у вас я тут всхлипы, крики, гадости слышу, носятся у вас темные тени, красные глаза, ну, как у меня дома! А, да, кстати, это появилось после того, как я по-особенному потрахался с одним из участников проекта! Ну, у вас тут не полтергейсты, а демоны, ребят!»       Ну мало того, что если он скажет, то ему дадут штраф, то еще и в психушку упекут. А что еще хуже, за решетку, за совокупление с мужчиной. Поэтому, в прочем, осталось дождаться кого-нибудь, кто скажет, что это демоны, которые просто хотят человеческой души или еще чего похуже.

***

      Как ни странно, следующий был Влад. Окинув ведущего взглядом и сухо поздоровавшись, Череватый спросил, что от него нужно. —Да, Влад, здравствуйте!—настолько буднично, насколько мог, поздоровался Илья,—Расскажите, что вы..       Вдруг опять перед глазами тень, красные глаза, и смех в голове. Илья быстро проморгался, вздохнул и закончил свою мысль. —..чувствуете в этом доме?..       Он пересекся с Череватым взглядом. У парня были довольно странной эмоции глаза, как в непонимании, а у Ильи испуганные. Это были другие демоны, не такие, как у него в квартире. Со своими домашними он еще мог как-то договориться, все-таки, один у них хозяин, а эти запугивали, как могли. —Сейчас посмотрим, сейчас посмотрим..—бормотал Влад, не отрывая взгляд от ведущего. Он расстелил верную ткань и положил на нее зеркало. Наговоры, которые начал читать Череватый, подействовали на Ларионова еще хуже: его замутило, скорее всего, как думал сам ведущий, он побледнел.       Заметались вокруг него темные всклоченные, орущие куски темной материи, красные глаза пожирали его взглядом, Илья думал, что сейчас упадет в обморок. Вздохнув, он повел шеей, и взглотнул. —Илья,—позвали его. —Да,—ответил ведущий, как из сна. —А ну-ка сядьте, помогите мне свечу подержать,—попросил Влад и дернул полуживого Ларионова на пол.       Неуклюже сев, он закрыл и открыл глаза. —Ты же их видишь, да?—закрыв микрофон рукой, прошептал Влад Илье, и тот медленно кивнул. Ему всучили свечу, и сказали капать воском. Ларионов был вообще не в минозе, и, увидев «родных» демонов Влада в зеркале, аж обрадовался. —Здешние злые,—тихо сказал он, отводя микрофон рукой.       Ведущий посмотрел на Влада, а тот почему-то резко немного смутился и покраснел. —Это мои тебя приняли более менее,—бормоча наговоры, произнес Влад и почесал подбородок,— Ну-с! Что могу сказать, у вас тут чернуха, бесы гуляют!—буднично отозвался Череватый.       Опять в голове шепот, Илья посмотрел на мужа хозяйки: тьма вокруг него вилась. Беспомощно взглянув на Влада, тот кивнул ему и сказал: —А вот за вами пришли,—он показал на хозяина дома,— дед ваш, мне говорят, призвал. Призвать призвал, а закрыть не закрыл. —Доктора на площадку!—подбежали редакторы к жене, которая была готова упасть в обморок. —Ребят, перерыв!—крикнули операторам и позвали помощь.       Во всей этой суматохе, Череватый поднял быстро за локоть Илью, и потащил на улицу за трейлер с гримерами. —Ну? Жив?—спросил Влад, хлопая ведущего по щекам. —Слабо,—отозвался тот и присел на траву, оперевшись спиной на дерево. —Че, вообще хуево? —Ну я не спал около месяца, мне как должно быть?—съязвил Ларионов и откинул голову. —Ну, да, выглядишь ты, конечно, пиздец,—нахмурился Влад. —Вот спасибо, снизошел до комплимента, ахуенно,—парировал Илья,—ты, своим вот этим вот, чертятам-бесятам, скажи, чтобы они от меня отъебались. —А как я им скажу? Они только со мной нормально себя ведут,—усмехнулся Череватый и скрестив на груди руки, оперся спиной на трейлер, стоявший прямо перед деревом. —Ну тогда давай, руки в ноги, вещи в руки и обратно переселяйся, мне спать охота очень,—пробубнил Илья, и потер рукой лоб. —Да что ты! А у тебя там никого не поселилось? Лины, например,—закатил глаза Влад и отвернулся. —Ах, да, точно, забыл, у тебя же вторая половинка есть, прости, занятой ты человек,—съязвил Ларионов. —Шо? Шо за бред? —Ну, ты в последнем выпуске с девушками ночными бабочками.. —О! Так ты смотрел!—удивился Череватый.—А я думал, ты типо не смотришь со мной прохождения! —С чего ты взял? —Ну как, не пишешь, не звонишь, на съемках каменная леди.. —Ага, ледяная, блять, сказка, Влад, ты тупой?—вспыхнул ведущий.—Ты сам вещи забрал и даже не здоровался со мной! —А я шо, должен был продолжать хавать твои побеги к Лине? —Да какие побеги, ты че несешь вообще?!—разъяренный ведущий вскочил с земли, у него закружилась голова, но он подошел к чернокнижнику.—Я с ней даже не общался близко! Только в тот раз, когда ты съебался хуй пойми куда на мороз! И то, она замужем, Влад! За-му-жем!—по слогам продиктовал Илья и сделал жест рука лицо. —Да что ты? А как отметки ей ставить, так: «Лина, ты меня поразила!»; «Лина, ты молодец!»; «Лина, желаю тебе удачи!»,—в свою очередь вспыхнул чернокнижник.— Да и какая вторая половинка, блять! Откуда ты это хуйню взял? —А кто у нас мило рассмеялся на вопрос Сотниковой? «Влад, а у вас есть вторая половинка?» А ты ей что ответил? «Хахаха…». ХА-ХА-ХА-ХА, МАТЬ ТВОЮ!—проорал Ларионов.—ХА-БЛЯТЬ-ХА. —Ой, а че ты так завелся?!—воскликнул Череватый.— Что, ебать некого? У тебя ж там вон! Ворох поклонниц! —А хера ли ты ко мне во снах приходишь! Нормально тебе? Бесятина твоя у меня в квартире, снишься ты мне уже недели три, то, се, вещи твои нахожу постоянно, свечи, воски, что за дичь вообще?! Ну неужели ты вообще по мне не скучаешь? Нашел себе там какую-нибудь красивую девушку, да?! —Да ты вообще ебнулся, Илья, у тебя вообще от старости мозги отсохли? Сколько тебе, 40? А че ты, как дед старый бухтишь?! Какую девушку?! Шо за бред ты несешь?! —А ничего! Ну и катись куда хочешь! —Ах я качусь! Ах это я качусь! Да пошел ты, Илья! —Ага, куда?! Некуда мне идти! От любви, блять, не убежишь,—сплюнул Ларионов, и сунул руки в карманы. —Позвонил бы, если любишь,—отвел глаза Влад. —Да ты ж меня заблокировал, куда звонить? В пустоту? —Захотел-нашел бы способ связаться,—фыркнул Влад.       И тут искра, буря, эмоции, как у обоих щелкнуло в голове. Череватый резко притягивает к себе Ларионова за ворот куртки и целует, целует страстно, желанно, как будто первый раз, как будто как в начале «Битвы». И Илья не сопротивляется, он прижимает чернокнижника к стене, припирает рукой, цепляется в отросший ежик. Чуть ли не стонет от удовольствия, месяц разлуки, месяц не разговаривали, не общались, вообще ничего. У них нет вариантов-они связаны, связаны надолго, а надолго-это навсегда. —По-быстрому,—шепчет Илья,—а то убьют нас. —Да что ты?—язвит Влад.       Парня разворачивают к стене, рывком снимают бежевые брюки, приподнимая темную водолазку. Вид открывается на упругую задницу. И эта задница принадлежит только Илье. —Ты вообще по мне не скучал?—выдохнул на ухо Череватому Илья, водя членом, в поисках анального отверстия. —Конечно нет, зачем?—съязвил Влад и вскрикнул от ощущения наполненности.       Илья вошел быстро и точно, во всю длину. —Тсс,—закрыл он ладонью рот чернокнижника,—хочешь, чтобы нас накрыли?       Резкие, грубые толчки выбивали из Влада если не стоны, то скулеж точно. Ноги подкашивались, как первый раз: конечно, месяц без секса, как Сергеев блять. Череватый хотел, чтобы эти ощущения никогда не заканчивались, чтобы Илья никогда не останавливался, чтобы его Илья развратно дышал ему на ухо, постанывая. Ларионов попадал по простате, а у Влада впереди глазами не демоны и хорошее прохождение испытания, а разноцветные зведочки. В носу стоит аромат парфюма Ильи, от ощущения на себе которого хотелось плакать, от радости. —Блять, Влад,—просипел Илья и кончил во Влада, утыкаясь носом в его плечо. Влад чуть не упал и в голове лишь крутил мысль о том, что ему еще надо демонов изгнать из дома.

***

—Ну, я тебе дал,—невзначай бросил Влад,—оценочку в этот раз в мою пользу сделаешь? —Ой, да ну тебя,—застегивая на штанах ремень сказал Илья,— пошли, а то нас обыскались. —Демонов изгоню и домой,—вздохнул Череватый,—устал я. —Да, поедем домой. Вещи твои заберем и поедем,—откликнулся Илья, махая рукой операторам. —Шо? В смысле?.. —А какие смыслы, Влад? Едем домой, я буду ночь спать хотя бы! —А может быть я против?—ухмыльнулся Череватый. —Курица в духовке, салат и молодая запеченная картошка,—выпалил Ларионов, пробираясь через высокую траву. —По рукам!