В глубинах льда

— Что? Адриан усмехнулся и уставился на неё, Маринетт же дальше стояла ошарашенная. — Та не красней ты так, я пошутил. Так и оставишь гостя мерзнуть? Она тут же оживилась. — Точно, прости, спускаемся. Дюпен Чен стала спускаться по лестнице вниз в свою комнату, затем махнула рукой Агресту, чтобы тоже спускался. Блондин аккуратно начал слазить и закрыл люк, опустившись на розовый ковёр он начал осматривать комнату. Белый стол, на котором белый монитор компьютера, канцелярия, белый стул на колесиках. В другой стороне комнаты стоял манекен, на котором была чёрная утонченная женская шляпа с кружевом, и чёрное длинное платье с длинными рукавами. Его глаза цеплялись за каждую деталь, он подошел не обращая внимания на девушку, он прикоснулся к ткани. Качественная. Затем рука потянулась к шляпе, он снял её с головы манекена и так же очень внимательно начал осматривать. Ни одной торчащей нитки, шов невероятно ровный, будто под линейку. На бортиках шляпы красовалось чёрное кружево, вещь была идеально проработана, посмотрев во внутрь головного убора он увидел гравировку выбитую золотым цветом Marinette Dupen Chen. Он провел аккуратно по ней подушечкой пальца, уголок его губ приподнялся, надев назад головной убор на манекен он нашел глазами Маринетт, та смотрела на него отрешенно держав руки замочком на груди. Адриан не отрывая глаз от её, прошептал. — Это невероятно Маринетт, ты не представляешь какой талант у тебя. Она открыла рот, чтобы что-то ответить, поблагодарить например, но её голос предательски дрогнул. Никто, и никогда не оценивал её роботу так профессионально, тем более сын самого популярного модельера в мире. Девушка знала, что парень хорошо разбирается в ткани и сам обращает внимательно на каждую деталь. Его похвала была для неё очень весомой, и очень шокирующей. Он дальше продолжил осматривать комнату, рядом с манекеном был столик, на котором стояла недорогая машинка для шитья, от удивления у него выгнулась бровь. Агрест и не думал, что такой машинкой, можно творить такое, что творят руки этой прекрасной девушки. На столике был огромный набор ниток, возле него открытая полка с невероятным количеством разных тканей различных оттенков. Тут же возле столика было окно, с которого был вид на окно его кухни, он подошел и начал постукивать пальцем по подоконнику и обернулся пол оборотом. — Подглядываешь за мной? Девушка фыркнула. — Конечно, наблюдаю за твоим пп питанием. Он улыбнулся и обернулся, и только сейчас заметил, что в комнате кровать была почти под потолком, к которой была лестница. Адриан даже не заметил, пока осматривал рабочий стол, который был под низом кровати. Слева был высокий белый шкаф и туалетный столик с косметикой, и так же был еще один люк, как он понял в квартиру родителей. И он только сейчас почувствовал запах её комнаты, тут пахло вишней, чаем и ощущалось тепло. Комната видно что девичья, но она была ужасно уютной, ему бы самому хотелось чувствовать такой уют у себя дома. Может, мне уютно и тепло так, потому что это твоя комната Маринетт? — У тебя очень уютно Маринетт, милая комнатка. — Спасибо. Она замялась и пыталась за какую-то мысль зацепиться. — Может хочешь чай? — А родители твои не посчитают странным то, что ты пойдёшь в комнату с двумя чашками? Дюпен Чен усмехнулась и подошла ближе и сказала. — Их срочно вызвали полтора часа назад, там свадьба в Марселе, по этому их 4 дня не будет. Адриан выдохнул. — Ну хотя бы слазить уже не прийдется, уйду значит нормально, через двери. Девушка искренне засмеялась, и ткнула его в плечо. — Идем на кухню. *** Адриан сидя уже в квартире родителей также был в шоке от того, на сколько тут уютно, и чувствовалась семейное тепло. Фотографии в рамках на стенах, со свадьбы, рождение Дюпен Чен, первый звонок, последний звонок, поступление в университет. И самое главное, они везде были втроем. Что-то неприятное зашевелилось у него на душе, у него такого не была тепла, и если семейное фото и то, только в студии с каменными лицами. А теперь, даже без мамы. Его мысли оборвала она. — Может, что-то перекусить хочешь? У меня есть лазанья, салат, торт, круассаны есть. Что будешь? Он когда услышал торт, у него живот предательски забурчал. — Давай салат.- твёрдо сказал он. — Адриан, тебя не разнесет от одного куска тортика или круассана, я уже поняла, что ты сладкоежка. Агрест подпер голову рукой и махнул рукой. — Давай уже и торт и круассан. Маринетт победно улыбнулась и отрезала небольшой кусок торта "Красный бархат" и положила на тарелку вместе с небольшим шоколадным круассаном. Поставив еще на стол чай, она села на стул напротив него. Адриан ел молча, и ощущал невероятное удовольствие, от получения сахара в его кровь. Девушка подала голос. — Так зачем пожаловал, ты так и не сказал. Он выгнул бровь прожевывая торт он сказал. — Сама же сказала, что хочешь работы свои показать. — Ну да, но не считаешь, что немного нагло с твоей стороны без приглашения вот так врываться еще и через балкон? Она смотрела на него с хитрой улыбкой, а он же сидел со спокойным лицом и резко подняв взгляд внимательно смотря на неё нагнулся через весь стол, остановившись прям перед её лицом прошептал. — А не нагло с твоей стороны, врываться в мою жизнь и переворачивать её с ног на голову? У девушки мир поплыл перед глазами, время будто остановилось. Его фраза пульсировала в её голове и прокручивалась по кругу раз 10. Что он имеет ввиду? Как? Я…? Я перевернула его жизнь с ног на голову? — Т-ты… ч-что ты имеешь ввиду…? Он не шевелился, не отводил взгляда от её глаз, не отступал. Молчал, от её вопроса он хитро усмехнулся и резко назад уселся на стол и поднял чашку с чаем, и сквозь чашку снова поднял на неё взгляд и загадочно улыбнулся. — И чем же развлекать будешь меня принцесса? Ясно, не хочешь отвечать на вопрос Агрест, ну-ну… — Работы мои будешь смотреть? — С удовольствием, и кстати, спасибо за ужин. Очень вкусно, я бы еще съел, но не могу. Маринетт сочувственно улыбнулась, убрала кружки и тарелки в мойку и они поднялись на второй этаж. *** После просмотра её робот, и похвалы от Агреста, они поднялись на балкон с вином, чтобы немного расслабится. На балконе было холодно, там уже лежали пледы на гамаках, Адриан и Маринетт укрылись и сели на гамаки. Он достал пачку сигарет и выгнул бровь. — Можно? — Да, только у меня пепельницы нету. Он молча кивнул, закутанный в плед подошел к перилам балкона, маленький огонек подпалил сигарету, которая была у него во рту, а другой рукой держал бокал вина. Затянувшись он облокотился на перила и выдохнул воздух в ноябрьский Париж. Маринетт сидела поджав ноги под себя на гамаке и смотрела на эту картину, почувствовав как у неё запылали щеки она быстро сделала глоток вина, чтобы себя отвлечь. Она очень засмотрелась, на его выраженный профиль лица, как в его губах торчит и тлеет сигарета, как непринужденно он держит стакан. В этом был весь он, красив, невесомый, отдаленный, и такой… Родной Он докурил, и выкинул окурок куда-то в ночной город, развернувшись он не спешил возвращаться и садится возле неё, спиной оперся о перила и поднесся бокал к губам смотря на неё уголком губ улыбнулся и отпил. — Что так заглядываешься? Снова будешь моей "фанаткой"? — Не выдумывай! Адриан безразлично пожал плечами и допил вино. Он сел на соседний гамак, взял бутылку и долил себе, взял бокал Маринетт и так же добавил. Они сидели молча, под покровом ночи и звезд, и луны, что светила так ярко. Казалось, что они знакомы уже много лет, что вот так могут молча сидеть, пить вино, и нету этой неудобной тишины, наоборот. Тишина была приятной, такой гармоничной, как и их взаимоотношения, которые так сильно изменились. Казалось, что жизнь и вправду идет хорошо, и тут резкое сообщение пришло на телефон Адриана. Группа: "Крутые холостяки ;)" Плаг: Парни, это жесть, мне Тикки написала.