Терпи меня

Хэнк частенько злился у ругался на Верóнику. У неё было очень много плохих привычек. Они его ужасно раздражали. Например девушка курила. Курила очень часто, а это ещё больше его бесило. За два дня она скуривала по пачке сигарет. Тушила сигареты о подошву своих кроссовок, оставляла бычки в банке от малосольных огурцов на балконе, живала, почавкивая, мятный орбит, пшыкалась дорогими духами. Он ненавидел всё, что было хоть как то связанно с её дурной привычкой- курением. Борис ненавидел то, как девушка загибала страницы в книгах. Он много раз дарил ей закладки, а она продолжала загибать уголки там где остановилась. Ругался на неё, за привычку напиваться в хлам. Даже Кислов останавливался во время, а она и думать забывала о своей мере. Его раздражало то как девушка учится. Все до единого в их компании имел не самую лучшую успеваемость в учёбе, но вот у девушки она была самая хромая. Его бесило то, что она вечно оставляла свет включённым и подолгу оставляла чайник свистеть на плите. И все же он её любил... – ты же обещала бросить! – парень достал из под подушки новую пачку и кинул её на стол перед девушкой – сколько можно? – не кричи, – девушка зажмурилась, что есть силы– бошка раскалывается... – пить меньше надо, – Борис снял чайник с плиты. Налил в кружку с заваркой кипяток, достал зефир с верхней полки и поставил его на стол– сама не устала ещё? –ну извини, Борька. Он сел напротив своей девушки и взял зефирину в руки. Отделил белую половину от розовой и протянул её Верóнике. – ешь, – парень дёрнул ногой и шикнул, отгоняя кота– класснуха опять спрашивала где ты... – скажи, что заболела и выйду на следующей неделе. – Сирофима ругаться на тебя будет – напоминая девушке о том, что скоро вернëтся тëтка, парень сделал глоток чая – и че ты ей скажешь? – скажу, что устала от школы . – ты и недель двух не проходила. Так ещё и на первые уроки явилась раза три максимум. – Хенкин– прорыва девушка– давай морали позже, а? – "б" ёпта, ты голову включи свою! – парень начинал злиться не на шутку. Верóника была очень вспыльчивая и яркая. Она лезла в драки, начинала ссоры и обожала конфликты. Она всегда выигрывала споры и оставалась победителем в любых разногласиях. Только вот с Хэнком она была другой. Всегда слушала его и слышала, по крайней мере старалась. Так и сейчас. Будь на месте Бориса Хенкина Мурка - лучшая подруга девушки , парни из компании или родная тëтка, она бы загорелась. Девушка бы ругалась, насмехалась глядя в глаза, презрительно фыркала и бранила самыми гнусными словами. А перед ним, заткнув рот на замок, опустив глаза в пол, она смирно сидела. Принимала все слова, прислушивалась и даже извинилась, редко правда, но бывало и такое . А ещё после ссоры, она словно ласкавая кошка подходила со спины и обнимала. Очень нежно и тепло. Прижималась всём телом, шептала добрые слова и утыкалась носом в плечо. – Хенкин, – она тихо, не поднимая на него глаз произнесла его фамилию– я пытаюсь, окей? Я реально, блядь, пытаюсь! Знаю, что надо учиться, знаю что надо бросать, знаю все это, но нихера поделать не могу. Так что терпи,лады?!– парень вдруг остолбенел. Почему, он не мог понять, почему её слова звучат как искреннее извинения. Она подняла на него свои зелëные глаза, а те будто бы в души заглянули – ну вот такая я, ничего уже не сделать тут. Он взял ещё одну зефирину. Вновь отделил белую часть от розовой и вновь протянул её ей. – ешь, – Хэнк дёрнул ногой– да отстанешь ты наконец – кот шикнул и девушка рассмеялась. Рассмеялась так звонко, что аж у самой уши в трубочку свернулись. Она прижала руку к лбу : – да бляха, – так же плохо на утро ей было только раз. В тот самый раз когда она впервые увидела Хэнка. Парня, который как позже оказалось пришёл к отцу в участок, который смотрел на ещё незнакомую пьяную девчонку в обезьяннике, поющую Михаила Круга. – я больше не буду пить. А Хенкин понимал, что конечно же будет. Будет пить, танцевать на столе. Петь песни и висеть на его спине . Знал, что Кислов остановиться во время, поможет бестолковой девчонке слезть с стола и будет держать её пока не придёт Борис. Пока не заберешь, не увезли домой, не уложить спать, не поцелует на ночь и не наругает утром. И всё же он любил её, поэтому то и терпел.