Поток мыслей

Уставший и измученный, Венти не подаёт виду, мягко улыбается непонятно чему, присаживается на деревянную скамью. Солнце переливается золотыми красками, светит приятно ярко, величественно, прохладный ветер будто пронизывает насквозь худое тело. Дети бегают по площади, резвясь и пропитывая свою жизнь мимолётной радостью и энергией. Венти всегда было интересно:"Какого быть ребёнком?" Вроде бы, просто дети. Но бывают счастливые дети и несчастные дети. Которым не повезло. Которых не любят родители, которым пришлось рано повзрослеть, которые сами не знают вкус беззаботного детства. И бывают дети, чьи родители заботятся, любят, радуются, дети, к которым требования снижены, которые просто живут, никуда не торопясь, ни о чём не задумываясь. Венти иногда думал о смысле всего существующего. Но это слишком трудно. Поэтому ответ прост:"Просто так надо. Как иначе быть, если кругом пустота?" Пустота. Чёрная, пожирающая всё без разбора, всё в этом мире может пропасть в её шлейфе безысходности. Когда пусто - грустно. Но с другой стороны, если бы не было ничего вообще с самого начала, то и терять было бы нечего. Но терять было что. И было больно. Как он ни старался, он вспоминал былое, такое давнее, но ни капли не забытое. Ни на одну долю секунды не забывал архонт тех времён войны, потерь и крови. Море крови. Прошли сотни лет, а стресс от воспоминаний такой же. Друг, в чьём теле он находится.... Голова кружилась. Не от потока ли спонтанных мыслей? - Я так и знал, что найду тебя где-нибудь здесь. Здравствуй, Венти, - почти шепчет голос, очень даже знакомый позванному. - Ах, здравствуй-здравствуй, Казуха. Я не ожидал тебя увидеть. Какие-то дела в Монде? - Нет. Я здесь по зову сердца, - мягкий смех латает душу, тёплые руки сзади обвивают плечи Венти, согревая от прохлады ветра. Ни один из них так и не нашёл подходящих слов. Ну, и не нужно было. Эта тишина была приятной и такой необходимой. Слышны только возгласы вдалеке, шёпот ветра, манящий шелест листьев. Венти приподнимает голову в сторону Казухи, смотря как лучи целуют лицо юного самурая. Он выглядит умиротворённо, словно всё на своих местах. Будто всё так и должно быть. Наверное, это так и есть. Усталость всё ещё тянет вниз, но тревога сменяется спокойствием и ласковым теплом. Больше сил думать нет. Но если думать постоянно, то голова перегреется, разве нет?